Я тебя изменю?!

Глава 45

Четыре месяца спустя

Я смотрела, как родители ловят каждое слово приглашенного в дом психотерапевта и никак не могла понять — они что реально считают, что этот старичок в огромных очках сможет вытравить из моего нутра любовь к Свиридову?

Наивные. Они до сих пор верят, что мне можно помочь!

НеМожно! Пустая трата времени! Не выйдет!

Зря выкинут деньги. Размер оплаты за услуги старик, между прочим, сразу обговорил. Неплохо, кстати, эти «врачеватели душ» наживаются на людях. За один прием такого старичка они заплатят больше, чем за бутылку хорошего алкоголя. Фишка в том, что спиртное мне хоть засыпать помогает, а этот дядька чем мне поможет? Сотрет память? Вырвет сердце? Чем, черт возьми, он сможет мне помочь?

— Терапия предстоит долгая, — вещает старик и родители вдохновлённо кивают, — но это стоит того. Сеансов десять, не меньше. Ситуация того требует…

— А на что вы потратите те двести косарей, что вам заплатят, дедушка? — вклиниваюсь в милейший диалог я и психологинь впервые смотрит в мою сторону.

Добренький взгляд резко видоизменяется и теперь он глядит цепко и остро. Прощупывает меня для вида — внутренне скалюсь я.

— А ты что-то конкретное хочешь посоветовать, Евгения?

Я хмуро киваю и перехожу на шёпот.

— Да. Хочу посоветовать вам обкрадывать людей в другом месте. Никаких сеансов не будет. Прощайте, — машу ручкой старику и смотрю на приоткрытую дверь в кабинете отца.

Бабули и братья наверняка подслушивают разговор, хотя могли бы и не выходить из комнаты. Ничего нового или секретного этот старик нам не скажет.

Поднявшись на ноги, я хочу покинуть кабинет, но усмешка психотерапевта меня тормозит.

— Можно я предскажу твоё будущее, Евгения? — развалившись в кресле, заявляет дед и теперь я вижу в его взгляде цинизм и надменность.

— Ах, так вы ещё и экстрасенс!? Очень интересно. Вы за это дополнительно деньги берете? Глядя на вас, я не могла подумать, что шарлатанство и отсутствие научного подхода ваш метод работы… Думала вы по старинке — Фрейдами и Юнгами учитываетесь.

— Оооо, мне приятно, что ты знакома с метрами психологии. Я использую только доказательную психологию, Евгения. В этом интуиция тебя не подвела. Чтобы описать твоё будущее никакой экстрасенсорики не потребуется.

Я смотрю на старика, который стал даже выглядеть моложе и главное он такой счастливый, гад. Улыбается и смотрит мне прямо в глаза.

— Ты знала, Женя, что женщины очень быстро спиваются? — хлещет словами старик и я каменею, — года хватает, чтобы из молодой, красивой, умной женщины выродилось нечто иное. Алкоголь съедает мозг, тело, душу. Женщина начинает опускаться всё ниже и ниже… Через год пьянства ты будешь действовать на голых инстинктах. Тебе важно будет выпить, пожрать, совокупиться…

— Хватит! — шиплю на старика.

— Не нравится перспектива?

— Глупости. Я мало пью и у меня нет зависимости к алкоголю.

— Возможно, пока нет, но поверь мне, Женя, ты не заметишь, как зависимость сожмет твое горло и опутает все сферы жизни. Сейчас ты пьешь, чтобы забыться, чтобы легче стало перекумаривать потерю. Но с каждым днем допинга будет требоваться больше. Деструктивные методы выхода из кризисной ситуации только снаружи кажутся простыми и не требующими сил и особенных средств, если это дешевый алкоголь. Что сложного в схеме: мне плохо — выпил — стало легче. Не нужно работать с собой, с мыслями, чувствами. Особенные усилия не требуются. Зато потом человек расплачивается кровью, в прямом и переносном смысле слова.

Я смотрю в потемневшие глаза старика и впервые за несколько недель плачу. Слезы выбираются из глубин души и просачиваются мелкими каплями наружу.

— Я думала дочка разучилась плакать, — всхлипывает мама, глядя на психотерапевта, — после того дня она ни одной слезинки не обронила.

«Тот» день вспыхивает в голове ярким фейерверком и я закрываю уши, чтобы не слышать звук отъезжающей машины Андрея. Тот проклятый день, когда он вернул меня к родителям стал моей смертью. Прежнее воплощение Жени умерло тогда, а на его месте зародился… кто-то другой. Кто? Не знаю. Не чувствую себя и собственное тело. В голове каша. Каракуля вместо мыслей. И сплошная боль.

Выхожу из комнаты только для того, чтобы сходить в магазин за успокоительно-горячительным. Выпиваю немного и проваливаюсь в сон с одним и тем же повторяющимся кошмаром.

Есть не хочется, учебу забросила. Телефон разбила ещё в первый день, ноут выбросила в окно в порыве очередного приступа яростной агонии. Плакать не могла, зато всё, что было в комнате разбила или выкинула. Теперь сплю на полу. Подушку и постельное тоже изорвала.

— Так что, Женя. Попробуем поработать? Или ты к обрисованному будущему стремишься?

— Я стремлюсь к могиле, — вытерев лицо рукавом сообщаю я, — умереть хочу и избавить семью от мучений. Один раз схоронил — поплакал. А через время легче станет и жизнь у них наладится.

— Почему тогда тебе, согласно этой теории, так быстро легче не становится? Один раз расстался — поплакал и дальше живёшь!

Я сжимаю до скрипа зубы и смотрю на родителей.

— Это другое…

Старик поднимается на ноги и кивает родителям.

— Я завтра зайду. Сегодня погода не летная.

Глава 46

После ухода старика мне резко стало хуже. Остаток дня я рыдаю в комнате, а потом достаю из рюкзака купленную вчера бутылку джина и долго сканирую ее взглядом.

Боль в груди настолько сильная — словно я вернулась в прошлое. В первый день без него. Безжалостное время откатилось назад и я погрузилась в путы того проклятого вечера. Словно не было месяцев уныния с приступами агонии. Меня перенесло в апрель и тело снова начало жить.

Тело лихорадит, волоски на руках встают дыбом и я закутываюсь в теплый плед. Закрываю глаза и вижу его лицо. Ощущаю его взгляд. Чувствую его дыхание. Чертов психотерапевт своими тупыми речами будто нажал кнопку «вернуться назад» и я снова готова вскрыть себе вены от бессилия.

Зачем он ковырял незаживающую рану? Без тела, с навязчивыми мыслями и болью за грудиной, мне жилось легче. Зачес он вскрыл нарыв? Нахера?!

Лихорадка усиливается и тогда я скидываю плед и несусь в ванную комнату. Триггеры-воспоминания то и дело таранят сознание и тело сразу откликается. Настолько физически больно мне не было никогда.

Может дед загипнотизировал меня? Или незаметно провел какой-то обряд? Может родители соврали и привели в дом не психотерапевта, а шамана?

Не хочу! Ничего не хочу! Жить не хочу! Без него Не хочу!

Запнувшись о порог ванной комнаты, я падаю на пол и кричу.

— Ненавижу себя. Не выношу.

