Без любви. Брак по контракту (СИ)

Глава 33.

Эниса

Камал окутал меня своим вниманием и заботой и, кажется, я влюбилась в собственного мужа. Это приятно – видеть, как твой мужчина смотрит на тебя с желанием и, смею надеяться, с обожанием. Его тёмные глаза, оказывается, могут смотреть так пронзительно и с таким желанием!

Мы только вернулись из отпуска. Камал, как и обещал, увёз меня на целую неделю на Мальдивы.

Мы были в очень уединённом месте. Только мы и океан. Наверное, это было самое лучшее время в моей жизни. Не помню, когда я столько улыбалась. Можно сказать, что сейчас я счастлива.

Но отпуск закончился, и мы снова дома. Накрываю Камалу завтрак и снова улыбаюсь.

- Доброе утро! – он обнял меня сзади, коснулся губами кожи за ухом.

Мария не выходит из кухни, когда Камал и я завтракаем. Поэтому я не боюсь, что она увидит наши нежности.

- Доброе. Садись, пожалуйста. Всё готово. – по привычке опускаю глаза, но перед тем, как сесть, Камал поднимает мой подбородок и целует в губы. Он пахнет мятной свежестью и своей фирменной туалетной водой, аромат которой хочется вдыхать и вдыхать.

Матвей везёт нас к университету. Перед тем, как выйти из машины, Камал говорит мне:

- Сегодня буду поздно. Не жди меня. Ложись.

- Хорошего дня. – улыбаюсь ему и бегу в корпус.

******

На большой перемене девчонки требуют от меня фотографий. С удовольствием показываю, стараясь выбирать те, где нет Камала.

- Ой, да видели мы уже твоего мужа-красавчика! – возмущается Аня. - Показывай все.

- Красота какая… - закатывает глаза Инга. – Мечта всей жизни. Хоть разок бы посмотреть. Повезло тебе, Эниса.

Да, наверное, повезло. Но об этом я точно ни с кем говорить не буду. Это счастье только моё, и его надо беречь. Незачем попусту болтать.

После пар забежала на кафедру к преподавателю. У меня была консультация по курсовой работе. И бегом на стоянку. Матвей точно уже ждёт.

Пустым коридором я почти дошла до двери из корпуса, как вдруг меня кто-то сильно дёрнул за руку, заставляя развернуться. Милана.

- Ты чего? Что-то случилось?

Она наступает на меня. Лицо исказила лютая ненависть.

- Думаешь, Камал любит тебя? – бросает мне в лицо. - Знаешь, что он мне говорит после улётного секса? Что каждый раз, когда трахает тебя, думает, как тебя его брат трахал. Поняла? - и добавляет, презрительно хмыкнув. – Жёнушка.

О чём она, вообще, говорит? Пока стою в ступоре, Милана обходит меня, специально сильно задев плечом, и исчезает за высокими дверями корпуса. Я не хочу думать о том, что она сказала. Но смыл жалящих слов медленно, но уверенно доходит до моего сознания.

Тру дрожащими пальцами лоб. Папик… Значит, мой Камал, мой муж – и есть её папик?!

С громким щелчком всё становится на свои места – и то, как она его по имени назвала, и как руку на его предплечье положила в кофейне, и то, почему Матвей меня на другой машине из универа забирал. Любовница… Значит, это к ней он уехал в нашу первую брачную ночь… и потом…

Сумка с ноутом сползла с плеча и грохнулась об пол. В ней без остановки трезвонит телефон. А вокруг меня мир, словно замер и потерял краски. У меня нет сил стоять, ноги подгибаются. Упираюсь рукой в стену и обхватываю себя за живот. Тошнит и в глазах всё кружится.

- Эниса, что с вами? – знакомый голос прорывается сквозь вату в голове.

Матвей заглядывает в лицо. Не дождался меня и пошёл на поиски. Он протягивает ко мне руки, но в последний момент останавливается, не трогает меня.

- Вам плохо? Что?! Где болит? – на лице его растерянность и тревога.

- Да, голова закружилась. – выдавливаю из себя чуть слышно.

Кусаю губы, пытаясь остановить истерику, а в висках стучит – всё это время у мужа была любовница. Он никогда не отказывался от неё. Даже когда понял, что я чистая.

- Сейчас я Камалу Саидовичу позвоню. – достаёт Матвей телефон.

- Нет! Пожалуйста, не надо. Я до машины дойду. Мне уже лучше. Не надо звонить.

Матвей окидывает меня внимательным взглядом и неуверенно кивает. Поднимает сумку с пола.

В машине сажусь на заднее сидение и прикрываю глаза. Как же мне это принять и перенести? Как?! Дорога домой проходит в каком-то вязком тумане. Даже дышать трудно. Будто на грудь бетонную плиту положили.

Вообще плохо помню, как в комнату поднялась, как ко мне заглянула Мария, что-то говорила, трогала лицо, гладила волосы.

А потом чужие люди что-то меня спрашивали, что-то делали, кололи уколы. А всё, чего хочется мне – чтоб меня не трогали, чтоб просто умереть…