Валери Слэйт Цветочные часы

1

– У кого еще есть вопросы к нашей очаровательной Натали? – прозвучал слегка надтреснутый, хрипловатый голос застарелого курильщика, председателя собрания Оскара Рёмера.

Внимательный человек сразу угадал бы в господине Рёмере любителя вкусно поесть, осушить пару литровых кружек «Лёвенбрау» на мюнхенском празднике пива и ущипнуть зазевавшуюся красотку за аппетитную попку. Это был человек, довольный собой и жизнью, умеющий с удобством устроиться в этом мире.

Впрочем, в отношении Натали он себе вольностей не позволял. Сотрудник есть сотрудник, и на работе должен действовать жесткий свод моральных правил, исключающих сексуальные домогательства и провокации. В понимании господина Рёмера, коллега по работе – существо бесполое и неприкосновенное. Порой он даже делал Натали замечания по поводу «излишне фривольных» нарядов, будоражащих воображение сотрудников. Наверное, имея в виду прежде всего себя самого, уберегая свою начальственную личность от искушений, ибо кто знает пределы своего терпения, выдержки и целомудрия?

В английском языке патрона явственно прозвучал жесткий немецкий акцент. По-французски господин Рёмер говорил гораздо чище и без особых затруднений. Сказывалось долгое пребывание в Женеве, где он весьма удачно и вовремя, до серьезного подорожания, успел приобрести жилье и вполне обоснованно рассчитывал доработать до солидной пенсии международного чиновника. А затем вернуться на родину, в Баварию, или перебраться куда-нибудь в Испанию, где налоги с пенсионеров не столь высоки, как в Женеве.

Он пригладил ладонью волосы на своей массивной голове, еще больше обнажая глубокие залысины. Потом слегка поскреб аккуратно отполированными ногтями свою явно подкрашенную, тщательно расчесанную и ухоженную бороду, обвел взглядом не слишком обширную, но беспокойную аудиторию, выждал еще несколько секунд и удовлетворенно подытожил:

– Ну что ж, дамы и господа. Как видно, вопросов больше нет. Как и предполагалось, докладчица прекрасно подготовилась и смогла полностью удовлетворить наше любопытство. – Он повернул голову к Натали, слегка подмигнул ей ободряюще и добавил: – От вашего имени позвольте поблагодарить мадемуазель Буасси за блестящее выступление.

Затем господин Рёмер вновь повернулся к аудитории, демонстративно посмотрел на часы и продолжил:

– Как мне кажется, мы все неплохо поработали и заслужили небольшой отдых. Мне сообщили, что в фойе уже накрыли столы. Так что предлагаю размять ноги, прогуляться, проветрить мозги и выпить по чашечке кофе или чая, приготовленных для нас гостеприимными хозяевами. Учтите, что у нас еще много работы на сегодня. Так что просьба не задерживаться. Жду всех в этом зале через пятнадцать минут.


Натали не стала задерживаться у столов, уставленных тарелками со сладостями и фруктами, а также чашками и термосами с кофе и горячей водой для чая.

Она сразу же прошла в дамскую комнату, чтобы привести себя в порядок, чувствуя, как от пережитого волнения горят щеки и выступает испарина на лбу. Уже больше двух лет ей приходится ораторствовать перед людьми в различных странах в качестве сотрудника Международной организации труда. Казалось бы, давно должна привыкнуть к публичным выступлениям, но вот как-то не получается. Все равно каждый раз нервничает. Даже губы пересохли. Чашка чая или стакан минеральной воды сейчас были бы весьма кстати. Но хотелось бы сначала привести себя в порядок. Увидеть, как выглядишь со стороны, немного остыть, вздохнуть свободно, успокоиться. И хотя бы на какое-то время уйти от людских глаз, из центра внимания. Стоит ей появиться у столов, как ненасытные, порой чересчур назойливые зарубежные коллеги опять начнут задавать бесконечные и не всегда простые вопросы.

Она специально задержалась в дамской комнате подольше. Немного помассировала виски и усталые глаза. Привела в порядок прическу, слегка подправила макияж… Взглянула еще раз, перед выходом в фойе, в зеркало. Ну что ж. Вид вполне презентабельный. Лицо спокойное, взгляд уверенный.

