Наедине с драконом. Его неслучайная попутчица

Глава 6

Не знаю, как так вышло, но я лежала на боку, укрывшись с головой, и внимательно прислушивалась.

Шорох одежды, шаги. Всплеск воды. Я не двигалась, но любопытство просто сгрызало.

Да, а вдруг он там оступится?

Ну и без того у него нога травмирована. Да и я — нормальная молодая женщина, мне нужно где-то набираться опыта. Да и вообще, ну где я ещё красивого дракона в одних подштанниках увижу?

А так будет что вспомнить.

Пока искала себе оправдания, уже ладонью сделала маленькую щелку между простыней и одеялом. Картина, представшая взору, заставила замереть.

Вода в бочке доходила Джо до пояса. Он стоял лицом к кровати, по его обнажённому торсу стекали ручейки воды.

Такой сильный. Широкие плечи. Мускулистую грудь покрывали редкие светлые волоски. Твёрдый живот со странными кубиками. Две линии по бокам, уходящие под воду.

Дракон мылся, а я оценивала дорожку чешуек на его ключицах, локтях и ещё там, внизу, на животе.

Краснея, уговаривала себя перестать подглядывать, но здравый смысл никто не слушал. Я, кажется, даже не дышала в этот момент. Кожу мужчины покрывали мелкие белые полоски шрамов, но они не портили его — скорее делали более мужественным в моих глазах.

Он потянулся за мылом, показалась спина. Я тихо выпустила воздух из груди. Какой рельеф! Боги, да разве можно быть таким… зажмурилась. Такие чёткие линии мышц. Вдруг захотелось пальчиками по ним провести. И куда бы стыд делся, сейчас он молчал. Раз Джо не видно, что я подсматриваю, так, значит, не считается.

Не пойман — не виноват…

Чем там ещё совесть успокоить? Хотя она не очень-то и вопила в этот момент.

— Виола, — тихо позвал Джо, повернувшись снова ко мне лицом. — Я забыл полотенце.

Открыв рот, я снова замерла.

— Пожалуйста, кинь им в меня, оно на кровати за тобой.

И что делать? Как быть? Откинуть одеяло и…

Фух — я выдохнула.

— Виола, вода уже холодная, ну не вылезать же мне так и не идти к тебе…

Всё, я услышала главное. Выбравшись из своего укрытия, повернулась и быстро нашла полотенце. Схватила его и, поджав губу, сообразила, как вообще докинуть.

— А если в воду на полу попадёт, — шепнула с сомнением.

— Тогда приди сама, — он развёл руками.

Я же пунцовая, не знала, куда глаза деть. Вот вляпалась же.

— Виола… — со странными нотками пропел он.

— Джо, да кто ты такой? — мои нервы сдали. — Я только утром переживала, как поеду с тобой в одной двуколке наедине. А теперь ты стоишь там без штанов, а я вообще в одной сорочке… И мы в комнате. Одни. И…

— И терять тебе уже нечего, так что неси полотенце, — у него ни один мускул на лице не дрогнул. — Виола, или ты, или я. Поверь, если это буду я, то обморок тебе обеспечен. А у тебя уже шишка…

Мне показалось, что он веселится. Нет, ну каков! Смешно ему!

— Боги, да как так можно!

Осторожно встав, вытянула руку вперёд и мелкими шагами подобралась к бочке, при этом стараясь смотреть в стену, на дверь, да куда угодно, только не на Джо.

Он казался таким гигантом.

— Спасибо, — он взял полотенце и усмехнулся, а после упёрся руками о бортик бочки и склонился надо мной: — А если бы подсматривала, то полотенце я бы и сам достал.

Он сделал красивый пасс рукой, и с лавки вспорхнула белая ткань. От такой подлости я открыла рот и уставилась на него. В ответ этот проходимец поиграл мышцами груди.

Впервые… Впервые мне нечего было сказать, потому что мысли просто впали в ступор от столь вопиющего мужского поведения.

