Глава 12. В лечебнице

Мне снились вспышки света, грохот. Казалось, я видела солнце, слышала легкий шелест листвы и дуновение ветра, чувствовала мягкое прикосновение губ. Кто-то ласково перебирал мои волосы и шептал:

— Мама, мамочка, мы нашли его. Нашего папу. Он нас спас.

Я словно плыву на теплых волнах, впитываю мужской запах и его тяжелый голос, он мягко говорит:

— Ты умничка, спасла маму, но ей еще предстоит долгое восстановление.

Свет, тьма, блики и голоса, все смешивается в цветной водоворот образов, я тону в их глубине.

— Самка магора намного больше девочки, но не нападала, наоборот, позволила своим щенкам выбраться из-под теплого материнского бока и обнюхать ладошки пришелицы.

Голос дочери. Я улыбнулась, слушая и пытаясь понять свое состояние. Повернула голову, не кружится. На стуле рядом с кроватью Дарина читает книгу, умилительно водя пальчиком по строчкам. Волнистый локон закрыл часть лица, но дочка не обращала на него внимания. Она горбилась и одета была не очень привычно. Я нахмурилась. Дочь будто бы подросла и даже похудела.

Она захлопывает книгу и убирает ее столик рядом с маленьким букетиком голубых колокольчиков, стоящих в стакане.

— В следующий раз почитаю…

Малышка осекается, когда мы встречаемся взглядами.

— Мамулечка! Моя мамулечка!

Слабой рукой глажу по волосам мою красавицу, пока она выплескивает эмоции со слезами. У меня у самой влага неукротимо катится по щекам и мочит уши.

— Ты проснулась! Я так ждала. Тетушка Розен сказала, что ты еще неделю проспишь, не меньше.

Я слушала ее сумбурный лепет и чувствовала себя счастливой. Мы живы и даже не в замке.

— Дариночка, а где мы? И что с черным магом?

— Это лечебница. Старого мага схватили стражи. Они ворвались в замок, так как было сильное возмущение магического поля. Магу было очень плохо. Не мог никак переварить твою магию, которую забрал у тебя. Мамочка. Тот спаситель сказал, что ты тоже на минутку умерла здесь, в больнице. Я так испугалась, что что-то сделала, и ты ожила. Но теперь ты без магии. А у меня, наоборот, резерв огромный, — дочь развела руки в стороны. — Черный маг умер в тюрьме, а мне вся его мощь перешла. Дайтон сказал, — дочь как-то быстро опустила взгляд, я сделала зарубку себе, узнать о нем побольше, — что сейчас мне надо ходить в школу для будущих магов и носить ограничители, — она показала запястья, на них красовались узкие, гладкие браслеты синего цвета. — Потом я поступлю в настоящую академию магии и буду крутой магичкой.

— Обязательно будешь, умница моя.

— Пока ты спала, я научилась читать здешние книги.

— Здорово! А сколько я спала?

— Целый месяц, — дочь, кого-то копируя, важно подняла указательный пальчик.

Она, действительно, очень изменилась за это время.

Дверь открылась и в палату заглянула улыбчивая женщина лет пятидесяти.

— Дарина, деточка, тебе пора. Завтра снова маму навестишь. О, вы проснулись, сейчас лекаруса позову.

В местной лечебнице я провела еще несколько дней. Дочка приходила каждый день. Словоохотливая и непоседливая тетушка Розен поведала, что первые дни она жила вместе со мной, спала на диване у окна.

— Ох и горевало ваше дитятко! — женщина прятала глаза, поправляла подушку, одеяло, в конце затеребила край белоснежного передника. — По ночам к вам на кровать перебиралась, горемычная. Молилась, звала. Мы ее подкармливали вкусненьким, а то ведь совсем как птичка клевала. Исхудала очень. Но сейчас-то — тетушка взглянула на меня влажными от слез глазами и, вытерев их о платочек, вынутый из большого кармана на переднике, проговорила, — теперь поправилась немного. Сильная она у вас, боец. Днем ни разу не плакала, только ночью.

Позже я узнала, что тетушка в этом мире не только обращение к родственнице, но и профессия, вроде нашей сиделки или медсестры.

В таких коротких разговорах женщина поведала, что после смерти мага, у дочки случился спонтанный выплеск силы. За дочь замолвил словечко некий Дайтон. Именно о нем как-то упоминала Дарина. Он возглавлял отряд стихийников в тот день. Для Дарины маг нашел наставницу, и дочка временно живет у нее. Обучается азам магии. К сожалению, тетушка Розен большего о таинственном маге не знала.

— Дарина, а кто этот Дайтон? — решилась я расспросить подробнее свое солнышко.

Девочка сразу погрустнела и выдала:

— Мамулечка, он когда тебя на руках выносил из замка, я спросила его: “ты мой папа?” Ма, — дочка подняла на меня полные слез огромные синие глаза, — но я точно знаю, что он наш папа. Он спас нас. Он самый смелый и самый лучший. И такой красивый. Только грустный.

— Котенок, а что он тебе ответил?

— Сказал, что он не мой папа, и что видит он нас впервые. Ничего этот Дайтон не понимает!

Даринка отчаянно разрыдалась. Я притянула ее к себе на кровать и тихонько запела ее любимую колыбельную про белых медведей, и долго гладила по волосам, пока малышка не уснула.

Загрузка...