Что касается внешней привлекательности, то без всякой ложной скромности можно констатировать, что природа над ней неплохо потрудилась. Натали вполне заслуживала комплиментов мужчин и завистливых взглядов женщин. Тонкое, интеллигентное лицо, обрамленное свободно спадающими до плеч темными волнистыми волосами. Выразительные миндалевидные глаза цвета натурального швейцарского шоколада слегка изогнуты к вискам, как у Нефертити. Яркие чувственные губы чуточку великоватого рта как будто призывают к поцелуям, как и тугая, высокая грудь… Стройные, крепкие бедра красивой округлой формы словно созданы для раскаленного секса в королевской постели и лихого слалома на рискованной лыжной трассе в горах. Темно-вишневое шерстяное платье с небольшим декольте прекрасно облегает фигуру, подчеркивая ее женственность…

Ладно, хватит любоваться собой в одиночестве. Надо предоставить эту возможность и другим людям, с ироническим смешком подумала Натали и повернулась к двери.

Почти сразу у выхода ее перехватила Сильвия Лопеску, которая в команде румынских организаторов этой встречи играла роль главного хозяйственного распорядителя. Это была высокая, энергичная и миловидная дама старше тридцати, с гладкой прической и матовой кожей лица, не нуждающегося в косметике, заметно отличавшаяся от многих румын своей раскованностью и откровенной демонстрацией приобщенности к западной цивилизации. Видимо, сказывался большой опыт работы с иностранцами и частые выезды за границу. С Сильвией у Натали сложились неплохие отношения еще во время первого приезда в Румынию в прошлом году. Сегодняшний семинар носил уже завершающий характер, подводя итоги почти полуторалетней работы. Вот и в этот приезд симпатичная румынка охотно оказывала Натали некоторые услуги личного характера, помогая решать бытовые вопросы.

– Неплохо выступила, Натали. Молодец. Поздравляю. Я не забыла о твоей просьбе насчет покупки подарков к рождеству. Правда, у нас не так много времени остается. К сожалению, семинар затянулся, а сбегать с него у всех на виду было бы неприлично. В общем, как только мероприятие закончится, нас будет ждать внизу, на улице, машина. Водитель отвезет, как и договаривались, в «Унирея». Это один из самых крупных в Бухаресте торговых центров. Надеюсь, сможешь подобрать там что-то оригинальное, в национальном румынском стиле, и для себя, и для родственников. Кстати, еще трое твоих коллег и две румынские дамы выразили такое же желание. Так что я заказала миниавтобус, чтобы все поместились. А после магазина сразу же поедем в ресторан. Как и в прошлый раз, в «Ля мама». Насколько я помню, тебе тогда в нем очень понравилось… – И она лукаво улыбнулась.

Да, это так, подумала Натали и тоже улыбнулась своим воспоминаниям. Прошлогодняя поездка в Румынию была завершающей в их двухнедельном турне по Балканам. Позади была напряженная работа в неспокойных и некомфортных условиях Боснии и Албании. Так что она позволила себе тогда слегка расслабиться. Гостеприимные румынские хозяева пригласили их в один из самых популярных ресторанов Бухареста «Ля мама», чтобы отметить успехи и будущие новые победы в защите социально-трудовых прав местного населения.

Их затянувшееся чуть ли не до полуночи застолье закончилось для нее романтической ночью в гостинице «Капитоль», где румынские хозяева заказали для них номера. Гостиница понравилась ей своей солидностью и некоторой старомодной роскошью в стиле «ретро». Из окна, занавешенного тяжелыми плюшевыми портьерами, открывался вид на помпезное и величественное здание, обрамленное по фасаду колоннами в древнегреческом стиле…

Да, эта ночь была прекрасной. И началась довольно необычно. Они сидели в ресторане за длинным деревянным столом, сплошь заставленным различными национальными яствами и напитками. Помимо прекрасных вин, на столе красовались бутылки с цуйкой – крепкой виноградной водкой местного производства. Атмосфера была весьма оживленной и расслабленной, как у хорошо поработавших людей, умеющих не только трудиться, но и отдыхать. И после первоначальной дегустации цуйки как-то спонтанно в разгоряченных головах возникла идея провести соревнование на то, кто из иностранных гостей быстрее выпьет подряд, без остановки, пять стаканчиков этого огненного зелья. Молодые и смешливые официантки в желтых кофточках и черных юбках сразу же подключились к игре иностранцев и доставили пару подносов, уставленных уже наполненными емкостями с крепким хмельным напитком. Откуда-то появился даже спортивный секундомер.

