Друг по собственному желанию (СИ)

— Здравствуйте, сегодня у нас контрольная работа по теме Западная Европа. Все помнят? Все готовы? — дождавшись слабых утвердительных кивков, учитель продолжил. — Тогда достаем двойные листочки и записываем вопросы. Первый вариант....

Контрольная была сложная. Сдав работы, ученики хмуро побрели из класса: судя по всему, в этот раз завалили все. Все, кроме Даны и Альберта: одна шла с безмятежной улыбкой, другой с обычным выражение полной отстраненности на лице. Девушка попыталась окликнуть его, но Алик ничего не услышал. Или не захотел слушать. Дана повторно окликнула его: на этот раз Альберт услышал и даже — о, чудо! — обернулся.

— Привет! — жизнерадостно начала Дана. — Как дела?

— Давай сразу к сути: когда собираемся и где. — Видимо, настроение у парня было не ахти. Или он просто не хотел говорить с девушкой?

— Давай сегодня. Ты свободен? — Дана проигнорировала его неуважительное отношение.

— До шести вечера. Если устраивает, тогда называй место.

— Устраивает. Ко мне нельзя: брат оккупировал территорию со своими сумасшедшими друзьями, спокойно заниматься мы не сможем. — Девушка попыталась осторожно прощупать почву. Возможно, ей уже сегодня удастся увидеть квартиру Альберта.

— Хорошо, тогда встретимся сразу после школы, у выхода. Место я найду. — И он, резко развернувшись, ушел по направлению к классу.

Ученики, успевшие понаблюдать за сверхъестественной картиной: одиночка вместе с самой популярной девушкой школы — теперь возбужденно переговаривались.

А в голове у Даны крутились счастливые мысли: она уже на шаг приблизилась к разгадке тайны Алика.

Уроки пролетели незаметно. Бывает, что когда чего-то ждешь, время тянется очень медленно. У Даны время, наоборот, двигалось безумно быстро. И, дождавшись звонка с урока, девушка первая выбежала из класса и понеслась... Нет, не ко входу в школу — в туалет. В конце концов, за день идеальный макияж мог немного подпортиться, прическа растрепалась... Быстро приведя себя в порядок, Дана начала неторопливо спускаться к выходу.

Альберт (и придумали же родители!) уже ждал ее у дверей. Девушка ожидала, когда он скажет хоть слово, но парень молчал. Пришлось самой заговорить:

— Куда пойдем? — Дана попыталась обаятельно улыбнуться, но на Альберта не подействовало. Он только поморщился, но ответить соизволил. Хотя как сказать ответил. Он назвал адрес. — И что же там находится?

— Интернет-кафе. — Спокойно ответил уже вышагивающий вперед Альберт, не подозревая (а, может быть, наоборот...), что разрушил сейчас все планы девушки.

— Но... там же шумно... и многолюдно... и вообще... - да, слов у девушки явно не хватало.

— Нет, это место открылось недавно, и посетителей там немного. — Кажется, Алик наслаждался реакцией девушки. А Дана снова не нашла, что ответить, и просто побрела за парнем вдоль по улице. До места они дошли за полчаса, сохраняя гробовое молчание. Дана не знала, о чем говорить со странным парнем, а Альберт не стремился поддерживать разговор с девушкой, которая была ему явно неприятна.

Подойдя к высокому белому зданию, девушка увидела надпись, оповещающую всю округу о наличии в этом здании замечательного интернет-кафе. Дана обреченно вздохнула, но все-таки пошла за парнем. А что еще остается? Проект делать все равно надо.

Альберт на автомате открыл перед ней дверь, пропуская вперед. Дана так же автоматически поблагодарила его. И только потом оба поняли, что вполне мирно ведут себя друг с другом уже достаточно долгое время. "Если у него по-привычке получается открывать девушкам двери, значит их у него довольно много. В смысле, дверей. Тьфу, девушек! Мозг, прекрати выделываться, надоел."

— Здорово, Казанова! Опять с новой девушкой? А чего Лике сказать? Она же тебе потом устроит...

— Ну-ка, ша! — мамочки, какой голос у одиночки прорезался! Прямо командирский! — Это не девушка, это — одноклассница. Настучишь Лике — придушу. И при Дане, — короткий кивок на ничего непонимающую девушку, — ни о чем со мной не говори. Я хочу дожить этот год в школе спокойно. — При упоминании срока, который придется провести в милом сердцу Даны учебном заведении, Альберт поморщился. А догадки девушки лишь подтверждались: Алик специально не хотел выделяться в лучшую сторону. Он оставался спокойным и сдержанным при любых обстоятельствах, и его не трогали. Пока Дана не обратила внимание на чересчур тихого новичка.

А вот командные замашки у него весьма развиты. И откуда только? Или в жизни он ведет себя прямо противоположным образом? Только, зачем он показал это Дане? Ведь девушка от него не отстанет теперь, и Алик, как никто другой, должен это знать. Еще одна загадка...

— Давай быстро сделаем этот проект, и каждый пойдет по своим делам? — это был вопрос, но звучал он с какой-то слишком утвердительной интонацией.

— Хорошо, — поспешила согласиться девушка. — Приступим?

— Привет, девчонки! Ты же Лиза, да? А ты — Ника? Отдаю должное твоему юмору — так мы уже давно не смеялись! — к нам за столик подсел улыбчивый пятикурсник. Мы пару раз видели его, но лично знакомы не были. Так что его появление наша тройка встретила несколько настороженно. — Знаю, мы не знакомы. Я — Пааво, учусь на последнем курсе ГМУ. Вас видел уже много раз, но знакомиться не подходил, ибо держитесь вы несколько обособленно.

— Погоди... Как тебя зовут? Пааво? — Ника расхохоталась так оглушительно, что пятикурснику пришлось заткнуть одно ухо. — Тогда проси все, что угодно: Лиза сделает! Ой, то есть не все, но многое. — Поспешила исправиться подруга, поймав мой предупреждающий взгляд. Не хватало еще, чтобы новый знакомый подумал что-нибудь не то. Ника — ходячий пример двусмысленностей. И выходит это у нее самопроизвольно.

— А с чего это ему такие привилегии? — поспешил поинтересоваться Влад.

— Любое упоминание о любимой группе приводит Лизку в экстаз. Знаешь, вот эта милая девочка, увлекающаяся различными видами танцев, слушает отнюдь не клубняк, попсу или классику. Она рок слушает, преимущественно хард-рок. И метал. И солиста одной из ее обожаемых групп зовут Пааво Лотьёнен. У тебя, кстати, какая фамилия? — обратилась моя лучшая сдаточница к пятикурснику.

— Князевы мы! — гордо отрапортовал тот. — Куда нам до финнов, тем более, на виолончели я играть не умею... Так, ладно, если уж Лиза согласится исполнить мое желание, как ты утверждаешь, тогда я готов загадывать. — Наверное, мое лицо немного вытянулось. Пааво поспешил продолжить, говоря на просто сумасшедшей скорости. — Я просто хотел позвать вас к себе на день Рождения в выходные. И все! В качестве двух подарков. — Я просто физически ощутила радость Ники и напряжение Влада. И чего парень так хмурится? Будто нас не могут на праздник позвать. Но, в глубине души, мне нравилось проявление его чувств по отношению ко мне.

— Где? Когда? Во сколько? И с чего такое неожиданное предложение? — решила взять быка за рога моя подруга.

— В субботу, в три, у входа в универ. Едем сначала в клуб, потом ко мне на дачу. Компания — человек двадцать. Вас решил позвать по нескольким причинам: вы веселые, вы необычные, отлично танцуете, и вы новые. Можете называть меня меркантильным, но вы будете интересны для моей компании.

— Ага, если говорить короче, мы будем клоунессами? — несмотря на тон, я знала, что мою подругу мало волновало наше положение. Главное, что у нее будет возможность заставить меня развеяться.

— Ну, да... - немного замялся парень.

— Я еду с девушками. — О, у кого это тут голос прорезался?

— И зачем ты нам там нужен будешь? — я попыталась возмутиться хотя бы из чувства противоречия.

— Сколько девушек в компании?

— Человек семь. Парней почти в два раза больше. Я уловил твою мысль. Конечно, ты можешь поехать с нами.

— Может, он и уловил, а я — нет.

— Лизка! Ты мозги где оставила? Благородный рыцарь Влад будет защищать прекрасных и невинных нас от своры ужасных темных лордов, которые прибудут на вечеринку. Мозг, до тебя дошло? — иногда у меня такое чувство, будто подруга обращается не ко мне, а к моим внутренним органам, пытаясь либо вразумить их, либо заручиться их поддержкой.

— Блин, точно! — признаюсь, узнав, что мы поедем на вечеринку не одни, мне стало гораздо спокойнее.

— Тогда, Пааво, хорошо, мы будем. — Парень счастливо улыбнулся и, поблагодарив нас, убежал к своим друзьям.

— У-ху-У! Оторвемся!!! — счастливо вскричала Ника, вскакивая из-за столика, и весело подпрыгивая. Влад смотрел на нее с улыбкой, я беззаботно хохотала. Вот же парадокс: приглашение абсолютно незнакомого человека смогло так поднять настроение.

Довольные жизнью, мы пошли на занятия. Оставшееся время в универе пролетело очень быстро. С последнего занятия я попыталась удрать. Хотя, как, удрать... Как только прозвенел звонок, я сорвалась с места быстрее, чем убегает волк от своры гончих. Моей персональной гончей, в данном случае, была Ника. Я прекрасно знала свою подругу и то, что ждет меня: шопинг. В этом страшном слове заключались десятки часов в магазинах, сотни перемеренных вещей, тысячи отвергнутых блузок, юбок, шортиков, и миллионы минут ожидания на креслах рядом с примерочными. Ника никогда не проводила в магазине меньше, чем три часа. А я не слишком люблю шопинг: вещи я предпочитаю покупать в одиночестве. Тогда мне легче их оценивать. Иногда, придешь с подругой и заслушаешься: это на тебе прекрасно сидит, а вот этот оттенок так идеально гармонирует с цветом твоей кожи... А потом придешь домой и... Мамочки! Неужели я это купила?

У Ники все наоборот. Она никогда не приобретет вещь, не посоветовавшись. И ее не особо волнует, будет этим советчиком подруга или проходящий мимо парень. Второе для нее даже предпочтительнее. Однако не взять меня с собой ей совесть не позволяет, ведь я, "бедная, несчастная и всеми забытая", останусь без "новенькой няшной обновочки", которая мне "безумно нужна", потому что "жить девушка не может без обновки"! Мое мнение не учитывается.

Убежать мне не удалось... Этот Гад и моя мучительница они... объединились!!! Загнали меня в угол! Я всегда любила лестницы и переходы нашего универа, но сейчас они сыграли со мной злую шутку. Пока я спускалась, Влад успел оббежать этаж и встретить меня на выходе с лестницы. Рванувшись обратно, я увидела Нику, пытающуюся быстро бежать на своих почти тринадцатисантиметровых шпильках. Выхода не было. Из возможных вариантов — только окно, но платить за него придется мне.

Я вздохнула и пошла сдаваться.

— Нии-и-ика, я не хочу! Пожалей меня! Можно я лучше пойду, дома посижу, или на тренировку... О! тренировка. Мне нужно туда к шести! Я с тобой не успею, а опоздаю — меня Мих своими заумными цитатами закидает, и буду я завтра перегруженная и жутко умная. А это чревато! — я говорила так быстро, как только могла. Иначе, моя подруга просто перебьет и не дослушает.

— На свои тренировки ты всегда успеешь, а вот со мной по магазинам — это шанс один на миллион! — пафоса в ее голосе хватило бы на двух Михов.

— Нет. Ты знаешь мое отношение к тренькам и к шопингу с тобой. Попробуй помыслить логически и предположи, что я выберу.

— Тренировку... — Ника немного сникла, но в следующую минуту, видимо, найдя выход из ситуации, вновь воспрянула духом. — Завтра — четверг, занятия у нас рано закончатся, часа в три, и тренировки завтра у тебя нет ни с командой, ни с малышами. Значит, твое время будет посвящено мне и магазинам! — придумав идеальное решение проблемы, Ника подпрыгнула, заявила, что завтра я сбежать не смогу, ибо найдет она меня везде, и убежала, чмокнув меня в щеку. Я догадывалась, что моя несравненная подруга сбегает на свидание к этому Леше из группы. Надеюсь, все у них сложиться.

Обрадовавшись временному спокойствию, я снова попыталась пройти к выходу, но дорогу мне преградил улыбающийся Влад.

— Впервые вижу девушку, которая так рьяно отбивается от походов по магазинам. Можно сказать, я мыслю стереотипами, но до сих пор не встречал ни одной представительницы женского племени, которая бы променяла шопинг на тренировку.

— Маленький же у тебя опыт, — сочувственно похлопала я по плечу Гада. — Ну да ничего, какие твои годы... — Я попыталась проскользнуть у него под рукой, но была схвачена за шкирку, и повернута в обратном направлении. К лестнице, то есть.

— Стоять! Чего ты все время убегаешь? — ооо, какая детская обида в голосе! Влад, ты милашка, когда тебе надо. Только вот фиг, не подействует.

— Ты непонятный и страшный. И если со вторым я еще смогу смириться, то с первым точно нет. Давай, объясняй, чего ты за мной таскаешься! — почти в приказном тоне велела я. Влад тяжело вздохнул, посмотрел на меня странным взглядом. Этот его взгляд я не могла расшифровать до сих пор.

— Слушай, давай пока не будем поднимать эту тему. Правда, прошу, не начинай искать причины — не найдешь. Все само раскроется. Признаю, причины есть, только их слишком много, чтобы получилось объяснить. Давай будем просто общаться? Тебя ведь устраивает мое общество, мне нравится твое — так в чем проблема?

— Да в том, что я не могу нормально общаться с человеком, о котором ничего не знаю! — нормально у него все? Продолжим общаться? А не пошли бы вы, Мистер-Все-Потом! — Либо ты рассказываешь мне о себе хоть что-нибудь, либо катись от меня очень далеко. — Я почти взяла себя в руки. Мимолетная вспышка агрессии прошла, и разговаривала я снова нормально. Терпеть не могу в себе это качество: вспыльчивость. Пытаюсь бороться, но, наверно, у меня это в генах заложено, и извести уже не получится. Гадство!

— Хорошо, — легко ответил Влад. — Я обещаю, что мы поговорим, только позже. А о себе... О себе я расскажу. Когда ты хочешь услышать мою загадочную историю? — Гад даже пытался шутить.

— Когда-когда, сейчас и рассказывай. Или тебе нужны темнота и карманный фонарик?

