Я выбираю - рискнуть

Глава 2

Первая встреча

Июнь, среда. Деловой центр «Кронос», 15 этаж.

Лена поправила лацкан пиджака. Бежевая ткань, дорогая, струящаяся, сидела идеально — словно была сшита именно для этого дня, для этой встречи. Она стояла перед зеркалом в кабине лифта, поднимающегося на пятнадцатый этаж. Цифры бежали вверх: 10… 11… 12…

В отражении на неё смотрела женщина, которую она лепила пять лет. Тугой пучок, открывающий шею — длинную, уязвимую, но сейчас кажущуюся неприступной. Холодный блеск в серо-зелёных глазах. Никакой дрожи в руках.

Тонкий шрам на запястье, который обычно прятался под часами, сегодня был на виду — маленький вызов, напоминание. Просто факт. Без драмы. Без оправданий.

«Пять лет, — подумала она, когда лифт мягко тормознул. — Целая жизнь. Интересно, каким он стал?»

Двери разъехались. Пахло озоном, кондиционированным воздухом и дорогим кофе. Секретарша за ресепшном — идеальная кукла в чёрном платье — вскочила, увидев пропуск.

— Елена Николаевна? Андрей Сергеевич ждёт вас. Проводить?

— Я знаю дорогу, — сухо ответила Лена.

Она прошла по коридору из стекла и хрома. Каблуки отстукивали ритм, который она задавала сама. Не он. Не его территория. Сейчас здесь правила она. За стеклянными стенами работали люди — менеджеры, дизайнеры, аналитики. Они поднимали головы, провожали её взглядами. Лена не смотрела на них. Она смотрела прямо перед собой, на массивную дверь из тёмного дерева в конце коридора.

Дверь была массивной, тяжёлой, с латунной табличкой «А.С. Соколов, генеральный директор». Лена постучала — один раз, чётко.

— Войдите, — голос Андрея. Тот же баритон, но глубже, хриплее.

Она толкнула створку.

Андрей стоял у панорамного окна, спиной к двери. На нём был серый пиджак — идеальный крой, дорогая ткань, — рубашка расстёгнута на верхнюю пуговицу, галстука нет. Он смотрел на город, на серую ленту Оби вдали. В правой руке, замершей в воздухе, он держал ручку.

Когда он обернулся на звук шагов, ручка выскользнула из пальцев и с глухим стуком упала на паркет.

Время остановилось.

Он ожидал увидеть кого угодно — дизайнера, архитектора, строгую женщину в деловом костюме. Но не её. Фамилия в документах была «Ветрова», а его бывшая жена была Соколовой. Он и подумать не мог, что она вернула девичью фамилию. Что она не просто выжила — она построила себя заново. Под другим именем. Без него.

— Лена? — выдохнул он. Голос предательски дрогнул. — Ты… Вы?

Лена не улыбнулась. Она прошла в центр кабинета, поставила портфолио на стол — ровно, по линейке.

— Здравствуйте, Андрей Сергеевич, — её голос был ровным, без единой трещины. — Я приехала обсудить проект. Если вы не передумали насчёт подрядчика.

Андрей моргнул, словно пытаясь стряхнуть наваждение. Он обошёл стол, опираясь на край руками. Пальцы нервно зачертили невидимый узор по полировке — старая привычка, которая никуда не делась.

— Нет, конечно. Проходи… Присаживайся, — он сделал шаг к ней и вдруг остановился. — Ты отлично выглядишь. Совсем… по-другому. Я бы не узнал.

Лена медленно подняла глаза. В них мелькнуло что-то, похожее на усмешку.

— Ты всерьёз думал, что я рухну, лишившись твоих кастрюль? — спросила она. Голос звучал почти ласково, но слова жалили, как крапива. — Как же, без них я точно потеряю смысл жизни и способность к рациональному мышлению!

Андрей поперхнулся воздухом. Щёки предательски вспыхнули. Он открыл рот, но слова застряли где-то в горле.

— Я не это имел в виду… Я просто…

— Мы на «ты»? — перебила Лена, приподнимая бровь. — Будем придерживаться делового тона, Андрей Сергеевич. Это исключит лишние эмоции. Где переговорная? Или будем здесь?

Он выпрямился, сглотнул. Краска снова отлила от лица, оставив его бледным.

— Здесь вполне удобно, — он указал на кресло напротив. — Кофе?

— Нет, спасибо. У меня час.

Она села, не дожидаясь приглашения. Раскрыла портфолио. Листы с рендерами, образцы тканей, смета. Всё было идеально.

— Модельные квартиры в ЖК «Вертикаль», — начала Лена, переключая листы. — Концепция — «воздух и свет». Минимализм, натуральные материалы. Как вы и просили в брифе. Вот варианты цветовых решений для гостиной…

Андрей слушал, но не слышал. Он смотрел на неё. На то, как уверенно её пальцы листают страницы. На то, как она держит спину. Раньше, когда он был рядом, она словно сжималась, старалась стать меньше, незаметнее — будто извинялась за своё существование. А сейчас сидела прямо, как струна. И эта прямая спина была страшнее любых упрёков.

— …здесь мы предлагаем заменить керамогранит на натуральный камень, — продолжала Лена, не поднимая глаз. — Это увеличит бюджет на десять процентов, но даст нужную фактуру.

