Забытая семья миллионера

Глава 14. Демид

Умение быстро анализировать ситуацию играет мне только на руку и не позволяет эмоциям одержать верх над разумом. Кирилл тут явно вляпался во что-то. Не просто так он стоит полуголый и прижимает мою супругу. Замечаю скользкую влажную плитку на полу и след. Вероятно, Саша чуть не упала. Что здесь случилось? И почему в первые сутки после аренды дома? Неужели владелец за такую цену не удосужился проверить всю сантехнику? Придётся мне высказать ему, но сделаю это чуть позднее.

— Кирилл, нужна помощь? — спрашиваю я без капли эмоций в голосе.

Саша куда-то улепётывает. Она выглядит испуганной. Чего так перепугалась? Боялась, что включу режим Отелло? Я в любом случае не стал бы корить её, так как верности не требовал. Не думал даже, что фиктивная жена на такое способна.

— Я уже закончил. Всё нормально. Кран сорвало, но я всё сделал, теперь должно работать нормально. Сейчас ещё привезут детскую мебель. Кроватку придётся собрать самостоятельно. Наверное, мне следует дождаться грузчиков?

— Не переживай. Я сам справлюсь. Можешь ехать домой. Ты сегодня здорово потрудился. Если завтра нужен выходной, бери и отдыхай. Спасибо.

Кирилл кивает.

Саша приносит рубашку и протягивает её моему помощнику. Как я и думал — он перепачкался, и она, как добрая хозяйка, решила постирать одежду. Гордость берёт с одной стороны, а с другой… Саша слишком добрая. Ей с таким сердцем тяжко будет барахтаться в мире, полном предателей.

— Александра, спасибо, что освежили мою рубашку. Такой теперь запах… красота. Рад был оказаться вам полезным. Надеюсь, мы ещё встретимся не один раз.

Кириллу не кажется, что сейчас он откровенно перегибает? Я ведь сказал, что он имеет дело с моей женой, а он флиртует в моём присутствии. Саша смущается, благодарит мужчину, и тот уходит.

— Демид, ты должен знать, что это совсем не то, что ты подумал… — бормочет Александра и теребит край своей футболки.

— У вас сорвало кран в санузле, Кирилл вызвался помочь, скорее всего, он промок или испачкался, и ты постирала его футболку. Помогая ему, ты поскользнулась, и Кирилл не дал тебе упасть. Это не то, что я подумал?

— Эт-то… — Саша не смотрит мне в глаза.

Куда подевалась смелость, с которой она смотрела на меня в кабинете и говорила, что она моя фиктивная жена, нуждающаяся в моей помощи?

— Всё так. Прости, мне просто показалось…

Из гостиной доносится плач ребёнка, рвущий барабанные перепонки в клочья. Я даже пугаюсь, если честно, но Саша выдавливает улыбку, говорит, что всё в порядке и идёт к сыну. Да… Мне к таким звукам придётся привыкать. Вот тут сразу паника начинается.

Смотрю в спину удаляющейся женщины и понимаю, что таких «святош» точно нельзя выпускать в этот мир. Её же нещадно втопчут в грязь, разорвут наивное сердце. И что мне с ней делать? А самое главное — почему мне хочется защитить эту женщину, окружив своей заботой?

Мотаю головой, стараясь избавиться от нахлынувшего морока захлестнувших эмоций. Мне же нужно из машины забрать все пакеты. Купил еду в ресторане. Я не планировал сегодня оставаться здесь, но и возвращаться в квартиру нет желания. Рядом с Александрой и нашим сыном я чувствую себя спокойнее. Рядом с ними нет желания разнести всех, помчаться в клуб и снова стать тем, кем я был раньше… Почему? Может, просто Саша слишком хорошая? Мне стыдно превращаться в плохого мальчика рядом с ней.

Забираю пакеты и букет из машины. Смотрю на слегка увядшие цветы. Надеюсь, они отойдут, когда их поставят в воду? Сам не знаю, на кой я купил их… Мне хотелось сделать «супруге» приятно. А ведь понимаю, что всё это какая-то антиутопия, и я добровольно тону в ней.

Вхожу в дом с пакетами и цветами, чувствуя себя провинившимся мужем, вернувшимся после длительной командировки, которую провёл в объятиях любовницы. Не думал, что фиктивная семья способна вызывать такие чувства, но ничего не поделаешь с фактами.

— Это тебе, — говорю я и кладу цветы на стол, потому что Саша держит сына на руках.

