Без любви. Брак по контракту (СИ)

Глава 23.

Камал

Со мной рядом живёт молодая, красивая девушка… Женщина, которая принадлежит мне и о которой я должен заботиться. И я, по крайней мере, стараюсь. Пока Эниса сидела дома с больной ногой, каждый день приходил в её спальню, разговаривали. Даже вошёл во вкус.

Как-то у двери, до того, как войти, услышал её голос и замер. Не знаю, с кем она по телефону говорила, смеялась так легко, меняла интонацию на игривую, беззаботную. Со мной так не разговаривает. Боится. Да что там, она часто путается и по-прежнему меня на вы меня называет.

А этот её розовый костюм… Вот, кто меня за язык дёрнул? Надо было, чтоб в платье до пола ходила.

Потихоньку её к себе приучаю. Всегда выходит и щёку уже сама под поцелуй подставляет, как домой прихожу. А мне нравится вдыхать её запах. Она стала моим домом.

И чепалгаш у неё получился лучше, чем у мамы. Без обид. Тонких пальчиков с аккуратным маникюром, а не с этим «я тебе сейчас глазик выну», хотелось коснуться губами. Ещё за столом хотелось её на колени усадить, еле сдержался.

Но с кухни уже не выпустил. Эниса вся такая хрупкая, и талия такая тоненькая, кукольная.

- Попалась, птичка… - прижал к себе, а у неё в глазах страх. Да едрить…

Нажал пальцами под подбородок. Упирается, но голову подняла, чуть слышно выдохнула:

- Камал… Пусти… - а я от одного того, как она моё имя произносит, улетаю.

- И не подумаю.

Губами касаюсь её губ. Вкусные, сладкие. Не отвечает. Толкнулся языком – ноль реакции. Только ручки на моей груди в кулаки сжались. Чуть прикусил зубами нижнюю губу, потянул, и она рванулась… Отпускаю. Всё, достала.

- Что это значит, Эниса? – еле сдерживаю ярость, вспыхнувшую моментально.

Стоит – глаза в пол. Лицо пятнами пошло. Нижнюю губу закусила.

- Простите. – давит из себя. – То есть… прости…

- За что, Эниса? М? За то, что ты мне неуважение демонстрируешь? Этому тебя мать учила? Мужа не уважать?

Ещё ниже опускает голову. Пряди блестящих волос жидким шёлком скользят с плеч. Молчит. Меня псих конкретно накрывает. Она думает, что ей плохо со мной? Она не знает, что такое «плохо»! Могу показать. Будет с чем сравнивать.

Чуть не с рыком поднимаюсь к себе, швыряю домашний костюм на пол, снова ныряю в деловой, и уезжаю к Милане. Какого чёрта я должен ласку выпрашивать? У кого?!

Впервые провожу почти всю ночь с Миланой. Деру её, как не в себе, а разрядка не приходит. Потому что внутри всё бурлит! Замучил девку.

Ноги дрожат и подгибаются, а она ко мне в душе ласковой кошкой льнёт.

- Камал, останься на ночь… хоть один раз. – в глаза преданно заглядывает.

И я остаюсь. Милана спит рядом, а я пялюсь в потолок. Не люблю спать в чужих постелях. Под самое утро тихо, не разбудив её, выбираюсь из кровати и возвращаюсь в дом. Домашняя одежда висит в шкафу. Спать ложиться уже поздно, в офис - рано. Хочется кого-нибудь убить.

Иду снова в душ, подставляю лицо под прохладные струи. Как же задолбала эта ситуация! Всё ненормально! Всё через жопу.

До завтрака успеваю просмотреть личную почту и новости. Спускаюсь в столовую, по пути резко бросаю в кухню:

- Мария, подайте мне завтрак.

И плевать, что Эниса замерла, будто мои слова её прибили.

Завтрак кажется безвкусным. Похоже, Энисе удалось и день мне отравить.

В машине демонстративно сажусь на переднее сидение, оставляя заботу о жене Матвею. В конце концов, это его работа – открывать и закрывать двери. Возле университета Эниса выходит и не торопится уходить, как делает всегда. Пытается поймать мой взгляд, но я демонстративно отворачиваюсь и бросаю Матвею:

- Трогай.

На работе все прекрасно чувствуют, в каком я настроении – расползлись по углам и не отсвечивают. Даже замы попрятались.

В обед позвонила мама:

- Камал, сынок, приходите к нам с Энисой на обед в субботу. Хочу всю семью за столом видеть.

Маме не отказывают.

Приходится сдержать рык, который так и рвётся из груди.

- Хорошо, мама. Мы придём.

Отбиваю вызов и с шумом спускаю воздух. Что ты будешь делать? И какой может быть отпуск? Или Эниса примет ситуацию, или я её сломаю…