Ложусь на бок и осматриваю разрушенную комнату. Когда-то любовно обставленная с дорогим ремонтом спальня сегодня напоминает палату психбольницы. После приступов бешенства на обоях остались кровавые капли — настолько сильно я била по ним кулаками. Дура, ведь с помощью этого я хотела вернуть себе боль физическую, чтобы загасить душевную. И вот сегодня боль вернулась и я ни фига не рада.

Побитый сломанной мебелью ламинат покрылся слоем пыли, но убираться в комнате я не разрешаю. Не хочу.

— «Зачем мне теперь красота, я без тебя сирота» — шепчу известную песню Арбениной и снова плачу.

Так хочу сейчас его увидеть! Даже издалека. Голос его услышать. Подойти и сказать, что дышать не могу без него. Жить не могу. Теперь я точно понимаю, что деньги, условия жизни, обстановка — всё хлам, если рядом нет родного и любимого человека. Позови он сейчас меня жить в лесном шалаше, я бы пошла. Мне не нужно ничего. Я готова помереть от голода и холода, но рядом с ним.

Но ему плевать…

Ни разу за четыре месяца он не появился. Мало того — в первый вечер он удалил из ватсапа все свои фотки и голосовые. Помню тогда, от отчаяния и боли я разбила телефон. Даже звуков своего голоса и фото в защитном костюме из гаража он мне не оставил. Он тогда стёр всё и утром я поехала к нему домой, но мне никто не открыл. На следующий день я помчалась на работу, но и там меня ждало разочарование. Охранники автосервиса сообщили, что вчера Свиридов уволился в связи с переездом. Тогда я вернулась к нему домой и увидела самую ужасную картину. Привалившись к воротам, я смотрела на дом с заколоченными ставнями и дверями.

Всего за два дня он успел уволится с работы и заколотить дом. Быстро! Очевидно он сбежал, чтобы больше никогда меня не видеть.

Стук в дверь отвлекает меня от воспоминаний и я прикрываю распухшие от слез глаза.

— Женя, у тебя всё нормально? Мне показалось или ты упала?

Вовкин голос дрожит от тревоги и мне в который раз хочется просто исчезнуть. Устроить так, чтобы я вообще никогда не появлялась на свет и не доставляла неудобства родным. Жили бы без меня и радовались.

— Же-ня?!

— Заходи, — кричу в ответ, зная что у брата есть ключ и он сможет войти.

Когда он заходит в комнату, я быстро поднимаюсь с пола и встаю перед ним на колени. Сложив ладони вместе, я жалобно прошу.

— Устрой нам встречу! Вовочка, я знаю, что ты всё можешь! Я ведь не просила тебя ни разу это сделать! Прошу тебя.

— Женя, милая.., — начинает брат, но я его перебиваю.

Ползу к нему на коленях и прошу.

— Я просто посмотрю на него. Издалека. Не могу больше это выносить.

Брат тяжело выдыхает, а потом очень серьезно говорит.

— Завязывай, сестренка. Прекращай себя убивать. Не стоит. Андрей принял большие деньги, которые я ему предложил за отъезд, и теперь на эти средства выстраивает бизнес в другом городе. Он живет нормально. Не похоже, что он страдает.

Я открываю рот для крика, но из губ выходит только стон. Значит так…

— М-м-м-м-м....

Поднявшись на ноги, я медленно добираюсь до раковины и обдаю пылающее лицо ледянной водой.

— М-м-м-м...

В тот день я снова напоролась на мину невозврата. Мощный взрыв полностью раздробил меня изнутри. Выморозил всё. Даже боль. Всё застыло и не пульсировало. Тело вновь перестало подавать сигналы и я замерла на некоторое время. Правда, в новом состоянии адаптировалась быстро. С холодом срослась и, как бы банально это не звучало, посмотрела на мир другими глазами.

Через месяц я переехала из родительского дома на съёмную квартиру и восстановилась в университете. А ещё через месяц перевелась в столичный вуз и устроилась на работу. Я ни с кем не общалась, зарылась в учебниках, купила другую симкарту и по-немногу выплывала из ледяного океана. Плавала ещё херово, но барахталась мощно. Городила новую жизнь, вырубив чувства.

Глава 47

— Нравится? — спрашивает в который раз Ева.

Я еле заметно киваю и она сразу замечает.

— Ты ни разу не посмотрела на меня, Жека. Для меня важен этот день! Посмотри, а!

Вытаскиваю из уха наушник, убираю блокнот под подушку и смотрю на девушку.

— Виталик будет поражён! — продолжает Ева после моего затянувшегося молчания и я вновь безмолвно киваю.

У одногруппницы очень хорошая самооценка, поэтому чтобы я сейчас ей не сказала, она будет довольно. Ничего в этом мире не способно изменить ее взгляд на себя и окружающих. Хотя нужно признать — платье сидит хорошо. Черный шелк струится по пышной, в нужных местах, фигуре Евы, делая ее более соблазнительной.

— Ревновать не будет? — наконец вставляю я и снова беру в руки блокнот. Нужно ускорить подготовку к зачету и с головой окунуться в подготовку к предстоящему событию.

— Мы впервые будем проводить такое масштабное мероприятие, — в тон моих мыслей, говорит Ева, пропуская мимо ушей мой вопрос, — завтра нужно быть во все оружье. Для Виталика это важный шаг в бизнесе и я должна соответствовать жене будущего миллионера. Я во всем ему помогу.

Я долго смотрю на Еву, которая пританцовывает у зеркала и снова задумываюсь об отношениях девушки с ее парнем Виталием Сивовым. Интересная они пара… Ева «топит» за него по делу и без. Восхваляет его без перерыва и чтобы он не предложил, восторженно пищит: «Действуй, любимый» или «Давай помогу». Они ещё не женаты, но давно уже распланировали какое будущее их ждет и все в ярких красках расписывают. В будущем — он мультимиллионер. Она — его жена и помощница.

С Евой Балтиной мы познакомились в универе. Она, также как и я, мало включалась в жизнь группы. Во первых, Балтина была старше нас всех на пять лет. А главное — после пар она всегда убегала помогать жениху Виталию, который полгода назад стал представителем азиатской компании по производству автохимии. Пока персонала было недостаточно и Еве приходилось подрабатывать оператором на складе.

Наверное мы бы с Балтиной и не сблизились — я тоже не стремилась обрести подруг среди одногруппников. Но в конце сентября после пар Ева предложила подвести на работу. В кафе быстрого питания я утроилась, чтобы оплачивать текущие расходы. Родители оплачивали съёмную квартиру, а другие свои траты я хотела оплачивать сама. Стоять пять часов за кассой было тяжеловато и непривычно, но зато я так уставала, что приезжала домой и валилась спать. Заняв голову и тело я могла не гонять в голове ненужные и тяжелые воспоминания.

По дороге мы разговорились с Евой и она предложила подрабатывать не в кафе, а у Виталика. Я сразу согласилась, а в октябре я переехала к Еве. В начале учебного года родители купили ей квартиру в ипотеку и весь платеж подруге было тяжело тянуть. Виталий пока жил с младшей сестрой и переехать к Еве не мог.

В преддверии Нового года Сивов решил устроить мероприятие, на которое пригласил ключевых клиентов компании. Азиаты оплатили проживание клиентов и фуршет, а остальное предстояло подготовить и оплатить нашей компании. Несколько недель мы готовили мероприятие и завтра оно наконец состоится.

