Волчья страсть

Глава 6

Я валяюсь в постели несколько дней. Просто лежу, бездумно уставившись в стену. Ем через силу, не ощущая вкуса, и почти все время сплю.

Аррон, видимо, решает, что это из-за его приставаний. Больше не трогает меня. Не пытается заговорить. Да и дома он почти не бывает. Уходит на охоту рано утром, возвращается поздно вечером. Молча несет меня в баню, раздевает, купает, одевает и возвращает в постель.

Я больше не пытаюсь прикрыться в его присутствии, не стесняюсь своей наготы. Мне все равно.

Но потом меня отпускает. Словно что-то щёлкает внутри, и я понимаю — я не умерла. Я здесь, в другом мире, но я — все еще я. Мне дали второй шанс. Да, будет трудно, но главное — я жива. И я справлюсь. Должна справиться.

Я начинаю обживаться. По-настоящему.

Заполняю время делами. Тем более дел у меня достаточно: найти новую посуду, разнообразить питание, чтоб на столе было что-то кроме жареного мяса и отваров из ягод, придумать, как применить мягкую пряжу, что я случайно нашла на дне сундука. В общем, обустроить быт так, чтоб дом стал похож на дом, а не на хижину отшельника.

Проблему с посудой решает Аррон — приносит откуда-то несколько новых глиняных чашек разного размера и пару кружек. А с пряжей помогает Ингрид. Она учит меня вязать. Конечно, получается не сразу — я и раньше-то не умела, а здесь, на самодельных спицах из костей какого-то животного вообще не представляется возможным. Первые несколько раз приходится распускать пряжу и начинать заново, но я не сдаюсь, и постепенно выходит почти ровное полотно.

Первым делом вяжу носки себе, чтоб не ходить по дому в ботинках, потом для Ингрид — в знак благодарности за обучение. После этого пряжа почти заканчивается, но не моя фантазия. Делаю из остатков стельки, прошу у Аррона пару небольших кусков кожи и мастерю теплые домашние тапочки — себе и ему. Мужчина принимает подарок с подозрением, даже сперва убирает в сундук, но через пару дней все же надевает.

Не благодарит, но мне достаточно и этого. Я уже знаю, что он всегда такой — хмурый, молчаливый, но выполняет все мои просьбы. Даже когда я попросила отдать мне кости из заячьей тушки, чтобы впервые приготовить суп, он не возмутился, отдал, только посмотрел странно. Он даже съел тот суп, не поморщившись, хотя я сильно его пересолила.

Постепенно я осваиваюсь в новом мире. Забываю про прошлую жизнь.

В доме становится уютно, чисто и тепло. Когда Аррон возвращается с охоты, на столе его ждет горячий ужин. Так я пытаюсь отплатить за проживание, хотя понимаю — ему нужно совсем другое.

После того случая мужчина хоть и держит дистанцию, но по-прежнему обнимает меня ночью. Иногда я ловлю его взгляд. Тяжёлый, голодный. Вижу в нем желание. Знаю — он всё ещё хочет меня, хоть и сдерживается. Пока. Но надолго ли хватит его терпения?

Как и моего.

Меня тоже тянет к нему. Физически. Не знаю сколько еще продержусь. Порой мне даже хочется сделать первый шаг, но я останавливаю себя. Слишком рано. Да и он никогда не говорит о чувствах. Точнее, он вообще не говорит, только наглядно демонстрирует свое вожделение. Но что будет, когда оно пройдет? Вышвырнет меня как Майру, и найдет себе кого-то посговорчивее?

От Ингрид я узнала: женщин здесь ни во что не ставят, могут взять силой, если захотят, убить, изгнать из поселения. И только метка на шее дает защиту. Это некий аналог брака, привычных мне «мужей» и «жен» в этом мире не существует.

Но метку Аррон мне больше не предлагает. А я не поднимаю эту тему.

Так проходит несколько недель. Погода меняется. Теплеет. Ингрид собирается за еловыми свечками, и я напрашиваюсь вместе с ней. Хочу приготовить сироп к чаю — удивить Аррона, когда тот вернется с охоты.

Идти далеко, в гору, несколько часов. Но я не жалуюсь. Хотя платье неприятно натирает. Это, пожалуй, единственное, к чему я так и не смогла привыкнуть. Не понимаю, почему ткань кажется колючей только мне, а другие носят ее без проблем. Может, дело в моей душе? Она каким-то образом меняет это тело — делает кожу более нежной, моей собственной, из прошлой жизни?

Когда мы добираемся до места, Ингрид показывает мне, как правильно собирать свечки.

— Рви только с боковых веток, — поясняет она. — Вот тут, видишь?