— Лена, — вдруг перебил он. Голос стал тише. — Посмотри на меня.

Она замерла. Палец завис над страницей. Медленно подняла взгляд.

— Елена Николаевна, — поправила она.

— Боже, — Андрей откинулся на спинку кресла, провёл ладонью по лицу. — Ты серьёзно? Пять лет, Лен. Мы не чужие люди. Мы… были семьёй.

— Мы партнёры, — отрезала она. — Заказчик и исполнитель. Всё остальное осталось в прошлом. В том доме на Чаплыгина. Помните?

Андрей помнил. Звук захлопнувшейся двери. Её слова про амбиции. Тишину, которая наступила после. И пакет с продуктами, который он так и не убрал до вечера — будто надеялся, что она вернётся.

— Я не хотел, чтобы было так, — тихо сказал он. — Ты думаешь, я не жалел?

— Ой, только не надо этой трагической мины, — Лена поморщилась. — Она тебе идёт меньше, чем та рубашка, в которой ты изменял.

Андрей побелел.

— Лена…

— Слышала, империя твоя на взлёте, — перебила она, будто не слыша его. — Получается, кастрюли, от которых ты убегал, решили сыграть в благородство — объявили себя венчурным фондом и вложили все силы в твой успех? Или это твои понимающие амбиции постарались?

— Ты можешь говорить что угодно, но…

— Бедный, — усмехнулась Лена. — Так устал строить империю, что пришлось расслабиться в нашей постели с первой встречной амбицией. Классика жанра.

Андрей сжал кулаки так, что костяшки хрустнули. Лицо горело.

— Ты несправедлива.

— Я справедлива, — Лена встала, закрывая портфолио. Щелчок застежки прозвучал как выстрел. — Вы хотели лучший дизайн в городе? Я его вам предлагаю. Хотите копаться в прошлом — наймите психоаналитика. У меня ещё две встречи сегодня.

Она направилась к двери.

— Лена, подожди! — он вскочил, но не решился преградить путь. — Я просто хочу знать… ты счастлива?

Лена остановилась у двери. Медленно повернула голову. Профиль был точёным, холодным. Но на губах заиграла лёгкая, почти насмешливая улыбка.

— Счастье — когда по утрам не нужно вычислять, с кем ты проснулась, — сказала она тихо. — Я счастлива. И никаких расследований, Андрей Сергеевич. Вам ли не знать?

Она вышла, плотно прикрыв дверь.

Андрей остался один. В огромном кабинете, где было слишком тихо. Он стоял посреди комнаты, тяжело дыша. Лицо горело, словно она надавала ему пощёчин. Он провёл рукой по щеке — горячая. Сжал кулаки.

— Чёрт, — выдохнул он и ударил ладонью по столу.

За стеклом секретарша вздрогнула. Андрей не заметил. Он смотрел на дверь, за которой исчезла женщина, которую он когда-то назвал «домашней наседкой». Теперь эта наседка умела жалить, как стая ос.

Он опустился в кресло, провёл пальцем по обложке её портфолио. Пахло её духами — лёгкими, древесными, с ноткой свободы. Не ванилью. Не домом. Ядом. Самым сладким, какой он когда-либо пробовал.

Андрей закрыл глаза. Вдохнул этот запах. Улыбнулся — горько, обречённо.

— Я всё равно верну тебя, — прошептал он в пустоту.

Но голос дрожал. Потому что в глубине души он знал: такие женщины не возвращаются. Их можно только заслужить. Снова. С нуля.

А стекло за окном молчало. Оно никогда не отвечало тем, кто поздно прозревает.

Вечер того же дня. Студия «Лофт».

Лена сидела в своём стеклянном кабинете, глядя на огни города. Плечи наконец расслабились, когда за дверью стихли шаги последнего сотрудника. В дверь постучали — Инна вплыла с двумя чашками кофе и хитрым прищуром.

— Ну? — она поставила чашку перед Леной и плюхнулась в кресло. — Рассказывай. Он уже умер от разрыва сердца или ещё дышит?

Лена отхлебнула кофе, позволяя себе лёгкую, почти незаметную улыбку. Маска спала, оставив лишь усталость.

— Дышит. Но, кажется, жалеет, что не задохнулся сразу.

Инна хмыкнула, откидываясь на спинку.

— Значит, всё прошло как по маслу. Напомнила ему, что его ненаглядные амбиции — это просто длинноногая блондинка, которая крутит попой перед каждым кошельком?

Лена усмехнулась, проводя пальцем по краю чашки.

— Кажется, до него начало доходить.

— Ну и дурак, если раньше не доходило, — Инна махнула рукой. — Ладно, главное, что ты себе ничего не сломала. Ни нос, ни гордость.

Они помолчали. Лена смотрела в окно, где в темноте зажигались новые огни.

— Знаешь, что самое смешное? — тихо сказала она. — Он действительно думал, что без него я рухну.

Инна фыркнула так громко, что чашка подпрыгнула.

— Рухну? Ты? Да ты, подруга, железобетонная конструкция. А эти его «амбиции»… — она сделала пальцами кавычки в воздухе, — пусть дальше крутят попой перед кем-нибудь другим. Мы себе развлечение поинтереснее найдём.

Лена улыбнулась уже по-настоящему. Впервые за день.

— Именно это я ему и сказала.