Звезда Солара

Глава 37

Мягкое облако под головой столь удобное, словно создано именно для того, чтобы на нем спали и видели райские сны. А ещё облако удивительно вкусно пахло. Нежным цветочным ароматом, создающим впечатление, что рядом цветёт целая поляна иномирных цветов. Я уткнулась в подушку носом и тихо сопела. Голова наполнилась лёгкостью и никакие мысли не тревожат. Это такое редкое ощущение, будто можно отключить мысли. Оно практически не достижимо. Как тот самый дзен, который все упорно ищут и стараются достичь.

А он вот где спрятался. В подушке, набитой цветочными лепестками…

Всю картину безмятежного отдыха портили голоса. Один явно женский, с властными нотками и два мужских, заискивающих и оправдывающихся.

Я не хочу открывать глаза, чтобы не выдать себя и старательно прислушиваюсь к разговору.

А где, собственно, я лежу? Надо вспоминать.

Последнее, что помню, как пират напоил меня чаем.

Вспомнила!

Вспомнила, что чай был не вкусный.

Так… А дальше? Видимо я уснула. Тогда где я и кто эти люди, что столпились у моей постели?

Один голос явно принадлежал Тео. Обычно он разговаривал властным, приказным тоном. Что случилось с ним сейчас? Он словно нашкодивший ребёнок оправдывающийся за разбитое окно. Ух ты! Здорово! Вот бы и мне уметь так ставить его на место!

В комнате присутствовал ещё один мужчина. По голосу он был значительно старше пирата. И было слышно, что он привык руководить. Но сейчас он растерял всю свою властность и огребал по полной программе от невидимой, пока, мне женщины.

— Ну ты понятно, молодой да глупый. Но ты то?! Дурак старый! На что подписался? Нет чтобы сразу все рассказать ему, так нет! Устроил тайный сговор с Папашей Миролом! Ты что, не знаешь его методы работы? Да его молодчики стукнули бы бедняжку по голове и в мешок засунули. А потом бы ещё и мучили, чтобы не сопротивлялась. Они же без совести и люди для них просто товар.

Мне совершенно не хотелось, чтобы мне стучали по голове и засовывали в мешок. Потому я затаила дыхание и прислушалась.

— А ты? Хорош, ничего не скажешь! Ты почему ей не сказал все прямо? Почему надо из всего делать «Секретную Информацию, Подлежащую Разглашению только по Воле Императора»? Что? Ах, времени не было… Ну так получай результат своих действий! Мало я тебя в детстве ремнём порола? Мало! Надо было больше! Тогда и время нашёл и возможность! Это ж надо было довести бедную до того, что она к взломщикам подалась. Видать там то ей было лучше, чем с тобой. Ты лицо то свое не вороти! На руки её глянь. Бедняжка! Конечно они заставили её работать! Кто ж разрешит дармоедничать в их «семейках»? Там быстро уму разуму учат и к профессии приобщают.

Такое ощущение, что кто-то сейчас огреб ещё и полотенцем по наглой пиратской морде. Во всяком случае, я услышала как воздух рассек удар какой-то тряпицы и злобное шипение нашкодившего пирата.

А мне так хорошо стало, аж заурчать как Лиса захотелось. И потянуться сладко. Но я сдержалась, чтобы раньше времени себя не выдать. Мало ли какой полезной информацией разживусь.

Пока неведомая мне заступница охаживала провинившихся мужчин, я пыталась восстановить события последних часов.

Пират напоил меня чаем со снотворным. Точно! Помню, как резко захотелось спать и как он извинялся…

За что?

Кажется за господина Харима…

Нет!

За то, что ему придётся отвезти меня Грегоину Грину!

От резко нахлынувшего воспоминания, я подскочила на постели.

На меня уставились четыре пары внимательных глаз. Вернее три пары человеческих глаз и одна пара зелёных глаз ройса, лежащего в моих ногах.

Я обнаружила себя на кровати, укрытой до самого носа пушистым, легким одеялом.

Комната, которая вмещала столько народа, была, на удивление, мала. Но светлая и явно женская. Приятный цвет стен, мягкий на вид ковёр на полу, цветы на окне.

Возле небольшого камина у противоположной стены, столпилось три человека, голоса которых я и слышала сквозь сон.

Ну одного из них я точно знала. Высокий, темноволосый, ужасно сексуальный пират, в этой расстёгнутой сверху рубашке и брюках, облегающие стройные ноги.