Я киваю, достаю льняной мешочек и начинаю складывать в него ароматные побеги. Ингрид тоже принимается за дело. Отходит подальше, чтоб не толпиться на одном месте. Свечек не много, и я боюсь сорвать лишние и навредить дереву, поэтому вожусь довольно долго.

Когда мешочек наполняется до краев, я иду обратно и замечаю небольшую поляну, где из-под снега пробиваются листья щавеля.

Вот так удача! Теперь смогу приготовить что-то новенькое.

Подхожу ближе, аккуратно срываю молодые побеги и складываю в мешок к свечкам.

— Эйра? — раздается совсем рядом.

Испуганно замираю. Я помню это имя. Так звали бывшую хозяйку этого тела.

Медленно поворачиваю голову и вижу незнакомого мужчину. Чуть поодаль стоят еще двое — видимо, они пришли вместе.

— Как ты здесь оказалась? — говорит он. — Рейган тебя повсюду ищет.

— Вы обознались, — отвечаю я, стараясь вложить в голос побольше уверенности.

Разворачиваюсь и иду к деревьям. Может, Ингрид меня увидит? Хотя, что она сделает против троих здоровых мужиков.

— Эйра!

Незнакомец быстро настигает меня, хватает за руку и тянет обратно.

— Пустите!

Вырываюсь, но силы не равны.

— Да что с тобой?! — выкрикивает он. — Идем домой!

Мужчина забрасывает меня на плечо и идет в обратную сторону. Он не трогает меня, не отпускает похабных шуток. Просто несет. Видимо, к тому самому Рейгану. А я судорожно соображаю, как мне вернуться в свой настоящий дом. К Аррону.

— Пустите. Я пойду сама, — говорю безо всякой надежды, но меня отпускают.

— Сразу бы так, — хмыкает незнакомец и ставит меня на землю.

Берет за локоть и тянет к остальным.

— Здравствуй, Эйра, — произносят они, как только мы подходим ближе.

Я молча киваю. Не знаю их имен.

— Идем, — отрывисто бросает первый мужчина, продолжая удерживать меня. — Надо успеть подняться до темноты.

Двое других подхватывают лежащую на земле добычу и молча идут вперед.

— Вот Рейган обрадуется, — довольно хмыкает мой конвоир. — Он думал, тебя уже нет в живых. Столько времени прошло.

Я никак не комментирую его слова. Покорно иду рядом в надежде усыпить бдительность и сбежать при первой возможности. Вскоре мужчина теряет ко мне интерес и начинает что-то обсуждать со своими друзьями.

Какое-то время мы идем по открытой местности, а потом углубляемся в лес. Деревья растут довольно плотно, поэтому нам приходится шагать друг за другом. Мужчины, что несут добычу, идут впереди, а мы — следом за ними, и я всячески стараюсь замедлиться: то споткнусь о торчащие корни, то задену плечом широкий ствол.

В какой-то момент я намеренно падаю, притворяясь, что сильно повредила ногу. Незнакомец отпускает меня и кричит остальным:

— Эй! Подождите…

Он отвлекся, не смотрит на меня, а двое других стоят довольно далеко, да и добычу вряд ли оставят. Это мой шанс!

Резко срываюсь с места и бегу.

— Стой! Куда?! — доносится мне вслед, но я и не думаю останавливаться.

Чувствую, как плавятся кости, как приближается земля. Звуки и запахи становятся четче, острее. И я лечу сквозь лес, оставляя мужчин далеко позади.

Замедляюсь, только когда понимаю — меня не преследуют. Уже стемнело. На всякий случай прислушиваюсь. Никаких посторонних звуков, только вечерний лес. Осторожно иду обратно. Делаю большой крюк, чтобы не приближаться к той поляне.

До нашего поселения добираюсь ближе к ночи. Вид знакомого места приносит облегчение. Тело трансформируется, и я снова стою на двух ногах. Я воспринимаю это без паники — давно поняла, что я одна из них. Оборотень. Волчица. Просто раньше я не пыталась обернуться специально. Не знала, как.

К дому иду очень тихо. Боюсь, что кто-то меня увидит. Я ведь абсолютно голая. И грязная. Обрывки платья остались где-то в лесу.

К счастью, рядом никого нет. Только у костра мелькают силуэты и звучат приглушенные голоса. Надеюсь, Аррон там, с ними. Иначе как я объясню ему свой внешний вид?

Крадусь к двери и осторожно открываю ее. Внутри тишина. Облегченно выдыхаю, захожу внутрь и прикрываю дверь. Надо взять покрывало и помыться. Может даже сбегать к Ингрид — попросить платье. Она наверняка уже вернулась.

Собираюсь пойти к сундуку, но вздрагиваю, заметив на краю постели Аррона. Он медленно встает, подходит ко мне и хватает за шею.

— Где ты была?