— Вы бесстыдник, Джо, — выдавила из себя. — Как можно? Да…

Я растерянно развела руками.

— Виола, а правда, выходи за меня замуж? Я ещё никогда не видел столь красивой женщины. Я сейчас серьёзен.

Облизнув нижнюю губу, покачала головой, удивляясь его наглости.

— Джо, ты стоишь передо мной в бочке с водой в чём мать родила! И делаешь предложение!

— Прости, если потерпишь, то выберусь и встану на колено, правда, не очень удобно будет.

— Я тебя сейчас просто утоплю, — меня мелко затрясло.

Он… Я не понимала, не похоже было, чтобы он действительно издевался, но…

— Виола, вернись в постель, — он склонился ниже. — И ещё. В комнате одна кровать. А нас двое. И если тебе смотреть на меня страшно, то спать как будем?

— С кем спать? — выпалила я.

— С одеялом, — выдал он. — Я не хочу, чтобы ты меня боялась. Чтобы не доверяла и надумывала разное. Я для тебя безопасен, милая. И нет ничего в том, что ты дашь мне полотенце. И не нужно было так спешить со своими вещами, что аж упасть навзничь. Я бы никогда не повернул голову, не открыл бы глаза. И сейчас я буду стоять в этой бочке, пока ты не ляжешь. И ночью я и пальцем тебя не трону. Понимаешь?

Нет, нужно было, наверное, начать дико возмущаться, только вот он прав. Я сама виновата в своем падении. И ничего сейчас, по сути, жуткого не происходит. Ну, увидела я его голый торс, и что?

Моя невинность всё ещё при мне. Никуда не делась.

— Прости, — пробормотала. — Я впервые куда-то отправилась без сопровождения. Растерялась и, похоже, веду себя немного глупо.

— Ты прекрасно со всем справляешься, Виола. И твоё «прости» неуместно. Всё, чего я пытаюсь добиться — доверия между нами. Не хочу видеть в твоих глазах подозрение. Дорога неблизкая. Возможно, придётся ночевать в двуколке в объятиях друг друга. В хлеве на сене. Всякое случается.

Кивнув, я уже спокойнее вернулась к кровати, села, а после легла на спину и, прикрыв ноги одеялом, уставилась в потолок.

— Ужина всё нет, — вспомнила я о еде.

— Сейчас оботрусь, оденусь и спущусь в таверну. Скорее всего, приготовили, но подняться некому, — так же спокойно ответил он.

Прикрыв глаза, я отбросила все мысли. Ничего страшного не происходит, и хуже в жизни бывало. Чем мёртвой в подворотне, так лучше в тёплых объятиях дракона, который и согреет, и защитит.

Так я и лежала, особо не вслушиваясь в то, что происходит вокруг. Голова тяжелела, и, кажется, я погружалась в вязкую дремоту. Пыталась сопротивляться, но сон утягивал…

— …Виола, — чьи-то мозолистые ладони погладили мои плечи. — Виола, я принёс нам поесть, просыпайся, нехорошо голодной на ночь оставаться.

Я всё же разжала веки и уставилась на Джо. Распущенные влажные светлые волосы ложились на его плечи, спускаясь на криво застёгнутую рубашку, выпущенную из штанов.

— Проснулась? — протянув руку, он провёл костяшками пальцев по моей щеке. — Прости, но похлёбка тебя ждёт. Поднимайся.

Прикусив губу, я смотрела на него.

— Мне кажется, ты кого-то мне напоминаешь, но я всё не могу понять, кого. Джо, ну, признайся.

— Нет, Виола, потом. Давай сначала познакомимся в этой реальности. Без прошлого. Я хочу узнать, какая ты, и показать, какой я на самом деле. Очень хочу, чтобы ты видела меня настоящего: изуродованного, покрытого шрамами, без титула, со всеми недостатками.

— Достоинств у тебя всё же куда больше, дракон, — я смутилась. — И не нависай надо мной. Платье бы надеть.

