А что если?

Глава 7

Жермен назначил мне свидание в ресторане на пересечении Саванна-сюр-Сен и округом Парижа, в котором он живет.

Я долго выбирала, что надеть, послала не меньше десяти фотографий Самии и Одри и в конце концов выбрала совсем простое черное платье. Черный – это хорошо, черное стройнит, черное идет ко всему. И ради чего это все?

К платью я выбрала пару туфель на высоких каблуках, чтобы прибавить себе роста.

Вы уже знаете, что я родилась на следующий день после раздачи равновесия (авантюристка и ношу каблуки, этим все сказано). Так вот, раздачу сантиметров я тоже пропустила. В общем, родилась в самый неудачный день. Наверное, в понедельник.

Труднее всего было выбрать сумочку. С самого детства я их обожаю. У Муны в шкафу было несколько сумок от Hermes, я могла любоваться ими часами, когда приходила в гости. Когда она разрешила мне наряжаться в ее шарфы и туфли и дала мне право повесить одну из сумок на руку, я была самой счастливой девочкой на свете.

И теперь каждый год на день рождения я дарю себе сумочку. Они занимают целую полку в моем шкафу.

Чтобы немного оживить черное платье, я остановила свой выбор на сумке красно-коричневого цвета из такой мягкой кожи, что я чуть не потеряла сознание от волнения, потрогав ее в магазине.

Осталось только найти мужчину, который произведет на меня такое же впечатление. Может быть, это будет Жермен[8], думаю я, входя в ресторан.

«Дольче Вита» – очаровательная пиццерия[9] с классической, но приятной обстановкой. Белые колонны, живые растения и даже маленький фонтанчик в центре зала.

Я окидываю взглядом помещение, народу немного, но надо сказать, что еще только семь вечера и я должна найти его без труда.

Вот, кажется, и он. Я делаю несколько шагов к столику, за которым в одиночестве сидит мужчина. Он улыбается мне и, поднявшись, целует в щеку. Симпатичный, с ямочками и большими голубыми глазами. Чем-то похож на Брендона Уолша из «Беверли-Хиллз». Я предпочла бы Дилана Маккея, но могу удовлетвориться и Брендоном.

– Добрый вечер, Максин. Легко нашла?

– Да, да, без проблем.

– Один коллега посоветовал мне эту пиццерию, я нашел на нее очень хорошие отзывы на Restoparano.com. Четыре звезды за чистоту!

– Осторожность никогда не помешает, – замечаю я, и его улыбка становится шире, открывая белые и идеально ровные зубы.

Никогда не доверяй мужчинам, у которых желтые зубы, всегда твердила мне Летисия. Наверное, профессиональный юмор стоматолога.

– Ты преподаватель?

– Да, французского. В этом году у меня вторые классы[10].

– Хорошая, наверное, работа.

– Да. Но только если смириться, что ученики хотят выбросить Гюстава Флобера на помойку, а с ним Пруста и Верлена. С другой стороны, если вдуматься, Мэтр Жимс[11] тоже великий писатель в своем роде.

Он смеется. Никогда не доверяй мужчине, который не смеется над твоими шутками, даже неудачными, всегда твердил мне Жюльен. Юмор психолога, это точно. Жермен смеется над моими шутками, и у него красивые зубы. Он, стало быть, соответствует идеалу мужчины в глазах стомато-психологического семейного дуэта.

Несколько минут поизучав меню, я заказываю пеннеаррабиата и бокал красного вина.

– Я возьму то же, что и мадемуазель, – говорит Жермен.

Я нахожу это очень милым.

Пока мы ждем заказ, Жермен немного рассказывает о себе, о работе бухгалтера, о своей начальнице, которая недавно потеряла дочь – рак, ей было всего тридцать лет.

– Она была лучшей подругой моей невесты. То есть… Моей бывшей невесты.

Будь здесь Самия, она сочувственно накрыла бы его руку своей. Будь здесь Одри, она спросила бы, что с ним не так, если невеста передумала. Я же…

– У тебя уже есть кольцо для следующего предложения, утешай себя этим.

При виде его растерянной физиономии я понимаю, что, по своему обыкновению, повела себя неловко.

– Я хотела сказать, что наверняка будет следующий раз, другая история, которая кончится хорошо.

Его лицо расслабляется.

– Да, надеюсь. Мне очень хочется снова встретить кого-то, с кем можно разделить жизнь.

Заведи собаку, сказала бы Одри. Она без конца твердила мне это, пока я наконец не завела Дарси.

– Я ищу кого-то, с кем у нас совпали бы желания, – продолжает Жермен. – Кого-то стабильного, кто не уедет внезапно на другой конец Франции. Кто не будет менять мнение каждую неделю.

Я открываю было рот, чтобы согласиться, но тут официант ставит перед нами тарелки с пастой.

Я вздыхаю.

– Я так и знала!

– Что ты знала?

– Что надо было заказать лазанью. Я колебалась. Сначала выбрала лазанью, а потом подумала, не лучше ли взять что-нибудь другое для разнообразия, я всегда беру лазанью. Что будет, если я возьму пасту? А теперь вот я жалею. Прости, что ты говорил? Я потеряла нить разговора, извини.

– Ничего особенного, – отвечает он. – На вид паста вкусная. Очень вкусная.

Я улыбаюсь ему. Он правда симпатичный и очень мне нравится. Я уже чувствую, что нас тянет друг к другу.