— Да нет, моя история не из жанра хорора, скорее комедийная мелодрама. — Усмехнулся парень и все-таки выпустил меня к выходу. Я быстро прошмыгнула мимо него и побежала к выходу, на ходу крикнув, чтобы догонял. Влад послушался и через несколько секунд обогнал меня с ехидной ухмылочкой. Эх, были бы коридоры пошире... Я мечтательно улыбнулась, и попробовала на бегу наступить Гаду на пятки. Но вместо того, чтобы смириться со своей участью и покорно сдаться на милость победителя, Влад начал подпрыгивать, высоко задирая ноги. Скорости он не снизил и, к моему сожалению, ни за что не запнулся.

Прибежав к раздевалке и едва не навернувшись на лестнице, мы забрали плащ и куртку, на ходу накинули и под подозрительные взгляды охранника и вахтера выбежали за дверь. Уже там, остановившись, чтобы перевести дух от долгой беготни (все студенты уже давно "благодарили" архитектора, который придумал весь этот кошмар с бесконечными переходами, длинными узкими коридорами и винтовыми лестницами — наш универ был очень запутанным: чтобы дойти до четвертого этажа нужно было сделать "пересадку на втором", потом на третьем и обойти его по всей длине, ибо общая лестница на четвертый не вела), Гад вспомнил одну маленькую деталь, о которой успел благополучно забыть. Я бежала на шпильках. В тех самых ужасно неудобных полусапожках. И не отставала.

— Как ты умудрялась не отставать? — Господи, какое безграничное удивление!

— Годы упорных тренировок! — с гордостью выдала я. — Ника же не раз меня с собой по магазинам утащить пыталась, пришлось вырабатывать навыки скоростного бега на длинные дистанции с препятствиями на шпильках. — Влад тихо ржал. — Блин, Гад, ты не представляешь сколько таких пробежек я успела совершить по-нашему универу и прилегающей местности за два с небольшим года обучения!

— Верю. А как ты меня назвала? — мамочки, какой оскал!

— Блин, — тихо пискнула я. — Ну ты же мне ничего не сделаешь за это? И не смотри на меня так: то, что тебе сейчас запрещено совершать, прописано в УК РФ. Я надеюсь, ты не филонил на домашнем обучении, и знаешь, что в нем написано. — Итак, игра называется "Найди аргументы или умри". — Ну, Гад и Гад, что в этом такого? Они даже милые бывают... Иногда... Раза два в жизни, и только спящими. И когда у наблюдателя закрыты глаза. Ай, Лизка, когда же ты заткнешься! — я хлопнула себя по лбу и умоляюще уставилась на Влада. — Замнем?

— Ты такая странная, — медленно проговорил Гад. — Ну что я могу тебе сделать? Разве что донести до остановки так, как нес вчера до подъезда. Но моя совесть не позволит мне совершить сей ужасный поступок: ты в платье, а оно может задраться. Я думаю, тебе будет несколько неловко в этот момент. Ну, Лизка, я же нормальный обычный парень, хватит считать меня "ужасом, летящим на крыльях ночи-и-ии"! Ты чего себя так накрутила? — он смотрел на меня чуть насмешливым взглядом, но в нем сквозила толика грусти. Как будто Владу было неприятно мое отношение, мой иррациональный страх перед ним. А я сама себе не могу объяснить, почему иногда он наводит на меня ужас. Возможно, это лишь игры наглого Подсознания, которое решило немного помучить свою хозяйку, чтобы неповадно было вспоминать о мухах. Иначе, по моей голове будет шастать орда несвежих зомби, а это чревато прогнившими мыслями.

— Знаешь, не у одного тебя есть то, что нельзя объяснить. Ты не можешь, или не хочешь, говорить, зачем бегаешь за мной, а я не могу объяснить свои опасения. Извини, если тебя это обижает.

— Глупая. Главное, что к Жихарке на калачики не отправила, уже хорошо. Ладно, закрыли тему. Мы сейчас куда?

— Не отвяжешься? — обреченно, и с легкой долей радости, спросила я.

— И не надейся. — Самоуверенно ответил Влад.

— Тогда домой, потом на тренировку. Познакомлю тебя с ребятами. Но держись: тебя никто со мной не тянул. Мои друзья немного неординарные, если можно так сказать. И просто долбанутые, если по-честному. Ты уже немного привык к моим заморочкам, так что спешу обрадовать: по сравнению с ребятами, я человек не проблемный. Ладно, давай выдвигаться, иначе Мих меня заговорит.

— Заговорит?

— Именно. Он у нас немного интеллектуал, и спешит донести до наших темных голов частичку своего светлого знания. При каждом удобном случае....

— Сожалею. — Искренне отозвался Вад, передергивая плечами. — У меня был один знакомый... Это было нечто ужасное. Он тоже считал, что озаряет своим блеском тьму нашей жизни. А на самом деле был просто ужасным занудой. Просто представь, что он увлекался макраме и искренне верил, что нам могут показаться интересными схемы создания этих "шедевров"! И от него невозможно было скрыться. Нигде. Никогда. Он будто маячки на нас поставил, находил повсюду. И ладно бы только макраме, но его жизненные истории... Ох, хорошо, что переехал. Мы тогда с друзьями целую вечеринку организовали в честь его отъезда. — Влад улыбнулся, вспоминая. Мы сели в автобус молча. Кажется, это становится традицией.

Доехав до моего дома, быстренько схватили вещи, перекусили (готовил снова Влад — просто идеал моего желудка), я переоделась, и мы резво побежали обратно к остановке. По дороге успели поиграть в догонялки, я пару раз наступил Владу на ноги, за что получила легкий щелчок по носу. Закончилось все это бегом наперегонки. Выиграл Влад, хотя на этот раз я была даже без шпилек.

Уже порядком уставшие, мы залезли, впервые со дня нашего знакомства и совместных разъездов, в маршрутку. Здесь "проклятие автобуса" не действовало, и мы доехали до места, весело болтая. За всей этой беготней я снова забыла подоставать Влада на предмет его жизни вне универа. Ну и ромашка с ним, потом поспрашиваю.

Спокойно (!) дойдя до тренировочного зала, мы распахнули дверь и увидели непонимающие лица ребят из моей команды.

— Лиз, привет! — первой ко мне подбежала Стася, заинтересованно косящаяся на Влада. — Кого ты к нам привела? Как вас зовут? Или вы сами приходите? — она весело защебетала, хлопая глазками в сторону Гада.

— Ты что себе позволяешь, мелочь наглая? — вторым подошел Слава. Парень отвесил Стаське подзатыльник, а потом по-хозяйски приобнял за талию, предостерегающе смотря на Влада. Да, странная они у нас парочка: Стася и Слава. Вместе класса с десятого, отношения проверены временем и разными неурядицами, но Станислава при любом удобном и не очень случае пытается поиздеваться над парнем. А он терпит и все прощает. Идеальный у меня друг, ибо столько вытерпеть, сколько пришлось ему, нормальному человеку не под силу.

В их отношениях была своя драма. Стаськины родители очень негативно относились к ухажерам девушки. Узнав, что Слава не собирается отступать, а Стася готова бороться за свои отношения, они решили уехать в другой город. Уберечь любимую дочурку от тлетворного влияния нового ухажера. Мы были в панике: городские соревнования должны были быть через неделю, замену найти — нереально. Слава ходил просто убитый и все понимали: не будет Стаси — не будет танцев. Я почти потеряла лучшую и единственную на тот момент подругу.

Мы не знали, что можно сделать, а Славка не сдавался. Я не знаю, что он пообещал Стаськиным родителям, как убедил их, но девушка не уехала. И до сих пор все мы вместе, а у Славки со Стасей скоро свадьба. Они давно все распланировали, арендовали зал, отрепетировали танец новобрачных... А Стася грозилась мне набегом на свадебные салоны и примеркой всего, что на глаза попадется. А я — "подружка невесты". Следовательно, избежать шопинга на этот раз не получиться, придется мерить.

Я тяжело вздохнула и поприветствовала ребят:

— Здрасьте, команда! Мих, прекрати прятаться, живо сюда. Итак, это — Влад. Он учиться со мной, недавно перевелся. И это все, что я о нем знаю. Таскается за мной он уже второй день, причин не объясняет, ничего не рассказывает... Влад, девушка с красивыми глазами, которые она строит всем, кто находиться в зоне видимости — Стася, моя хорошая подруга. Мрачный парень, обнимающий ее за талию — Слава, друг детства. Он только с виду суров и страшен, на самом деле вполне нормальный. А та меланхоличная махина под два метра ростом (метр девяносто пять, если я не ошибаюсь) — Мих, наш штатный интеллектуал. По вопросам учебы можешь обращаться к нему. Учится он на программиста, но знает ту же экономику в два раза лучше, чем я. Когда успевает — загадка для всех.

— Я ночами плохо сплю, книжки умные учу!

— Молодец, существенный прогресс в стихосложении. В прошлый раз было что-то вроде: "Я пришел к тебе с приветом, отмени-ка тренировку..!". Если ждешь продолжения — его не будет, Мих у нас увлекается дистихами.

— Уровень вашей образованности угнетает мое моральное сознание, — прискорбно сообщил наш сумасшедший друг.

— Если ты думаешь, что он заучил эту фразу и использует при удобном случае — обломись. Он всегда так говорит. — Влад смотрел на Мишку заинтересованно, как археолог на новую косточку. Чем наш Мих привлекает — никто не знает. Для нас он хоть и друг, но ботаник конкретный, а людям нравится. Девушкам так вообще: от них у парня отбоя нет.

— Я хотел бы прервать твою речь, милый кроманьонец, и попросить начать тренировку. — Ой, а какая милая улыбочка, и не скажешь, что обозвал ранним представителем современного человека с зачатками общественного сознания.

— Ладно, давайте начинать. Влад, посиди где-нибудь, хоть на подоконнике... - я коротко взглянула в сторону парня и повернулась к команде. Гад, и правда, подошел к окну и влез на подоконник, удобно расположившись там.

— Как все мы знаем и помним, конкурс состоится всего через пару недель. И нам нужна новая программа... — Я не успела договорить: меня перебил Мих.

— Прошу, хватит говорить как на съезде партии. Мы осведомлены обо всем не хуже, чем ты. Может быть, просто начнем репетировать?

— Гений ты наш, прежде чем начать тренировку, нужно хотя бы определиться со стилем танца. — А чего определяться? Мы все равно потом поменяем. Лучше сразу с импровизации! — весело заявила Стася. В принципе, она была права, мы всегда меняли программу на каждой репетиции. В итоге, конечный вариант отрабатывался дня за четыре до выступления: в это время мы отменяли все дела и сидели в зале до последнего.

— Ладно, возражений не имею. Только музыка... У кого какие варианты?

— Может, Dea?

— Слав, я понимаю, что эта композиция твоя любимая, но давайте мыслить здраво: что под нее можно станцевать? Вот именно, ничего мы не станцуем. Дальше!

— А давайте из "Шага вперед 2"?

— Если ты на прошлых соревнованиях заткнул уши и не смотрел на выступления других участников, это не значит, что мы их не видели. Половина прогорела именно с этой музыкой — выступления были похожи друг на друга, и сделать лучше, чем постановщики танца в фильме уже не получиться. Дальше.

— Justify sex?

— Окстись! Как это будет выглядеть? Девочки раздеваются, мальчики в ступоре? Или наоборот? Давайте серьезно! дальше. — Я уже устала ругаться. Неужели так трудно представить, что получиться с такой музыкой? Я возмущенно оглядела команду. Но высказать дальнейшие претензии не успела: телефон зазвонил. Я — клуша, опять забыла поставить на беззвучку. Пришлось взять трубку.

— Да!

— Лиз, это мама. Привет.

— Привет, мамуль, я уже поняла. Что такое?

— Из университета звонили. И снова на домашний. Ты когда уже им сообщишь новый номер?

— Никогда, пусть не надоедают. Что такое? Только скорее, у меня тренировка.

— Что-то насчет вашего новенького. Об этом, кстати, потом мне расскажешь. А то совсем с матерью разговаривать перестала! Ладно, вобщем этот ваш "улыбчивый дядечка" попроси зайти к нему завтра, он поговорить хочет. Все, целую, удачной тренировки.

— Пока, мамуль, люблю. — Я положила трубку и обернулась к ребятам.

— Что за улыбчивый дядечка? У тебя громкий динамик, мы все слышали. — Это могло бы прозвучать с извиняющейся интонацией у любого, кроме Стаси.

— Мама так декана называет. И только так. Имени запомнить не может, а должность его ей не нравиться, ибо произносится "декан" слишком официально и "не по-человечески"!

— М-да, тетя Света в своем репертуаре.

— Слушайте, а почему бы вам не взять мелодию, которая стоит на звонке у Лизы?

— Вы тоже слышали этот голос? Влад, ты еще здесь?

— Слав, он не виноват, что Стаська любит флиртовать со всем мужским населением.

— Не со всем, я к Миху не пристаю.

— Еще бы! Ты ему интересна в двух случаях: как подруга, с которой весело и интересно, и как подопытный кролик, над которым можно безнаказанно ставить психологические опыты, типа "Проверка реакции женщин обыкновенных на пауков дачных". — Помню, было дело. В загородном домике родителей Миха на чердаке завелась парочка. Ну а тот, не будь дурак, наловил их и вынес на всеобщее обозрение с гостиную. Стасю больше к нему на дачу не затащишь.

— Так, блин, что у нас за тренировка сегодня? Прекратить разговорчики! — грозно прикрикнула я. — У Влада, между прочим, хорошие мысли, в отличие от вас. Как думаете, под Quutamo сможем?

— Без проблем. Давайте пока просто прослушаем, потом начнем импровизацию: каждый попытается танцевать так, как чувствует. Лучшее старайтесь запомнить, потом будем объединять. Влад, а ты нормальный оказался, быстро вошел в тему. Только на Стаську даже не смотри! Если что — я предупредил. — Да, Славка без угроз не может, но говорить начал по делу.

Дружно поблагодарив Гада за идею, мы преступили к репетиции. Эти ребята были помешаны на танцах не меньше, чем я, так что работа пошла быстро и без эксцессов. Вдоволь натанцевавшись поодиночке, мы перешли к обсуждению 'костяка' будущего номера.

— Я думаю, начать надо по-отдельности, в разных концах зала. Вступаем одновременно. Сходимся, когда барабаны отыграют, после пятой восьмерки. Лиза — уходишь к Миху, Слава — я отхожу к тебе. Начнем с парного, только двигаемся синхронно. И страсти побольше, страсти! — Кажется, Стася воодушевилась не на шутку.