— Видела список на столе у Митяя? Одни мужики! Тридцать три единицы противоположного пола, — подмигивает мне Евка, — ты тоже должна классно выглядеть, Жека.

Балтина подсаживается ко мне на кровать и бесцеремонно вытягивает блокнот из моих рук.

— Же-ень! Ну, Же-ень! Хватит зубрить. Сдадим мы этот последний зачет. Сейчас главное к празднику подготовиться.

— Практически всё готово. Завтра нужно выехать по-раньше и доработать последние штрихи.

— И тебя нужно нарядить! Сейчас попрошу Митьку скинуть список гостей. Промониторим вместе. Там вроде и возраст мужчин указан, и город. Нам подходят молодые и поближе к Москве.

— Ева, верни блокнот. Зачет послезавтра.

Подруга убегает из комнаты, а когда возвращается в ее руках зажат лист формата А4.

— Не зря я Виталику порекомендовала взять Митьку на должность рекламщика. Реакция молниеносная, да и в маркетинге он шарит. Вот он списочек, подруга.

Сунув мне под нос лист, подруга заваливается на подушку и радосно кричит.

— Изучай!

Я отмахиваюсь. Сминаю листок и бросаю в Еву.

— Нет.

Балтина сворачивает лист в самолетик и кидает в меня.

— Надо найти тебе мужика.

Я ловлю самолетик и было кидаю в нее, но резко останавливаюсь. Взгляд цепляется за знакомое сочетание букв и я цепенею. Грудь мгновенно наполняется тяжестью, а в ушах колоколами звучит пульсация.

— Эй, ты чего?

Дрожащими пальцами разворачиваю листок и беззвучно читаю: Свиридов Андрей, 28 лет — компания «Лазурь», город Б, руководитель.

Он. Я чувствую, что это именно он. Не однофамилец. Завтра я могу увидеть мужчину, которого не видела девять месяцев.

Мужчину, из-за которого хотела сдохнуть. Мужчину, который просто выбросил меня из своей жизни. Мужчину, который делает бизнес на деньги моей семьи. Строил из себя независимого и гордого мужика, а сам продался. Решил совместить приятное с полезным — выкинул из своей надоевшую телку и обогатился.

Вздрогнув от прикосновения подруги к пылающей щеке, я сглатываю подошедший к горлу всхлип и цежу.

— Согласна. Можешь одеть меня как хочешь, Ева.

Губы Балтиной расплываются в улыбке.

— Вот это правильно! Будем с тобой секси-пекси, Жека. Все клиенты в обморок упадут, когда тебя увидят.

И пусть...

Глава 48

Я не подготовилась к встрече. Не смогла. Морально я не готова была его увидеть. Обдувала пылающее лицо листом А4 и никак не могла успокоиться. Думала, что выдавила его образ из головы, а на деле дрожу от одной мысли, что через несколько минут увижу Свиридова. Душа закипает, ноет, плавится. Может сбежать?

— Жень, — слышу голос Евы, которая за сегодняшний вечер успела отчитать меня дважды, — да что с тобой такое? Скоро гости начнут приезжать, а ты застыла на месте и не помогаешь нам.

Я заторможено киваю и сильнее сжимаю в ладони увлажнённый моим волнением лист.

— Это ведь наш список? Ты что с ним сделала? Он теперь на мокрую и мятую тряпку похож.

Я отдаю лист подруге и ловлю в ее взгляде разочарование.

— Ты заболела? — делает предположение Ева.

Я отрицательно мотаю головой и опускаю взгляд на слишком откровенный, на мой взгляд, наряд. Платье выбирала Балтина, а она любит выглядеть ярко.

Темно-голубое платье-лапша открывало плечи, руки и ноги. Оно обтягивало мою фигуру, будто влитое. Замок сзади доставлял мне особый дискомфорт. Казалось, что он в любую минуту расстегнётся и обнажит спину и задницу. Ева заставила одеть чулки и стринги, поэтому если замок подведет, моя голая ж*па станет изюминкой вечера.

— Пошли на кухню. Тринадцать клиентов отказались от участия в ужине. Сразу после официальной части они уедут домой. Надо обязательно сообщить поварам и официантам точные цифры и изменить рассадку за столами. Уезжающих надо посадить ближе к выходу…

— У тебя список есть тех, кто уедет? — следуя за подругой, уточняю я.

— Да. Вот список. Можешь тогда заняться изменениями в рассадке, а я на кухню побегу.

Андрей в списке есть, а это значит я буду находиться с ним в одном помещении около двух часов. Вроде немного времени, но как пережить эти часы?

К шести вечера большой зал коворкинга «Планета» наполнился звуками современной музыки и гомоном мужских голосов. Кто-то ещё стоял у стендов и слушал презентацию Виталия о новых продуктах компании, а большинство гостей уже расселись за столами и ждали начала официальной части. На столах были только фуршетные блюда и шампанское, до ужина было далеко.

Приехали все гости, кроме Андрея. Свиридова не было и я постепенно впускала в голову мысль, что он не придет. Наверное, было бы лучше, если бы он не явился, но…

Но ровно в 17.59 двери распахнулись и в помещение вошел Свиридов. Хорошо, что я уже сидела за столиком, потому что колени задрожали настолько сильно, что шпильки туфель стали биться о кафель. Боже!

— Встреть последнего, Жень, — подлетела ко мне Ева, — я пошла Виталия на сцену звать. Видишь, как разошелся, а надо соблюдать регламент. Эй, ты чего? Снова в астрал ушла? — шипит подруга, — иди, встречай!

Осушив бокал с шампанским, я топаю к выходу. Пол под ногами кажется мягким, а стены всё сжимаются-сжимаются… И голос! Его голос в голове кричит: «я увезу тебя к родителям»

Сука. Козел. Ненавижу тебя. И люблю. Люблю.

Слава Богу Андрей стоит ко мне спиной — вешает куртку в шкаф. Стиснув зубы, я надеваю на губы фальшивую улыбку и громко говорю.

— Рады приветствовать вас на нашем мероприятии. Как добрались? Плохо, раз последним пришли.

Он еще не повернулся, но я вижу как его спина каменеет и выпрямляется. Словно в замедленной съёмке, Андрей разворачивается и смотрит прямо в глаза. Сразу глядит в глаза. Не отрываясь.

Выглядит так себе. Темный свитер и джинсы кажутся ему великоватыми. Словно с чужого плеча. Бледное лицо и заостренные черты лица добавляют ему возраста.

— Женя? — шепчут его губы и внутри меня словно мину взорвали. Хочется расплакаться и кинуться к нему на шею, но я сдерживаюсь. Кое-как держусь и не бросаюсь к мужчине.

— Она самая, — не снимая с губ улыбку, выдавливаю я, — проходите за стол, дорогой гость. Только вас ждем. Остальные были более пунктуальны.

Свиридов моргает, а потом скользит по мне долгим задумчивым взглядом. Когда его глаза снова сталкиваются с моими, я отчетливо читаю в них пронзающую сердце тоску.

— Рады вас видеть! — раздается голос Виталия и я инстинктивно делаю два шага назад.

Не хочу анализировать его тоску. Вообще ничего не хочу.

— Я помню, что сегодня вы написали мне об опоздании, Андрей. Мы еще не начинали, поэтому будем считать, что вы ничего не пропустили…

Виталий уводит Свиридова, а я решаю охладиться. Выхожу на несколько минут в холодное фойе и пробую дышать.

