Банный бизнес попаданки (СИ)

Глава 19

Поскольку ни Нинелла, ни Летти не имели представления о том, что такое баня, мне пришлось нарисовать немало картинок прежде, чем они хотя бы начали меня понимать.

— Отдельное строение для того, чтобы мыться? — недоумевала Летиция. — Это же сколько материалу всякого на него придется потратить! А мыться можно и в сарайке. Нагрел воды да и плескайся сколько хошь.

— Это что же, Анна, у вас такое в поместье было? — уточнила мадемуазель Донован. — Но, может, народу много было, а здесь нас только четверо. Стоит ли овчинка выделки?

Но я стояла на своем, и они сдались. Деньги были мои, и тратить мне их они запретить не могли. Только сокрушались, что израсходовать их можно было бы с большей пользой.

Что бы не оказалось так, что я замахнулась на что-то, что не смогу потянуть, я начала с составления сметы.

Участок для строительства у нас был. Для бани много места не нужно, и она прекрасно впишется на свободное место возле сарая. Основные затраты придутся на покупку бревен и досок и труд плотников. Но оказалось, что на это потребуется не так уж и много средств.

Я не хотела строить большую баню с отдельной парилкой, какая была у меня дома в деревне. Нам достаточно будет самого простого варианта. Но и на него потребуется не меньше семи кубометров леса. Впрочем, лес здесь был не дорогим.

Нинелла сказала, что договорится об этом с лесничим.

— Стоить это будет не меньше пяти серебрушек, — предупредила она. — А за распил на доски у нас тут мало кто возьмется. Надо будет съездить в деревню поговорить. Это же нужен специальный инструмент, который не у каждого мастера в хозяйстве есть. Заодно и работников найдем.

С лесничим дело она уладила быстро, а через день мы отправились в деревню Вильфранш, что находилась на расстоянии одного лье. Деревня оказалась большой. Тут было несколько десятков довольно приличного вида домов и еще больше маленьких, явно давно нуждавшихся в ремонте. Я обратила внимание, что отнюдь не все они были построены из дерева.

Большие (некоторые даже в два этажа) дома действительно были срублены из бревен, а вот маленькие лачуги были в-основном глиняными. И почти на всех домах были соломенные крыши.

В один из домов примерно среднего достатка мы даже вошли. Нинелла сказала, что именно здесь живет лучший плотник Вильфранша месье Робер.

Внутренне убранство соответствовало внешнему виду дома — здесь было чисто, уютно, но никакой роскоши не наблюдалось. Небольшие окна, которые впускали в комнату совсем немного света, были затянуты бычьим пузырем. И я только сейчас осознала, что в доме Нинеллы окна как раз были стеклянными, но судя по всему, для большинства крестьян это было слишком дорогим удовольствием.

Нас усадили на широкую лавку за большой стол, на который жена хозяина сразу выставила румяный пирог с ягодами. Мы были не голодны, по отказаться от еды было бы невежливо, и по куску пирога мы всё-таки съели. И только потом Нинелла приступила к разговору.

Я показала мастеру чертеж и попыталась объяснить, что именно я от него хочу. Месье Робер долго рассматривал рисунок, то и дело поднося его к окну, а потом крякнул:

— Ох, мадемуазель, и непростую же вы мне задали задачу! Нет-нет, я не отказываюсь, только вот к работе приступить смогу только после сбора урожая. Сами понимаете, что сейчас и в своем хозяйстве слишком много дел. Да и лес для построек лучше рубить не летом.

Да, про это я слыхала и в родной деревне. А потому спорить не стала. Пока у нас и у самих было немало дел на огороде и в лесу.

— А доски на пол и на потолок я вам сделаю. На это много ли умения надо? Вон топор-то у порога лежит!

И тому, что он дерево на доски не распиливать будет, а топором делать, я тоже не удивилась. У нас на Севере тоже еще оставались такие умельцы. Им ни гвоздей, ни пил не нужно было — только топор.

Договоренность была достигнута. Месье Робер сказал, что подыщет себе и помощников. За всё про всё запросил всего-то три серебряных монеты. Правда, за печь в баню он не взялся, сказал, что в этом ремесле не силен.

— Здесь ведь у нас, мадемуазель, редко кто печи с дымоходом в домах делает. Слишком уж много камней на них требуется.

Но я была согласна и на баню по-черному — так будет проще и даже, наверно, полезней. В моей родной деревне сохранились и такие бани. Правда, их оставалось уже не много, но их хозяева уверяли, что никогда не променяют их на что-то более современное.

По этому вопросу он посоветовал обратиться к месье Джонсу — работнику из поместья графа Ланже. Тот клал печи даже для графского дома.

Зашли мы и еще в одну избу — куда более скромную. Рядом с дверью был очаг действительно безо всякого дымохода, пол был не деревянным, а земляным. А крохотные окна и вовсе были ничем не затянуты — должно быть, на зиму они просто закрывались досками. Внутри было темно, хоть и горела масляная лампа в глиняной плошке.

Тут задерживаться надолго мы не стали — Нинелла просто оставила хозяйке корзину с продуктами, что мы привезли из дома. Та, поблагодарив ее, принялась отгонять от корзины своих ребятишек, которые смотрели на хлеб и молоко голодными глазами.

— Ее муж и старший сын померли во время того же мора, что и семья Летиции, — пояснила Нинелла. — А детей мал мала меньше полон дом. Тут и дети, и внуки. А мужиков в хозяйстве и нет. Мы раз в неделю отвозим ей хоть немного продуктов, чтобы они не померли от голода.

Домой мы вернулись уставшими, но довольными. Нинелла уже прониклась этой затеей. А я уже поняла, что была она из тех людей, кто долго запрягает, но быстро едет. И если уж взялась она за что-то, то доделает до конца.

И когда перед сном мы, как обычно, мылись в сарае чуть теплой водой, мадемуазель Донован сказала мне, что ей и самой уже не терпится посмотреть на мою баню.