— Ты так кричишь, как будто не страсти просишь, а 'Мяса! Побольше мя-яса!!!'. — Ехидно отозвался Слава. — Но, в целом, я согласен. На припеве разъединяемся, движения здесь лучше резкие, синхронные. Нужно так, будто мы друг друга точно не замечаем.

— Да, над ними я поработаю, завтра покажу. Мне этот момент особенно нравиться. В самом конце припева мы соединяемся, четверкой сделаем построение. Знаете, как в групповых на гимнастике. Я думаю, мы со Стасей достаточно гибкие, чтобы все получилось, а вы — как поддержка будете. Дальше мы замираем, на передний план выходят Слава и Миша, Эти движения — на вас. Мы в это время фоном будем делать что-нибудь из балета.

— Ну, как, из балета... - протянула Стася. — То, на что хватит растяжки мы будем делать, и вряд ли на цыпочках. На медленной части — снова сходимся, те же пары. Причем наши с тобой движения, Лиз, медленные и плавные; ваши, мальчики, наоборот — жесткие и отрывистые. Вот это нам надо соединить. Но медленная часть коротка, тут особых проблем не будет. Дальше, все вместе первый квадрат, здесь нужно что-то феерическое и запоминающееся. За это возьмется Мих, он всегда такое нам организовывает.

— Ок. В последнем квадрате меняемся — на передний план выходят девушки, мы остаемся позади. Попробуем полную замену: мы — плавно, вы — резко. Само собой, балет и гимнастику мы не потянем, но здесь такого и не потребуется. Причем, мы танцуем не поодиночке, а в парах: я со Славкой, Лиза со Стасей. К припеву строимся трапецией. На этот раз — движения противоположны: когда вы выходите вверх, мы отпускаемся, и наоборот.

— Хорошо, за это возьмется Стася, в ее голове такие схемы прорабатываются со скоростью пять движений секунду. После второго квадрата припева сходимся, пары как вначале. Девушкам тут можно прибавить немного секса. После того, как замолкнут барабаны — строимся на концовку.

— А секс тебе зачем?

— Ну как! Привлечь судей, да и зрители пусть слюни попускают. Ну, и скрытая пропаганда, опять же... Стаська хочет продолжить работать в студии, и с помощью нашего выступления мы заманим к себе приличное количество девушек.

— Это ты ради заработка, или на девчонок посмотреть захотелось? — подозрительно мягко поинтересовалась моя подруга.

— Какие девочки? Зачем они мне? Только за-ради процветания нашего общего дела!! — патетично воскликнул Слава. Эх, может, когда0нибдуь я вернусь в студию насовсем. И надеюсь Стаська меня примет.

— Ладно, работа каждому выдана, завтра покажете, что получилось. А сейчас давайте поработаем над вступлением...

На следующие минут сорок мы полностью отключились от мира, самозабвенно споря над каждым движением. Зато начало было положено! Мы знали, какие движения должен выполнить каждый, и уже воочию представили, как будет выглядеть номер в целом.

Влад все это время мирно сидел на подоконнике, что-то чертя ручкой в блокноте. Услышав, что музыка смолкла, и споры затихли, он убрал все пишущие принадлежности в сумку, соскочил с места вынужденного пребывания и направился ко мне.

— Лиз, вы все?

— Да, — ответила запыхавшаяся я. — Сейчас переоденусь и пойдем. — Друзья смотрели на меня странными непонимающими взглядами. — Ну чего уставились? Я что, выгнать его должна? Проводит до дома и поедет к себе. Мих, прекрати на меня так смотреть.

— Тебе самой не кажется странным твое нынешнее поведение? Не забывай, что мама Света наказала мне следить за твоей девичьей честью, и не давать ей (пардон, тебе) падать лицом в грязь! — ма-а-амочки, сколько пафоса! Правда, при упоминании моей чести, которая по сю пору от меня никуда не убежала, я немного покраснела. А учитывая, что после тренировки цвет моей кожи был умеренно-малиновым, то сейчас он плавно трансформировался в свекольно-красный. Идеальное завершение тренировки!

— Мою честь больше можешь не блюсти, я сама справлюсь. Торжественно освобождаю тебя от этих обязанностей. Все, я в раздевалку. Влад, погоди еще немного, я скоро.

— Слушай, новичок, нам, конечно, приятно познакомиться, и все такое... Но учти сразу — обидишь Лизу — хана тебе! — Слава явно злился. Парень допускал, что новому Лизкиному знакомому очень понравилась девушка, но доверять ему пока не собирался. — Я не пугаю, просто предупреждаю. Мы все давно знакомы и друг за друга горой. Если что — помни, я два раза говорить не буду. — Парень сухо кивнул, взял Стасю за руку и, быстро попрощавшись с Михом, вышел.

— Он всегда такой агрессивный? — Влад удивленно обернулся к единственному оставшемуся в комнате члену команды.

— Нет, только в тех случаях, когда дело касается девушек. Нет, не всех, — поправился Мих, — только наших. С детства Слава был их рыцарем: защищал, помогал в проблемных ситуациях, брал на себя вину за их мелкие шалости...

— А ты? — кажется, детские истории из жизни Лизы очень заинтересовали парня.

— Что я? Я был тогда маленьким забитым умником. Пацифистом до кончиков очков. Славка и меня защищал ото всех.

— А дальше что случилось? — поняв, что продолжения рассказа можно не ждать, Влад решил задавать наводящие вопросы.

— Дальше Лиза начала заниматься танцами. Мы, как ее лучшие друзья, поддержали увлечение. Потом сами втянулись. С тех пор — постоянные тренировки, самосовершенствование. Мы — команда, и каким бы спокойным я не выглядел в жизни, я убью любого, кто обидит девчонок. Да куда уж там, я убью любого, кто хотя бы подумает обидеть девочек. — Слово "подумает" Мих особенно выделил интонацией, пристально смотря на Влада. А ему почему-то стало не по себе. В душу закралось подозрение, что зря он все это затеял: одно неловкое движение, как говориться... И нет, не отцом он станет — инвалидом.

— Хорошо, я понял. Я ничего плохого Лизке не сделал, и делать не сбираюсь. Можете быть спокойны.

— Ага, не собираешься... Ладно, замяли тему. Что будет — то будет. — В этот момент Мих как никогда походил на нормального двадцатилетнего парня, правда, немного недовольного. Но уже спустя секунду отстраненно — дружеское выражение вернулось на его лицо. Он коротко кивнул Владу, прямо как Слава несколькими минутами раньше, крикнул что-то вроде: "Пока, маленький неандерталец. Удачи завтра!" — и спокойно вышел за дверь.

Влад недолго простоял один: Лиза выбежала из раздевалки спустя всего несколько минут.

— Все, я готова, можем идти. Ты домой, или меня провожать? — видимо, к хорошему, действительно, быстро привыкают: девушка уже не возмущалась и не доставала расспросами. Влад мысленно улыбнулся, довольный открывшимся фактом. Но радость его была недолгой: услышав, что они вместе пойдут к ее дому, Лизка воспрянула духом и упоенно начала расспросы...

— Итак, кто вы, Владислав Батькович?

— Владимировичи мы, — гордо ответил вышеупомянутый. — Студенты мы. — После минутного раздумья, сопровождавшегося нахмуриванием лба и нарочито загруженным видом, ответил парень.

— Ага, а почему два года почти не ходил в универ? А когда ходил, то не в наш?

— Хм... - на секунду задумался парень. — Я был слишком занят другим. На учебу в дневное время я не успевал. Сейчас все нормализовалось, я стал посещать лекции в своем бывшем универе, но качество обучения меня не устроило. Я решил перевестись к вам. — Влад старался говорить как можно более расплывчато, ведь девушка не должна была раньше времени узнать о нем слишком много.

— Ты так легко об этом говоришь! Проучился два года, почти не появляясь на лекциях, семинарах, зачетах... Я правильно поняла? — дождавшись утвердительного кивка, девушка продолжила. — И тебя не то, что не выгнали, так еще и с радостью помогли с переводом. А наш ректор с еще большей радостью принял тебя к нам.

— Ну, у меня есть кое-какие связи. Они-то мне и помогли.

— Что за связи? — кажется, с каждым ответом любопытство просыпалось в Лизе еще сильнее.

— Отец. — Коротко бросил Влад. Эта тема была ему неприятна, и обсуждать ее он не собирался. Тем более что девушка наверняка постарается пожалеть бедного его, а этого он никому еще не позволял. И не собирался менять свои убеждения.

— А чем ты занимался в те два года? — к счастью, Лиза смогла понять, что тема покровителей пока закрыта для расспросов.

— Зарабатывал на жизнь, делая любимую работу. — Как и все предыдущие этот ответ Влада породил еще больше вопросов.

— Аааа, ты на все вопросы будешь так отвечать? — возмущению девушки не было предела. А Влад тихо радовался: пока она раздражена или хотя бы немного не в себе — она не может мыслить трезво и сопоставлять очевидные вещи. А вот Ника, подруга его нового увлечения, кажется, уже о многом догадывается. По крайней мере, смотреть на Влада она стала намного пристальнее и как-то изучающе, что ли?

А Лизке душевное равновесие еще долго не светит: судя по тому, что у них случилось с Саней, она еще долго будет ходить как ломом пришибленная. Правда, сама девушка уверена, что она — самая проницательная и гениальная. И от этой мании величия ее стоит избавлять медленно и постепенно.

— Конечно. Но ты ведь у нас умная, — ехидно отозвался парень: свой план он уже начал приводить в исполнение, — сама во всем разберешься. Минимум сведений — максимум умозаключений! Еще вопросы? — То, чем ты занимался, связано больше с экономикой, политикой, искусством..? — немного надувшаяся девушка выжидательно смотрела на него.

— Скорее, с искусством. Лиз, твой опрос длиться уже слишком долго: мы скоро выходим.

— Вот блин! Снова пропустила... - она виновато улыбнулась, оправдываясь за что-то, чего Влад не заметил. — Ладно, хватит — значит хватит. Но на завтра я придумаю еще вопросов!

— Хорошо, — легко согласился парень. На завтра он придумает другие ответы, еще более непонятные, чем сегодняшние. А ведь вытянуть из него более или менее дельную информацию она смогла: узнала про отца и про род занятий. Это даже интересно — узнать, сможет ли она воспользоваться этими знаниями.

Остаток дороги снова прошел в молчании: каждый из них думал о своем. Лизкины мухи вновь воспрянули духом и потребовали от хозяйки побольше еды. Девушка согласилась и снабдила наглых просителей отменной долей прогнивших мыслей. А Влад... У него в голове не было мух, зато с избытком хватало других пакостных насекомых — ос. Они свили огромное гнездо, и покидать мысли парня не собирались, постоянно напоминая о неудачах, о провалах и о том тяжелом времени, когда о нем просто забыли. Все, кроме матери. Она всегда поддерживала, верила в него, и только благодаря ней парень сам в себя поверил. Подумав о том, что неплохо было бы купить по дороге цветы и торт к чаю, Влад поспешил избавиться от навязчивых "полосатиков", как сам окрестил обитателей своей черепушки.

У подъезда пара прохладно распрощалась, и каждый отправился восвояси. Всю эту ночь Лиза провела в слезах. Она пыталась объяснить сама себе, убедить себя в том, что слезы бессмысленны, что они не помогут, но уговоры не действовали. Мухи не хотели отступать: как будто они поднялись из могил не глупыми зомби, а сверхсильными личами. И отвязаться от них никак не получалось.

— Так, что у нас там? Предпосылки революции? — усевшись за самый дальний столик у окна, спросил Альберт.

— Да, нужно постараться раскрыть основные вопросы. Найти первопричины и провести "логические параллели". — Дина явно копировала интонации учителя. А Альберт лишь покачал головой, наблюдая за ее кривляньями, и молча приступил к работе. Как оказалось, одноклассник девушки имел значительное влияние на руководство кафе: услышав его пожелания "убираться подальше и на глаза больше не попадаться", парни молча кивнули, пожелали удачи и быстренько смылись. Для Даны это было, мягко говоря, шоком. Можно даже сказать, что день для нее даром не прошел, несмотря на то, что домой к Альберту она так и не попала.

За работой они провели часа три. Как оказалось, революция — тема сложная. И предпосылок у нее было ого сколько! Выяснилось, что девушка не знает даже половины того, что легко вспоминает Альберт.

Самолюбию Даны в этот день был нанесен серьезный урон. И только одного девушка понять не могла: почему с такими знаниями оценки у Алика не слишком хорошими. И это мягко сказано. На данный момент они колебались от "тройки натянутой" до "четверки заслуженной".

Любопытство девушки вновь взяло верх, и она решилась заговорить не по теме:

— Альберт, ты же досконально знаешь эту тему, — она на секунду замерла, стушевавшись под пристальным насмешливым взглядом "Алика". — Почему тогда оценки плохие? — Дана сжала кулаки, не понимая, почему этот его взгляд действует на нее так... Так. Ведь раньше ничего такого не было! "Раньше ты с ним общалась лишь на переменах, и то, только язвительно комментировала все его поступки!" — ехидно отозвался Мозг. И (что делать!?) пришлось с ним согласиться.

— Кажется, я ничего тебе не скажу, — с еще более пакостной улыбкой отозвался парень, быстро переведя тему. — Давай вернемся к революции: находиться в твоем обществе еще час я не хочу, у меня свои дела есть. Итак, последнее и самое сложное, крестьянский вопрос...

Девушка лишь кивнула, стушевавшись. Но секунду спустя ее глаза полыхали праведным (или не очень) гневом: как он посмел ей такое сказать? Это ее должно тяготить общество всеобщего изгоя, одиночки. Это под ее взглядами ему должно становиться неловко, но никак не наоборот!

Такие нехитрые рассуждения, как ни странно, предали девушке уверенности в себе. Она гордо выпрямилась, смерив одноклассника самым презрительным из своих взглядов. А он, напрочь проигнорировав все немалые старания, вновь уткнулся в компьютер, ища дополнительную информацию. Дане же досталась участь писца: историк абсолютно не признавал напечатанный текст, и свои работы бедные ученики писали от руки. Это изрядно доставало, но материал запоминался в разы лучше.

Закончив работу, Альберт встал, сухо кивнул девушке и пошел по направлению к выходу. Но, остановившись на полпути, обернулся и сказала:

— Я сегодня сделал пять шестых работы, презентацию готовишь ты. — И, снова развернувшись, ушел. А Дана так и осталась сидеть, понимая, что даже поспорить с ним не получиться, ведь парень правду сказал! Собрав все вещи в сумку, она тупо зашагала к двери...

