Враг моего отца

Глава 6

Андрей

Смотрю на девчонку в упор и не верю своим глазам. После ее побега из клуба я пытался отыскать ее, но пугливая танцовщица словно сквозь землю провалилась, а все ниточки выводили моих людей на совершенно других девушек. И вот теперь я вижу ее здесь в компании министра Немцова? Как такое, черт возьми, возможно?

Девчонка впивается в меня напряженным взглядом, а ее выразительные глаза безмолвно умоляют: «Не выдавай».

Даже не знаю, милая. Твой отец не в курсе, чем ты занимаешься по вечерам? На что ты готова ради того, чтобы сохранить наш маленький секрет? Ставки только что крупно повысились. И, кажется, я в выигрыше по всем фронтам.

В этот момент я могу рассмотреть ее как следует: привлекательное лицо с высокими скулами, аккуратным носиком и естественно припухлыми губами, явно без вмешательства косметолога, серебристые волосы, сегодня стянутые в строгий пучок, и потрясающая фигура, подчеркнутая элегантным платьем, — есть отчего прийти в восторг. Именно ее фигура, хрупкая и одновременно женственная, привлекла мое внимание при первой встрече — изящная тонкая талия в сочетании с небольшой упругой грудью, которая идеально поместится в моей ладони, и длинные стройные ноги еще тогда заставили мою выдержку, накопившуюся за годы праздных отношений с противоположным полом, пошатнуться. Теперь же, когда я вижу ее без боевого раскраса на лице, в этом платье и в такой обстановке, желание познакомиться с ней поближе затмевает собой все остальное. Даже здравый смысл.

— Не представите вашу спутницу? — обращаюсь к Немцову, который настороженно следит за каждым моим движением.

Далеко ходить не нужно — это его дочь, я это знаю наверняка, сложив дважды два. Тот же овал лица, та же мимика и зеленые глаза. Именно они являются визитной карточкой этого семейства.

— Моя дочь — Дарья, — нехотя отвечает он.

С уверенностью могу сказать, будь мы здесь одни, министр не стал бы тратить на меня свое время и уж тем более не представил дочь. Наши отношения слишком плохи, для того чтобы знакомить меня со своей наследницей. Но поскольку в компании присутствуют посторонние люди, Немцов, как публичный человек, должен держать лицо, что безусловно играет мне на руку.

— Рад знакомству, Дарья Игоревна. Андрей Миллер.

Я протягиваю ей ладонь, будучи уверенным, что она не примет ее, но девушка удивляет — она вкладывает свои изящные пальцы в мою руку. Секунда, две, наши глаза встречаются, а воздух вокруг начинает потрескивать от едва сдерживаемого напряжения. Через мгновение будто вспомнив, где находится, девчонка аккуратно высвобождает свою руку и тихо произносит:

— Приятно познакомиться, Андрей.

— Удивлен, что вы пришли сюда сегодня, — говорит Немцов, явно раздосадованный моим вниманием к дочери.

— Не мог пропустить праздник, — с усмешкой произношу я. — Тем более, до недавнего времени я числился в списке приглашенных.

— Все меняется. Кому, как не вам знать об этом, — не унимается министр, даже не пытаясь скрыть, что это он приложил свою руку к тому, чтобы из этого самого списка меня удалили.

— В этом я с вами полностью согласен, Игорь Валерьевич, — говорю я, перехватывая взгляд зеленых глаз, которые вот-вот прожгут во мне дыру.

Бокал дочери Немцова пустеет, что совершенно точно не нравится ее отцу. Он кидает быстрый взгляд на Дашу, чуть заметно хмурясь, а затем возвращает свое внимание на меня.

— Еще шампанского? — обращаюсь к девушке, кивая на пустой бокал.

— Благодарю, не нужно, — отзывается она, смущенно отводя глаза.

— Игорь Валерьевич, после ужина я бы хотел обсудить некоторые вопросы. Много времени я у вас не отниму, — тон моего голоса становится серьезным.