Победителем стал Хальвард – молодой эксперт из Норвегии, весьма симпатичный парень, совсем не похожий на потомка грубых, диких и воинственных викингов, столетиями терроризировавших всю Европу. Скорее, он напоминал утонченного и изнеженного аристократа байроновского типа, с тонким лицом, искрящимися выразительными глазами и романтическим складом характера. Высокий и стройный, облаченный в черные брюки в обтяжку и наполовину расстегнутую белоснежную рубашку с широким отложным воротничком, обнажающую загорелую мускулистую грудь. Перед ним было просто невозможно устоять… особенно когда его рот с великолепно очерченными чувственными губами растягивался в белоснежной улыбке. А как заразительно он умел смеяться и шутить! И какими чарующими были его соблазнительные речи и изысканные комплименты…

Конечно, она не устояла… и не жалела об этом. Тем более что, честно говоря, сама этого хотела. Конечно, не у нее одной было такое желание. Натали пришлось выдержать конкуренцию с одной миловидной, но излишне раскованной местной барышней из Бухареста, а также с еще более раскованной и предприимчивой дамой средних лет из Великобритании. Английская леди заняла второе место на соревновании по скоростному поглощению цуйки, не намного отстав от победителя. И, видимо, решила, что заслужила право отметить эту победу в постели с главным призером.

Но жизнь не столь проста, как это кажется некоторым под воздействием паров алкоголя. Хотя Натали и отказалась участвовать в соревновании, это нисколько не помешало ей обратить на себя внимание потомка норвежских викингов. Причем, еще в первые часы знакомства, когда они встретились в аэропорту Отопени. Их рейсы почти совпали по времени приземления. В результате они оказались сидящими рядом на заднем сиденье не слишком просторной автомашины, следующей из аэропорта в город. Прекрасная возможность для первого знакомства и его продолжения. Так что ночь в постели была логическим завершением трех дней непрерывных ухаживаний с мужской стороны. Последствия постоянного пребывания рядом, часами за одним столом в конференц-зале, три раза в день в ресторане и т. д. Они даже успели выкроить несколько часов, чтобы прогуляться вместе по городу, по бульвару Регины Элизабет, по улице Палатул Парламентулу и площади Шарля де Голля, прокатиться на такси под Триумфальной аркой, набираясь ярких впечатлений и фотографируя друг друга на фоне местных достопримечательностей.

Эти фотографии и сейчас еще хранятся дома, в Женеве, в ее настольном компьютере. Особенно живописным выглядит цифровое фото, удачно сделанное по их просьбе каким-то прохожим. Они обнимаются и, вытянув губы, нежно целуются на фоне бронзовой волчицы, вскармливающей своим молоком двух маленьких детей – Ромула и Рема. Эти темные фигурки установлены на белом каменном постаменте у начала широкого проспекта. Бухарестский вариант известной легенды о происхождении древнего Рима, свидетельствующий о том, что румыны считают себя потомками римлян и наследниками латинской цивилизации покорителей мира.

А на фотографии видно, какой красивой и гармоничной парой они могли бы стать, если бы их отношения продолжались и дальше. Но вот как-то не получилось. Не судьба. Они расстались там же, где и встретились, в аэропорту Отопени, улетев на разных самолетах в разные страны, чтобы больше уже никогда не увидеться.

Конечно, их быстрое сближение, с точки зрения моралистов, было слишком быстрым, чуточку сумасбродным и даже эксцентричным. Но что поделаешь, если молодость нетерпелива и жадна до приключений. Если период женского цветения столь короток, и надо успеть так много. Так хочется всего попробовать и все испытать. А время летит слишком быстро, и упущенного уже не вернуть…

Итак, она вполне заслуженно оказалась победительницей в негласном турнире участниц международного форума. Рыцарь сделал правильный выбор, за что был щедро вознагражден в эту сказочную ночь любви. Впрочем, как и она. Чертовски красивый, сказочно обаятельный северный бог оказался весьма энергичным, неутомимым и изобретательным в ласках. Сумел проявить себя во всей своей мужской мощи, несмотря на предыдущие испытания и некоторые перегрузки за питейным столом.