Проснулась я с головной болью и опухшим лицом. На два часа раньше, чем обычно. И так всю ночь не спала, так еще и подскочила в такую рань. А все мухи! После необъяснимо неудачного расставания с Владом, я пришла домой немного не в себе. Весь предыдущий день мне некогда было думать о случившемся. Зато за вчерашний вечер я отыгралась по-полной. Мухи были ненасытны: я вспомнила каждый момент, проведенный с ним, каждый его подарок, мысленно обрисовала каждую черту его лица...

Сашка, что же ты делаешь, гад... Назло тебе, сегодня я буду самой яркой, самой красивой! И хорошо, что встала раньше, будет больше времени воплотить в жизнь мой план.

Первым делом я побежала в душ: со вчерашнего мои волосы больше напоминали разворошенное осиное гнездо, чем нормальную прическу симпатичной двадцатилетней девушки. Высушив и аккуратно уложив непослушные короткие волосы, я занялась макияжем. Сегодня хотелось чего-то необычного, и я полностью воплотила в жизнь свое желание, наплевав на кожу. В конце концов, один день можно! Тени я выбрала ярких зеленых и синих оттенков; нацепила накладные ресницы ярко-желтого цвета; нанесла легкий перламутровый блеск на губы. Это привычка: если глаза яркие, то блеск или помада нейтральных цветов. Немного подумав, вплела в волосы несколько разноцветных сине-зеленых прядок. Хорошо, что с прошлого выступления не выкинула!

Одежду выбирала до-о-олго... В итоге, остановилась на платье бэби-долл красивого темно-синего цвета. Выбрала аксессуары, в тон им — желтые полупрозрачные колготки, туфли на высокой шпильке. М-да, так я еще в универе не появлялась. Капец преподавателям, они удивятся. Да, вобщем, все удивятся: в таком убийственном наряде меня пока не видели.

Быстро перекусив (немного неправильный порядок действий у меня), я покидала вещи в сумку, подхватила плащ и быстро выскочила из квартиры.

У выхода из подъезда меня снова ждал Влад. И несмотря на бессонную ночь, на наше вчерашнее молчаливое расставание, я была безумно рада его видеть. Как же это плохо, мама дорогая! Что же ты со мной, Гад, делаешь?

Я глубоко вздохнула и поздоровалась с новичком. Он ответил мне милой дружеской улыбкой и поприветствовал меня в ответ.

— И тебе большое здрасьте, маленькая канарейка. Ты так ждала встречу с деканом? Или есть какой-то особенный повод? — он оглядел меня с ног до головы, одобрительно кивая. Еще бы, длина платья колеблется где-то между "чуть ниже талии" и "ничего себе насколько выше колена". Упс, промашечка вышла: я все-таки не в клуб иду... И декан... Какой декан, кстати? Последний вопрос я и озвучила.

— Как какой? Их у тебя много? Вспоминай: вчера тебе звонила мама, говорила, что наш дорогой "улыбчивый дядечка" жаждет встретиться с тобой. И приспичило ему это сделать именно сегодня.

— Блиин! — память, куда ты делась, а?

— Кажется, кто-то решил продинамить дядечку?

— Молчи, ехидная зараза, не порть прекрасное настроение! — кажется, мои зубы скрипнули.

— Неужели я чем-то прогневил вас, маменька? Неужто нет мне больше прощения? Любое наказания я приму, хоть розгами лупите, только бы прощение ваше вымолить...! — а сколько патетики, сколько патетики...

— Ну и молодежь пошла, даже на улице высказываться не стесняются о своих играх, прости Господи! Надо Зиночке рассказать, что еще эта неугомонная творит! И ведь жених есть... - на меня с укором смотрела бабулька лет шестидесяти с хвостищем, осуждающе качая головой. Моим контраргументам не суждено было увидеть свет, ибо ступор таки овладел мной. И, кажется, не один раз: стояла я, как на голову пришибленная и переводила взгляд со спины удаляющейся бабушки, на дико хохочущего Влада. Гад! Опять меня втянул в подъездные разбирательства. Не удивлюсь, если Зиночка — это наша Яга собственной персоной.

— За. а-а. алазь! — сквозь всхлипывания слова прорывались с трудом, но закончить незамысловатый посыл меня в такси Влад все же смог. Его жутко веселила сложившаяся ситуация, а предъявлять мне свои извинения за посрамленную честь парень и не собирался. У-у-у, убью Гада!

— Фиг тебе, Гад! — и я, гордо развернувшись, пошла в сторону остановки. Ничего, времени предостаточно, доехать успею.

Спустя пару минут мою голову начали посещать здравые мысли. Какого черта я не поехала на такси? Какое мне дело до компании этого будущего шута, если можно доехать с комфортом? Да что я творю, в конце концов? Он ведь не виноват, что бабуська так неправильно истолковала наш диалог. "Говорят, девушки начинают вести себя глупо, когда рядом находится приглянувшийся парень..." — глубокомысленно протянуло мое Подсознание. А у меня перед глазами всплыло изображение графа, курящего трубку и аккуратно выпускающего колечки дыма. Потом ведение посмотрело на меня, кивнуло, соглашаясь с собственными мыслями, и поспешило откланяться. В прямом смысле этого слова.

Мысленно показав графу фигу, я обернулась и потопала обратно к машине. Влад стоял, облокотившись на дверцу. И выжидательно смотрел на меня.

— Извини, — блин, второй раз извиняюсь перед парнем за собственную глупость. Первый раз был с Сашей... Мухи, радостно маша лапками, проплыли у меня перед глазами. — Я вела себя глупо. Ты не виноват, в том, что бабулька немного неправильно тебя поняла. — Влад тяжело вздохнул, покачал головой, и, подхватив меня под руку, усадил на заднее сидение.

— Глупыш, как же часто ты все понимаешь неправильно! — он уселся рядом, извинившись перед водителем за задержку и назвав адрес. — И ярлыки на людей вешаешь. — Я непонимающе посмотрела на него, нахмурив брови. — Сама смотри: ты считаешь меня Гадом только потому, что я действую не так, как тебе хочется. Иногда ты начинаешь из-за этого злиться. Но я, скорее, твоя добренькая фея — я спасаю тебя от каких-то страшных мыслей, которые ты все время гонишь.

Ника — для тебя он одна из лучших подруг, которая тебя всегда поддержит. Ты считаешь ее немного странной и увлекающейся. Она меняет парней чаще, чем вы номера в команде. Именно такой ярлык повешен на нее. Но для меня, человека, знающего ее два дня, уже понятно: она не парней меняет, она отчаянно ищет того, который ее. И найти не может. Ты узнавала, почему так? Подумай, что ты вообще о ней знаешь? Ты любишь, когда друзья слушают тебя, когда они знают проблемы, в которых ты зависла. Но ты не стремишься узнать о них. Тебе достаточно тех крупинок, которые удалось собрать за годы знакомства. Подумай об этом, и перестань смотреть на людей так потребительски, пожалуйста. — Нет, он не кричал. Он говорил мягким и спокойным тоном, как с мелкой лялькой. Хотя и весьма поганой лялькой, если подумать.

Честно, до этого момента все было именно так, как он сказал. Мне нужно, чтобы люди замечали меня, иногда жалели, помогали, холили, лелеяли... Но я не хочу знать об их проблемах, не хочу вникать в их жизненные неурядицы... Наверное, я порядочная сволочь. Особенно в глазах Влада. И ведь я действительно считала Нику ветреной девчонкой! И я ничего о ней толком не знаю.

— Спасибо, такой отповеди мне еще не устраивали. — Глухо произнесла я.

— Пожалуйста. Просто прими это к сведению. Мне ведь не слишком приятно, когда меня так мелко используют. Я рад, что хоть немного помогаю тебе, но и для себя я хочу нормального отношения, хорошо? — я только кивнула. — Ну, вот и прекрасно! — улыбаясь, ответил он. — У тебя сегодня занятия есть?

— Только с потенциальными мисс универа. — Мне было стыдно. Просто жутко стыдно. Такого чувства я уже давно не испытывала. И, кажется, пора меняться. Просто смотреть на людей так, как на меня смотрят они, оценивать их по-достоинству, не считать себя лучше... Нос не задирать, если проще. Только вот трудно будет менять такой привычный образ жизни...

— Тогда сегодня вечером идем гулять! — радостно возвестил Влад. Кажется, Гадом я его называть теперь не буду. — И хватит киснуть! Просто будь добрее. — Глядя на него, даже таксист разулыбался. Я поняла, буду учиться. И посмотрим, что из этого получиться.

Я улыбнулась, Влад приобнял меня за плечи. Вот так и доехали, в полной идиллии. Потом парень открыл мне дверь, расплатился с таксистом и подал руку. Надо сказать, парочка из нас вышла колоритная: я, в своем павлиньем наряде, и Влад, в строгом черном костюме, светло-голубой рубашке, которая отлично смотрелась вкупе с цветом его глаз, галстуке и лакированных черных туфлях. Студенты оборачивались нам вслед, почти показывая пальцами. А мы просто улыбались, держа курс на деканат и никуда не сворачивая. На подходе к кабинету я попыталась выдернуть руку из цепкой хватки Влада, но потерпела неудачу.

— Я с тобой пойду! — улыбнувшись и распахнув дверь, оповестил меня парень.

— Ничего не имею против! — в конце концов, не секретную же информацию мне собрался выдавать декан. Наверняка загрузит каким-нибудь общественно полезным делом. А половину можно будет спихнуть на Влада... Стоп, Лиза! Кто тут собрался переучиваться? Отставить такие мысли.

— О, ребятки, здравствуйте! — поспешил приветствовать нас Вячеслав Юрьевич. — Влад, хорошо, что тоже пришел. Я тут как раз твою маму вызвал, хотел поговорить со всеми вами!

— А я тут причем? — настороженно отозвалась я, простите за тавтологию.

— Как причем? При многом! ты у нас староста? Староста! Ответственная за студенческую жизнь? Ответственная! Тебе и будет поручено сложное задание: уговорить Влада и его родительницу устроить у нас выставку. — Я почувствовала, как напрягся Влад.

— Вячеслав Юрьевич, я уже говорил вам, что никаких выставок пока. И мы уже сотню раз обсуждали этот вопрос. Мама, доброе утро! Пойдем. — Он поцеловал в щеку симпатичную женщину средних лет, помог ей подняться со стула и, подхватив под руки нас обеих, вышел из кабинета.

— Я даже слова сказать не успела, непонимающе смотря на Влада. Тот молчал, и объяснять ничего, видимо, не собирался. И ту я посмотрела на его маму.

— Здравствуйте... Ирина Эдуардовна?

— Лизавета? — еще более непонимающе уставилась на меня женщина, с которой мы виделись уже раза три. — Созвонимся позже, я вас покидаю. — Она потрепала Влада по голове, с улыбкой кивнула мне, и поспешно сбежала.

— Она твоя мама. Декан говорил про выставку. И фамилия у тебя Дансберг. Ущипните меня! — ма-амочки, я его вижу. Да какое вижу, я с ним второй день гуляю, и он мне цветы дарил!

— Ага. — Видимо, Влад был не в восторге от открывшихся мне тайн. А я — дура, не могла раньше сообразить? И еще ему же объясняла внутреннюю сущность его картин.

— Бли-и-ин! И ты молчал? Еще и слушал тот бред, который я несла. А автограф дашь? — внезапно, удивление с меня схлынуло, и я решила поступить так, как поступаю всегда — по-идиотски.

— Ох, декан, удружил! Дам. Только никому не говори. Скажи, что посредница передала, когда ты покупала картину. Вроде, как постоянной клиентке. — Он быстро достал листок и ручку, расписался, и, вручив его мне, ушел. Не прощаясь, просто ушел.

И только сидя на паре, и отходя от шока, я поняла, почему он сбежал еще более поспешно, чем его мама. Если Влад уже на протяжении стольких лет никому не раскрывал свое инкогнито, значит на то была причина. А я, вместо того, чтобы перевести все в шутку, сказать что-нибудь хорошее и подбадривающее, выпросила автограф! Ну, зачем он мне так понадобился?

"Кажется, дура — это диагноз, состояние души, можно сказать!

— Эй, Подсознание, ты на меня не гони, я тут не причем!"

Все, правильно, это я тут причем. И на пары он не пошел... Если не объявиться — придется выпросить его адрес и ехать просить прощения. Да, так и сделаю.

Остаток пар я просидела как на иголках.

Ирина Эдуардовна убегала быстро. И надеялась, что любимый сынок ее догнать не успеет. Сколько раз он просил ее не лезть в свои дела? И сколько раз она влезала, портя сыну жизнь? Вот и сейчас... И декан этот... Не мог подождать до пятого курса?

А девочка, Лизка, кажется, ничего. По крайней мере, лучше, чем его нынешняя "любовь", Алиночка.

Ух, надо успокоиться и взять себя в руки, иначе она накричит на Романа, нового клиента. Тур он заказал, мягко говоря, не дешевый, так что обхаживать его придется, будь здоров. Почему-то, эта мысль очень разозлила и без того нервную Ирину. Но что поделать, работа не волк, к сожалению...

Забежав в агентство, женщина поприветствовала сослуживиц, быстро переоделась в рабочую "экипировку", как в шутку называли ее все служащие, и уселась за свое рабочее место.

— Добрый день... - как всегда, спокойствие и уверенность — лучшие качества для менеджера по туризму.

— Здравствуйте, — вежливо отозвался Роман. — Вы сегодня припозднились: я жду вас уже полчаса.

— Простите, пробки, — универсальная отговорка и в этот раз спасла Ирину. А взгляд-то, какой тяжелый у этого клиента... Узнать бы, кто он, и кем работает, раз сам начальник настоятельно просил выполнять все его пожелания.

— Прощаю, — снисходительно улыбнулся Роман. А в душе Ирины подняло сонную голову здоровое возмущение: да как он смеет с ней разговаривать, как с малолетним ребенком? Подняло и тут же опустило: за долгие годы работы женщина привыкла сдерживать эмоции и всегда вежливо улыбаться. — Приступим к работе?

— Конечно. Итак, я договорилась насчет билетов, все бумаги для выезда будут оформлены через двенадцать дней. С вас потребуются вот эти документы, — Ирина протянула список. — Пожалуйста, не позднее завтрашнего дня.

— Мне привезти их лично или можно отправить помощника?

— Как вам будет удобно. Главное, чтобы бумаги были у нас. Пока это все. В дальнейшем также можете присылать помощника.

— Спасибо, я учту. До свидания.