— Зачем? — он приподнял бровь. — Давай я дам тебе свою рубашку, она тебе будет до середины бедра, накинешь её на сорочку сверху и запахнёшь. Получится вполне себе прилично. А твои ножки я уже успел изучить.

— Бесстыдник, — снова припечатала я его.

— Есть немного, но только с тобой. А так я весьма надменный тип, при виде которого дамы морщатся. Уродства мало кто любит.

— Глупости, — подняв руку, я провела пальчиками по его шраму на лице. — Это придаёт мужественности, хотя в тебе её и так хоть отбавляй.

Я попыталась убрать руку, но он перехватил запястье и, поднеся к губам, поцеловал. Прикрыл веки и улыбнулся. Так ранимо, что сердце зашлось глухими ударами.

…Ели мы молча. Джо о чём-то думал, время от времени бросая на меня пристальные взгляды. Я же хлебала похлёбку, кутаясь в его рубашку, и оттягивала подол, чтобы не выглядывали кружева панталон.

Вроде и одетая, но чувствовала себя обнажённой перед ним.

Волнуясь, дёргала влажные локоны, косясь на мокрую наволочку подушки. Накрыть бы её полотенцем. Хотя зачем.

Я цеплялась за любую мысль, чтобы контролировать свои эмоции.

За окном прогремело. Вскинув голову, я уставилась почему-то на Джо.

— Гроза, — глухо подтвердил он мои догадки. — Главное, чтобы не размыло дорогу. А то застрянем в этом не совсем гостеприимном месте на день, а то и на два. Тебя ждут к определённому числу дома?

— Нет, — покачала головой, — меня там совсем не ждут. А ты торопишься? Куда вообще ты едешь, Джо?

Вместо ответа он поморщился, взял кусок хлеба с холодной свининой сверху и отправил в рот.

Подождав немного, я опустила взгляд в тарелку. Он казался всё загадочнее. Было ощущение, что его что-то или страшит, или мучает. Но разгадать эту загадку я пока не могла.

И снова гром, обернувшись, успела заметить вспышку, осветившую крыши конюшен.

— Не переживай, Виола. Рядом довольно милая деревушка. Если уж выехать не сможем, то прогуляемся там. Комната у нас есть, от сброда я тебя защитить способен, а развлечения найдутся.

Уголок его губ приподнялся. Мне показалось, это он, скорее всего, себе говорил.

Закивав, принялась ковырять ложкой в рагу, вилок, видимо, в этой таверне не водилось. И вроде всё аппетитно выглядело, а есть уже не хотелось.

— Не мучай себя, оставь, — Джо верно понял моё состояние. — Но чай всё же выпей.

Не поднимая головы, я отодвинула тарелку и поднялась, хотела отойти, но Джо резко поймал мою ладонь и сжал.

— Виола, что опять не так?

— Ты не отвечаешь на вопросы, — не стала скрывать, что меня терзает.

— Я еду в дом, который мне ненавистен. Заявлюсь, чтобы сказать, что обо всех думаю, так что много времени это не займёт. Если скажешь мне «да» на предложении руки и сердца, после этого сразу же сможем отправиться в наш настоящий дом. Всё зависит только от тебя.

— Мы знакомы день, Джо.

— Мне хватило и одного взгляда, когда я увидел тебя в дилижансе. Не сделал бы предложение сегодня — так ты бы услышала его завтра. Я ещё раз повторю, всё теперь зависит от тебя. Но «да» я твоего очень жду.

— Ты сумасшедший, — я улыбнулась.

— Нет, просто слишком много плохого в жизни успел увидеть. Понять, что завтра не существует. Вчера тоже. Мы живём этим днём. И сегодня я хочу видеть тебя своей женой.

— А может, у меня характер ужасный, — я всё же подняла на него взгляд.

— Не может, — он скривился. — Прекрасный характер.

— А вдруг я храплю?

— И это будет чудесный звук, — он развёл руками. — Прекрасно.