Правда, была во всем этом и печальная нотка. После расставания в Бухаресте Хальвард даже не попытался как-то с ней связаться, хотя возможностей для этого было более чем достаточно. Похоже, смотрел на это как на красивое, но случайное приключение, одно из многих в своей бурной жизни. Она тоже не стала напоминать о своем существовании. Пусть будет так, как есть. Зачем унижаться?

Натали с сожалением вздохнула и постаралась вернуться в реальный мир. Как раз вовремя. Она заметила, как герр Рёмер демонстративно смотрит на часы, как бы подгоняя рассредоточившихся по залу людей. Естественно, скользнул и по ней выразительным взглядом, мотнув головой в сторону конференц-зала. Мол, ей пора показать личный пример. Ничего не поделаешь. Пора идти. Минеральной воды можно будет выпить и за столом заседаний. Натали поправила прическу и торопливо проговорила, обращаясь к румынке:

– Спасибо, Сильвия, за заботу. Извини, но пора идти на заседание. Будем считать, что договорились. Сразу после окончания семинара спускаюсь вниз. Жаль, конечно, что не будет времени заехать в гостиницу, переодеться и принять душ перед рестораном. Ну ничего. Как-нибудь выдержим, не в первый раз. Жаль только, что мне завтра рано вставать. В пять утра. В семь надо быть уже в аэропорту.

– Мне тоже жаль, Натали, что ты нас преждевременно покидаешь. Мы для вашей группы экспертов подготовили на субботу неплохую культурную программу. Вначале автобусная экскурсия по городу. Потом сводили бы тебя в музей, а вечером в театр. Не все же время только на заседаниях и в ресторанах сидеть, – пошутила она, – Ну ладно, пошли в зал, а то неудобно опаздывать.


Натали устроилась в президиуме, не слишком вслушиваясь в произносимые речи, машинально обостряя слух только в наиболее интересных местах. Голова была лишь частично занята восприятием поступающей информации. Остальная часть мозга переключилась на собственные проблемы. А их было немало накануне Рождества. Дома, в Женеве, ее ждала нарядная рождественская елка и праздничный семейный ужин, который, по традиции, следовало встречать вместе со всеми близкими родственниками. А также включать в эту церемонию обмен подарками. Надо было подобрать что-то оригинальное, с местным колоритом, что смотрелось бы достаточно экзотично, особенно для Кристиана, ее брата, и его жены Софи. А главное – для любимого племянника, веселого, смышленого и любознательного малыша по имени Антуан, названного в честь деда. Да и для родителей было бы неплохо найти что-нибудь соответствующее возрасту, но не слишком тривиальное и не напоминающее лишний раз о прожитых годах.

В эту поездку свободного времени практически не было. Да и декабрь в Бухаресте в этом году выдался весьма холодный. В такую погоду как-то не хотелось лишний раз выходить на улицу. Даже днем мороз доходил до 16 градусов ниже нуля по Цельсию. От такого испытания город как-то посуровел и стал выглядеть еще более мрачно и помпезно, чем обычно, особенно в центре, подавляя монументальностью и тусклым серым цветом своих высотных угловато-кубических бетонных построек тоталитарного периода. Прохожие тоже выглядели как-то неприглядно и безлико, то ли из-за однотонно темных и потертых от долгой носки зимних одеяний, то ли из-за мрачных, промерзших и озабоченных лиц.

Прошлым летом, промытый дождем, в цветении зелени и игре солнечных красок, город выглядел намного веселее. Да и сама встреча проходила в конференц-зале неподалеку от «дипломатического квартала», с его ажурными разноцветными постройками XVIII—XIX веков, создающими праздничное и легкомысленное настроение. Это гораздо больше походило на фразу в рекламном туристическом проспекте, где говорилось о том, что «Букурешти», как называют этот город сами румыны, – это «Париж Восточной Европы». Впрочем, нечто подобное она читала и в венгерской брошюре о Будапеште. Каждый хочет погреться в лучах чужой славы.

