Его тыквенный пирожок

Глава 7

Пампкин

Я швыряю телефон на кровать, словно это раскаленный камень, обжигающий кожу.

— Я сказала «да», — в панике говорю я Куки, и она удивленно поднимает брови, но, черт возьми, не спрашивает, почему я так изменила свое мнение. Мой голос выше, чем должен быть, поэтому она знает, что что-то происходит, и я пытаюсь это скрыть. — Я даже не знаю этого парня. Он может быть убийцей, который ищет кого-то, кто порежет его журналы на кусочки и сделает записки с требованием выкупа, чтобы отправить в полицию. Ну или, стать его следующей жертвой.

— Это было бы глупо с его стороны. Сначала он требует сесть рядом с тобой, чтобы этот придурок оставил тебя в покое. Затем просит твой номер телефона — если бы он не хотел тебя видеть, он бы его не просил. Я говорю, что парень более чем заинтересован и, возможно, позволит тебе вести себя по-своему. Некоторые мужчины не хотят быть назойливыми. Я имею в виду, посмотри, как он обошелся с тем придурком в самолете.

— Ужасно, что меня это вроде как завело? — робко спрашиваю я.

— Не-а. Может он просто одержим тобой. — Я останавливаюсь, чтобы посмотреть на нее. — Не типа «я убью тебя» одержим. — Она закатывает глаза, будто это я сумасшедшая. — Думаю, в сексуальном плане, когда он не может оторваться от тебе и постоянно звонит и пишет.

— Ты пытаешься напугать меня или успокоить? — Задвигаю тему одержимости на задворки своего сознания. Этого не произойдет, потому что мы разные во всех отношениях. Особенно когда дело касается внешности. Не могу сказать, что я уродина, просто не дотягиваю до его уровня. Сейчас на мне футболка с надписью «Доктор Пеппер» и леггинсы с рваными шортами поверх них. Вернувшись домой, я переоделась, потому что здесь могу быть собой.

Я видела, как на нас смотрели стюардессы, когда сидела рядом с ним. Взглянув на нас они могли сказать, что мы не пара, или, может быть, они завидовали, что он смотрит на меня. Этот мужчина был внимателен ко всем моим потребностям и ни на кого не обращал внимания за все время, пока разговаривал со мной.

— С тобой все будет в порядке. Уверена, он отвезет тебя в какое-нибудь приятное место. Если случится что-то плохое, напиши мне, и я заберу тебя после того, как ты прокрадешься в заведение через заднюю дверь.

— Это действительно невежливо — просто так сбежать от кого-то. — Или, может быть, я просто проецирую, потому что однажды это случилось со мной — я была с человеком, с которым познакомилась в приложении для знакомств. Я удалила приложение, потому что мне не нужно было это дерьмо в жизни.

— Поверь мне, некоторые из них заслуживают большего, чем то, чтобы от них сбежали во время ужина. — Сестра закатывает глаза, и я ненавижу того придурка за то, что он заставил её отказаться от свиданий. Она была помешана на мальчиках, пока Джаррет не растоптал ее сердце.

Не то чтобы мне было о чем говорить, потому что у меня нет личной жизни.

— Может, мы останемся старыми девами и заведем двадцать кошек, — предлагаю я.

— Ты не представляешь, как сильно я хочу, чтобы эта мечта стала реальностью, — Куки хихикает, а потом вздыхает. Мы всегда хотели котенка, но у родителей аллергия.

— Ты же знаешь, что хочешь жить долго и счастливо и иметь дом, полный детей. — Я подталкиваю ее в плечо.

— Мы не всегда получаем то, что хотим. — Ее слова полны грусти, и у меня сжимается сердце из-за этого.

К черту Джаррета. Когда мы учились в старших классах, все девчонки хотели его, но он набросился на Куки и подорвал ее самооценку. Он — настоящий ублюдок, от которого она пытается спрятаться. Куки пытается сохранить лицо, но я-то знаю, что к чему. То дерьмо, которое он наговорил, все еще жжет ее изнутри, и не важно, как мужчины смотрят на нее сейчас или пытаются заигрывать, она их игнорирует.

Джаррет рассказал всей школе, что лишил ее девственности, что не только хреново, потому что это личное, но и безумно, потому что ложь. Он сказал, что «сорвал ее вишню», сказав всем, что заставил ее истекать кровью. Я подумала, что было бы справедливо, если бы я тоже заставила его истекать кровью. Опускаю взгляд на указательный палец правой руки, и, если хорошенько присмотреться, там все еще остается небольшой шрам. Я ударила его прямо в лицо и была шокирована, что так поступила. Это было не в моем характере, но, думаю, когда кто-то лезет к моей семьей, то моя темная сторона выходит наружу.

Конечно, никто так и не узнал об этом, потому что Джаррет рассказал всем, что это его сестра открыла дверь и ударила его по лицу. Он не хотел, чтобы кто-нибудь узнал, что девушка надрала ему задницу.

— Что нам надеть на свидание? — спрашивает Куки, подходит к моему шкафу и перебирает всю мою одежду.

— Это не свидание, а всего лишь десерт и кофе. Я не могу пропустить семейный ужин… и так уже слишком много пропустила, находясь в отъезде.

— О, я уверена, вы двое что-нибудь придумаете. — Сестра подмигивает мне и протягивает красное платье с запахом, завязывающееся спереди.

Я никогда раньше его не надевала, но когда примеряю и смотрю в зеркало, все, о чем я могу думать, — это о том, как легко Миллер мог бы его развязать. Один рывок — и все под ним стало бы видно.

— Ты взрослая женщина, Пампкин. И можешь провести ночь вне дома.

— Но тогда я буду выслушивать об этом весь завтрашний день.

— Достаточное количество оргазмов может компенсировать это.

Фыркаю от смеха, зная, что она не ошибается. Миллер — первый мужчина, который пробудил во мне настоящее желание. Что плохого в том, чтобы исследовать его? Он совсем не похож на тех мужчин, с которыми меня пытались свести. Мы упорно трудимся, чтобы заработать все, что у нас есть, и делаем это всей семьей, и я хочу быть с кем-то, кто это понимает.

Если Миллер тоже хочет видеть, к чему это приведет, то ему следует узнать, что я — это просто я, и не хочу пытаться быть кем-то, кем не являюсь.