Мстислава Черная ЧУЖИЕ КРЫЛЬЯ

Глава 1

Набранные за день жемчужины следовало прикрепить на стену в холле общежития, иначе жемчужины «сгорали», и прибавка к рейтингу не засчитывалась. Низкий рейтинг — это не только неизбежное отчисление из Академии, но пятнадцать лет работы на Храм. Не удивительно, что в преддверии экзаменов сокурсники стали нервными: их больше пятисот, а мест на следующей ступени всего двести пятьдесят.

Сегодня жемчужин у меня было не так много: шесть от магистра Лаялинь за удачно приготовленное зелье и три от магистра Паланы за хороший доклад. Я спустилась в обычно пустующий холл и обнаружила десятка два сокурсников стоящих у «жемчужной» стены. Странно. Не обращая на собравшихся внимание, я направилась к столбику с моим именем, но внезапно была остановлена:

— Варя Лаппа, не стоит спешить.

Я обернулась. От группы отделились четверо.

— Ты нехорошо поступаешь. Все мы знаем, что жемчужин этих ты не заработала. Задания выполнял Вьёрд, с которым ты спишь ради денег и помощи по учёбе. Брось ленту с жемчужинами и иди ублажать своего тролля.

Я не поверила своим ушам. Не ожидала наткнуться на столь вопиюще глупое поведение.

— Ребят, вы всякие границы перешли, — присвистнула я. — Угрозы, оскорбление, шантаж — полный комплект.

Я повнимательней присмотрелась к лицам. Имён я не знала, я вообще мало с кем общалась, предпочитая общению учёбу, но кое-кого вспомнила. Неудачники с рейтингом ниже среднего вместо того, чтобы учиться и зарабатывать жемчужины решили мешать другим. Какая прелесть! Предчувствуя отчисление, совсем страх потеряли.

— Брось ленту и иди.

Двое парней спинами загородили столбик с моим именем, и это уже не шутки. Самое неприятное, что эти парни правил как раз-таки не нарушают. Стоят в общественном месте, рук не распускают, магию не применяют. Я нахмурилась, прикидывая, как их обойти.

— Что же, я предупредил, — лидер двоечников отошёл и кивнул рослой мускулистой девице с лицом, неиспорченным интеллектом. Как только поступить сумела? Получив отмашку, девица ожила.

— Здесь не бордель, — заявила она, самодовольно улыбаясь.

Я мысленно ругнулась. Вьёрд не раз предупреждал, что накануне экзаменов начинается веселье, к учёбе отношения не имеющее, но я не верила. По его словам, доходило до того, что адепты с самыми низкими баллами за хорошую плату соглашались нарушить Устав академии и расчищали дорогу для денежных мешков.

— Эй, не лезьте к ней!

Я оглянулась на неожиданного защитника, и это оказалось ошибкой. Парень просто меня отвлёк, девица метнулась вперёд и со всей дури ударила меня по запястью кулаком. Я вскрикнула, выронила ленту с нанизанными на неё жемчужинами. Девица обрушила на них ботинок.

Она топнула раза два, результат её не устроил, и она принялась прыгать на жемчужинах, кроша их каблуком. Мысленно попрощавшись с девятью баллами, я покачала головой. Напрыгавшись, девица присела на корточки, вытащила из-за пояса нож и, глядя мне в глаза, разрезала ленту на части. Помешать я вряд ли бы смогла. Не в драку же лезть.

— А твои приятели сбежали, — протянула я, любуясь тем, как стремительно пустеет холл.

Знают, что сейчас будет. Не успела девица подняться, как из зала внутренних порталов вышел дежурный магистр:

— Что здесь происходит?

Я молча протянула руку, предлагая считать последние события с браслета. Дежурный притронулся к алому ободку пальцем, застыл с отрешённым выражением лица, считывая информацию, затем тоже самое проделал с браслетом девицы и удовлетворённо кивнул:

— Адептки, сообщение об инциденте будет передано в администрацию прямо сейчас, комиссия соберётся завтра. Хорошего вечера.