Итак, она отправится сегодня за подарками. Ну а после покупок в «Универе» поедет в уже знакомый ресторан «Ля Мама», отведать что-нибудь из национальной кулинарии. Например, «чорбу», «сармале» или «мамалыгу». А лучше что-нибудь мясное, хорошо прожаренное и грандиозное, толщиной в ладонь и размером во всю огромную тарелку. И в процессе неспешного поглощения этого яства будет щедро запивать его прекрасным вином, например, «Пино Нуар» или «Оттонел». От одной мысли об этом у Натали потекли слюнки, и она почувствовала, что уже успела изрядно проголодаться. А может быть, просто холод так подействовал и нервное возбуждение после выступления. В альпийских горах, после подъема на очередную заснеженную вершину и последующего головоломного спуска с нее на горных лыжах, у нее всегда появлялся зверский аппетит.

Невольно она подумала о том, что в суете последних дней так и не успела решить, как ей провести рождественские каникулы. Что в горах – это само собой разумеется. Но вот только где? Швейцарские Альпы слишком ухожены и обжиты. Ее больше тянуло в «дикие», заповедные зоны, хотя и более опасные для одинокого горнолыжника. Конечно, лучше бы поехать туда вдвоем с надежным и опытным спутником. Естественно, с мужчиной. Настоящим мужчиной, как будто сошедшим с рекламного плаката, зазывающего на горные трассы в Швейцарские Альпы. С головокружительной внешностью, перед которой бессильна устоять любая женщина.

Она легко и привычно представила себе желанный портрет «альпийского Геракла», давно уже сложившийся в ее фантазиях. Блондин нордического типа, с уверенным в себе взглядом и мужественным лицом, слегка удлиненным прямым носом, с серо-голубыми добрыми глазами и четко очерченными, не слишком полными губами. Это чтобы лучше контрастировать с ней, брюнеткой с тонким, интеллигентным лицом, большую часть которого занимают миндалины удлиненных и загадочных, как у Нефертити, глаз, с изящным носиком и сочными губами, мягким овалом подбородка и красивой линией лебединой шеи… Как приятно иногда воспеть себя саму, понимая, что это не грубая лесть и не самолюбование, а реальность…

Естественно, ее спутник должен быть высоким, широкоплечим, с мускулистой грудью и крепкими, тренированными мышцами рук и ног. Она тоже не «дюймовочка», так что рост партнера имеет определенное значение. Теперь одежда… На нем будет белоснежная альпийская куртка – «аляска» или «канадка» – и белые спортивные брюки с ярко-алыми вставками, чтобы оживить ткань и выделяться на снегу. На голове черная вязаная шапочка, оттеняющая белокурые волосы, на ногах черные ботинки и черные лыжи. А она будет вся в алом. Ей идет яркий цвет. И даже лыжи будут огненно-красные или пурпурные, красиво и эффектно смотрящиеся сквозь вздымаемую ими на крутых виражах снежную пыль.

Да, жаль, что она не подумала об этом заранее. Можно было бы после семинара задержаться на неделю в Румынии. Отправиться куда-нибудь в Карпатские горы, в их более высокую восточную часть, например, на Ватра Дорней, известную своими горнолыжными трассами. Но раз уж не хватило ума заранее обо всем позаботиться, то придется импровизировать. Например, было бы неплохо сразу после Рождества отправиться на неделю во Францию, где гораздо больше возможностей найти не слишком ухоженное место для спусков. Например, в Труа Валле – Трех Долинах, со знаменитыми Куршавелем, Мэрибэлем и Валь Торансом. И встретить там Новый год… Пожалуй, это неплохая мысль, решила Натали. Надо будет связаться с туристическим бюро сразу после приезда в Женеву. А если не найдется подходящего спутника, можно будет договориться о найме проводника. Так будет все-таки надежнее. Да и где она успеет подобрать надежного партнера за столь короткое время? И как его проверишь? Настоящую проверку могут дать только горы, а не беседа в кафе за столом или прогулка под ручку в Ботаническом саду.