— До свидания. — Странно. Выдержка не покидала Ирину еще ни разу, а сегодня решила взять долговременный отпуск. Причем определилась она со своим решением, именно увидев этого странного Романа. И смесь доброжелательности и пренебрежительности здорово задела Ирину. Хотелось показать ему, что она далека от его представлений, но тратить на это время — увольте. Так что, лучшим вариантом стал его личный помощник.

Ирина глубоко выдохнула и постаралась забыть о новом клиенте. Нужно приниматься за работу...

Влад так и не заявился. Значит, придется идти к декану и выпрашивать его адрес. Скажу, что решила уговорить знаменитого художника провести выставку. Авось, прокатит...

Прокатило! Добрый дядечка декан без вопросов предоставил мне личную информацию Влада, радуясь, что у него нашлась единомышленница. А она, то есть я, в это время тщательно переписывала адрес и телефоны.

Этот... Влад жил всего в паре домов от моей съемной берлоги! А я-то думала, чего он так рвется меня провожать? Ему до своего пристанища идти от силы три минуты. Отличное соседство: я уже два года как живу на одной улице со своим любимым художником, и ничего не знаю об этом. И все-таки, с чего он так отреагировал? Что такого у него в прошлом случилось? Вот это и попытаюсь сегодня вызнать. Хотя, давить не буду: захочет — расскажет.

Но прямо сейчас отправиться "в гости к знаменитости" я не могла. Курицы не дремлют!

А, нет. Сегодня не курицы, сегодня Лика с Женей. Они девчонки нормальные, все на лету схватывают, не перечат... Идеальные ученицы.

— Привет, девочки! Вы успели размяться? — с улыбкой прокричала я почти через весь репетиционный зал. — Привет! — отозвался слаженный хор. — Успели уже. Ты как всегда пунктуальна. — Это уже Женя. Именно она всегда встречает меня фразой: "Начальство не опаздывает, начальство задерживается!".

— Не я виновата, что вас, первокурсников, не хотят грузить. Дойдете о пяти-шести пар в день...

— Не говори об этом, я не хочу слушать страшилки на ночь! А ты тогда как? Сейчас четыре, мы в час освободились...

— Везунчики... - протянула я. — Нас пока не грузят так основательно, но я уже чую в воздухе запах перемен... Так, ладно, давайте уже репетировать. Лика, тебе, как наиболее молчаливой и сдержанной, сегодня выступать первой. Женя — вторая.

— Давай наоборот, а? Не люблю я первой выступать, у меня тогда не получается ничего. — Заныла "молчаливая".

— Ну-ка не спорить с моим самодурством! — я смеялась. Эти девчонки всегда были такими комичными и жизнерадостными, что сдерживаться не было возможности. — Давай, показывай успехи.

И она показала... Не зря они мне так нравятся: девушки занимаются дома и прогрессируют на глазах.

Лика танцевала под Blind Guardian. Выбор был ее, и переубедить мы не смогли. Пришлось работать с тем, что есть. К слову, получилось совершенно не плохо. Наоборот, лучше, чем у многих. Тем более, Лика, как мне известно, уже лет шесть занимается горнолыжным спортом. И серьезно занимается: отличная растяжка, выносливость, координация движений. Вобщем, я была довольна, о чем не преминула сообщить довольной девушке.

— У тебя самые реальные шансы на первенство в конкурсе. Пока на уровне только ты, Женя и Машка-Мери. Я сама не ожидала, но результаты у нее очень неплохие. Это вам как дополнительный стимул. Так, Жека, на смотр становись!

— Как пожелает ваше благородие! — четко отчиталась девушка, задорно кося на меня глазами.

И понеслась... Если Лика настояла на красивой лирической композиции, то Женя выбрала зажигательную песню Michel Telo. Как она выразилась, это "самая нормальная, под нее хоть потанцевать можно, а не изобразить умирающего лебедя". Это она про Лику: я ей включила несколько легких балетных и гимнастических связок, чтобы разнообразить номер. А Женька, вопреки советам, сама "придумала" (читать, подглядела в видео) движения для припева. Ага, именно те.

Не могу сказать, что получилось плохо: Жека девочка красивая и двигается плавно, так что получившийся номер вполне конкурентоспособен. И, я уверена, своим выступлением она поднимет зал. Если хотя бы половина зрителей не встанет танцевать — я закопаю свои дедуктивные способности. Во мне, можно сказать, повесится Шерлок Холмс.

Было видно, что девушка получает искреннее удовольствие, танцуя. Ну, и ладно, пусть танцует. В принципе, у нее есть реальные шансы на победу.

— Ух, все! — радостно отозвалась Женька.

— "Мама, я пока-а-акала-а-а-а..!", — отозвалась неугомонная Лика. Вот же... Собрались подружки. Я, смеясь, сообщила им, что мои наставления больше не нужны, еще пара дней репетиций — и будет отработано идеально.

— Все, я побежала. Давайте, репетируйте. Можете пока остаться в зале, потом закройте только. Пока.

— Пока, мамочка! — дружным, слаженным хором отозвались девчонки.

А я уже бежала к выходу. Надеюсь, Влад будет дома!

Сразу скажу, повезло мне. Влад был дома. И это было слышно.

Чудом попав в подъезд (спасибо доброму пареньку, придержавшему дверь), я добралась до Владовской обители и попробовала позвонить в звонок. Нет ответа. Постучалась — тот же результат, точнее его отсутствие. И, самое замечательное, я даже знала, почему на мои настойчивые попытки проникнуть в квартиру не имели успеха: звуки тяжелого хард-рока прямо-таки сшибали дверь. 'Мальчик релаксирует, — задумчиво предположило Подсознание. — И правильно: после общения с тобой еще и не на такое потянет...'. И ты к этому причастно, так что молчи!

Я достала телефон, надеясь, что его звонок создаст резонанс с льющейся из колонок музыкой, и парень все же решит взять трубку. Пустышка. Я позвонила, наверное, раз двадцать, но очередная попытка провалилась.

Думай, ду-умай...! Что-то же можно сделать...

'Его окна выходят на противоположную от подъездов сторону, следовательно, свидетелей твоего падения будет не слишком много!' — любезно подсказала моя внутренняя ехидна. Кстати, дельные мыслишки к тебе иногда приходят! К нам, то есть. Попасть к Владу я должна, не зря же шла сюда. А музыку он выключать и не собирается, наоборот, сделал ее громче. Значит, пойдем позориться.

План был прост: найти его окна и попытать счастье излюбленным приемом мышей из мультика про кота Леопольда. Буду звать Владика своим зычным голосом, авось перекричу звонкий голосок Тарьи... Музыка, кажется, успела немного сменить свое направление. Ну да оно и к лучшему.... Дождусь паузы и буду изгаляться.

— Выходи, Леопо-о-ольд...! Выходи, подлый трус!!! — я сложила ладошки и кричала во всю мощь своего, отнюдь не тихого, голоса. Немногочисленные прохожие уже начали коситься... — Влад Дансберг, вашу маму... знаю я, хорошая женщина-а-а! Отзовись! — музыка раздалась с новой силой. Ну, да ничего, мы терпеливые. — ВЛАД!!! — я мысленно благодарила Богов за то, что его квартира не на десятом, а на четвертом этаже.

— Парень, хватит наглеть! Тут из-за тебя девчонка уже полчаса как глотку рвет! — ко мне подошел незнакомый парень в потертой косухе, джинсах и с гитарой. 'Отличный образ получился, ему идет', - машинальной отметила я про себя.

— Спасибо, — поспешила поблагодарить я. — Если не сложно, может, вместе возьмемся за это неблагодарное дело?

— А почему бы и нет? — философски хмыкнул незнакомец. — Я не тороплюсь, да и голос у меня погромче будет... На раз-два-три!

— ДАНСБЕРГ! ВЛАД!!! — наши голоса слились в один сплошной хор. А я, быстро замолкнув, с подозрением уставилась на парня. Влад-то я кричала, не он.

— Ты его знаешь?

— Да кто ж его не знает? — пока я с еще большим непониманием таращилась на нежданного помощника, чудо поспешило свершиться.

— Какого вам надо, изверги? — сонная голова Влада высунулась из окна. М-да, он еще и спал. — Я понимаю, она тут раскричалась, но у тебя ключи есть, давно бы зашел!!! — Опочки! И сколько здорового возмущения в голосе!

— Ты все слышал!

— Конечно, звонки, стук и непрекращающийся трезвон телефона я предпочел проигнорировать. От криков — абстрагироваться.... Но от вашего слаженного вопля даже мертвый проснется.

— А что за хм... музыку ты слушаешь?

— Заткнись, Ил. Мне уже порядком надоели твои нотации, и ты прекрасно осведомлен, к какому виду субкультур, если можно так выразиться, я тебя отношу.

— Даже не намекай. Поганое название выдумали, конечно. И все из-за чего? Из-за ерунды! Ну и что, что мне больше нравиться отечественный рок, и зарубежный я не перевариваю?

— Ладно, не оправдывайся. Заходите уже, за нашим разговором половина улицы наблюдает со здоровым интересом.

Я хмуро поплелась за этим Илом. Нашелся помощничек.... Но, если вдуматься, он и вправду, помог. Раз уж от моих криков Влад 'абстрагировался', то ловить мне там было нечего.

— Спасибо. — Сухо поблагодарила я.

— За что? — удивление было явно искренним.

— Ты мне помог докричаться до этого сони. — Просто ответила я, пожимая плечами.

— И ты не хочешь меня прибить? Задушить? Отправить в баню веники жевать, на худой конец?

— За что? — мое удивление искренностью и не пахло, но парень поверил.

— Я тебя и так бы смог провести, а вместо этого устроил представление. Девушки, обычно, на такое обижаются.

— Значит, я нетипичная девушка, — улыбнулась я. — Или тебе попадались странные экземпляры.

— Все возможно! Проходи давай. Дансберг! Ты хоть кровать заправил? — а друг-то у него еще та ехидна. Я невольно улыбнулась, представив, как парень бегает по всей квартире и собирает разбросанные носки, пытается ровно расправить одеяло, утащить тарелки в кухню... Но мои ожидания не оправдались: в квартире была абсолютная чистота. Чище, чем у меня. Впору идти записываться на курсы домохозяек.

— Молчи, гад. Лиза, проходи в зал, я скоро выйду. Ну, и ты, друг, — он особенно выделил это слово, — можешь пройти.

— Да как скажешь, как скажешь! Только я не в зал, я — на кухню. Надеюсь, тетя Ира что-нибудь приготовила?

— Проглот. — Констатировал Влад. — Приготовила. Твое любимое. Все в холодильнике. Разогреть не забудь. — Влад таки вышел к нам. — Лиза, ты кушать хочешь?

'Хочет!' — ехидно отозвался желудок, напрочь игнорируя приказы хозяйки.

— Тогда бегом на кухню. Ил, грей на всех. И, кстати, знакомься: Вилен, он же, Ил. Мой друг и соратник. Лиза, моя одногруппница и подруга. Просто подруга. — С нажимом произнес Влад.

— Я и не спорю, — отозвался Вилен. Странное имечко. Кажется, я это в слух сказала.

— По крайней мере лучше, чем прозвище, которое он себе выдумал. — Сразу же отозвался Влад.

— Вы ничего не понимаете! Матушка назвала меня в честь великого вождя революции, а прозвище это принадлежало лучшему демону-вору-барду, о котором я когда-либо читал.

— А-а-аа-а, — глубокомысленно протянула я. Влад зашелся в приступе неконтролируемого хохота.

— Ну и выражение лица у тебя было... Хоть идти и паспорт менять, честное слово!

— Это она еще фамилию твою не знает. И это поправимо. — Намекнула вторая ехидна в этой комнате.

— Чижиковы мы! — с достоинством отозвался Ил. И вот теперь уже я начала хохотать.

— А...а... отчество... какое? — Я не могла этого не спросить!

— О, здесь все нормально — Романович он. Нам пришлось смириться с Илом, ибо за 'Чижа', 'Чижика-Пыжика' и тому подобные производные от фамилии он бил на гитарой по головам. — 'Сдал' Влад своего друга. — Ладно, нечего в коридоре простаивать, давайте на кухню все.

— Да, командир! — хором отозвались мы, переглянулись, и снова захохотали. А этот Вилен ничего такой, интересный!

— Спелись, — обреченно протянул Владушка. Стоп, я сюда извиняться пришла или совершать набег на творения рук Ирины Эдуардовны?

— Влад, можно тебя на минутку? — Ил понимающе поднял руки, заявив, что сам все разогреет, и вообще, пошел он на кухню.

— Прости. Я как дура себя веду всегда. Друзья привыкли уже, а тебе, если захочешь дальше общаться, еще придется натерпеться... Я, правда, смутно осознаю, из-за чего такая бурная реакция, но все равно...

— Как ты будешь ко мне относиться? — хмуро поинтересовался Влад.

— В смысле? Как относилась, так и буду. И оставь надежду, что твои произведения заставят меня отказаться от расспросов. Я, конечно, преклоняюсь перед твоим талантом, но не настолько, чтобы организовать алтарь имени тебя в своем шкафу...

— Лизка, никуда ты теперь от меня не денешься, и не надейся... - он плавно подошел и обнял меня за плечи. Кажется, это скоро станет его излюбленным приемом: приобнял и все, я растаяла, лишилась аргументов и больше не буду ругаться. И даже на его смелое заявление реагировать не буду. Пусть думает, этого я ему запретить не могу. В принципе, я ничего ему запретить не могу, но думать — тем более. — Пошли кушать. — Он развернул меня и, плавно подталкивая, отправил в ванную — руки мыть. А потом тем же образом проводил на кухню.

— Ты не обижаешься?

— Точно нет. Теперь я должен извиняться.

— Не надо. — Я помотала головой. — Лучше расскажи, почему ты так бурно отреагировал? — Я заинтересованно обернулась к парню.

Мы уже вошли на кухню и наблюдали за великолепным зрелищем: Ил в фартуке бегает от микроволновки к столу, потом от стола к шкафчику, достает салфетки, ножи, вилки, хлебницу...

— Может, дождемся, когда ты устроишь мне допрос, и я отвечу на все твои вопросы?

— Хорошо, — с легкостью согласилась я. Странное ощущение, как будто все делаешь правильно. Оно у меня редко появляется, в основном на танцах.

