Бандит-одиночка и дочка!

Глава 7. Яна

От его рыка я подскочила как ошпаренная.

Уцепила Янчика за ручку от испуга и обернулась.

Ох, ё...

Трофимов не шел. Трофимов летел над землей. И только что дым из ноздрей не пускал от злости. Удивительно, но я на самом деле испугалась его вида. Голова сама собой в плечи вжалась.

Сейчас будет орать.

А за что?!

— Открой машину! — гаркнул он.

Я послушно пикнула брелоком сигнализации, отступая на шажочек. А чего он психует-то? Откуда он тут вообще взялся?

Трофимов рванул на себя водительскую дверь и наклонился.

— Лучше ты ничего не могла придумать? — он не кричал. Но его интонация... Лучше б орал, честное слово. — Ты сдурела на такой тачке ездить?

— Н-на к-какой? — я начала заикаться.

Нормальная у меня машина.

Старая, да, недорогая. Ну, так, а с чего мне новую покупать, он не соображает что ли? Я воспитателем работаю!

— У тебя фильтры забиты к чертовой бабушке! И салонный, по ходу, и под капотом, — Трофимов наступал на меня. Ткнул пальцем в Янчика. — Сама задохнуться хочешь и ее отравить заодно? Ты вообще соображаешь, что делаешь? Инстинкт самосохранения и все такое?

Я раскрыла рот.

Обидно стало до слез почему-то. А чего он? Сам-то лучше, что ли? Я же еще утром увидела, что у него татуировками шрамы на теле прикрыты. Специально, это точно.

— Яна хочет есть! — я задвинула ее за себя и сжала кулаки. Уставилась прямо в бородатое сердитое лицо. — Вы обещали привезти продукты! И где? Чем я должна вашу дочь кормить?

— Бутербродами, — Трофимов нависал сверху огромной глыбой.

— Бутерброды для ребенка вредно!

— А возить ее в загазованной тачке крайне полезно, видимо, да?

Я надулась.

Отвернулась от него, нащупала за спиной плечико Яны. Потрепала ее, погладила, чтобы она не боялась. Чурбан бесчувственный! Не понимает, что ревом своим собственного ребенка пугает?

И меня заодно.

Трофимов тоже отвернулся. Вдохнул вдруг мощно, всей грудью. Так сильно, что даже боковым зрением я это уловила. Обалдеть, он здоровый, конечно. Просто огромный. Сильный, наверное, что машину мою утащить сможет.

Я скосила глаза на его бицепсы.

Нет, он точно половину своего времени проводит в тренажерном зале.

Невозможно ничего не делать и иметь такое тело. Как будто с обложки какой-то или спортсмен. Даже на шее мышцы выпирали тугими канатиками.

И борода у него красивая.

Ухоженная. Сразу понятно было, что Трофимов за собой следит. У таких мужчин обычно отбоя от любовниц нет. Красавчик. Хотя на ловеласа вроде бы не похож. Намеки мне кидал какие-то, но кажется, это он специально. Просто чтобы позлить меня.

Ну, это понятно.

Где он и где я?

Квартира у него и машина такие, что закачаешься. Не зря Алина Александровна именно к нему дочку отправила. С ним у нее никаких финансовых проблем точно не будет.

Я нахмурилась.

Мне нет до тебя никакого дела, Трофимов Владислав Андреевич. Не Янчик — я бы уже удрала.

— Шагай в магазин, — пока я его разглядывала, он глядел на меня.

Ой.

Я же на него пялюсь как последняя бесстыдница! Позор какой.

— Янчик, бежим, — я ухватила свою воспитанницу за ручонку и зашагала ко входу в супермаркет.

— Машину закрой, кошечка!

Я зашипела вполголоса.

Нажала на кнопку и спрятала ключи в сумочку, что висела через плечо.

Теперь специально издеваться будет, тыкать мне этим прозвищем. Понял же, что мне не нравится. Видимо, сворачивать людям кровь — его излюбленное занятие.

Но это поправимо.

Я тоже не лыком шита. И зубы показывать умею. Так что не рассчитывай на покорность, Трофимов! Хочешь войны — ты ее получишь. У меня рядом с тобой только один ограничитель — это Янчик.

— Яна, а тебе мой папа не нравится, да? — она внимательно посмотрела на меня снизу.

— Нет, Янчик, — я улыбнулась. А потом на всякий случай обернулась.

А, все в порядке.

Трофимов медленно шел за нами и разговаривал с кем-то по телефону. Значит, нас не слышит.

— Твой папа очень хороший, он о тебе заботится, — я задумалась. — И даже красивый. Но самодур, что уж тут поделать.

Я состроила ей сочувствующую мордашку и Яна засмеялась.

— Давай выберем тележку, — мы вошли в прохладный холл супермаркета. — Какая тебе больше нравится?

— Эта! — Янчик всегда выбирала какую-то определенную, хотя мне телеги все казались одинаковыми.

Ну и пусть, главное, ребенок привлечен к совместной деятельности. Он считает, что его решение важно, а значит, у него не страдает самооценка.

Да, я была хорошим воспитателем.

Я специально училась работать с детьми. И мне это все нравилось.

— Дай сюда, — лапища Трофимова легла на ручку телеги, забирая ее у меня.

— Я могу сама!

— У самой у тебя какая-то ерунда получается, я уже видел, — он издевательски задрал брови.

— Да, — я даже дар речи потеряла от такой наглости. — Как вы смеете вообще?

— Ой, легко, знаешь, — она пренебрежительно дернул плечом, убеждая меня, что насмехаться над людьми ему совсем ничего не стоит.

Да уж, не сомневаюсь!

— Пап, покатай меня? — Янка начала дергать отца за штанину.

— Давай, — он подхватил ее на руки и усадил в специальную подставку на тележке. — Нормально? Класс. Сейчас будем с тобой устраивать ралли по магазину, идет?

Я прикрыла лицо ладошкой на миг.

Представляю, что сейчас будет. Он же неуправляемый. И дочь такой же сделает. Из моей лапочки-Яночки получится такой же дикий тайфун.

И они оба меня просто сметут.

— Ну, что? — Трофимов обернулся на меня. — Кошечка моя саблезубая, мы продукты-то идем выбирать или как?

Я про себя зарычала в точности как доисторическая зверюга.

Но лицо сохранила и просто пошла за ними. Я же на работе. Я же профессионал! Надо держать марку.

— Папа, а знаешь, что Яна сказала? — мой Янчик послала мне хитрющий взгляд.

О, Боже...

Молчи, глупыш!

Промолчи, пожалуйста!

Я резко вскинула руку, прижимая указательный палец к губам. Но мелкая врединка только улыбнулась шире.

— Что, зайчик?

— Что ты хоть и красивый, но самодура. Пап, а кто такая самодура?