Воздух. Мне нужно подышать морозом и охладить тело. Как мне пережить официальную часть?

Я его не вижу. Чувствую его взгляд, но не вижу. Стол администрации стоит впереди и чтобы посмотреть в зал мне нужно развернуть стул или пересесть. Я это, конечно, не делаю. И так еле сижу на месте, а встречаться с ним взглядом было бы настоящим самоубийством.

А потом всё резко прекращается… Я перестаю чувствовать жар и тут же пересаживаюсь. В зале его нет. Ушёл. Даже часа не отсидел, трус.

Подхватываемая злостью и диким возбуждением, я подрываюсь с места и иду к выходу. Достаю из шкафа пальто и выхожу из коворкинга. Останавливаюсь на крыльце и, охватив взглядом освещенную стоянку, сразу вижу его. Андрей садится в машину.

Закутавшись в пальто, стараясь не растянуться на заледенелом асфальте, я иду прямо к нему. Машина стоит далековато, но сейчас я готова кинуться ему под колеса — настолько внутри меня все кипит. Когда наконец приближаюсь — распахиваю водительскую дверь и ловлю его удивленный взгляд.

— Убегаешь? — шиплю на Андрея и поддавшись новому порыву — лезу в машину, чтобы оседлать мужчину.

Глава 49

И сразу ищу губы. Дрожу и ищу своими губами его рот. Натыкаюсь на сухую, горячую плоть и замираю.

Дышит часто, но даже малейшего намека на ответные действия не чувствую… Нашла его губы и толку? Горячий, но чужой. Он чужой.

Не решаюсь на поцелуй. Пугаюсь. К тому же он в глаза мне не смотрит. Я оседлала его на водительском кресле, а он головы не поднимет. Не реагирует.

Зажимаю в руках лацканы его расстёгнутой куртки и наигранно скалюсь.

— Приветственного поцелуя двух... давних знакомых не вышло… Испортила тебе побег, да?

Свиридов впервые смотрит мне в глаза и я давлюсь воздухом, когда понимаю КАК он на меня смотрит.

— Я не собирался уезжать. Вышел покурить и вспомнил, что сигареты в машине остались. Решил забрать…

Его голос звучит глухо, зато взгляд горит и цепляет каждую зазубрину моей разорванной души.

— Сексом займёмся? — срывается с губ вопрос и я шалею от собственной смелости и очевидного безумия.

Я точно чокнулась!

Тело мужчины напрягается и он откидывает голову назад. Словно пытается увеличить между нами расстояние и за это я еще сильнее его ненавижу. Снова унижаюсь перед ним. Снова….

— Ты… ты не переживай так, — скороговоркой шиплю я, — большЕго я не прошу. Просто секса хочу… и ты хочешь… по глазам вижу… Так чего отказываться от возможности…

— Женя-я, — обрывает мою сбивчивую речь Андрей, — хуже сделаем…

— Кому? — нерво кричу я, — считаешь, можно ещё хуже сделать?!

Дернувшись, я не с первой попытки, но выхожу из машины и подставляю пылающее лицо ледяному воздуху.

— Забудь! — бросаю Андрею перед тем, как захлопнуть за собой дверь.

Теперь я уже никуда не тороплюсь. Иду до здания коворкинга совсем не быстрым шагом. Охлаждаю мозги и тело. Впускаю холод в горящую грудную клетку.

— Ничего, бл*ть, нового, — говорю себе тихо, — еще от одного унижения не сдохну. Выберусь.

Сзади раздаются шаги, но я не увеличиваю темп. Еще бы я убегала от него! И без побега достаточно унизилась.

— Женя, — слышится его голос, — подожди минуту.

С губ соскакивает нервный смешок и я отвечаю его же словами.

— Не-е. Хуже сделаем.

Андрей настигает меня у крыльца и перегораживает дорогу. В свете фонарей его глаза блестят и выглядят ещё темнее. Щетина на щеках цепляет мелкие снежинки, которые тут же тают, оставляя крошечные капли. Капли тоже блестят на свету. В голове отчего-то всплывает детская сказка Андерсена о Снежной королеве. Вспоминаю ледяной облик Кая. Вроде и сердце у него было тоже ледяным?

— Я ходил за пачкой сигарет. Я не сбегал. Хотел подойти к тебе после… официальной части.

— Зачем?

Свиридов пожимает плечами и тихо отвечает.

— Не придумал причину. Думал покурю и предлог найду.

— Кури.., — также тихо говорю я, — но подходить теперь не нужно. Реальных причин нет у тебя.

Я хочу обойти его, но потом передумываю и глядя Андрею в глаза продолжаю.

— Мне не нужно ничего выдумывать. Я по прежнем тебя хочу и люблю. Увидела, что уходишь и как побитая собака мчусь за тобой. Думала, начало отпускать, а не хрена. По прежнему ломает.

Вот теперь всё. Выболтала болючее и смело могу называть себя законченной идиоткой.

Свиридов снова встает у меня на дороги и от неожиданности я поскальзываюсь на заледенелом асфальте. Андрей ловит меня и прижимает к себе.

— Как была дурной, так и осталась, — почти ласково раздается у уха и в следующую секунду он обхватывает мою шею ладонью.

Наши взгляды сплетаются и я беззвучно выговариваю.

— Поцелуй...

Глава 50

Я не знаю откликнулся бы Андрей на мою просьбу или нет — нас прервали.

Вначале мы услышали шум голосов, а через мгновение на крыльцо вышла целая компания гостей мероприятия. Официальная часть закончилась и мужчины пришли на перекур.

Неохотно я убираю руку Андрея с шеи и, не глядя на собравшеюся на крыльце толпу, захожу в помещение. Сунув пальто в шкаф, целенаправленно иду в сторону туалетных комнат. Плевать на макияж, сейчас мне жизненно необходимо умыться.

— Жень, — голос Евы останавливает меня на полпути к пункту назначения, — мы тебя потеряли.

Притормозив, я натягиваю на лицо улыбку и оборачиваюсь.

— Я ходила на улицу охладиться, — объясняю я, а подруга уже спешит ко мне. Причем не одна, а в компании высокого блондина.

— Я хотела тебя познакомить с Аликом, — подходит ко мне Ева и тихо шепчет на ухо, — присмотрись! САМЕЦ!

— Добрый вечер, — улыбается блондин и скользит взглядом по области в районе моей шеи.

Неужели там остались следы рук Андрея? — паникую я и инстинктивно касаюсь шеи.

— Алик — приятель Виталика из Питера. Решил задержаться в столице еще на пару дней. Классно, не находишь?

Я моргаю, а Алик оставил мою шею в покое и теперь во всю шарится взглядом по телу. Неприятно, если честно. Он знать меня не знает, а глазами уже отымел в различных позах. С первых секунд знакомства так смотрят только сильно озабоченные мужчины. В глаза ведь ни разу не посмотрел.

— Рада знакомству, — неискренне отвечаю мужчине, а сама прилепляюсь глазами к входной двери, куда как раз заходит Андрей.

Можно было отомстить ему за унижения с этим озабоченным блондином, но я сразу отметаю эту мысль. Свиридов точно поймет, что спектакль подготовлен для него.