На Жан-Пьера надежд никаких. Даже странно для швейцарца. В любой горной деревушке можно увидеть трехлетнего карапуза, самостоятельно и старательно осваивающего спуск и подъем на лыжах на метровой горке. А ее Жан-Пьер типичный банковский работник из породы «подземных гномов», которые прославили по всему миру надежность и безопасность швейцарской банковской системы. Иногда она даже представляла, как он бродит с лампой в руках по глубоким подземельям, согнувшийся, опираясь на палочку, похожий на гнома или цверга, в полосатом колпачке, круглых очках и деревянных башмаках. Разыскивает пещеры с заброшенными сокровищами и спрятанными кладами в виде небрежных россыпей золотых и серебряных монет вперемежку с грудами бриллиантов, сапфиров и рубинов. А потом, поработав над ними, удовлетворенно запечатывает вход в такую пещеру, оставляя сокровища уже разложенными по видам и сортам, в надлежащем порядке, аккуратно упакованными и пересчитанными, в пронумерованных ящиках с вложенными описями.

Правда, как любовник он неплох, но только в физиологическом смысле. А вот в горы с ним не пойдешь. И порой уж очень несносными становятся его занудство и какие-то архаичные взгляды на брак и семью, более подходящие для времен господства в Женеве кальвинизма. Слава богу, что сейчас не сжигают на костре, привязанной к столбу, за танцы и ношение ювелирных украшений, как в Средние века. А уж если бы отцы-реформаторы ожили и увидели ее на пляже в одних трусиках, без бюстгальтера, то уж точно бы ей костра и столба не миновать. Хотя… может быть, они сами застыли бы на месте и превратились в соляные столбы при виде такого зрелища…

От последней мысли она развеселилась, вспомнив, как на пляже в Греции какой-то местный Адонис безмолвно застыл с открытым ртом и остекленевшим взглядом, видимо, потрясенный безупречной формой ее грудей, прикрытых лишь золотистым загаром. Наверное, он простоял так не меньше пяти минут, пока не пришел в себя от шока. Бедный мальчик. У него чуть плавки не лопнули от перевозбуждения, и он торопливо удалился, стыдливо прикрывая рукой столь явное свидетельство восхищения прекрасным женским телом.

Ей даже стало немного стыдно за себя после его ухода за то, что она совершенно беззастенчиво принимала все более соблазнительные позы, наслаждаясь его вниманием и реакцией. Наверное, у нее было тогда слишком игривое и беззаботное настроение. Еще бы, после целых двух недель веселого пляжного отдыха, катаний на яхте и увлекательных экскурсий по местным ресторанчикам и руинам древних храмов. Кстати, впервые в жизни она решилась на такое публичное представление. Захотела преодолеть своеобразный психологический барьер, который до нее был уже пройден некоторыми ее подругами. По крайней мере, судя по их словам, и, естественно, только во время пребывания за рубежом. Дома, в Женеве, загорать топлес пока еще рановато. Власти и многие знакомые не поймут.

Да, подумала она, было бы неплохо летом, когда горы закрыты для лыжников, опять съездить куда-нибудь поближе к морю. Например, в Италию, на своей машине, или в Испанию, на самолете. Хотя, конечно, побывать летом на вершине Монблана не менее заманчиво. Основами альпинизма она тоже владеет со школьной поры, хотя это занятие не столь привлекательно по сравнению с горными лыжами. Но, опять-таки, карабкаться по скалам и козьим тропам лучше не одной. Все упирается в проблему спутника. Того самого идеального и надежного мужчину, и, как показывает личная практика, не из числа банковских работников. Причем не обязательно швейцарца. Иностранец тоже подойдет. Тем более что в Женеве их более чем достаточно. Есть из чего выбрать.

Внезапно Натали насторожила тишина в зале. Ага, понятно. Как говорится, пришли к финишу. На разных языках звучит по-разному, но смысл единый. Баста, энде, фини, финита и т. д. Председатель собрания уже закончил свою напутственно-итоговую речь и с достоинством ожидал заслуженных аплодисментов. Она не стала его разочаровывать и присоединила хлопки своих ладошек к общему приветственному шуму в зале. Через двадцать минут, обменявшись напоследок поцелуями, напутствиями и визитными карточками с доброй половиной присутствующих, она направилась к выходу на улицу. На этот раз, кроме Сильвии, ее некому было сопровождать. Хальвард остался в прошлом, а достойной замены для него не нашлось.

Загрузка...