Обедали мы, мирно переговариваясь о пустяках. Я узнала, что Ил с Владом общаются уже лет пять. Что познакомились они на художественной выставке: Дан Берг выставлял свои работы, а Вилен был приглашенным бардом. С матерью Влад Ил познакомился случайно. Она вернулась домой раньше, чем обычно, и начала готовить ужин. На запах жареной курицы с картошкой, сидящие в комнате парни и выползли. До этого Ил безуспешно пытался обучить своего нового друга игре на гитаре, но, как выяснилось, это была пустая трата времени. И если пел парень еще хорошо, то с гитарой ему явно не везло: две сломанные струны — вот прямое доказательство. Ирина Эдуардовна покормила голодного 'Вилечку' и сразу стала в его глазах почти идеалом. С тех пор парень стал частым гостем, а недавно еще и получил свои ключи. Это обстоятельство удивило меня больше всего, но Вилен с улыбкой сообщил, что не собирался больше торчать по полтора часа под дверью, или пугать соседей криками. Тихую музыку Влад просто не признавал, несмотря на недовольство жильцов. Да и вдохновение к нему приходило только под любимые и дорогие песни.

— Значит, моя теория про 'музыкальные картины' отчасти верна? — удивленно переспросила я.

— Она верна полностью. — Поправил меня Влад. — Я и удивился только поэтому: раньше никто не доходил до такого сравнения. Говорили, что образы в голове всплывают, что картины выглядят как живые, но самый верный вариант всегда пропускали...

Разошлись мы уже под вечер. Влад отправился провожать меня, Ил потопал на остановку, весело с нами распрощавшись.

— Завтра я зайду. — Предупредил на прощание Лад. Вот же, запомнилось. Вилен отказывается называть его как-то по-другому, и мне за вечер приелось.

— Хорошо, только давай на автобусе поедем? Честно, мне больше нравиться общественный транспорт. И маршрут у нас не слишком распространенный: даже в час-пик столпотворения не бывает.

— Если хочешь — конечно. Все, спокойной ночи. Пусть тебе сегодня снятся только добрые и красивые сны. — Он чмокнул меня в висок и потопал к своему дому.

— Спокойной ночи. — Тихо отозвалась я. Влад, ты даже не представляешь, насколько верно твое пожелание. Слышите, мухи, сегодня вы ничего не сделаете!

Ника быстро шла по дороге. И волновалась. Такое с ней иногда бывало: вроде, все замечательно и ничто не предвещает беды, но от волнения избавиться не получается. А, может быть, все дело было в полной непунктуальности девушки. С Лешей, тем самым гитаристом, они договорились встретиться полчаса назад. "Когда-нибудь мне за это влетит!" — мысленно заявила девушка. Но пока получать было не от кого, так что, мысленно успокоившись, Ника прибавила шагу и через несколько минут оказалась в небольшом уютном кафе. Так, за угловым столиком, сидел Леша — смазливый блондин, довольно высокого роста, с растрепанной шевелюрой и бесшабашным взглядом. Ника мысленно ухмыльнулась. Уже два года, если не больше, она подсознательно выбирает парней с такой внешностью. Часто, музыкантов. И на это, кстати, были причины. Только вот что-то менять девушка и не собиралась. Какая, в сущности, разница, среди кого искать своего единственного и неповторимого? Главное, больше не ошибаться.

— Привет. Прости, что опоздала. — Фраза произнесена с должным сожалением и крайне правдоподобно.

— Я бы удивился, если бы ты пришла вовремя, — весело отозвался ничуть не обиженный парень. — Ты опоздала на все наши встречи, кроме первой. Но это можно списать на случайность. Присаживайся. — Алексей встал и, отодвинув стул, усадил на него "опоздавшую". Ника благодарно улыбнулась.

— Пунктуальность для истинной леди — грех, в котором меня обвинить никак нельзя! — весело сообщила она, следя за реакцией нового ухажера. Наверное, в их девчачьей компании все были несколько странными: Ника, Стася, Лиза... А подкидывание провокационных фраз и наблюдение за реакцией на них — интересная игра. Даже Стаська, несмотря на годы, проведенные вместе со Славой, не гнушается такими методами и донимает его при любой возможности. А в случае с Никой... Немногие мужчины любят опоздания...

— Ну да мы, джентльмены, не гордые — можем и подождать... А можем и нет. — Кажется, с ним точно будет интересно!

— Учту, — снова улыбнулась Ника. К слову, улыбка для нее была своеобразным "оружием". С детства она привыкла быть "солнечной девочкой" с милыми золотистыми кудряшками. И ей всегда прощались любые шалости, стоило лишь виновато потупить глазки и ослепить всех белизной своих зубов.

— Что ты будешь..?

Они сделали заказ и, дождавшись выбранных блюд, завели неторопливую беседу.

— Расскажи о себе? То, чего я не знаю. — Первой предложила Ника.

— Хм... Сложно так сходу сообразить! Ну, ладно. В музыкалку пошел в семь лет. Сначала учился играть на пианино, потом на гитаре. Учился в школе ХЭЦ, так что всякие пения-рисования и, тем более, история культуры — области, в которых я лучше всего разбираюсь. Поступил в театральное, сейчас на последнем курсе. Любимый писатель — Булгаков. Поэт — Есенин. Музыкальная группа — Кино. Режиссер — Тим Бёртон. Живу один. Свободен. — С дерзкой улыбкой закончил свой короткий рассказ парень. — Теперь ты давай.

— Что давать? — Девушка мысленно чертыхнулась. Глупая привычка: слова вырываются прежде, чем успеваешь их обдумать.

— Дай мне понять твой внутренний мир. — Лениво растягивая слова, начал Леша. — Расскажи о себе... — "Мамочки! Вот это голос..." — кажется, это были единственные мысли, засевшие в голове Ники. Остальные потихоньку испарились. И неудивительно: весьма банальная фраза в устах Алексея прозвучала... слишком откровенно. И незавершенно.

Но уже спустя секунду мысли вернулись в нужное русло, и Ника смогла достойно ответить. К своему счастью, теряться в разговоре с парнем она не собиралась. Не тот случай.

— Как скажешь... - похоже, намек нашел своего адресата. Алексей присвистнул и протянул ей руку. — Отлично, проверка пройдена.

— Даже так? Ты не любишь милых и скромных девочек, таящих в твоем присутствии? — Ника удивленно приподняла одну бровь.

— С ними даже поговорить нормально нельзя. Ладно, с тебя рассказ! — безапелляционно заявил Лекс.

— Училась в школе с углубленкой по математике. Никогда не любила этот предмет, но родителей не переубедишь. Поступила на международные отношения, можно сказать, вопреки их воле. Они видели во мне будущего математика, продолжение династии. Потом стала заниматься танцами, но все это несерьезно, скорее, для себя. Сейчас живу отдельно. Не занята. — И она кокетливо стрельнула глазками в сторону Леши. Тот попытку не оценил, расхохотавшись так, что люди, сидящие за соседними столиками, заткнули уши и недовольно посмотрели на нарушителя спокойствия.

— Бунтарка?

— Что ты, что ты! Немного своевольная — это точнее. Разве я похожа на бунтарку?

Алексей окинул девушку заинтересованным взглядом: миловидная блондинка, нет, волосы скорее золотисто-рыжие. Наивные зеленые глазки. Бежевая блузка с бантиком, юбка-карандаш. Парень не поленился заглянуть под стол: аккуратные туфельки на высоком каблуке. Нет, на бунтарку не тянет. Только вот манера держать себя, вести разговор никак не перекликается с этим по-детски восторженным взглядом. Странная девочка, но интересная.

— Ни разу не похожа. Только вот блузка полупрозрачная, а нижнее белье, видимо, подбиралось под сумочку, да? — Ника покраснела. Ну а что можно поделать, если она любила яркое и красивое белье? И ярко-красный кружевной комплект, действительно, отлично смотрелся в сочетании со всем остальным. — Так что ты — латентная бунтарка! — видимо сегодня у Алексея было очень хорошее настроение: смеялся он не переставая.

За разговором они не заметили, как умяли всю принесенную еду. Зато это заметили официанты: молоденькая девушка, подбежавшая со счетом в руках, по закону жанра начала строить глазки Леше. А Нике тоже захотелось веселья.

Дождавшись, пока Леха заберет счет, девушка прошлась по официантке весьма заинтересованным взглядом.

— Как тебе? — осмотрев девушку с ног до головы, Ника повернулась к недоумевающему парню.

— Весьма неплохо! — констатировал он. Ника подмигнула, призывая поддержать игру. — Девушка, вас как зовут?

— Кажется, ее не зовут, она приходит сама. Мы ведь не просили принести нам счет, и тем не менее... -И все-таки?

— Надя. — Нужно отдать должное ее выдержке: девушка не пищала, не отводила глаз и не порывалась сбежать.

— Надя, вы любите плохие игры? — Ника снова подмигнула и, не дожидаясь ответа, продолжила. — Леша был плохим мальчиком...

— Меня надо наказать... — "Вот тут-то его голосочек и сгодился!" — с удовольствием подумала Ника. — А я такая слабая, я не справлюсь одна.... Ты поможешь мне, Надя? — с придыханием закончила Ника. Официантка что-то неразборчиво пискнула про маньяков и поспешила сбежать. А люди за столиками вынуждены были затыкать уши: слаженное... смех Ники и Леши просто потряс заведение.

Расплатившись (джентльменом Алексей был не только при отодвигании стульев), пара вышла из кафе, направляясь в сторону парка. Расходиться по домам они не собирались...

Утро наступило. Мелодию будильника надо менять.

Именно такие мысли проносились в моей голове. А сама я лежала на полу. Поэтому, собственно, и надо менять мелодию: от резких звуков музыки меня сперва подбросило на метр в высоту с положения лежа, а потом опрокинуло, предварительно развернув в противоположную от кровати сторону.

Блин, вставать надо. А не хочется! Сегодня еще и к курицам идти... Брррр. Ладно, переживем! Я быстренько подскочила с пола, кинула на кровать одеяло и поплелась в ванную. Сегодня выглядеть как-то особенно не хотелось. Знаете, бывает такое настроение, когда тебе все равно, как ты выглядишь? Вот такое у меня и было.

Я быстренько натянула джинсы, свободную футболку, собрала в хвост волосы. Перекусила, собрала сумку, обула кроссовки, схватила спортивную ветровку и выбежала из дома. На выходе из подъезда меня, как и три утра назад, ждал Влад.

— Доброе утро! Хорошо выглядишь. — Он улыбнулся.

— Привет! Издеваешься? — подозрительно уточнила я.

— Ни разу. Ты, правда, хорошо выглядишь. В любое время и в любой одежде. — Что ж ты такой милый? Но, несмотря на напускное возмущение, мне было приятно. А кому бы не было?

— Хорошо, я согласна, пошли!

— До остановки?

— До нее конечно. Моя просьба все еще в силе.

— Как скажешь, Лизка, как скажешь!

— Ага, — рассмеялась я. — Мне сегодня к курицам и на тренировку к малышам надо. Ты со мной? И допрос тебе устроить надо, главное не забыть. — Я порылась в сумке и, вытащив ручку, поставила крестик на запястье. Влад, внимательно наблюдающий за моими манипуляциями, дико захохотал.

— Неужели ты так отмечаешь дела, о которых не хочешь забыть? У меня так племянница делает. Ей пять. — И он снова засмеялся.

— А я что, я ничего... - я смущенно опустила голову и пошаркала ножкой. Прохожие оборачивались на нас с улыбками. Видимо, подрабатывать шутами нам придется пожизненно. И пусть народ веселиться! До универа мы доехали быстро и без приключений, что уже радовало. Даже бабушка Яга по дороге не встретилась. Влад пересказывал мне смешные истории из жизни, я безудержно хохотала... Вот так и дошли до входа в универ, где меня поджидала счастливая Ника.

— Лизка, Влад, здорово! Извини, но я ненадолго конфискую твою пока еще не девушку, не возражаешь? — ехидно осведомился этот "ангелочек".

— Что ты, что ты! Тут попробуй возразить, — Влад приобнял меня, прежде чем отпустить. — Пока еще не девушка и ее ироничная подруга, я жду вас в аудитории.

Я похихикала, и поплелась за Никой, краем глаза отмечая, как настороженно поздоровались с Владом Дима и Леша. Последний при этом чисто рефлекторно потянулся к скуле. Огромный синяк под глазом у него еще не прошел. Таааак, опять дело нечисто.

— Рассказывай, что там у тебя случилось? — я заинтересованно посмотрела на счастливую девушку. Она непонимающе уставилась на меня:

— Неужели тебе интересно? Хорошо же Владик на тебя влияет! Ладно, слушай. Я, кажется, встретила того самого, который единственный! Помнишь, я тебе про Лешу рассказывала? Мы с ним уже несколько раз виделись, но дальше псевдоинтеллектуальных разговоров не заходило. А вчера я решила порасспрашивать его, он, в ответ, меня. Разговор завязался... - дальше я выслушала рассказ о великолепно проведенном вечере. Ника рассказывала быстро, но крайне эмоционально. Слушая эпизод с совращением официантки, я, наконец, расхохоталась. Ника с удовольствием присоединилась ко мне, но рассказ продолжала. — Потом мы гулять прошли, попугали людей в парке, посидели на лавочке, все как надо.... Мне с ним интересно, понимаешь? Сперва я пыталась поиграть, потом передумала: мы либо перестанем общаться, либо начнем ненавидеть друг друга. Так что, я предпочла поумерить свой характер... Сегодня он снова увидимся.

— Ника, опиши его? — попросила я. Влад, и вправду, молодец. Я вспомнила всех предыдущих Никиных ухажеров. Успеха добивались лишь высокие голубоглазые смазливенькие блондинчики. Не удивлюсь, если и этот подойдет под описание.

Угадала. Еще и музыкант: тут у подруги был пунктик. Ей не нужны были спортсмены, бизнесмены, обычные парни. Нет, только творческие. Я невольно вспомнила Ила. Интересно, он бы Нике понравился?

— Почему?

— Есть причина, — горько хмыкнула девушка.

— Расскажешь?

— Позже, ладно? Ты чересчур интересующаяся сегодня, не находишь?

— Ты вечером занята? — может быть, удастся зазвать девушку на ночевку?

— Если только после трех. Ночи. — Смущенно ответила Ника.

— После трех — так после трех. — Я постаралась не улыбаться. Попытка, видимо, плохо удалась: Ника шикнула на меня, схватила за руку и потащила в аудиторию.

— Про Влада еще расскажешь.

— Ок! — улыбнулась я. Кажется. кого-то ждет маленькое разочарование: рассказывать особо нечего. — Я буду тебя ждать. С попкорном и ужасами.

— Ааааа, знаю я эти твои ужастики, опять Ника будет бояться ходить в ванную по вечерам, да?

— И никак по-другому! — об этой особенности девушки знали немногие. А еще, она никогда не спала напротив зеркал. После просмотра одного прикольного фильма. Сюжет, кстати, был маловероятным. А еще, в свои двадцать с лишним, моя подруга спала с фонариком. Или с ночником, на крайний случай. Заявляла, что ей так спокойнее. Но смотреть ужастики никогда не отказывалась.

