Глава одиннадцатая

Сергей

Я вернулся за телефоном и застал картину маслом:

Юля в объятьях медведя, стоят посредине коридора и мило о чем-то воркуют.

Я приблизился:

— Мне нужно встревожиться по этому поводу или чувствовать себя польщенным? — гневно начал я.

Инвар довольно осклабился:

— Ты еще не понял? Она выбрала меня.

Моя невеста испугано ахнула:

— Инвар, я тебя не выбирала. Моя вежливость всего лишь искренняя благодарность за спасение.

Я подошел и врезал Инвару кулаком в челюсть. Повернувшись к Юле, я сказал:

— Прямо сейчас ты ее довольно хорошо демонстрируешь, эту свою вежливость.

Юля гневно прищурилась.

— Ты что? — свистящим шепотом, словно от нехватки дыхания, спросил Инвар, потирая челюсть. — Совсем рехнулся? Ты на кого лезешь, лисенок?

В душе давно кипел настоящий гнев. Еще не получив, я ее теряю. Сейчас у меня не было ничего, чем я мог заинтересовать ее. Отчаяние рвалось наружу.

— Да плевал я на твоего зверя! Одним движение ты поставил себя и свое племя вне закона, — не менее угрожающе зашипел я белому медведю. — Еще раз появишься около нее, урою на месте!

На шум появилась Даша и Люда и пара охранников снизу.

— Сергей, успокойся… — начала моя невеста.

— А ты не веди себя как девица куцых моральных правил! — оборвал ее я.

— Во как завернул… — высокомерно усмехнулась Юля.

Я был полностью прав! Только ушел, а она уже с другим вертится.

— Сережа, ты зря так волнуешься… — Юля шипела и улыбалась все ослепительнее и ослепительнее, и я почувствовала, что сейчас лишусь зрения. Или, минимум, глаз, я заметил, как она сжала пальцы с маникюром в кулаки.

Я стиснул зубы, резко взглянув на Юлю, но промолчал.

Инвар хотел взять ее за руку… Я издал нечленораздельный звук несогласия, попросту говоря, зарычал, схватил ее за талию и притянул к себе. Когда она была полностью прижата, я бросил вызывающий взгляд Инвару, гневно посмотрел на других и понес Юлю к себе в спальню.

Люда порывалась заступиться за подругу, но Даша ее остановила:

— Муж и жена одна сатана, не лезь, сами разберутся.

Громко захлопнув за собой дверь, все еще гневаясь, я аккуратно поставил свою добычу на пол.

Но Юля заговорщицки улыбнулась и одними губами прошептала: «Спасибо!»

Я улыбнулся в ответ. И сделал вид, что так все было и задумано.

Она провела пальцем по горлу, мимикой демонстрируя насколько ее «достал» Инвар, потом оглядевшись, тихо спросила:

— У тебя что-нибудь выпить не найдется?

— Коньяк. Сейчас принесу…

Юля захихикала:

— Видимо я слишком вошла в роль этой самой: «девицы куцых моральных правил», но я хотела просто воды, желательно холодной.

— Можно подумать, что его пьют только… — и, спохватившись, что все прозвучало несколько занудливо, предложил:

— Могу принести молока… теплого, и уложить спать.

Она предложение оценила по достоинству:

— Спать… это да, это круто! Но… сейчас эта опция не доступна. Вот стану VIP клиентом, тогда и оторвусь… — усмехнулась Юля, присев в кресло.

— О чем это ты?

— Вот все наладится, тогда и поспим. Как и зачем ты решился ехать ночью, один, за братом Кати, если знаешь, что за тобой охотятся? Кстати, это я тебя искала, когда меня Инвар схватил. Хотела сама добить, раз ты этого ищешь… — язвительно сообщила она.

— Но сейчас у тебя гнева поубавилось? — Юля, улыбаясь, кивнула.

Тут я вспомнил.

— Черт, у меня машина под парами стоит, я же на минутку за телефоном вернулся.

— Удачно вернулся. Ладно, надеюсь, девчонки Инвара окончательно выпроводили… И обижать не хочется, а он «нет» не понимает… — Она поднялась, собираясь уходить. После этих слов у меня словно гора свалилась с плеч.