— Я ханжа!

— Только в своих мечтах, Виола.

— Некрасивая рыжая морковка, — вырвалось у меня.

— Красивая, — он улыбнулся, — самая красивая с такими милыми веснушками, они словно поцелуи солнца. И волосы твои прекрасны, и цвет шикарен. И что плохого в морковке, я её очень люблю. М?

В его взгляде появилось лукавство. А мне больше сказать было нечего. Непрошибаемый дракон.

— Ты не можешь быть серьёзен. Всего день, Джо.

Он вдруг стал чуточку зол. Отодвинув тарелку, сложил руки на груди.

— И этот день лучше, чем все прожитые до него, Виола, — проговорил он, ловя мой взгляд. — Вся жизнь — в борьбе с собой. В попытке отбелиться. В страхе появиться перед тобой. Я рвался в бой один против отрядов. Я не опасался нарваться на клинок, на вышедшую из-под контроля стихию, быть разорванным когтями и зубами. А сказать тебе «Добрый день, красавица, меня зовут Джо» не мог, — он подскочил и уставился на меня как безумный. — Я боюсь твоей ненависти, Виола, потому что она убьёт меня. Боюсь презрения в твоих глазах. Не день, Виола, а вся жизнь, пустая и никчёмная.

Усмехнувшись, он собрал тарелки на поднос, оставив только чайник и чашки, и, хромая, направился к двери.

Незнакомец с такой болью в глазах.

— Кто ты, Джо? — прокричала вслед.

— Я тот, кто долгие годы любил твои веснушки на носу, Виола, — обронил он, не поворачиваясь.

А после открыл дверь и вышел.

Комната тонула в предгрозовом полумраке. Я лежала, укрытая до подбородка потертым шерстяным одеялом, и пыталась заснуть. Но сон не шёл. Я наблюдала, как по стене гуляют тени от догорающей лучины.

Из приоткрытого окна доносился навязчивый гул таверны.

Мужские голоса, приглушенный смех, громкие одиночные выкрики — всё это сплелось в один непрерывный и бессмысленный шум. Он не веселил, а раздражал.

Этот звук чужого, лёгкого веселья, пока я здесь одна в этой душной комнате, раздражал. Я ждала. Чего, сама не понимала.

Неприятное навязчивое чувство неразрешенности терзало душу. Тело сковывала усталость. Веки отяжелели, но я не могла расслабиться.

Мысли терзали. Копошились в голове, отвлекая.

Почему Джо не возвращается? Что означали его слова?

Мне нужны были ответы, но в то же время я осознавала, что их не получу. Он просто промолчит. Возможно, и сейчас его нет, потому что ждёт, пока я усну и всё это забудется, а завтра…

А действительно, существует ли оно, это завтра? Нет, Джо прав, есть лишь сегодня.

Прошлое — пепел, будущее — туман, и он никогда не развеется.

И всё же. Его слова… Выходит, свела судьба с тем, кто годами не мог подойти ко мне и произнести простое приветствие.

«А сказать тебе «добрый день, красавица… не мог»» — звучали его слова в голове.

Мурашки пробежали по коже. Как? Где? Я лихорадочно перебирала в памяти все лица, все мимолетные встречи, но его там не было. Не могло быть. Если бы мы были знакомы, я бы помнила этот взгляд, добрый и нежный, смущающий и смешливый. Его просто невозможно забыть.

Да и… разве можно пройти и не заметить такого красавца-дракона, офицера с широченными плечами? Нет, я бы точно обратила внимание.

Его лицо было незнакомым. Чужак, знающий меня. Так кто же он? И почему следил за мной? Мысли уходили в темный, страшный омут, и я содрогалась.

К кому в двуколку я села? Кому подала сегодня полотенце и кто помог мне подняться с пола и перенес на эту постель?

Я резко перевернулась на другой бок, смяв прохладную простыню. Одеяло стало душным и тяжелым.