Женщина, так упоенно чихвостившая мужчин, была невысокого роста, средних лет, темноволосая и с удивительно внимательными, живыми, чёрными глазами. Она опустила полотенце, которым намеревалась преподать урок нерадивому подопечному.

Ну а третий участник стоял чуть поодаль, и даже издалека я почувствовала его властную ауру. Мужчина был высок, статен, с хорошо подтянутой фигурой и абсолютно седой. Что, на удивление, потрясающе гармонировало с его черными глазами. Они сверкали умом и сразу было видно, что этот мужчина привык все просчитывать наперёд.

Это были глаза, умудрённого опытом, человека. Глаза гроссмейстера…

— Добрый день! Уважаемый Господин Грегоин Грин? Я не ошибаюсь?

— Добрый день, Мира. Нет, не ошибаешься. Наконец то мы с тобой увиделись. Ты, на удивление, хорошо пряталась. Я тебя долго не мог найти.

— Да ты и собственный зад не нашёл бы, если бы не нужда подтирать его ежедневно!

— Олия! — оба мужчины в один голос гаркнули на женщину.

Я от испуга зарылась в одеяло, ройс зашипела, а женщина только полотенцем в очередной раз на них замахнулась.

— Чего орете, ненормальные! Испугали девочку до полусмерти! Стоят, глазами своими бесстыжими сверкают.

Грегоин Грин и правда злобно сверкнул на неё глазами и угрожающе сдвинул брови. Я поежилась, но боевая Олия только поудобнее перехватила полотенце, чтобы наверняка достать до этого достопочтенного господина.

— Я все же сдержу своё обещание и продам тебя, Олия! Ты забываешься! Я твой хозяин.

— Ой! Не смешите мои тапочки! Продаст он меня! Да я тебе все твои продавалки оторву и в ж… засуну! А этот мелкий негодник? Туда же куда и дед! В работорговлю подался. Мало тебе работы? Мало тебе денег? Решил заработать, продавая людей?

Дед?!

Грегоин Грин — это дедушка пирата?!

— Так вот почему папаша Грог не довёз меня до рынка работорговцев на Сурре? Вы перехватили инициативу и выкупили меня раньше.

— Это Тео попросил выкупить тебя, до того, как начнутся официальные торги. Было трудно, но мы ещё до торгов смогли внести залог и получить право на выкуп в первую очередь. Вся сложность заключалась в том, что Тео улетал на Драгосс, а я был в Столице. И мне пришлось нанять господина Харима, чтобы встретил и привёз тебя ко мне в дом. Но когда я вернулся, оказалось, что ты ещё не прибыла. Тогда я стал выяснять, что произошло. И выяснилось, что в ту же ночь, что господин Харим должен был тебя привезти, он исчез. А через пару дней мне доложили, что он вообще улетел с Бровасса в неизвестном, пока что, направлении. А твои следы затерялись где-то на окраине города. И мне пришлось обратиться к людям Папаши Мирола. Ведь они специализируются на похищениях людей. Думал, раз у него по всему городу свои люди, то он быстро тебя найдёт. Я даже удваивал сумму вознаграждения каждые три дня. Я надеялся, что смогу решить этот вопрос до того, как внук вернётся домой. Он бы спросил с меня, если не обнаружил тебя здесь. — мужчина, а стариком его язык не поворачивался назвать, пытался сохранить властный вид, но все равно сдулся под осуждающими взглядами

Он испытывал чувство вины передо мной, за то, что натравил на меня банду Папаши Мирола. И перед внуком, за то, что не выполнил обещание.

А с Харимом все ясно. Пучеглазый старикан испугался и дал деру. И с Папашей Миролом все было понятно. Он знал, где я. Но не торопился меня похищать, потому как каждые три дня сумма удваивалась. Да он просто хотел больше денег получить. Иначе бы давно проник в таверну и выкрал меня.

Но каков пират?! Целая спецоперация! Куча времени и нервов потрачены впустую.

— Почему же ты не сказал, что это твой дедушка? Знаешь, как страшно, когда тебя продают и увозят в неизвестность? — я уставилась на пирата и от негодования просто готова была взорваться.

— А я что говорила? Почему не предупредил девочку? Милая, тебе полотенце одолжить?

— А сковородка есть?

— Есть! Есть! — она радостно закивала. — Я сейчас! Я быстро! Я мигом принесу!