Я подошел к ней. Юля вопросительно подняла глаза, словно ничего не понимая… Момент был полон такого напряжения, что я обнял ее и жадно поцеловал…

Но нас вновь отвлекли:

— Юля, Сергей — все в порядке, выходите, Инвара Миша увел. У него не вырвется! — раздался голос Даши.

С улыбкой взглянув на ошеломленную Юлю, я еще раз ее крепко прижал к себе.

— Ты все-таки ложись спать, полуночница… — посоветовал я.

— Так ты таки собираешь идти к Катиному брату? — спросила она, будто меня не услышав.

— Я пойду не один. А еще я кровно заинтересован в том, чтобы ты поскорее выспалась… — Мне не хотелось ее оставлять, но что делать…

Юля выдержала паузу и внимательно посмотрела на меня. Убрав локон с ее щеки, я спрятал шелковистую прядь за ухо.

— Ты же дождешься меня?

Она на миг напряженно замерла, потом отшутилась:

— С Валеркой? Ладно, тащи его сюда! Только, чур, я буду добрым полицейским, а ты злым. Но все знают, что добрый страшнее!

— Особенно в гневе… — буркнул я. Она мне так и не ответила.

— Ну да! Уговорил! В гневе я буду холодной, бесстрастной и великолепной! Вот! А теперь пошли, девчонки сейчас от любопытства твою дверь взглядами воспламенят!

— Угу, — уныло ответил я, выпуская ее из рук. Тут Юля вновь остановилась:

— Слушай, а у тебя проблем с Инваром не будет?

— В человеческом обличии мне он не страшен, а если полезет в виде медведя, клан будет обязан наказать его и всю его родню. Представь, как они будут довольны… — Эта тема мне не нравилась. Я хотел, чтобы Юля видела во мне защитника, а не переживала из-за медведя.

— Все равно, я боюсь… — пробормотала она и окончательно испортила мое настроение.

— А ты не бойся… — сдержав раздражение, улыбнулся я. — Русские сказки читала? Мы, лисы, кого хочешь, построим.

— Ладно, хитрый лис, а с кем хоть ты идешь к Валере? Охоту на вожаков никто не отменял. Он сможет тебя прикрыть в случае нападения?

— Угу… — солидно кивнул я. Если я до него доберусь.

— Лис из сказок, говоришь? Хе-х… — Юля, прищурившись, недоверчиво покачала головой. — Удачи.

Я поцеловал ее и вышел. Радостно улыбаясь, кивнул Даше и Люде, которые все еще ждали в коридоре, и быстро спустился вниз. Махнув Мише, по лестнице спустился на улицу, где оставил свой автомобиль.

Тихо работал мотор. Фары горели… но меня что-то насторожило.

Перед дверью тенью промелькнул знакомый силуэт. Вот и наш беглец пожаловал, Сэм собственной персоной! Проклятье, как он не вовремя! И почти возле дома…

Я остановился и щелкнул брелоком, отключая мотор и фары. Не знаю, на что они рассчитывали, но будем играть по моим правилам.

У машины меня ждали, я краем глаза осмотрел вход в дом. Несколько силуэтов. Приближаются! Это ловушка.

Черт, враги под самым носом, а в доме никто и ухом не ведет. Пока я раздумывал, как сообщить Мише, что враг на пороге, Сэм, проявившийся в темноте после отключения фар, воспылал негодованием:

— Ага… Посланец предателей, предавший свой род и стаю, вновь торопишься исполнить волчий приказ?

— Ничего подобного, — раздраженно процедил я. — По себе не суди, отщепенец. Стаю проспал, теперь умничаешь.

В течение нескольких долгих секунд мы с ненавистью переглядывались, затем я в приветствии живо вскинул руку, широко улыбнулся, и кивнул головой и он, невольно следуя за движением, глянул влево. Детская уловка помогла, я использовал этот момент, чтобы обернуться и сбежать. Но успел уловить, как его глаза вспыхнули, а ноздри раздулись от гнева и Сэм приказал:

— Взять его! Второй раз не уйдешь!