— С-спасибо… Неожиданно, — улыбается Саша. — Даже не знаю, есть ли здесь ваза.

— Я сейчас поищу. Думаю, удастся отыскать что-то. Они немного завяли, пока я доехал, но очень рассчитываю, что реанимируются в воде.

Ставлю пакеты с покупками на стул, а сам заглядываю в шкафы.

Посуда имеется, даже одноразовая есть. Кастрюли… сковородки — всё в наличии. А вазы для цветов нет?

Если и есть, то мне на глаза не попадается, поэтому приходится взять бутылку и нож и заняться «рукоделием». Уроки труда никогда не любил в школе, потому что творчество и я — слишком уж противоположные друг другу «вещи». Если нужно починить что-то… собрать кроватку — я могу, а вот придумывать, как вырезать из бутылки красивую вазу… Отец таким делом занимался, помнится, а я — не умею. Всё получается незамысловато просто, но цветы исправляют ситуацию — встают в «вазу», словно для неё и были предназначены.

— Красиво, — лепечет Саша.

— Я тут привёз еду из ресторана. Что тебе можно, да и вообще, что ты ешь, я не знаю, поэтому заказал разные блюда — рыба, птица, красное мясо. Салаты с морепродуктами и вегетарианские.

Чувствую себя каким-то идиотом. И всё равно продолжаю объясняться.

— Спасибо большое за заботу. Мне можно практически всё. У меня и Лёши нет аллергии.

— Не против, если поужинаем вместе? Я не планировал оставаться здесь на ночь, но сейчас понимаю, что пока соберу кроватку, уже стемнеет…

Глупое оправдание.

Саша смущается, опускает голову.

— Знаешь, ты слишком сильно похожа на Ассоль, — подмечаю я. — Смотрела сказку «Алые паруса»?

— Д-да…

Ребёнок что-то покряхтывает, словно пытается заступиться за мамку, да вот только я не обижаю её. Хочу донести до Саши правду.

— Проблема в том, что суровый реальный мир совсем непохож на сказку. С такой простотой сложно жить, Саша. Тебя загрызут, если будешь смотреть на мир детским невинным взглядом. Нужно взрослеть, понимаешь?

Саша смотрит на меня, а я понимаю, сколько предстоит провести работы, чтобы научить её жизни. Я бы показал ей все стороны, да что-то не позволяет. Могу ли я такую чистую девушку окунать в грязь, чтобы она поняла, как жестоки бывают люди? А ведь она сталкивалась уже с этой грязью… Когда родители продали, а мои купили. Когда её «вынудили» родить ребёнка, а потом решили отнять его. Неужели даже после этого сердце не стало жёстче? Смотрю на женщину и понимаю, что она точно не от мира сего. Как втолковать ей, что так не живут? Что не следует смущаться от каждого мужского взгляда?

Вспоминаю, как женщина смутилась, когда Кирилл попытался флиртовать с ней. И от моих прикосновений смущалась точно так же. Ревность задевает собственное эго, но я тут же отталкиваю её. Просто Саша не умеет общаться с людьми и не знает, как отвечать в тех или иных ситуациях, конечно же. Вряд ли это связано с симпатией и желанием очаровать кого-то из нас. А может, она совсем не такая простая, как мне показалось? Вдруг, это смущение — часть плана очаровать меня? Влюбить в себя? И ведь я попался на крючок, можно сказать.

— Ты не осматривала второй этаж? Сейчас привезут детскую мебель, хотелось бы определиться, где собирать её, чтобы грузчики сразу затащили в нужную комнату.

— Мы с сыном останемся здесь. Тут удобно и безопасно. Места нам хватает. Я не осматривала второй этаж, так как неудобно будет бегать к спящему сыну туда и параллельно готовить обед.

— Ладно. Как скажешь. Если вдруг передумаешь, всегда можно перенести мебель.

— Твои родители до сих пор не попытались рассказать тебе правду?

Я отрицательно мотаю головой.

Такое чувство, что они не сильно-то обеспокоены пропажей Саши. Мама уж точно не выдавала своих эмоций, а вот с отцом я так и не встретился. Хотел зайти к нему, но потом понял, как неприятно мне находиться среди обмана и фарса, и не пошёл.

— Что будет после того, как вы разберётесь?

Кажется, у нас с Александрой уже был такой разговор? И я говорил, что понятия не имею. Только сейчас понимаю, что она ждёт от меня подножки, ведь все успели нагадить ей в душу. Кроме Алиски, пожалуй.