Что и следовало ожидать. Самое обидное, что никакого разбирательства не будет. Сокурсницу, безусловно, накажут за порчу имущества, скорее всего отчислят, но и мне достанется. Не смогла уберечь ленту — виновата.

Дежурный, убедившись, что драки не будет, покинул общежитие. Не дожидаясь новых неприятностей, я направилась к лестнице.

— Тебе не дадут новую ленту, — злорадно крикнула девица.

Возможно. Я мельком взглянула на «жемчужный» рейтинг. Со вчерашнего дня ничего существенно не изменилось. Первое место по количеству жемчужин занимает Вьёрд, а я хоть и являюсь середнячком, но в сотню лучших вхожу.

— Пусть так. В любом случае, в отличии от тебя, меня на вторую ступень возьмут.

— С чего бы? Без возможности добавить новые жемчужины, ты просядешь в рейтинге.

Я напустила на себя побольше загадочности, фыркнула и, передумав подниматься по лестнице, шагнула на платформу-лифт.

На самом деле всё было не так радужно, как мне бы хотелось представить, но я буду не я, если не перейду на следующий курс. Не выдадут ленту? Отлично! Выложусь на экзаменах так, что ни у кого сомнений не возникнет, брать меня дальше или не брать.

На этаже я столкнулась с Вьёрдом.

— Оказывается, меня в твои любовницы записали, — пожаловалась я троллю.

— Ты только сейчас это узнала? — удивился Вьёрд.

Я отрицательно качнула головой.

— Тогда я не понимаю, зачем заострять внимание на старых слухах, — он провёл пальцем по кончику непропорционально большого носа, чуть улыбнулся, и из-под верхней губы выступили короткие клыки. У вампиров, пожалуй, зубки поскромнее будут.

Я не заостряла внимание на сплетнях. Хочет кто-то тратить время на рассказывание обо мне гадостей — пожалуйста. Мне было неприятно, что мои заслуги приписывали Вьёрду. Да, иногда он мне помогает, но задания я выполняю сама. Я отвернулась от тролля и вошла к себе.

Благодаря бабушкиному наследству я оплатила даже не комнату, а целые покои: собственный холл, гостиная, кабинет, спальня и несколько дополнительных помещений. Получилось расточительно, но выбора не было: когда я получила деньги, более дешёвые варианты были заняты.

Навстречу мне вышли Серан и Хён. Серан нежить, причём уникальная, сама создавала из мёртвой плоти, серебра и забывшей своё прошлое души. Хён — подаренный мне птенец чёрного феникса, в прошлом оборотень, лишившийся ипостаси и застрявший в птичьем облике.

Хён широко раскрыл крылья, подобрал одну ногу и грациозно поклонился. Раньше он после подобных пируэтов всегда заваливался, а месяца три назад наловчился исполнять поклон безукоризненно. Сначала я думала, что для Хёна много значит воспитание, поэтому он передо мной вытанцовывает, лишь недавно поняла, что он всеми силами пытается сохранить свою человечность. Я не стала подхватывать его на руки, как привыкла, и гладить по перьям. Вместо этого улыбнулась:

— Привет! Соскучился?

Птенец хрипло каркнул.

Кажется, вернуть Хёну ипостась нужно как можно скорее, пока он не свихнулся. Я прошла в гостиную и обернулась к Серану:

— Сделаешь чай?

На вечер у меня были планы. Я собиралась дочитать многотомную энциклопедию теории магии и начать повторять материал к ближайшему экзамену. Расписание уже составили, и оно, мягко говоря, не радовало. Первой дисциплиной назначили «Жреческое дело». Экзамен начнётся в восемь утра, в то время как завтрак в столовой с девяти, то есть предполагается, что отвечать адепты будут на голодный желудок. Больше того, экзаменовать нас будут не преподаватели академии, а приглашённые жрецы храмов. На каждого адепта один экзаменатор.

