Давид, скрывая улыбку, кивнул и вошёл в кабинет. Я же последовала за ним, закрыв дверь. Сразу после этого раздался возмущённый возглас.
Шеф обернулся и вопросительно вздёрнул бровь, ожидая от меня каких–то пояснений.
– Что, Давид Матвеевич? – я искренне удивилась.
– Мария, – с усмешкой протянул он и кивнул в сторону двери.
Я прижала руку ко рту, испуганно проследив за его взглядом.
– Как неловко получилось, – пробормотала, чувствуя себя смущённой. Ведь я действительно забыла о женщине.
Крутанувшись на пятках, поспешила открыть дверь и была снесена раскрасневшейся Марией.
– Ты совсем обнаглела? – кричала она, яростно размахиваясь руками. Я осознавала свою вину и молча опустила голову. – Уж поверь мне, сегодня последний день для тебя…
Но Мария не успела закончить угрозу, Давид перебил её.
– Не забывайся, Мария Витальевна, это моя фирма! – сузив глаза, прогремел он и приблизился. Обняв за плечи, Давид отвёл меня от разъярённой женщины.
– Но, Давид! Она же абсолютно некомпетентна! Я даже не уверена, что у неё есть какие–либо знания! Ты же видел, как она закрыла дверь и чуть не покалечила меня. Боже мой, она же совсем ребёнок. Посмотри на неё! – не унималась женщина. Давид отступил, прислушавшись к её словам, и начал меня разглядывать, а Мария продолжала:
– Глазки невинные, кудряшки во все стороны торчат, а эти нелепые очки… Для её восемнадцати единственное, что советует возрасту, это фигура. И то за счёт лишних килограммов!
– Я не могу с тобой согласиться, – неожиданно произнёс начальник, и его взгляд стал более проницательным и оценивающим. Давид засунул руки в карманы и, слегка покачиваясь на пятках, начал излагать свои аргументы, касающиеся моей внешности. – С момента нашего знакомства я не перестаю восхищаться кудряшками Клавки. Хочется потрогать эти локоны. А её фигура, для девушки её возраста, просто идеальна. Она напоминает классическую русскую красавицу. Уверен, что у неё нет недостатка в поклонниках.