Гроза приближалась.

А Джо всё не шёл.

Может, что-то случилось? Может, он… оставил меня?

Нет, он никогда так не поступит. Я была в этом уверена. Но страх за него не отпускал, заставляя прислушиваться к каждому шороху за стеной, к каждому скрипу половиц в коридоре за дверями.

И чем больше я думала, тем волнение нарастало. Я не могла больше просто лежать и ждать. Надо было встать, подойти к окну, открыть его шире, чтобы хоть как-то разогнать этот душный воздух, посмотреть на темную улицу — может, я увижу его силуэт, спешащий ко мне…

Я уже собралась сбросить одеяло, как вдруг замерла.

Тихо, едва слышно щелкнул замок и скрипнула дверь, открывшись.

Шаги. Лёгкий испуг и облегчение. Зашедший в комнату подхрамывал.

Я лежала, уткнувшись носом в подушку, и старалась дышать ровно и глубоко, как спящая. Но при этом слышала каждое его движение в комнате, погруженной во мрак.

Глухой стук сапог о половицу, снятых и сброшенных куда-то в угол. Шуршание ткани: куртка, наверное, скользнула с плеч и упала на стул. Снятый ремень. Еще один звук — мягкий и едва уловимый выдох.

Матрас подавился под его весом, и сердце моё заколотилось где-то в горле. За окном раздался оглушительный раскат грома. Гроза разразилась над нами. Ослепительная вспышка молнии разрезала небо.

Джо лёг. Не сразу, а осторожно, будто боялся разбудить. Просто рядом. Пространство между нами наполнилось его теплом. До меня донесся запах ночной прохлады, дождя, который только-только начал стучать крупными редкими каплями по стеклу, и ещё аромат хвои.

Я замерла, вся превратившись в слух. В ожидании. Волнении. Страхе. Джо не двигался. Только глубоко дышал. Открыв глаза, уставилась в окно.

Теперь дождь хлестал потоком по внешнему подоконнику. Бил о стекла, оглушая пространство.

Раскаты грома, молния. Тени по стенам. Лучина догорела.

Проходили минуты.

Я лежала, не двигаясь, смотря в одну точку. Мне вдруг стало так спокойно. Он не обидит. Не замыслит подлости. Улыбка тронула губы.

И стоило расслабиться, как его рука легла на мой бок поверх одеяла. Сначала — робко, почти невесомо, кончиками пальцев. Потом ладонь прижалась к боку всей своей плоскостью, ощутимо и тепло. Нас разделяло лишь одеяло. Джо придвинулся ближе, повернувшись ко мне, и его огромное тело повторило изгиб моего, не касаясь, но ощущаясь каждой клеткой моей кожи.

Его горячее дыхание разбивалось о мои волосы, шевеля их. Он вдохнул глубже, будто пытался уловить мой запах, и я почувствовала, как по моей спине пробежала мелкая дрожь. А потом — его губы. Лёгкое прикосновение к макушке. Просто теплое дуновение, заставившее веки сомкнуться плотнее. Потом еще одно, чуть ниже, уже в волосах, чуть увереннее, продолжительнее.

В животе вдруг что-то скрутило, и появилась горячая тяжесть. Я наслаждалась присутствием этого мужчины. Его ласками.

Нет, в его поцелуе не было страсти. Лишь тихая, почти болезненная нежность. Я не шевелилась, притворяясь спящей, боясь выдать себя.

И мне было хорошо. Тепло. Правильно.

Подняв ладонь, Джо осторожно сдвинул волосы с моего лица. Дыхание. Он приподнялся. Губы коснулись уголка моего глаза.

— Мне было так плохо без тебя, Виола. Не отталкивай меня. Дай шанс показать себя, а не того, кого когда-то знала ты. Я другой… Слышишь? Другой.

Еще одно прикосновение, и он лёг, прижавшись ко мне и обняв.

За окном бушевала стихия. Я же тихо засыпала, согретая его огромным телом.