— Олия! Мира! Успокойтесь немедленно! — Грегори Грин примирительно поднял руки. — Все решилось мирно. Все живы и … почти здоровы. — он поглядел на мои забинтованные руки.

А пират устало потирая шею, сказал:

— На «Химере» ты была не совсем в адекватном состоянии. Я решил, что не буду рисковать. Вдруг ты под действием лекарства стала бы болтать налево и направо. Узнай Грог, что ты отправляешься не в рабство, мог бы и избавиться от свидетельницы. Он ведь надеялся, что тебя переправят на Сурру. Так бы о его участии и не узнали. Даже здесь, на Бровассе работорговля наказуема.

— Да, да! Наказуема! — Олия, уперев руки в бока, грозно смотрела на господина Грина.

— Святые Предки! Я уже тридцать лет как наказан, за то, что когда-то решил купить рабыню! Если бы я только знал тогда, что покупаю не помощницу по дому, а дикого ройса, перерезал бы себе вены! Все эти годы ты не даёшь мне забыть о том поступке!

— Олия! Так вы рабыня? — я удивленно уставилась на женщину, которая загнала двух взрослых мужиков в угол за камином и не давала им приблизиться ко мне.

— Да, девочка. Меня купил вот этот гад! Который по старше. Он думал, какой бы ещё бизнес к рукам прибрать? И решил, что торговля людьми самое то! Я была юной и меня выкрали, отправили Сурру к перекупщику. А господин Грин решил заняться перевозкой рабов. Он хотел легких денег. Решил, что одну рабыню из партии он оставит себе. Я ему популярно тогда объяснила, что воровать людей плохо! Он быстро понял, что торговать людьми — это не его призвание.

— Но почему все эти годы вы здесь? Он вас чем то шантажирует?

В ответ задралось дружное фырканье из-за камина.

— Я её отпускал много раз! Не уходит, Бездна её забери! Даже денег давал! Билет до дома покупал. Все едино. Пристала как смола к ботинку…

— А ты ещё не понёс заслуженное наказание, негодяй! Я твоя вечная расплата за содеянное!

— Да если бы я властям тогда сдался и признался во всех злодеяниях, уже бы отсидел и вышел на свободу! А от твоего присутствия меня только смерть избавит! И я не уверен, что ты меня и за Гранью не найдёшь.

— Найду! Не сомневайся! За содеянное будешь обречён на вечные муки!

— Олия, так если он вас отпускал, почему же вы не ушли от него? — меня все мучил вопрос.

— Да вот из-за него, паразита мелкого! — она махнула своим боевым полотенцем в сторону пирата. Мужчины в едином порыве шарахнулись.

— Я же когда в их дом попала, он совсем крошечным был. Мать то его умерла после родов. И он такой маленький был, все время болел. Сердце моё и не выдержало. Решила, что если уйду, погибнет ведь, мальчишка. Вот и осталась. А от моей матери мне знания о травах разных досталось. Вот и выхаживала, болезненного. Травками отпаивала. Видишь, какого красавца вырастила! — она с гордостью любовалась мужчиной, который теперь был в два раза её выше. — Вот только порола его мало! Получал бы больше ремнём, не выбрал бы себе такую бестолковую работу!

— Олия, прошу тебя! Давай уже дадим Мире отдохнуть. И может ты нас все же покормишь? — Тео примирительно приобнял свою няню и та растаяла, как мороженое на полуденном солнышке.

— И правда! Что-то я увлеклась. Я быстро! Сейчас будем обедать. Ты останешься, дорогой?

— Нет, нянюшка. Мне нужно улетать. Я постараюсь вернуться как можно скорее. Пригляди, пожалуйста, за Мирой. И ты, дед. Глаз с неё не спускайте! Сразу предупреждаю. Она очень быстро входит в доверие. Прямо-таки втирается. Не купитесь на её жалобные рассказы. И замки она вскрывает на раз. Ни булавок, ни шпилек, ни скрепок ей не давайте! И да… Она ещё и подготовку прошла у Тренера Личной Императорской Гвардии. Так что, в ближнем бою опасна. Лучше использовать усыпляющие дротики.

Я чуть не свалилась с кровати. Это он обо мне? Это в меня дротиками из-за угла стрелять надо?!

Ну гад! Ну морда пиратская! Где там полотенце?! Нет? Ну ладно, ваза сойдёт.