— Я спешу, — говорю Еве и пробую наконец добраться до туалета.

Как ни странно блондин меня останавливает.

— Женя, подождите! — нагло берет меня за руку Алик и Ева подмигнув мне улетучивается, — мне срочно нужно сообщить вам новость!

От пафоса в его голосе мне хочется присвистнуть, но я вдыхаю через нос и сдержанно уточняю.

— Какую новость?

— Ваш замОк привлекает внимание у половины присутствующих мужчин.

— Чего? — несдержанно вылетает изо рта.

— Ваш замОк… Тот, что сзади на платье. Уверен, что все эти мужчины желают, чтобы он пополз верх и расстегнулся.

Такой тупости от блондина я не ожидала. При том, что ему самому нравится то, что он несет. Улыбается — горд и доволен собой.

— Понятно, — бормочу сквозь зубы и пробую вытянуть свою ладонь из его, — руку верните. Я спешу.

— Какая ты.., — плотоядно улыбается Алик и сильнее сжимает мою ладонь, — нравятся мне такие…

— Женя, — раздается сзади и я вдыхаю большую порцию воздуха, — всё нормально?

Еще раз пробую выдрать свою ладонь, но блондин словно клешнями её зажал.

— Рука застряла, — шепчу Свиридову, повернув голову и Алик наконец выпускает мои пальцы.

То, что происходит потом заставляет меня оцепенеть. Андрей подходит сзади и обхватывает мою талию.

— Если ещё раз полезешь к Жене — я тебе пальцы сломаю, — тихо цедит Свиридов, глядя в глаза Алику.

У того брови ползут вверх. Блондин складывает ладони и снова пробует улыбнуться.

— Мы просто общались с девушкой. Без подтекста. Мне сказали, что Женя нуждается во внимании…

— Нет, — цедит Андрей и я окончательно теряюсь.

Что происходит? Конечно Алик переборщил, но хищная злость Свиридова, которую я ощущаю даже кожей, не имеет основания. Он сам меня выбросил из жизни, не искал меня девять месяцев и теперь ведет себя так…

Губы Алика кривятся и он начинает осматривать зал. Скорее всего ищет Еву или Виталика. Кстати, нужно будет обсудить с ними тему внимания, которое мне не требуется.

Заметив Виталия блондин не прощаясь уходит и хватка Андрея ослабевает.

— Взглядом он тебя отъеб*л прямо здесь, Женя, — шипит Свиридов и я оборачиваюсь к нему, выныривая из объятий.

— И что? Тебе разве не всё равно?

Злое лицо Андрея в миг преображается. Может показаться, что он волнуется или нервничает. Но я то знаю его. Свиридов не может волноваться.

— Нет. Мне не всё равно, Женя. Всё, что связано с тобой мне не безразлично. Мы были вместе и я тебя знаю много лет и…

— Хватит, — разочарованно шиплю я, — еще скажи, что ты пеленки мне менял.

Не то я хотела от него услышать. Начал хорошо — даже сердце ускорило ритм, а потом безнадежно рухнуло. В пропасть.

Андрей облизывает пересохшие губы и меня в жар бросает… Ненавижу себя за то, что тело так реагирует на него.

— Про пеленки ты перебарщиваешь… Твоя семья была дорога мне долгое время и…

— Поэтому ты решил взять бабло, что они тебе предложили? Семья откупилась, а ты с радостью взял. Строил из себя… мужика независимого, а от денег не отказался

Андрей щурится и бледнеет. Черты лица заостряются и он глухо говорит.

— Значит такая версия.

Глава 51

Шум в зале усиливается, а мне хочется остаться с Андреем наедине. После его последней фразы, в голове разбушевался океан мыслей и мне нужно было прояснить все важные моменты здесь и сейчас.

— Пойдем в подсобное помещение. Поговорим.., — зову Свиридова и он молча кивает.

Захожу в подсобку первая и обнаруживаю там Еву.

— Женяя, прости, — щебечет подруга, складывая в коробки остатки раздаточного материала, — мы хотели, чтобы ты наконец расслабилась. Столько времени обходиться без мужика вредно для здоровья. Всё одна и одна…

— Тшшш, — шиплю на Балтину, но она будто не слышит и естественно не замечает, что за моей спиной стоит Свиридов.

— … Алик — самый подходящий вариант для одноразовых потрахушек. Не злись, просто присмотрись к нему…

— Ева! — не выдерживаю я, — выключи звук и подними голову. Я не одна.

Балтина заторможено поднимает взгляд и уже через секунду на ее губах загорается улыбка.

— Здрасьте, — поет Ева, — а я и не увидела вас сразу.

— Здравствуйте, — сухо откликается Андрей, а подруга уже шипит мне в ухо:

— Ты и без нас себе компанию нашла. Класс!

— Можешь выйти ненадолго? У нас важный разговор, — игнорируя намеки подруги, прошу я.

— Конечно! Раз-го-ва-ри-вай-те. Сколько хотите! — скалится Ева и выходит из подсобки.

— Не слушай Еву, она любит преувеличивать, — оправдываюсь я и сажусь за стол, на котором разложены раздаточные материалы.

Андрей наваливается спиной на закрытую дверь и молча рассматривает меня.

— Что ты имел в виду, когда говорил — «значит такая версия»? Вовка мне сказал, что он заплатил тебе за отъезд и что на эти деньги ты начал строить бизнес в другом городе.

Свиридов сжимает зубы настолько сильно, что слышится их скрип. Желваки прокатываются по его скулам и он начинает злобно усмехаться.

— Молодец, Вован. Вроде и не соврал, но без пиздежа не обошлось. Даже из этой ситуации выжал выгоду. Браво. Поаплодируй благотворителю и обязательно передай ему привет от благополучателя. Денег, значит, он мне дал. Сука.

Свиридов матерится и лицо его все больше краснеет и вместо черноты в глазах — разрастается пламя злости.

— Как всё было? — шепчу в ответ, пытаясь унять тремор, пронизывающий тело.

Неужели родные снова жестоко меня обманули?

— Три года назад, я и Вовка стали складывать жирную часть нашего дохода на общий счет в банке. Думали — подкопим и начнем своё… совместное дело. За три года сумма скопилась приличная и перед Новым годом мы стали подыскивать помещение для автомастерской. Приглядывали оборудование, советовались с моим бывшим боссом… К лету планировали уже открыться. Пока в мастерской работал бы я один, но постепенно мы хотели нанять людей и расшириться… В общем, планов и идей было много.

— Всё испортила я?

Андрей не реагирует на мою вставку, а просто продолжает рассказ.

— Когда между нами произошла ссора, Вовка сказал, что не хочет иметь со мной никаких дел и в течение месяца отдаст мне мою половину. Он не обманул. Перед моим отъездом из города, он пришел ко мне домой и бросил сумку с деньгами во двор. Некоторая часть денег разлетелась, но большую я собрал. Это были мои деньги. Я не брал ни копейки у твоей семьи, Женя. Скажу больше — я бы все равно забрал свои деньги. У нас был договор, где четко прописывались суммы, вложенные в общий бизнес. Я настоял на этом документе, так как Вовка вложил больше средств и я хотел увериться в том, что и долю процентов, от будущей прибыли, он получит бОльшую. Твоя семья знала о совместном счете и имела представление кто и сколько денег положил на него.