— Я позабочусь о том, чтобы вы с сыном ни в чём не нуждались после всего, но я не устану повторять, что тебе следует измениться. Сними эти розовые линзы, которые мешают тебе смотреть на вещи объективно. Ты не сказочная героиня, в жизни чудес не случается. Плохие люди не становятся хорошими, и добро редко побеждает зло. Чтобы выжить в мире, полном мерзких существ, важно хотя бы немного думать как они.

Говорю это, но не верю собственным ушам, не хочу верить, потому что если совсем разочароваться в существовании добра, можно опустить лапки и не жить вовсе. Да и ведь я изменился… Нет. Вряд ли это можно назвать так. Я повзрослел и стал думать мозгом, а не другим местом, вот и всё. Хотя… Когда планировал жениться на Лизе, я всё-таки причиндалу доверился больше, чем голосу разума. И это нехорошо. Мне повезло, что глаза на девчонку открылись, а если бы Саша не появилась? Если бы я всё-таки окунулся с головой в омут, который назвали браком только потому, что на самом деле бракованный?

Пока размышляю, приезжают грузчики. Так как убеждать Сашу перебраться на второй этаж не хочу — будет ещё потом винить меня мысленно, что там ей неудобно, прошу заносить всё и ставить в коридоре. Мебели много: пеленальный стол-комод, кроватка, матрас, ещё одна огромная коляска, люлька-качеля, ходунки, столик для кормления… Похоже Кирилл перестраховался и купил всё, что пацану даже по возрасту не подходит. И это хорошо. Надеюсь, казусов в доме больше не произойдёт, и женщина останется тут надолго. А может, навсегда? Я вижу, что Саше здесь понравилось. Хотя… она всё спрашивает, что будет… как долго они здесь задержатся. Может, спросить прямо? И прямо сказать, что хочу выкупить дом для них, если не обнаружатся существенные недостатки? Именно так и поступлю, только сейчас разгрузят газельку…

Только вот грузчики всё несут и несут коробки, и я боюсь, что места в коридоре не хватит. Чего там Кирилл поназаказывал? Вот дай волю, и тебе весь расчётный счёт обнулят.

— Ребят, много ещё?

— Так это… Сейчас подушки ещё и одеяла принесём и всё, — почёсывает затылок жилистый рыжеволосый паренёк. — Оплата была произведена, но если захотите дать чаевые…

Ага… по хребтине пару раз.

Нет, я не жадный, конечно, но когда так наглеют… Обычно плачу чаевые, но сейчас жаба давит. Однако я всё-таки достаю из кармана купюру, потому что в этом доме Саша чаще всего будет находиться с ребёнком одна, и мне не хочется, чтобы разочарованные чертяги заявились и испугали их ненароком. Большего не сделают, но даже это много.

Грузчики уезжают довольные, ведь чаевые получили от меня щедрые, а я возвращаюсь в кухню-гостиную, где Саша уже успела расставить все блюда из ресторана на стол. Она открыла крышки, и запахи заполняют помещение невероятные.

— Мой руки и за стол, — командует Саша.

Залипаю на девушке взглядом, а она смущается, хлопает глазками, словно провинилась, и поджимает губы.

— Есть, командир! — отвечаю, чтобы разрядить обстановку, и иду к крану. — Уверена, что ужинать лучше сейчас? Говорят, что после хорошей еды уже работать не хочется, а мне ведь ещё мебель собирать…

— Соберёшь завтра если что. Сыну и в коляске неплохо спится. Мы, правда, гуляли в ней, но я потом вымыла колёса, пока твоя сестра сидела с Лёшей.

— Завтра?.. — Я думаю, есть ли у меня какие-то важные дела по работе на завтра. Вроде бы ничего такого не намечалось.

— Да, а ты не сможешь остаться? — в голосе Саши звучит отчаяние.

— А давай… Соберу всё завтра. Только сейчас поужинаем, и я всё-таки перетаскаю всё, а то к санузлу не пробраться, а потом посмотрим по обстоятельствам.

— Верное решение, — кивает Саша и садится за стол.

Странное чувство. Время от времени она кажется мне самым чудесным видением, богиней из сновидений, чем-то величественным для этого мира, а порой смотрю и думаю, что Саша простой человек, такой же, как и я. Это дурман так сказывается? Она так прекрасно играет? Или я начинаю терять голову рядом со своей фиктивной женой? Вроде бы для такого слишком рано, ведь мы знакомы всего ничего и пока даже не оказались в одной постели…

«Зато сын у вас уже есть», — в голос ржёт надо мной мозг.

Смешно! Ничего не скажешь!