Чувства не по плану

Глава 90

— Так ты простишь меня? — Егор заглядывает мне в глаза, словно преданная собачонка. Никогда не припомню его таким… раздавленным. — Мне очень важна наша дружба.

— Думать надо было головой, а не тем, что ниже. — Но я ворчала больше «для порядка». В действительности, я никогда не могла долго дуться на Егора. Даже в юности, когда он обзывал меня «пончиком» и показывал мне язык.

— Обаятельный гад! — Высказываю я ему свое «фе», а он только смеется. С облегчением.

— Я в курсе! Но, ты не ответила…

— А что отвечать? — Фыркаю я и протягиваю ему мизинчик. — Мирись, мирись, и больше не дерись?

— Я не об этом. — Егор мгновенно становится серьёзным. То, рядом со мной сидел весёлый парень, а сейчас уже мужчина. Мрачный и надменный. Властный, как тех книгах и фильмах, что я смотрела взахлеб в мои восемнадцать, мечтая о таком. Но я — не в фильме, я в реальности, и под маской надменности проступает предательская неуверенность. Я считываю Егора, как лазером, чувствуя его страх на запах. Он жутко боится отказа, и маскирует свои настоящие эмоции под маской. И я почти-вижу, как он стоит на краю саморазрушения. И я могу обманывать себя сколько угодно, но от моего ответа зависит будущее не только моего ребёнка, но и этого замечательного, однажды оступившегося человека. Как я могу не подать ему руку?

— Я согласна. — Со стороны слышу свой голос. Даже не голос, а тихий шелест. Но и этого достаточно. В глазах Егора разгорается нешуточное пламя, он порывисто обнимает меня, стискивает в медвежьих обьятиях, прижимая к себе с такой силой, словно я — его единственное спасение. От чего? От кого? От самого себя? Я не знаю, я уже ничего не знаю, и отмахиваясь от горького ощущения, что совершила страшную ошибку, уклоняюсь от его поцелуя. Как жаль, что Егор не обратил внимания на мою неуверенность, пульсом стучащую в голосе, когда я давала ему ответ. Или обратил, но не счел нужным заострять на этом внимание? Голова кружилась от тонкого аромата его парфюма, а сам Егор находился так неправильно-близко от меня, что я толкнула его в плечо, чтобы получить хоть глоток личного пространства.

— Поехали? Мы уже опаздываем. — Я тряхнула запястьем, поймав сверкание мельчайших частичек камней. Бриллиантовая пыль покрывала белое золото браслета, ставшего предвестником моего заточения. Ой, я сказала заточения? А хотела сказать — обручения. Оговорка по Фрейду какая-то вышла…

Старейшее здание Петербурга, очень похожее на «Гостиный двор» в Москве, готовилось встречать гостей. Величавые арки и колонны, высокие потолки, расписанные великими художниками прошлых веков, золотая лепнина на стенах поражала взгляды даже самых привычных к роскоши гостей торжества. Майбах Егора не был самым-самым в подземном паркинге для элитных гостей. Тут собрались птицы высокого полета, которые съехались не только со всего города, а, некоторые, и из отдаленных уголков страны. Я, даже с закрытыми глазами, могла бы процитировать список «Форбс» из раздела «Россия», и не ошиблась бы. Многие находились тут, на этом ежегодном благотворительном балу. Егор взял меня под руку и повел вперёд, его манеры, отточенные в лучших частных школах Европы, были безупречны. Хотя, и за меня ему краснеть не придётся. Я — истинная дочь своих родителей, я впитывала знания «как вести себя в приличном обществе» с самого младенчества. Я улыбнулась, вспомнив, как сияла на балу дебютанток Москвы, как отец гордился мной. Вспомнила, как Егор в своем нежном возрасте выпускника школы, ругался, как последний сапожник, когда отец заставил его ходить на танцы. Весь этот опыт мы с ним пронесли через года, а здесь и сейчас чувствовали себя не пришлыми, не залетными, а полноправными членами общества. Может, Егор и прав? Мы идеальная пара? Вон, как мы смотримся вместе, на зависть другим. Не-кукольная блондинка, в меру ухоженная и симпатичная. И мужественный красавец брюнет, чье обаяние исчислялось как минимум тысячей ватт.

«Как бы выглядел Влад на фоне этого общества? Если бы и он попал на бал?»