По «Магическому праву стран мира» письменная работа на четыре часа и, изверги, в тот же день работа по «Культуре народов мира». Последний экзамен будет по моему любимому предмету «Нежитеведение. Борьба с нежитью» и пройдёт в несколько этапов.

— Ваш чай, госпожа!

Хорошо иметь ручную нежить, лучше только ручной вампир, с которым мне недавно пришлось расстаться, впрочем, не только с ним.

Поблагодарив Серана, я сосредоточилась на последней главе энциклопедии, которую мучила уже не первый месяц. Книжка была написана заумно, но толково. Как мне сказала наставница, учебника лучше я не найду и оказалась права. Пришлось ломать мозг о тяжеловесные словесные конструкции, но оно того стоило. Я ни разу не пожалела, что взялась за энциклопедию всерьёз, а не ограничилась отдельными разделами.

Глава и чай закончились почти одновременно. Я с удовольствием отложила том, потянулась и вдруг обнаружила, что у порога сидит птенец. Хён искал хоть какого-то общения.

— А ты магией не владеешь? — спросила его, чем, похоже, шокировала его.

Хён оглянулся проверить к кому я обращаюсь, понял, что к нему, снова повернулся ко мне, переступил с ноги на ногу, отчего коготки царапнули пол, и приоткрыл ярко-жёлтый клюв.

— До потери ипостаси, — я начала рассуждать вслух, — ты был магов. Правильно?

Птенец крякнул, подтверждая.

— Тебя лишили ипостаси, но не магии. Искра в тебе есть, она во всех живых существах есть, даже в амёбах. Если бы её не было, ты бы давно умер. Получается, что, чтобы творить заклинания, тебе нужно всего лишь провести силу по основным энергетическим каналам и использовать.

Глаза птенца влажно заблестели, он помотал головой и сделал шажок к выходу.

— Подожди, — остановила я. — Ты пережёг энергетические каналы, будучи фениксом?

Он отрицательно мотнул головой.

— Госпожа, — вклинился Серан, частенько помогавший мне готовить домашние задания и знавший теорию, пожалуй, лучше меня, — подозреваю, что Хён пытается напомнить вам, что у животных энергетические каналы очень слабы. Помните, вы как-то сравнивали мозг человека и обезьяны? Даже самой умной макаке, сколько бы она ни упражнялась, высшая математика не доступна. Так и тут.

Я прищурилась:

— Серан, будь добр, закажи из библиотеки книжку по чёрным фениксам, — кажется, я знаю, чем буду развлекаться после перевода на следующую ступень: придумаю, как вернуть Хёну былые возможности.

Переключившись на учебники, подготовку к экзаменам никто не отменял, я так увлеклась, что засиделась глубоко за полночь и в результате утром чуть не проспала лекцию. Пришлось спасаться зельем «Украденный сон», чрезмерное потребление которого, как выяснилось, плохо сказывалось на внешнем виде и самочувствии. Перехватив на ходу бутерброд и полчашки чаю, побросала тетради в сумку и едва успела войти в лекторий до магистра Паланы.

— Адептка, поторопитесь.

— Да-да, — лучшие места были заняты, я уже собиралась подниматься на «галёрку», но, наконец, заметила Вьёрда. Тролль сидел на ряд выше, чем обычно, да ещё и чуть в стороне. Он помахал, приглашая, как всегда, сесть рядом, и я благодарно кивнула.

— Доброе утро, адепты, — магистр, не дожидаясь, когда я займу место, начала занятие. — я решила, что оставшуюся теорию вы вполне можете разобрать сами. В книгах всё описано предельно ясно. Если вдруг вы что-то всё-таки не поймёте, то спросите. Последние занятия мы посвятим практике. Прошу за мной.