Прикрыв глаза, я много-много раз прокручиваю в голове каждое слово из рассказа Свиридова.

Как же меня достала «забота» семьи. Каждый раз дико тошно от их лживой игры.

Как? Как он мог снова соврать мне? Я тогда чалилась между жизнью и смертью, но даже это его не остановило. Брат бездушно бросил мне в лицо очередную ложь.

— Вруны! — цежу сквозь зубы и смотрю на Андрея, — а ты с братом встречался за те девять месяцев, что мы не виделись?

— Да, — тихо отвечает мужчина.

— Зачем? Ты инициировал встречу или Вовка?

— Вовка.

Глава 52

Еду домой на такси. Одна. Голова гудит от перезвонов безрадостных мыслей, а рука так и тянется к телефону, чтобы позвонить брату и высказать всё, что я думаю о его чертовой заботе. Мне кажется, что я его возненавидела. Вовка убил мою любовь к нему целой чередой предательских поступков. Андрей от злости выложил мне всё и теперь я хотела расправы. Хотела орать и материться, но в который раз руку от телефона убирала. Как он мог?

Самым тяжелым было услышать, что Вовка, после отъезда Андрея, попросил его встретится в кафе на трассе между городами. Когда Свиридов приехал на встречу, брат стал угрожать ему. Если Андрей мне не позвонит и не соврет, что уехал к женщине, то Вовка заявит в полицию, что бывший друг изнасиловал меня несколько лет назад, когда я была несовершеннолетней. Говорил, что родные это подтвердят, а меня они отправят в психбольницу, где после приема лекарств я подпишу любые обвинительные заявления. Свиридов тогда послал брата и снова произошла драка. Позже Вовка несколько раз звонил Андрею и говорил, что я много пью и встречаюсь с мужчинами. Якобы они ничего сделать со мной не могут и в этом виноват именно Свиридов. Проклинал бывшего друга и снова угрожал ложным доносом в полицию. Звонки прекратились ближе к концу лета, как раз тогда, когда я уехала в город.

Вибрация телефона резко вклинивается в тяжелые думы и я лезу в сумочку. На экране незнакомый номер. Разговаривать не с кем не хочется, но звонок может быть важным. Например, от клиентов с мероприятия. Я уехала раньше, поэтому трубку была взять обязана. И так я бросила ребят и сбежала, поэтому на звонок нужно ответить.

— Слушаю, — охрипшим голосом говорю я и снова слышу до боли знакомый голос.

— Не передумала? — спрашивает Андрей и я откидываю голову назад.

После рассказа, Свиридов какое-то время молча смотрел мне в глаза, а когда я, не проронив ни слова, бросилась бежать, он остановил меня вопросом.

— Поехали со мной, Женя. Уедем вместе?

Задушенная обидой на брата и родных, я гневно процедила в ответ.

— Ты полчаса назад целовать меня не хотел, а теперь уехать предлагаешь.

— Предлагаю.., — отвечает Андрей, но я трусливо отворачиваюсь.

— Нет-нет. Я хочу одна остаться… Одна…

Предупредив Еву, я на ходу вызвала такси и уехала.

— Откуда у тебя мой номер? — вопросом на вопрос отвечаю я.

— На буклете увидел и сразу вбил его в телефон, — растягивая слова, как-то обречённо, шепчет Андрей.

Душа рвется на кусочки, а язык словно живет своей жизнью. Говорю то, что не собиралась говорить.

— Я не была с мужчинами, Андрей. Вовка соврал. У меня вообще никого не было, — стирая слёзы со щек, выдаю я, — увидела тебя сегодня и так захотела… до мурашек… до сумасшествия… А ты отвернулся и…

— Женя, — перебивает мужчина, — поехали со мной. Забьём на прошлое, мне плохо без тебя. Понял сейчас, что не смогу просто взять и уехать. Машину на выезде из города остановил… и теперь без конца прокручиваю нашу встречу в голове. Я знаю, что мы разные и я вряд ли смогу измениться… Не обещаю тебе золотых гор и серенад… Но… но ты мне нужна, малыш. Не знаю, как сказать... Ты нужна мне.

Я слушаю Андрея и больше не стараюсь вытирать тот поток воды, что ручьем льется из глаз.

— Ты… ты был… вернее у тебя был кто-то..? — дрожащим голосом проговариваю вопрос, занозой засевший в голове.

Андрей молчит ровно секунду, а потом тихо отвечает.

— Нет. Хотя с женщинами пару встречался, но до секса не дошло. Не смог. Перед глазами твое лицо видел и останавливался.

— А я не встречалась, — обвинительно заявляю я, — даже желания не возникало… Потому что я тебя люблю, а не только хочу. В этом разница…

— Бл*ть, — устало отзывается Свиридов, а потом быстро добавляет, — ладно, понял. Раз не передумала — я один поеду…

В трубке раздаются короткие гудки, но уже через секунду на экране снова горит его номер.

— Ждешь признаний? Да? — кричит Андрей, — я не умею и не знаю, как говорить о чувствах. Тебе же всегда нужны эти разговоры! А я не понимаю — на хера! Я готов всё делать для тебя, жить ради нас, а говорить о чувствах мне даже физически, бл*ть, тяжело. Ты сама все время говорила про любовь, а все действия были противоположны. Тогда зачем вообще нужны слова? Ты говорила-говорила-говорила! И чудила. Душу из меня вытаскивала. Я не знал, как угодить тебе. С тобой я слепну, Женя. И всегда не знаю что и как сказать.

Можно было обвинять его в ответ и желание прервать его монолог несколько раз разжигало горло, но я молчала. Первый раз он ТАК говорил, при этом его голос довольно сильно вибрировал.

— Простой фразы — "я тебя люблю" было бы достаточно, — говорю в ответ, когда машина такси подъезжает к дому Евы.

— Сомневаюсь, — снова переходит на шёпот Андрей, — ты точно захотела бы большего, Женя. Захотела бы подмять меня под себя, изменить, научить… Поместить в свой фантазийный мир выдуманного меня. Хотя я предупреждал тебя о правилах, но на деле просил только прекратить общение с тем мажором. На этом всё.

— Девушка, вы выходите? — торопит меня водитель и я неожиданно говорю.

— Андрей, ты где стоишь? Назови адрес? Я сейчас к тебе приеду.

Довольно быстро, несмотря на столичные пробки, мы добираемся до места. Свиридов выходит из машины, чтобы встретить меня. Выглядит напряжённым, но когда он открывает мне дверь своей машины, с кривой усмешкой говорит.

— В машине продолжим разговор или в гостиницу поедем?

Глава 53

Поднимаемся на лифте в номер и глаз друг с друга не сводим. Свиридов смотрит цепко и остро. Открыто и возбуждающе. Внизу мы решили продолжить разговор в номере, но теперь он так смотрит… словно мы будем общаться не только с помощью слов.

— Я секса хотела час назад, а теперь просто хочу поговорить, — взволнованно говорю я, убрав за ухо беспокойную прядь.

По телу крошками скатываются мурашки и тембр собственного голоса кажется мне слишком сиплым.

— Поговорим.., — кивает Андрей и подходит ко мне ещё ближе.

Божечки, когда мы уже доедем до восемнадцатого этажа.

— Но вначале я задеру это блядское платье и возьму тебя сзади.