Мужчина обменивается многозначительными взглядами с Ладыгиным, который за все это время не обронил ни слова, а затем коротко кивает. Удовлетворенный его ответом я, салютуя напоследок бокалом, который пару минут назад принял у подошедшего официанта, покидаю их компанию.

Я подготовил два альтернативных предложения. Одно из них — весьма выгодное для Немцова. Только идиот от него откажется, но враждебность министра, которую он только что еще раз наглядно продемонстрировал, заставляет меня всерьез сомневаться, что он не поставит личную неприязнь выше коммерческой выгоды. И все же, отказываться от участка земли и стройки на нем я не намерен.

Впрочем, земля — не единственное, что меня волнует. Дочь Немцова вызывает куда больший интерес. А особенно ее времяпрепровождение в свободное время, о котором, готов поспорить, отец ничего не знает. Она не похожа на обычных танцовщиц, которые регулярно выступают на праздниках или продают себя в ночных клубах. Если бы я впервые увидел её сегодня, то решил бы, что она классическая дочка богатого и влиятельного отца. Но, судя по тому, что я о ней знаю, Даша не так проста, как кажется на первый взгляд.

Еще до начала ужина я выхожу на террасу, чтобы немного проветриться. На юбилее Суворова, бизнесмена, с которым у меня до недавнего времени были вполне рабочие отношения, собрались сливки общества и, судя по толпе народа, никто не проигнорировал приглашение. Достаю из кармана пачку сигарет — она припасена на самый крайний случай. Обычно я не курю, почти бросил, но до разговора с Немцовым еще несколько утомительных часов пребывания на этой вечеринке, а сигареты расслабляют, поэтому я сознательно поддаюсь плохой привычке и прикуриваю.

Не проходит и минуты, как из дверей “Адмирала” выходит Дарья. Ожидаю, что за ее спиной покажется отец или младший Ладыгин, который явно положил на нее глаз, но девушка, на мою удачу, оказывается одна. Осмотревшись по сторонам, она подходит к перилам и, облокотившись на них, смотрит вдаль. Меня она явно не видит, зато мне удается в очередной раз полюбоваться ее грацией и утонченностью.

— Танцовщица, разжигающая своими жаркими танцами пламя в сердце любого, и дочь одного из самых влиятельных людей в городе? — я отталкиваюсь от стены, выходя из тени. — Никогда бы не подумал, что это может быть один и тот же человек.

Девушка вздрагивает и медленно оборачивается на звук моего голоса. В ее глазах испуг, на лице — растерянность. Приподняв голову и вздернув подбородок, Даша пытается скрыть волнение, которое от меня все равно не укрывается. Связано ли оно с моей враждой с ее отцом или же с чем-то другим — пока остается загадкой. Но я намерен разгадать ее.

— Как же вы меня напугали! — восклицает девушка. — Что вы здесь делаете?

— Вернее задать другой вопрос: что здесь делаешь ты?

— Не уверена, что должна перед вами отчитываться, — дерзит она, я лишь бесшумно усмехаюсь.

— Это простой вопрос, Даша. Но да, ты можешь и не отвечать на него. И без того понятно, тебе стало скучно. Такого рода приемы тебя явно утомляют. Другое дело — сцена...

— Какие глупости, — фыркает она, но не отворачивается.

— Как же тебя уговорили согласиться танцевать у меня, — подчеркиваю, — на юбилее? Не похоже, что ты нуждаешься в деньгах.

— Если бы я знала, что поздравлять нужно будет врага моего отца, то ни за что бы не согласилась! Можете не сомневаться, — вздернув подбородок, отвечает девушка.

— Не сомневаюсь, — соглашаюсь я, подходя ближе. — Но я рад, что это была именно ты. Этот день рождения я запомню надолго.

— Я рада, что вам понравилось, — в ее тоне отчетливо слышится сарказм.

— А твой танец можно будет пересматривать тысячу раз, — нарочно бросаю я.

Выражение лица девушки мгновенно меняется, сменяя надменность на озадаченность.

— Вы блефуете.

— Неужели?