Я скривилась. Догадываюсь, что именно для нас придумали, проблемы появились там, где не ждала. С такой родословной как у меня, практиковать жречество противопоказано, а светить происхождение нежелательно. Куда ни кинь — везде клин. Я вздохнула, поднялась и вместе с сокурсниками проследовала за преподавательницей в зал внутренних порталов. Придумать, как выкрутиться не успела.

Едва мы вошли в зал, портальная арка засветилась, и из неё вышел наш куратор.

— Вы уже здесь. Как удачно. Доброе утро. Магистр Паланка, я заберу у вас двух адепток?

— Конечно, — преподавательница и не думала возражать.

Кар Ярис назвал моё имя и имя вчерашней рослой девицы. Я несколько удивилась, что комиссия соберётся прямо сейчас, а не во второй половине дня. Значит, всё хуже, чем я рассчитывала. Я приблизилась к куратору первой, и девица, не стесняясь, выдвинулась вперёд, слегка задев меня плечом. Ну-ну.

— Адептки, задание за вами сохраняется, — напомнила магистр Паланка.

Даже не сомневалась.

— Поторопитесь, — велел куратор, разворачиваясь к арке.

Порталом мы переместились в административный корпус академии, чуть ли не бегом поднялись на этаж, дошли до конца коридора и остановились перед закрытой дверью.

— Адептка Лаппа, ты ждёшь, а ты, адептка, — судя по тому, что куратор не стал обращаться к девушке по имени, дела у неё плохи, — вперёд.

— Почему я? — буркнула занервничавшая сокурсницу, послушно открывая дверь.

Ответом её Кар Ярис не удостоил, шагнул следом. Дверь хлопнула, и я осталась в коридоре одна. Я присела на корточки и задумалась о вчерашнем происшествии. Моя вина — расслабилась, недооценила степень опасности, не позаботилась о защите заранее. В реальной жизни меня бы, например, убили. Самое неприятное, что, подставившись, я разочаровала куратора, ведущего у нас боевую магию.

Минут через семь-восемь дверь открылась, вышла сокурсница. Девушка выглядела оглушённой и какой-то потерянной.

— Что случилось? — удивилась я. — Ты же заранее знала, что тебе назначат отработку или отчислят.

Сокурсница повернулась в мою сторону, мыслями, похоже, она была ещё перед комиссией, ничем иным не могу объяснить, что она спокойно и слегка заторможенно ответила:

— Меня не отчислили. За неподобающее поведение мне увеличили срок работы на Храм на пять лет, вместо пятнадцати лет буду жрицей двадцать лет. Если возьмут в жрицы…

— Надеюсь оно того стоило, — заметила я, мысленно фыркнув: нашей администрации палец в рот не клади — откусят руку по самое плечо.

— Адептка Лаппа!

Я поднялась, одёрнула кофту и, следя за осанкой, вошла в аудиторию. Кар Ярис стоит у стены, сложив руки на груди. Орк выглядел недовольным и, кажется, собирался задать мне трёпку. Ещё двое сидели за столом. Этих преподавателей я не знала.

— Доброе утро, — поздоровалась я.

— Доброе, адептка. Мы ознакомились с ситуацией. Беречь ленту одна из твоих обязанностей. Ты не справились. Есть, что сказать?

Я кивнула:

— Я получила хороший урок.

— Принято. Адептка, в выдаче новой ленты отказано. Получишь на второй ступени, если перейдёшь. Можешь идти.

Я ещё раз кивнула и повернулась, чтобы уходить.

— Варя, — окликнул меня куратор, — поторопись в зал внешних порталов. Занятие никто не отменял.

— Адептка, — влез незнакомый магистр, — а ты в курсе, что экзамены и проект тоже оцениваются в жемчужинах, которые выдают на ленту?

Что?! Проклятье! Нет, не в курсе.

Загрузка...