— Наконец-то вы вернулись, сплетницы! — Влад помахал нам рукой, подзывая сесть рядом.

— Ничего подобного! Сплетни — это когда других обсуждают, а мы только друг друга. — Ника согласно кивнула, показав Ладу язык. А я, мельком оглядев полупустую аудиторию (наша компания всегда приходила раньше всех), вспомнила об одной малозначимой, на первый взгляд, детали. — Итак, наступил час расспросов. Влад, — протянула я, — а не скажешь ли ты мне, золотце, почему на тебя эти параноики так косятся? — И я указала взглядом на Диму с Лешей.

— А что с ними не так?

— Не отмазывайся, ты сказал, что будешь отвечать на все. И честно отвечать. Руки покажи? Вла-а-ад, — почти простонала я. — Тебя кто просил его бить?

— А что еще я должен был делать? Этот... параноик, как ты выразилась, по заслугам получил. Если ему скучно было — шел бы, делом занимался, а не фигней страдал!

— Ты чего так разошелся? — и это называется, меньше недели знакомы. Что тогда через месяц будет? Он уже сейчас мне Славку с Михом напоминает, а это, знаете ли, пугает...

— Потому что нечего пытаться над моей пока еще не девушкой шутить.

— Ох, какие мы злобные! — улыбаясь, протянула Ника. — Кстати, ребят, не забыли, что через два дня едем на днюху к этому Пааво? Подарки купили?

— Ага, бантик я уже купила. Завяжу на голове и поеду. Ты, кстати, Лешеньку своего позовешь?

— Вот сегодня и узнаю... - предвкушающе протянула девушка.

Началась пара, и на следующие полтора часа мы выпали из реальности. Все-таки английский язык — весьма интересный предмет.

Дана пришла рано. После вчерашней плодотворной работы ей хотелось посмотреть на Альберта в "естественной", школьной, среде обитания. Девушка не собиралась отказываться от мыслей о решении загадки парня. И то, что Алик был против ее вмешательства, Дану не волновало.

— Привет, Данка! — влетели в класс подруги девушки.

— Привет, девчонки, — дружелюбно ответила она. — Как день прошел? Вчерашний. — Поспешила уточнить та. Зная своих подруг, она небезосновательно предположила, что они могут начать рассказывать, что случилось сегодня.

— У нас здорово все, в клуб сходили, еле домой вернулись: дурацкий таксист не приехал вовремя! — хором завозмущались девушки.

— А твой день как прошел? — ехидно осведомилась Маша. Девочки заинтересованно навострили ушки.

— А как ты думаешь? Ужасно, конечно же. — Дана врала. День прошел абсолютно нормально, исключая прощальную выходку Альберта. Но вот девочкам этого знать точно не надо. — Одиноко одинокий одиночка все такой же дибил, как и всегда! И не спрашивайте меня об этом: нам еще представлять работу вместе.

— Ты, как обычно, всю работу сама делала, да? — сочувственно понеслось со всех сторон. Дана чуть опустила глаза: все-таки, врать было стыдно, но нужно.

— Конечно, как иначе? Он разбирается в этой теме хуже, чем в физике. — Все знали, что у парня с ней, действительно, проблемы.

Этот момент Алик и выбрал, чтобы зайти в класс. Дана покраснела, а он смерил ее пренебрежительным взглядом. И промолчал. Вот это ударило по самомнению девушки даже больше, чем показное презрение. Сама Дана никогда бы не упустила возможности поиздеваться над противником, если есть шанс. А вот парень поступил благородно: не стал подставлять девушку, даже, несмотря на их откровенно ужасные отношения.

Альберт уселся за парту, еще раз окинув Дану пренебрежительным взглядом. Вчерашний день парень с тяжелым вздохом отметил крестиком. Он всегда так делал, когда считал свое время потраченным впустую. Альберт был уверен: без навязчивого присутствия Даны он бы справился быстрее. Черт, да ему бы даже не пришлось ничего записывать: справился бы устно, или вообще не сделал, как обычно. Раньше, еще до переезда, он был хорошистом, с претензиями на серебряную медаль. Была бы и золотая, но с физикой не повезло. Девочки на него буквально, вешались, парни считали за честь дружить с "первым парнем на деревне", как его часто называла мать. А потом.... Потом были недели отчуждения. Ему не хотелось видеть никого, он не стремился ни с кем общаться, как раньше... А все из-за этой..!

Парень неслышно, сквозь зубы, выругался. Дальше — переезд, новая обстановка, и абсолютное нежелание выделяться хоть чем-нибудь. Но эта Дана... Какого черта ей приспичило выбрать его в качестве жертвы для подтруниваний и издевательств? Хорошо бы хоть раз поставить ее на место, но до конца учебы остался всего год, который парню хотелось провести спокойно.

И историк этот еще. Нет, чтобы оставить в покое "бедного одиночку" и не лезть. Обязательно надо было проявить свои способности великого психолога. И сейчас девушка недоумевает, почему с забитым пареньком так разговаривают парни из кафе. Откуда же ей знать, что ослушаться лидера их бэнда они просто не могут: Ал был безумно злопамятным и на тренировках отыгрывался с видимым удовольствием. Прозвенел звонок. Пора было сосредоточиться на занятиях, ведь, несмотря на далеко не идеальные оценки, парень всегда учил заданное и тщательно готовился к каждому занятию.

С курицами я разобралась быстро. Влад только тихо угорал, сидя в первом ряду. Видите ли, я так смешно на них ругалась, что удержаться от хохота было просто невозможно. Кажется, уже говорила, что он — Гад?

— Ну чего ты смеешься? Они мне все нервы вымотали за эти два часа! Скоро генеральная репетиция, концерт вообще в субботу... Блин, еще и у Пааво день Рождения тогда же! Надеюсь, он в курсе, что я почти организатор, поймет, почему припозднимся. Хотя нет, надо подойти и сказать. И с пустыми руками приходить неприлично, надо за подарком забежать. И что можно подарить незнакомому парню?..

— Хватит тараторить! Ты понимаешь, что тебе хватило примерно семи — десяти секунд на то, чтобы сообразить и высказать все это? Я не то, что за мыслями, я за фразами твоими не успеваю! — попытался приостановить меня Влад. Ага, фиг ему, бойцы так просто не сдаются.

— Конечно понимаю! Но я должна быстро во всем разобраться, у меня потом времени не будет! А завтра еще и с командой репетировать: у нас соревнования скоро, мы должны выиграть!!! И подготовиться. Вот всегда мы так, номер готовим в последние дни. Один раз, еще в школе, успели отрепетировать выступление на самом концерте, пока остальные классы выступали. А как ты думаешь, что можно купить для Пааво? Ты ведь тоже парень, должны же у тебя быть хоть какие-то мысли по этому поводу?

— Лизка! — прикрикнул парень. — Восемь секунд, я засек. И абсолютно без перехода. Ты по темам скачешь, как заправские горный козел. — Он сделал ударение на "о", внимательно посмотрел на меня, но, не дождавшись раскаяния, тяжко вздохнул и продолжил. — Я уже готов подарить ему одну из своих картин, только бы ты не тараторила!

Я восхищенно уставилась на парня. Только сейчас в мою голову начали забредать светлые мысли. Ведь он, действительно, тот самый Берг, от картин которого я тащусь. И он их рисует. Знаю, гениальный вывод... А значит, может дарить.

— Вау! А мне подаришь? У меня через два месяца День Рождения. А ты, правда, можешь? Слушай, а ты больше для себя рисуешь, или из-за денег?

— Прогресс, однако. Ты молчала три секунды, а краткий монолог растянула на пять. Если будешь прогрессировать такими же темпами — точно подарю. — Он ехидно усмехнулся. Надо ему новое прозвище придумать, а то Гадом называть уже советь не позволяет, а Лад — слишком мило и неинтересно, хоть и прилипчиво. — И картины я рисую для себя. То, что их с удовольствием покупают — приятный бонус. Правда, иногда жалко становится, что свои работы в оригинале больше можешь не увидеть... Но то, что они становятся для кого-то источником вдохновения, безусловно, отгоняет неприятные чувства. — И он ласково потрепал меня по волосам.

— Эй! — смущенно отозвалась я. — Ты чего мое воронье гнездо в страусиное превращаешь? — Я шутливо надулась и пихнула его локтем в бок. Бесполезно — даже не поморщился. Последующие попытки пробить его невозмутимость тоже не возымели действия. На ум сразу пришла фраза: "Муха бегает по слону и думает: "Ты мо-о-ой!". Наверное, так оно и выглядело.

До студии мы добрались быстро, потому что домой Влад меня не пустил. Сказал, что рядом со студией он еще в прошлый раз приметил отличное кафе, и хотел бы зайти туда. В ответ я заявила, что раз не пустил меня до хаты, то и оплачивать обед сам будет. А кушать я очень хотела. И ограничивать себя не собираюсь. Вот! Еще и язык надо было высунуть, для верности. Ух, какая я пакостная, аж сама собой горжусь.

Сейчас мы мирно сидели в том самом кафе и поедали десерты. Я — уже второй. Смотря на удивленного Влада, я только нервно хихикала и напевала себе под нос одну небезызвестную песенку...

— А я маленькая па-а-кость...

— Что? — не расслышал мой бедный, в ближайшем будущем, друг. Я только помотала головой, заедая терамису сливочным мороженым.

— А я маленькая дрянь! Я поганками нае-е-елась...

— Лиз, ты можешь говорить громче? И сколько можно есть? Тебе же еще ребят тренировать? Ты хочешь уверить их в мысли, что тренер — шарик на ножках?

— И на пакости стремлюсь! — с наслаждением допела я. Кстати, умные слова говорит... Что-то я, и правда, переела... Ну да ничего, обмен веществ у меня хороший, через два часа опять проголодаюсь. Эх, сейчас бы погулять хоть немного!

— Вла-а-ад..? — протянула я, заглядывая ему в глаза.

— Чего? Только не говори, что хочешь еще мороженого! — в притворном ужасе прокричал он на все кафе. Люди за соседними столиками обернулись к нам, оценили внушительную гору грязной посуды, с ужасом уставились на меня и сочувственно кивнули Владу. Мол, крепись парень. Только замуж не зови — съест и не заметит. Я только хищно усмехнулась, обведя их плотоядным взглядом. И облизнулась. Кажется, бедных расслабленных людей пробрала нервная дрожь, и краски исчезли с их лиц. И никак иначе.

— Спокойствие! Я погулять хочу. У нас еще минут сорок до занятия, давай в парк? Там попкорн вкусный продается... - я проговорила это нарочито громко и снова обвела посетителей кровожадным взглядом. У сурового на вид мужчины средних лет, сидящего ха соседним столиком, нервно дернулся глаз. Раз пять. Несколько миленьких школьниц с сочувствием посмотрели на мою "жертву" и сжали кулачки, мол, крепись, то ли еще будет.

— А пошли! — кажись, мои маневры не остались незамеченными. Влад все понял и решил подыграть. — Любой каприз, дорогая! — Что-то он переигрывает... — Знаете, сегодня я узнал, что скоро стану папой! — Он вскочил со стула, быстро подбежал ко мне и рывком поставил на ноги. — Я так счастлив, вы не представляете! Правда, моя хорошая? — он заглянул мне в глаза. Убью чертова манипулятора! Отошедшие от шока посетители начали хлопать, поздравляя счастливого будущего папашу. Те самые девочки-школьницы показали ему большой палец, а мне посоветовали все-таки не есть так много, ибо при беременности вес не должен увеличиваться более чем на десять килограммов. Вот же, образованная нынче пошла молодежь!

Я притянула Влада к себе, попыталась прошептать (читайте, прошипеть) ему на ухо все, что я о нем думаю, но он только отмахнулся:

— Первая начала, теперь не возмущайся. Расслабься и получай удовольствие, как говорится. Растроганные поразительной умилительностью этой сцены официанты предложили не оплачивать заказ. Посетители поддержали, заявив, что даже если хозяин против — они сами скинутся. Хозяин, оказавшийся хозяйкой, вышла на шум и, узнав в чем дело, сказала, что они тоже люди, и почему бы не порадовать сформировавшуюся ячейку общества. Вобщем, вышли мы счастливые и довольные жизнью. Влад был особенно счастлив: его кровно заработанные не пострадали. Наела я, скажу вам по секрету, на сумму, превышающую заработок за пять занятий... И не спрашивайте, я не в курсе, куда в меня все это влезло! Может, в пищеводе стопочкой сложилось, в желудке — утрамбовалось, а по кишечнику распределилось свободно? Неисповедимы тайны человеческого организма, когда можно поесть на халяву.

А в парк мы все-таки пошли. Влад меня даже на каруселях прокатил. Правда, на "Тропический вальс" со мной не пошел, заявив, что не дай Бог мне станет плохо после раскрутки, а ему не охота ехать переодеваться.

До репетиционного зала мы дошли вполне счастливые и довольные жизнью. Очередная парочка уже разминалась.

— Привет, ребята!

— Привет, — откликнулись Витя и Карина. Милые дети, только спорят очень уж часто...

— Вы переодеваться? А это кто? — и любопытные чересчур.

— Да, я в раздевалку. А это мой хороший друг, Влад. Влад, это Витя и Карина.

— А вы встречаетесь?

— Нет, Рина, мы не встречаемся.

— Конечно, не встречаются! Тебе же ясно сказали: друг. — Оставить высказывание партнерши "безнаказанным" мальчик точно не мог.

— Лиза сказала, "хороший друг", а не "просто друг". Значит, она допускает возможность роста их отношений и перехода на новый уровень. — Мамочки, какие дети пошли. Послушаешь и не скажешь, что ребенку десять лет.

— Да что ты понимаешь? Если бы это так было, она бы покраснела еще!

— А ну стоп! — прикрикнула я. Если их сейчас не остановить, то все, тушите свечи, отменяйте репетиции. — Быстро успокоились и продолжили разминаться, иначе не пущу на выступление. — Я знала, что ребята хотели посмотреть на нашу команду в действии, если можно так выразиться. И теперь, не чувствуя особых угрызений совести, манипулировала этим желанием ради достижения собственных целей. Ух, какая я кова-а-рная!