Я нарочно не даю ей никакой конкретики, чтобы сильнее сбить с толку. И я точно знаю, что в этот момент в ее голове крутятся мысли о том, как выпутаться из сложившейся ситуации. Уверен, она даже согласится пойти со мной на сделку. Поэтому я беру инициативу в свои руки, предоставляя ей выбор.

— Что вы от меня хотите?

— У всего есть своя цена, помнишь? — ловлю на себе прищуренный взгляд зеленых глаз.

— И какая же цена у вашего молчания? — в голосе девушки появляются язвительные нотки.

— Все зависит от тебя, — делаю шаг к ней, а затем опускаю ладони на перилла, тем самым заключая девушку в кольцо своих рук.

— Что я должна сделать, чтобы видео не попало к отцу? — прямо спрашивает она. От меня не укрывается дрожь в голосе Даши, которую она тщательно пытается скрыть, но попытки оказываются безуспешными — я достаточно разбираюсь в женщинах, чтобы заметить фальшь.

— Все просто, — намеренно растягиваю слова, внимательно наблюдая за ее реакцией. — Пять встреч.

— Что? — после секундной заминки потрясенно выдает она. — Вы с ума сошли! Я не стану с вами встречаться.

Даша снова совершает попытку вырваться из кольца моих рук, но эти движения не играют ей на руку — девушка оказывается лишь еще ближе. Я чувствую ее рваное дыхание, которое от волнения сбивается с привычного ритма, и опускаю взгляд на ее губы. Она резко ставит между нами свою ладонь в виде преграды и отрицательно качает головой.

— Почему?

— Вам назвать причины в алфавитном порядке?

Я смеюсь. Ничего не могу с собой поделать. Дочь Немцова явно не из пугливых. Оттого перспектива познакомиться с ней поближе кажется мне еще более привлекательной.

— Я не предлагаю тебе ничего… — намеренно делаю выразительную паузу, наблюдая, как краска приливает к ее щекам, — такого. Просто встречи. И посмотрим куда они нас приведут.

— Они нас приведут к тому, что отец вас уничтожит.

Мои губы трогает улыбка.

— Но ведь ему знать совсем необязательно, правда?

— Откуда мне знать, что это не уловка с вашей стороны? Вы шантажом пытаетесь выбить у меня пять свиданий взамен на видеозапись. Какие у меня гарантии, что после вы не предъявите мне новый ультиматум, требуя что-то другое?

— Я обещаю тебе, что этого не будет, — говорю серьезно. — Тебе остается только довериться мне.

Даша презрительно фыркает.

— Мой отец вам не доверяет. Почему я должна?

— Потому что формировать о людях собственное мнение — это признак зрелости? — предполагаю с улыбкой.

— Мы с вами уже встречались трижды. Ни одну из этих встреч не могу назвать приятной, — упрямо говорит она, воинственно задирая подбородок. — Вы не умеете парковаться, навязываете свое внимание женщинам и прибегаете к шантажу, чтобы добиться желаемого.

— Никто и никогда не обвинял меня ни в одном из этих грехов, — произношу с покаянной улыбкой. — А значит, еще больше причин, по которым ты должна рискнуть и дать мне шанс изменить твое мнение обо мне.

— И зачем мне это нужно? — шепотом спрашивает она.

— Разве тебе не любопытно? — я наклоняюсь чуть ниже и с наслаждением вдыхаю тонкий аромат ее духов.

— Любопытно? — в волнении она начинает неосознанно кусать нижнюю губу.

— Ты взрослая девочка, Даша. И наверняка чувствуешь, что между нами что-то есть.

— Пока между нами я ощущаю только ваше непомерно раздутое эго! — выпаливает девчонка отстраняясь, и на этот раз я позволяю ей это. — Вы мне совершенно неинтересны.

— Докажи. Пять свиданий, и ты больше меня не увидишь.

— Пять свиданий в качестве кого? — ее напряженный тон никак не вяжется с бесстрастным выражением на красивом лице.

— В качестве девушки, о которой невозможно перестать думать, — отвечаю честно.