— Пойдёмте, уважаемый господин Грин. Молодым людям нужно поговорить. — Олия вытолкала деда за дверь и захлопнула её.

И в тот же миг ваза брызнула дождем, ударившись о стену над головой пирата и разлетелась мелкими осколками.

— Эта ваза с раскопок на Траверре!

— Контрабандная значит? Отлично! А эта?

— Поставь статуэтку на место! Она честно купленная!

— Но на деньги, полученные за работу контрабандистом? Значит не жалко! — фонтан брызг от разбитой статуэтки в виде девушки, разлетается по комнате.

— Мира! Прекрати немедленно! Я тебя в последний раз предупреждаю!

— Ты — негодяй! Ты же врешь мне постоянно!

— Мира, я правда хотел все тебе рассказать, когда прилетел с Драгосса. Думал разберусь с одним очень важным делом и заберу тебя.

— Ты умолчал про деда. Могу принять, но не простить! Знаешь, как я испугалась, когда головорезы Папаши Мирола угрожали Папаше Дону? Я думала сама уйти от него, чтобы не подвергать его опасности! Но он меня стерёг днём и ночью.

— За это ему спасибо. Обязательно при встрече поблагодарю!

— Как ты меня нашел? Зачем тебе мой браслет? Ты заинтересовался им, когда узнал, что Юрс на него сбросил информацию из Архива. Ты следил за хакером? Так? Ты знал, что в дом вошли двое. Когда Юрса убили ты отправился за вторым хакером. Только это был не человек папаши Того. А я. Ты действительно сильно рассердился. Только не на меня. А на деда. У которого, по твоему мнению, я должна была быть. Ведь он не признался тебе, что меня у него нет. Что ты молчишь? Ну же! Скажи, что я не права! Или ты скажешь мне правду или я натравлю на тебя Лису.

Предметы интерьера, которые я могла взять забинтованными руками закончились. Потому применила запрещённый приём. В ответ на меня уставились две пары удивленных глаз.

— Лиса, фас!

«Не буду я его кусать! Он вообще-то мне нравится» — от удивления её морда вытянулась и глаза стали как блюдца.

— А мне нет. Он опять врет и не краснеет, подлец!

«Тебе надо, ты и кусай!»

— Не хочу!

«Тогда он тебя сейчас покусает. Смотри, какой злой».

— Это он злой? Это я не в себе уже от ярости!

«Ты бы поаккуратнее с ним. Сильный самец. А ты слабая».

— Девочки, я понимаю, что вы очень соскучились друг по другу. И у вас будет время пообщаться. Но мне уже пора уходить. Мира! Прошу, давай оставим разговор на потом. Обещаю, что расскажу тебе все, что захочешь. И про хакера и про все на свете.

Как он умудрился подкрасться ко мне так близко?

Я и глазом моргнуть не успела, а он уже возле меня и заправляет локон моих выбившихся волос за ухо.

— Обещаю. Все изменится, когда я вернусь. Веришь мне?

— Если честно, то не очень.

Его пальцы, такие горячие прошлись от моего уха по скуле и задержались на губах.

— Я сам виноват, в том что ты мне не доверяешь. И постараюсь исправиться. Сейчас я лечу на Илларию. Привезу тебе самых вкусных пирожных с ягодами и кремом. Хочешь? Уверен, ты сладкоежка.

— Ага. И цветочек аленький привези мне батюшка. — я от его вкрадчивого голоса стала расслабляться и поймала себя на мысли, что жду его поцелуя. Он был так близко, что я даже чувствовала его дыхание на своих губах. По спине бежали мурашки от предвкушения. Рука пирата скользнула на мою талию и он медленно притянул меня к себе.

Запах его кожи, слегка хвойный, щекотал нос. Хотелось уткнуться в его рубашку и вдыхать полной грудью.

— Мира… — его хриплый голос сводил с ума. — Ты невероятная. Жалею больше всего на свете, что не встретил тебя раньше.

— Ты бы не смог. Я ведь из Темных Миров Пограничья. — шепчу не ему, а его пуговице на рубашке.

— Я бы и туда отправился за тобой. Теперь тебе не скрыться ни в одном из Миров.

Его губы совсем рядом, но он намеренно тянет время, заставляя меня мучиться от желания. Я даже приподнялась на носочки, чтобы быть ближе…

И в тот момент, когда я готова сама его поцеловать, с кровати раздался рык:

«Ну же! Кусай его!»