Я забываю, как дышать. Сердце колошматит грудную клетку — словно хочет вырваться наружу и простучать на коже огненную надпись: «да-а, сделай именно это, пожалуйста»

— Как увидел тебя в этом платье…

— Тшшш, — шиплю я, прикрывая рот двумя пальцами, — молчи. Прошу.

Низ живота сковывают волны желания и теперь я хочу только одного — дойти до номера и не накинуться на него в коридоре. Наступает момент, когда я почти готова отдаться ему здесь и сейчас. И это всего то из-за пары предложений, а что будет, когда Свиридов коснётся меня.

— Ты же хотела признаний и слов. Признаюсь — в голове только одна картина: я трахаю тебя сзади. Наматываю волосы на кулак и...

Лифт наконец приезжает на нужный этаж и я выскакиваю первая. Ноги трясутся, того и гляди подкосятся и я рухну на пол.

— Не беги ты так, мы свой номер прошли, — раздается над ухом и в ту же секунду его руки обхватывают мою талию и тянут к себе.

Под пиликанье ключа мы вваливаемся в номер. Когда мое пальто и его куртка одновременно падают на пол, в голову приходит последняя здравая мысль — как Андрей мог их разом снять? А дальше всё, я пропала — первобытный мозг нокаутировал рациональный.

Свиридов прижимает меня лицом к стене и задирает платье. Трусы вместе с колготами зависают на уровне ботинок и тут же в задницу упирается горячая плоть.

— Быстро. Слишком быстро, — говорю вслух или про себя, а уже через мгновенье кричу от резкого и глубокого толчка.

— Ммм, тшшшш, — шиплю в полузабытье и упираюсь щекой в твердую стену.

— Бл*ть, — хрипит Андрей и впивается зубами в кожу на шее.

Еще один резкий толчок и я хлопаю ладонями по стенам, чтобы не разораться от дикого наслаждения.

— Я тебя сегодня затрахаю, малышка, — раздается у уха, — терпел слишком долго.

Я правда хочу ответить, но новый толчок разрывает действительность и я содрогаюсь от нарастающей пульсации между ног. Два новых быстрых толчка и тело капитулирует.

— Люблю тебя. Люблю. Люблю. Люблю. Люблю, — бесконечно повторяю я и распластываюсь по стене, будто растаявшее мороженое.

Андрей разворачивает меня к себе лицом и перед тем, как накрыть мои губы, не своим голосом цедит.

— И я тебя, малышка… И я тебя…

В эту ночь мы не разговаривали. Я потеряла счет сколько раз мы занимались любовью. Под утро я выбилась из сил, но Андрей все никак не мог остановиться. Трогал, ласкал, целовал каждый сантиметр моего тела и все время говорил: «моя, моя малышка, моя». Ты моя? — спрашивал он и я беззвучно кивала. Его, конечно, а то чья же.

Когда расцвело, он искупал меня в душе и завернул в большое мягкое полотенце.

— Поедешь со мной? — укладывая на кровать, спросил Андрей.

— Поеду, — инстинктивно прошептала я, а потом спохватилась, — только нам обязательно нужно поговорить.

Свиридов тяжело выдыхает и ложится рядом.

— Поговорим. Ты ведь так любишь эти разговоры.

— Я тебя люблю, — заявляю я, — а разговор нам просто нужен.

— Замуж пойдешь за меня, малыш? — неожиданно говорит мужчина и растягивает губы в мимолетной улыбке.

— Ты серьезно?

— Да. Золотых гор не обещаю, но…

— Пойду. Очень сильно пойду, — вытирая подступившие слезы, оживляюсь я.

— Тогда вместе пойдем, — тихо резюмирует Андрей и целует меня в мокрые от слез щеки.

Глава 54

— Хочешь ещё добавлю? — возбужденно говорю Андрею, глядя как он доедает тушеное мясо.

По-настоящему готовлю ужин во второй раз в жизни, поэтому сильно волнуюсь и слежу за каждой съеденной ложкой.

— Нет. Хочу ещё попробовать блины.

Улыбка сходит с губ, когда вспоминаю вкус собственноручно приготовленных блинов.

— Знаешь, я не уверена, что они тебе понравятся. Как оказалось, мясо я готовлю лучше.

Свиридов берет меня за руку и подтягивает к себе.

— Мясо очень вкусное, малыш. Думаю, что блины тоже неплохие.

— Зря так думаешь. Я прочитала, что в тесто нужно добавить соду и переборщила. У них специфический вкус. Завтра попробую сделать без соды…

Андрей поднимается и тянется к тарелке с блинами.

— Я рискну.

Он скатывает блин в трубочку и отправляет его в рот. Целиком. Смелый он, конечно. Лучше бы с кусочка начал.

Его глаза в миг расширяются и он закашливается. Оценил, всё-таки, вкус.

— Гадость, да, — с досадой шепчу я.

Свиридов всё-таки съедает блин и также тихо отвечает.

— Нет… Я когда первый раз полировал машину, столько косяков оставил. Пришлось даже доплачивать клиенту, чтобы избежать скандала. Поэтому не переживай, чтобы научиться нужно практиковать. Хотя… Хочешь, я завтра куплю тебе целый пакет блинов, чтобы ты не морочилась.

— Нет, — кутаясь в его объятия, отвечаю я, — я хочу сама для тебя приготовить. Мясо ведь вкусное?

— Да.

— Ну вот. Блины я тоже освою.

Телефонный звонок рушит атмосферу вечера, потому что я знаю, кто звонит. Они звонят каждый вечер, в одно и то же время. Целый месяц я живу с Андреем и родители просто одолели меня звонками.

Началось всё с того, что после переезда я написала сообщение всем своим родственникам с одинаковым содержанием: «Вы в который раз меня обманули. Больше я не позволю вам лезть в свою жизнь. Звонить и что-то выяснять не нужно. Я теперь с Андреем и это надолго. Когда буду готова — позвоню сама. Предупреждаю — этот звонок произойдет не в ближайшее время. Мне больно и обидно и я больше вам не верю».

— Ответишь? — спрашивает Андрей и я качаю головой.

— Не хочу.

Свиридов молча кивает и целует меня в нос.

— Хоть напиши им, что жива-здорова, а то они подумают, что я с тобой что-нибудь сделал.

— Убил, например? — с грустной усмешкой, шепчу я и укладываю голову на его плечо, — напишу завтра бабушке, что жива и на этом всё.

Он снова кивает, садится за стол и усаживает меня к себе на колени.

— В ЗАГС позовешь семью?

— Нет. Хочу, чтобы мы вдвоем с тобой были. К тому же, даже если они приедут, снова будут притворяться и врать, а я не хочу портить такой день.

— Как скажешь. Значит окольцую тебя без свидетелей.

Оглядев быстрым взглядом нашу небольшую квартиру, я с улыбкой говорю.

— Я не верю, что все это происходит на самом деле. Нет, я конечно с малых лет представляла нас мужем и женой, но теперь, когда до важного дня остается неделя, я все больше волнуюсь и боюсь поверить в реальность.

Андрей очень осторожно перебирает пряди моих волос и некоторое время молчит. Я стала привыкать к его таким уходом в себя на какое-то время. Иногда Свиридов и вовсе может мне не ответить. Раньше это бы обидело меня, но сейчас я понимаю, что это просто его особенность. И самое важное — такая его особенность никак не связана с отношением ко мне. Он просто такой — ему нужно иногда закрыться от мира. Как я раньше это не разглядела? Это ведь так очевидно. Часто после таких «закрывашек», как я их назвала, он может целовать меня долго и страстно. Шептать разные пошлости и приставать.