Быстренько переодевшись и выбежав к детям, я раздала кучу заданий и уселась на подоконник — наблюдать за тренировкой. Ага, размечталась, как говорится... С подоконника я слетала каждые две минуты, поправляла движения пары, объясняла, как выполнить элемент лучше. Потом возвращалась на подоконник, чтобы через несколько минут снова спрыгнуть и бежать к детям. Вобщем, мне скоро надоело, да и Влад слишком уж ехидно ухмылялся, наблюдая за моими перемещениями. Я встала у стены напротив ребят, и, наконец-то, полностью отдалась обучению. Что ни говори, а учить эту мелочь танцевать мне безумно нравилось!

Время до конца занятия пролетело незаметно. Для меня. Влада я нашла спящим, на том же подоконнике. Как он свернулся в такую каральку — до сих пор остается для меня загадкой.

Я подошла и осторожно потрясла парня за плечо.

— Соня, вставай!

— Изыди, кровопийца! — сонно буркнул Влад, попытавшись отогнать меня рукой. Как муху, честное слово! Я еще раз попыталась аккуратно расшевелить его. В ответ он только прошипел что-то нечленораздельное и перевернулся на другой бок. На подоконнике. Мамочки..!

Отскочить я успела. Но испуг исчезать не собирался: даже мухи выползли из домиков, умильно сложив лапки, и ожидали, что соперник уже не встанет.

— Влад. Владик! Ты живой? Тебе сильно больно? Ты как вообще? Блин, ты хоть говорить можешь?

— Уу-у-у-у... — Раздался страдальческий стон. Фух, хоть живой — и то ладно.

— Влад, ты чем ударился? Где болит? — поражаюсь своей заботливости: просто мать Тереза во плоти!

— Нет, ничего не болит, а вот ударился я знатно и всеми частями тела сразу. — Он закатил глаза, всем своим видом демонстрируя, как ему плохо. — И это ты виновата! Зачем надо было меня так быстро будить? Я даже сориентироваться не успел! Ты понимаешь, что чуть не убила "будущую мировую звезду"? — он процитировал одно из высказываний художественных критиков, а потом весело рассмеялся. — Успокойся, все со мной нормально, я живой, совсем живой. Ну, хочешь, попрыгаю? Убедишься.

— Не, не надо. Верю. — Я старалась успокоиться. В принципе, получалось. И чего я так испугалась? Он же здоровый, крепкий, спортивный даже. Где-то. В определенных местах. Не всех. Но падение с полутораметровой высоты вполне должен был пережить. — Встать сможешь?

— Конечно. Давай, помоги мне, непризнанному герою.

— Почему непризнанному? И почему герою?

— Потому, что я терплю все твои закидоны, и мне за это никто даже спасибо не говорит. — Спокойно уточнил Гад. Хотя, если честно, я сегодня ему такое устроила, чего мало кому пожелаешь. Один обед в кафе чего стоит.

— Принято! — бодро оповестила я как минимум половину этажа. Влад только поморщился, но ничего не сказал. — Пойдем. И, кстати, допрос я начну сегодня вечером. Ника сказала, что подойдет только к трем ночи (или утра?), а до этого тебе придется терпеть мое общество. Я предупредила, позже не жалуйся.

— И не собирался. К кому идем? К тебе или ко мне?

— Ко мне. И ты готовишь. — Наглеть — так по-полной.

— Хорошо, — покорно выдохнул Влад. Кажется, будь его воля, я была бы мертва уже как минимум пять раз. — И сколько в тебя влезает?

— Ты со мной еще в поезде не ездил: вот там...

— И не поеду. Мне уже страшно! У обычных девушек в чемоданах одежда, а у тебя — еда?

— Какой догадливый... - протянула я.

До дома добрались быстро. Влад сразу ушел готовить, оставив меня придумывать вопросы. Они уже были подготовлены, так что я быстренько перебралась к нему на кухню. Картошка, мясо и блинчики.

— Еще пара таких вечеров — и я в тебя влюблюсь. И не отвертишься! — бодро заявила я, заглядывая под крышки кастрюлек и сковородок.

— Кажется, я постараюсь почаще приходить к тебе в гости...

— Что ты сказал? — не расслышала я.

— Задавай вопросы, говорю. Раз пришла — значит, они уже приготовлены. Только не начинай со своего вечного: "Зачем ты за мной ходишь?", "Зачем я тебе нужна...?". Ладно?

— Хорошо! — притворно — грустно вздохнула я. — Чего ж поделать, если ты такой неопределившийся?

— Лиза-а-а, давай уже. Перед смертью не надышишься.

— Да все, все. Так, первый вопрос: почему ты скрываешь свою знаменитую персону? Почему бы не прийти и не сказать: "Здрасьте всем, я — Дан Берг!"?

— Я хочу спокойно закончить учебу. Помнишь, ты говорила, что девчонки меня в покое не оставят? И это лишь потому, что я проявляю элементарную вежливость. А теперь подумай что будет, если они узнают в дополнение ко всему и то, что я довольно-таки знаменитый и богатый художник?

— Понял, отстал. Дальше. Ты с мамой постоянно живешь или изредка навещаешь? Мне просто интересно: мы правда соседи или нет.

— Не оправдывайся, — улыбнулся парень. — Я живу с матерью. И буду жить, пока она или я не найдем свои половинки. Короче, пока она не выйдет замуж, или я не решу жениться.

— Понятно... А почему на тебя Ника так странно смотрела? Вы были знакомы раньше?

— Скорее всего, да. Но я очень изменился с того времени, она не должна была меня узнать. Она просто давно догадалась, кто я такой, но, уважая мое право на тайны, рассказывать не стала, за что я ей благодарен.

— А как она догадалась?

— По фамилии. Когда ты сказала что-то вроде: "Ты тот самый Дансберг, о котором ректор рассказывал?" — она вопросительно на меня посмотрела, но я предпочел ее взгляд проигнорировать. А Ника еще больше уверилась в своей правоте.

— Блин, я тупак. Даже Ника догадалась. А почему ты выбрал международные? Ты же художник, это немного несочетаемо.

— Честно, я просто не представляю себя в другой области. Картины — это для души. А вот международные... Я раньше политикой абсолютно не интересовался. А классе в десятом как торкнуло: стал смотреть новости, читать об экономическом положении стран… Веришь, нет, я составлял табличку: страна, президент, столица, срок выборов... И "Государя" Макиавелли прочитал для общего образования. Вобщем, втянулся. Теперь я художник тире политик. — Он снова усмехнулся. Черт, мне начинает безумно нравиться это его выражение лица.

— Можно нескромный вопрос? — я дождалась кивка и на одном дыхании выпалила:

— А почему вы живете вдвоем с матерью? Что с отцом? Прости, что задаю такой вопрос, но лучше я узнаю это от тебя и сейчас, чем потом задену какой-нибудь неуклюжей шуткой.

— Я понял. Начнем с конца. Сейчас у меня есть три сводных брата и две сестры. Отец нас бросил, когда мне было шесть лет. Он звонил раз в год, изредка присылал подарки на праздники. Я радовался каждому звонку, ожидал его приезда (он обещался приехать каждые полгода)... Потом стал взрослее, понял, что ждать бессмысленно, но надежды не терял. Я позвонил ему, решил спросить, почему он не приезжает. Ведь он же меня любит. Ответ был кратким: "Кто тебе сказал, что я тебя люблю?". Вобщем, он оказался обычным мужиком, которому на месте не сидится. Уже позже я узнал, что у меня куча братиков и сестричек, и что они такие же брошенные, как и я. Олег просто находил женщин, весело проводил с ними время, и смывался, не заботясь о последствиях.

— Прости, что спросила. — Я подошла, и тихонько обняла его за плечи. Влад чуть ощутимо вздрогнул. Я удивленно приподняла брови: парень стоял ко мне спиной, и моего выражения лица видеть не мог — и решила проверить догадку. Легонько провела кончиками пальцев вдоль его позвоночника. Услышала резкий выдох. Черт! Пальцы чуть ощутимо кольнуло, а спина покрылась мурашками. Какого...? Почему я так реагирую?

"Тебе сообщить? — ехидно уточнило Подсознание." Спасибо, радость моя, я сама разберусь.

— Лизка, марш за стол!

— Ты чего кричишь?

— Блин нафиг спалю, будешь горелки есть! — прорычал Влад, не оборачиваясь ко мне.

— Серьезный аргумент. — Я уселась за стол, задумавшись. Что бы он не говорил, друзья из нас получатся плохие, мягко говоря. Если уж у меня такая реакция, то точно не получится. Причем, скорее я сорвусь, наговорю (или наделаю) чего лишнего, чем он.

— Вла-аа-д?

— Чего?

— Мы же друзья? — не особо уверенно протянула я.

— Друзья, Чижик, друзья. — Устало выдохнул он, и поставил рядом со мной большую тарелку с мясом и картошкой.

— Влад, я тебя обожаю! Правда — правда! Спасибо!

— Не за что! — он снова улыбался. — И куда в тебя столько влазит?

— Сама не знаю, — прошамкала я. — Но мой растущий организм требует...

— Жертв?

— И этого тоже. Но пока только еды.

— Лиз, твой супер-опрос закончен? — устало уточнил Влад.

— Закончен, — кивнула я. — Но только сегодня. Я просто половину вопросов забыла. Надо было записывать. Хотя погоди. А почему ты встречаешься с этой... ну, девушкой твоей, короче. И что такого случилось в прошлом?

— Это косвенно связано и с тем, что я не сообщаю о своем "великом таланте" общественности. Предыдущая меня бросила ради богатенького папочки, не зная, что я ему мало чем уступаю. Теперь я встречаюсь с Алиной: она обо всем прекрасно осведомлена, уходить никуда не собирается. Меня устраивает: нет никаких душевных переживаний. Ничего нет. А ту, Алину, я любил. Отойти потом долго не мог. И теперь боюсь новых, нормальных отношений... - очень тихо закончил он. Несмотря на тон и слова, он не потерял достоинства, рассказывая мне эту историю. А мне было почти физически больно за него. И, повинуясь отчаянному, сиюминутному порыву, я снова обняла его. На этот раз не было даже намека на романтику — только поддержка. Влад благодарно кивнул, усадил меня к себе на колени и зарылся носом в волосы.

Мы просидели так минут десять. А потом я услышала ответный вопрос:

— Что с твоей личной жизнью? Почему ты всегда себя одергиваешь? Я почти уверен, что вопрос: "Почему я это делаю?" — звучит в твоей голове намного чаще всех остальных.

— Тебе сначала? — дождавшись его кивка, я начала рассказывать. Откровенность за откровенность. Через десять минут Влад стал счастливым обладателем знаний о моей жизни. Сам напросился.

— Вобщем, из кафе я вышла гордой походкой, потом два дня проревела и уже почти в норме. Что там с Сашкой — не знаю, да и знать не хочу. — Бодро закончила я. Влад весь как-то напрягся при упоминании Саши. — Ты чего?

— В смысле?

— Чего напряженный такой? — покорно разъяснила я.

— Да ничего, не обращай внимания. — И он крепче прижал меня к себе. Сейчас уже мой нос уткнулся в его шею. Влад снова вздрогнул. Ой, кажись, не от холода он это сделал!

Я решила проверить догадку. Легонько подула. Как прикольно! Кожа покрылась мурашками, кулаки напряглись. А что если....

— А ну, стоять! Лизка, блин. Прикинулась бедной овечкой, а сама соблазняешь невинного меня? Слезай быстро, а я пошел.

— Прости! Я просто проверить хотела! Откуда я знала, может, тебе холодно было?

— Ну конечно, — протянул он. — И совсем уж мы не знаем, как нормальные, здоровые парни должны реагировать на приставания милых девочек.

— Не знаем! — честно соврала я. Ну, почти соврала: читать-то я читала, а вот до практики не добралась еще.

— Ок. Поверим. Но мне все равно пора уже. Давай, провожай дорогого гостя.

— Стоять! — теперь уже я прикрикнула. — А почему ты меня Чижиком зовешь?

— Да кто его знает? Просто ты похожа на мелкого пакостного воробышка. Но милого. — Поспешил заметить он, увидев мой злобный взгляд.

— Ладно, принято. Тогда я тебя буду Пыжиком звать. Название за название. — Хихикнула я. Судя по лицу Влада, новое прозвище ему не понравилось, но он собрался мужественно вытерпеть мои закидоны.

— Ладно, Чижик, ладно. Все, спокойной ночи, приятных снов. Закрывайся. — Он быстро пошел к двери, видимо, опасаясь, что не успеет сбежать от такой коварной меня, оделся и собрался уже открывать двери... Угу, собрался! Вечер экспериментов еще не закончился. Помнится, в прошлый раз мне понравилось его целовать...

— Пыжик, — протянула я, плавно, но быстро надвигаясь на него. — Погоди. — Я быстро притянула его за куртку, наклонила и поцеловала. Как я помню, так должны делать парни. Но я, русская баба, могу себе хоть разочек позволить нестандартное поведение.

Влад опешил. Но отошел быстро и перехватил инициативу. Мрррр... Мамочки, как приятно! Еще ни разу поцелуй с парнем не доставлял такого удовольствия. Но хорошего понемножку. Я отстранилась не менее быстро, чем подошла, открыла дверь и выпихнула еще не отошедшего Влада. Уфффф. Кажись, капец мне завтра будет в универе...

— Здорово! — в прихожую ввалилась крайне веселая Ника. — Не ругайся: час — не опоздание! И разбирай пакеты, отмечать будем!

— И что отмечаем?

— Счастливое налаживание личной жизни нашей общей знакомой. Меня, то есть!

— Леша?

— Он самый... Лешик мой... Лизка, он — тот, кого я столько искала!

— Тогда точно отмечаем. И я про Влада расскажу. И вообще, мои мухи капитулировали, — очень тихо закончила я. Ника даже не услышала: она уже вовсю шебуршала пакетами на кухне.

А мухи, тем временем, действительно, собирали свои немалые пожитки. Под натиском армии ос они дружно, ровными колоннами, покидали голову Лизы. И возвращаться не собирались. Хотя...

— Я не буду вставать!

— И я не буду. Ну, его нафиг: один день можно... - простонала я. — И больше в будни ко мне не заявляйся. И даже в воскресение не смей. И рассола мне принеси. Или водички...

— Не прибедняйся! Должна уже привыкнуть к моим выходкам. Но про универ — это ты правильно сказала! — отозвалась Ника голосом пятидесятилетнего прокуренного зека.

— Точно не идем? Тогда я пошла Владу звонить...

— Он, правда, за тобой каждый день заходит?

— Правда. Он живет на соседней улице, ему идти три минуты. Я засекала.

— А ты с ним нормально будешь разговаривать, или начнешь выполнять коварный план?

— Какой план? — видимо, у меня было слишком удивленное выражение спины, раз Ника даже по ней смогла определить, что не помню я с прошлого вечера ни капельки.