Я тебя сломаю (СИ)

Глава 20

Арина

С самого утра не нахожу себе места. Думаю о предстоящей прогулке, представляю, как все пройдет и… ужасно волнуюсь. Ощущение, что собираюсь на свое первое в жизни свидание. Так глупо…

Мирон — мой жених. Он мне даже предложение сделал! А я все не верю, что такое возможно. Что “мы” возможны.

— Может сходишь в салон? — предлагает Марта, видимо подуставшая от моих брождений из угла в угол. — Прическу сделаешь?

— Думаете стоит? — рассматриваю свое отражение. — Это не будет слишком? Мы же просто в парке погуляем и все.

— Откуда знаешь, что в парке? — становится рядом и через зеркало смотрит мне прямо в глаза. — Может, он сюрприз организует, сводит тебя куда-нибудь? Ты же все время дома сидишь, никуда не выходишь. Думаешь, он ничего не видит? Поверь моему опыту, такие, как твой Гараев простыми прогулками не ограничиваются! Не их уровень.

— А я? Я — его уровень?

Неуверенно переминаюсь с ноги на ногу.

Я же простая. Обычная девушка. Что он во мне нашел?

Перевожу взгляд на Марту. Та недовольно поджимает губы.

— Ты — его невеста! Подумай, стал бы он делать предложение той, которую считает себе не ровней?

Продолжая хмуриться, смотрит на меня в упор. Видимо ждет ответа, а я без понятия, что говорить. Как реагировать?

— Я не знаю, — качаю головой и делаю шаг назад, упираясь спиной в изголовье кровати. — Я не помню… Ни его, ни предложение — вообще ничего! Иногда мне кажется, что все это, — обвожу комнату руками, — Сон. Странный, безумный ночной кошмар, который закончится, стоит мне только проснуться. Я уже ничего не понимаю, Марта… Я запуталась.

Боль в висках нарастает. Каждый раз, когда думаю о своем прошлом, пытаюсь откопать хоть какие-то зачатки воспоминаний, внутри все переворачивается. Словно кто-то невидимый щелкает пальцами, и память, а вместе с ней мое «Я», растворяются во тьме. И она все гуще.

Мерзкая. Холодная. Липкая, как паутина.

Комната кренится, и я без сил падаю на стул. Схватившись за голову, ложусь лицом на туалетный столик. И слушаю.

Себя.

Свое тело.

Оно-то должно все помнить…

Мне страшно. Не знаю, отчего, но это чувство настолько острое, что едва не задыхаюсь.

— Нет! Пожалуйста, не трогайте! Я не знаю… Не знаю, о ком идет речь!

Слезы беззвучно ползут по щекам. Я вздрагиваю, как от удара. Поднимаю голову и натыкаюсь на испуганный взгляд Марты.

— Я произнесла это вслух?

Мой голос дрожит, руки тоже. Ощущение, что за мной кто-то гонится не дает мне покоя. Господи, да что же это?

— Произнесла? — тянет озадаченно. — Да ты кричала! У меня чуть инфаркт не случился. Детка, ты что-то вспомнила? К кому обращалась?

— Не знаю…

Морщусь от очередной вспышки. Будто слепну. Секунда, и все исчезает. Комната растворяется, вместо нее вырастает другая.

Маленькая. С голыми белыми стенами. И единственным окном. В него я и смотрю.

За спиной раздается монотонный звук. Я прислушиваюсь и слышу чье-то дыхание. Слабое, едва уловимое. Но такое… важное.

Я в больнице. Скорее догадываюсь, чем вспоминаю. Мы приехали издалека и мне некуда идти. Поднимаю руку к лицу и вытираю слезы. Пальцами осторожно касаюсь груди и тихонько скулю от боли. Я не знаю, что мне делать. Безысходность и дикое отчаяние не отпускают. Куда обращаться? К кому? У меня никого нет. Только он. Единственный родной человек…

Шумно выдыхаю и распахиваю веки.

Процесс пошел. Я начала вспоминать! Скоро все встанет на свои места.

— У меня есть семья! Я не одна, Марта, понимаешь? У меня кто-то есть!

Вскочив на ноги, бросаюсь к своему телефону. Открываю сначала телефонную книгу, затем список звонков, галерею. Не могу поверить, что здесь ничего нет.

— Должно же быть хоть что-то, — повторяю шепотом, чувствуя как сжимается сердце. — Хоть какое-то упоминание… Ну…

Внутри все замирает.

Ничего.

Никаких зацепок.

Смартфон выскальзывает у меня из рук и с грохотом летит на пол. На экране образуется трещина — от угла к центру. Разрезая нашу с Мироном фотографию. Как символично…

Я усмехаюсь.

— Посмотри, — киваю на разбитый телефон. — Даже он не верит, что у нас что-то есть.

Как после этого не сомневаться?

— Ты просто себя накручиваешь. Хватит об этом думать. Расслабься. От твоих сомнений ничего не изменится. Память не вернется только потому, что ты этого хочешь. Что сказал врач? Покой и никакого стресса! Вот, — она протягивает мне стакан воды. — Выпей обезболивающего и начинай собираться. Скоро Мирон приедет. Или уже передумала идти на свидание?

Отрицательно качаю головой.

— То-то же. И запомни: такие мужчины на дороге не валяются. Один раз ты в него уже влюбилась. Значит, снова полюбишь. Тем более, что сам он от тебя не отказывается.

Одаривает меня многозначительным взглядом и выходит из комнаты.

— Легко вам говорить, — хмурюсь я и, поставив бокал на тумбочку, начинаю собираться.

Недолго думая, выуживаю со дна гардероба черные джинсы и бледно-голубую рубашку. Повозившись немного с волосами, решаю оставить их распущенными, лишь закалываю на затылке маленьким крабиком. Из косметики только тушь и блеск для губ. Выхожу, как только получаю от него сообщение.

«Я на месте. Жду»

Марта ничего не говорит. Дожидается, когда обуюсь и накину пальто, и закрывает за мной дверь.

Мирон встречает меня у подъезда.

Большой, статный, красивый. Он подает мне руку и помогает спуститься, но ладонь мою не отпускает. Наоборот. Притягивает меня к себе.

— Хорошо выглядишь, — хриплый шепот вызывает неконтролируемую волну мурашек. Сердце пропускает удар. — Необычно… Мне нравится.

— Спасибо, — смотрю ему в глаза и нервно сглатываю.

Чувствую себя идиоткой от того, что не понимаю, как с ним говорить. Вот сейчас, например. Что это было? Комплимент или издевка? Что он имел ввиду?

Боже, как же с ним сложно!

— Ты чего зависла?

Стоически выдерживаю очередной пронзительный взгляд своего жениха.

— Ничего, — произношу едва слышно. — Задумалась. Куда пойдем?

Мирон недоверчиво прищуривается.

— Помнится, это ты пригласила меня на свидание, так что предлагай.

— Не знаю… — невольно теряюсь, начиная перебирать варианты. — Может, тогда парк? По вечерам там красиво…

— Тогда идем, — Мирон внезапно отстраняется, выпуская мою руку, и жестом указывает в сторону освещенной аллеи.

Охрана молча следует по пятам. Они хоть и выдерживают дистанцию, но мне все равно неловко. В голову закрадываются очередные сомнения. Все новые вопросы касательно личности моего жениха и моего места в его жизни…

Почему он никогда не говорит о себе? Чем он занимается? Почему все время молчит?

— Мирон, — решаюсь наконец задать первый вопрос. — А как мы познакомились?