— У тебя завтра пары есть? — через время спрашивает Андрей и я киваю.

— Да. Три пары.

Я пока не перевелась в местный университет и слушаю лекции из дома в режиме онлайн. В деканате пошли мне навстречу и разрешили не посещать лекции офлайн, но зачеты и сессию нужно будет все равно сдавать в универе.

— А что? — спрашиваю я.

— Хотел позвать тебя за город на горку.

— На горку?

— Да. Вчера по радио в машине говорили, что на выезде построили огромную горку. Хочешь покататься?

— Хочу. Пары до обеда завтра, а потом я свободна.

Я даже подпрыгиваю на месте от возбуждения. Оказывается, я очень хочу прокатиться на горке.

— Я тоже завтра по-раньше машину сдам и приеду.

Подбежав к Андрею я нежно целую его в губы.

— Надо купить ватрушку, — улыбается Свиридов, — или ты на ледянке поедешь?

— Не знаю. Я готова хоть на попе съезжать с горы.

— Не-ет, — смеётся Андрей, что происходит крайне редко, поэтому я замираю и любуюсь им, — твоя попа мне еще пригодится. Побережем ее и купим ватрушки.

— Слушаюсь, товарищ командир, — дурачусь я и он снова ловит меня и садит на колени.

— Какая ты покладистая сегодня, Женя. Даже странно.

— Не переживай. Такой я буду не всегда. Пользуйся моментом….

Эпилог

Три месяца спустя

Андрей

На работе аврал. Апрель, как всегда, оказался одним из самых загруженных месяцев. Почувствовав приближение настоящей весны, большинство водителей переобулись с зимних колес на летние, и это несмотря на то, что по ночам еще сохраняется морозная погода. Утром на дорогах лед — машины бьются и клиентов в автосервисе с каждым днем прибавляется. Работы много, хотя месяц назад я принял на работу ещё одного маляра.

Женька наверняка дуется, что я полторы недели пропадаю на работе, но исправить ситуацию я просто не могу. Собственное дело требует немалых вложений, да и для нее я хочу лучшей жизни. А для лучшей жизни нужны деньги. К тому же значительная часть денег уходит на содержание матери, которую полгода назад пришлось определить в частный пансионат. Но туда я перечисляю деньги машинально, не думая ни о чем — просто перевожу и всё. Без сантиментов. Здесь же другая ситуация…

Я до сих пор не могу избавиться от мыслей, что такая девушка, как Женя, птица не моего полета. И чтобы она была рядом, надо создавать для нее наилучшие, особые условия. За девять месяцев разлуки я понял, что с одной стороны — до одури тоскую по Женьке и хочу, чтобы она была рядом. А с другой стороны — опасаюсь того, что просто «не вывезу» её уровень. Сейчас эти мысли редеют и не так часто вспыхивают в голове, но освободиться от них полностью всё равно не могу.

Причем сейчас я не замечаю в Жене пренебрежения или стремления изменить мои «базовые настройки» на желаемые. Она учится, бегает по магазинам в поисках новых сортов антуриумов (я даже название ее любимых растений запомнил), готовит разные блюда, которые я раньше ел только в ресторане и много смеется. Все время в движении, ее активности может позавидовать электромотор. Никаких требований не выдвигает, только просит, чтобы мы ужинали и засыпали вместе. Так всё и было, пока не пришёл апрель. Теперь я снова в думках и навязчивые мысли змеями лезут в голову. Чувствую, что она дуется.

— Андрей, — окликает меня Колька и я снимаю защитную маску и перчатки, — к тебе жена пришла. Ждет в комнате отдыха.

— Женька? — удивленно уточняю у приемщика и чувствую приближающуюся беду.

Сейчас будет скандал. Не зря я переживал.

Снимаю защитный костюм дольше обычного и умыв лицо, иду в комнату отдыха. Захожу и немею. У Женьки такое несчастное лицо, что я инстинктивно подбираюсь. Зубы сжимаются — готовлюсь к худшему.

— Андрюш, — тихо начинает жена, — обещай, что не будешь ругаться?

Щурюсь и не понимаю, как реагировать на ее вопрос. Внутренне продолжаю готовится к пиз*цу.

— Обеща-ай.., — скулит Женька, — мне так жалко их было… Они такие хорошенькие и маленькие… Чудо просто.

— Не понял?

— Котята, — с придыханием говорит она, — я пряталась от дождя на остановке, а там коробка рядом с мусорным ведром стоит. В ней два малюсеньких рыженьких котеночка. Я не могла их бросить. Они умрут, понимаешь?

С облегчением выдыхаю и закрываю лицо руками.

— Котята?

— Ага. Милейшие.

— Женька, я уже хрен знает, что подумал.

— Что подумал?

— Решил, что ты пришла скандалить, — честно говорю жене.

Женя выглядит удивленной.

— Причина есть? — осторожно уточняет она.

— Я полторы недели торчу на работе и вижу, что ты дуешься.

— Я? — звонко спрашивает она, — мне, конечно, не нравится, что ты работаешь много, но я и не думала на это обижаться. Ты же сам говорил мне, что время сейчас такое… На самом деле я думаю про другое. Сессия через месяц начнется и мне придется уехать в столицу на долгих две недели. Совсем не хочется уезжать из дома, поэтому переживаю.

Несколько минут смотрю в глаза жены, а потом говорю.

— Я до твоей сессии усиленно поработаю, а потом отпуск возьму и можем вместе в столицу поехать.

— Правда?

— Ну, да.

Женька в миг преображается. Глаза смеются. Ладонями упирается в мою грудь и шепчет.

— Надо было раньше тебе сказать о своих переживаниях. Всю неделю не могла найти выход, а ты взял и придумал.

Я улыбаюсь в ответ, а про себя думаю — мне тоже надо было раньше спросить — дуется Женька или нет, а не фантазировать.

— Так что с котятами? — ласково бормочет жена, — можно их домой забрать? Пожалуйста!

— А кто за ними будеь смотреть, пока нас не будет?

— Так я соседку попрошу. К ней внуки как раз на каникулы через месяц приедут. Играть с котятами будут. Возьмём?

Ка только я киваю, Женька принимается танцевать и прыгать вокруг меня. Пытается и меня втянуть в танцевальную партию, но я мало отзываюсь. Бревно танцевать не умеет.

— Потанцуй, потанцуй со мной. Давай…

— Женя, мне работать надо, — стараюсь строго ответить, хотя внутренне улыбаюсь и даже смеюсь.

— Минуточку. Одну минуточку потанцуем и я убегу.

— Жень…

— Андрей.., — передразнивает мой строгий тон она и все-таки увлекает меня в танец. Вернее в подобие танца.

— Люблю тебя, — шепчет на ухо, — мы с котятками будем ждать тебя вечером.

— Даже звучит страшно, — усмехаюсь я, — чувствую наша жизнь круто изменится при появлении животинок.

— Не. Главное останется прежним, — заканчивая танец, заявляет жена, — мы будем вместе. Остальное постараемся решить. Вернее ты решишь, а я буду танцевать. От счастья…