Я кинулся сквозь кустарник, собираясь обежать парк и попасть в дом с внутреннего хода. Но не успел, меня в буквальном смысле загнали в угол. В груди у меня похолодело, когда я увидел, что возле дальнего угла дома вспыхнул третий фонарик. Потом — четвертый, пятый, шестой, — это были люди в команде Сэма.

Я не имел представления о том, сколько их всего. Выстроившись в цепочку, мои преследователи целеустремленно двинулись вперед — через двор, мимо гаража, по направлению к цветнику. Лучи их фонариков неустанно шарили вокруг, тщательно, дюйм за дюймом, прочесывая участок.

Я побежал. Так как у меня основным физическим упражнением последних лет являлась работа языком и мышкой, четко осознавал, что далеко мне не уйти, но предупредить надо…

Слева огромный гараж, справа высокий забор…

Я скорее почуял их, чем услышал. Там не только гиены, люди, но и волки! Они приближались! Приближаясь, эти помощники отщепенцы стали оборачиваться в зверей.

Решили устроить охоту на лиса. Ну-ну… Я перекинулся в человека, подтянулся и перепрыгнул через забор. Угол — это иногда тоже хорошо!

Бежать в лисьем обличье было легче и, обернувшись, понесся к базе. Главное успеть добраться до дверей! Там над входом видеокамера, мне надо успеть понять тревогу, чтобы Миша заблокировал дом.

Пока все получалось, я опережал шавок Сэма где-то на две минуты. Добравшись до двери базового здания корпорации, заколотил в стекло:

— Срочно! Передайте Мише, пусть блокирует дом… — Одно мое появление в таком виде должно поднять остатки охраны на ноги, но большинство из них уже в доме, прибыли по приказу Миши на замену раненым.

Но хоть кто-то остаться должен…


Юля

Не знаю, как мне после всего удалось выйти из комнаты Сергея и невозмутимо поинтересоваться:

— Девочки, как я поняла, видимо, сегодня мы спать не будем?

Они в унисон покачали головами и сурово увели меня на кухню, допрашивать! Теперь будут травить мой организм хорошим кофе и насильно утолщать пирожными. Представив себе последствия, я взмолилась:

— Дамы, я ничего еще не решила. Давайте отложим пытки и допросы на потом.

— Не-а, чем еще ночью заниматься? Давай колись, что там у вас закрутилось… — Даша была неумолима.

— Ну, потом, ладно? Надо, чтобы я сначала привыкла к мысли, обдумала ее, потом уже озвучила.

— А я всегда считала, что лучше всего у тебя выходят экспромты… — вздохнула Людмила Сергеевна.

Я сделала большие глаза и покачала головой:

— Поверь, я сегодня «наэкспромтилась» по самое не хочу.

И в знак мира мы заварили себе чаю.

Стараясь не думать о Сергее и остальных рискующих супергероях, чтобы не расслабляться, с усилием переводила мысли в нужно русло. На этот раз меня снедало не дававшее покоя ощущение тревоги.

Все, как раньше. Исходных данных слишком мало, чтобы разобрать ситуацию и точно знать, чего ожидать дальше.

Еще мне очень не хватало уверенности, что оборотни справятся с охраной дома. Слишком большой замах у властолюбца, задумавшего переворот. Ни средств, ни людей не жалея, он идет к своей цели как таран, всячески используя оборотней в утеху своим прихотям.

Сначала он вызвал бунт подчиненных Тео, в который попала Даша. Попытку развалить корпорацию застала Людочка. Физический захват власти и территории достался мне… чего ждать дальше?

Возможно, что этот тип — амбициозный родственник Кати? Отодвинув полупустую чашку, я спросила у девчонок:

— Сергей назвал этого Валеру социопатом. Так что мы о них знаем, о социопатах этих? — вслух рассуждала я. — Мне вспомнилось только, что такой человек не может проявлять заботу об окружающих. Даже откуда это знаю, сейчас не припомню…

Людочка со своими академическими знаниями психологии выручила и тут:

— Ну-у, подобные унылые личности все время боятся оказаться во власти других, и, чтобы избежать этого, постоянно стремятся сами пользоваться людьми. К сожалению, это неизменно присутствует в их отношениях с окружающими. Независимо от внешних успехов социопат, всегда очень испуганный человек…

— Боже мой, с кем общаться приходится! — ерничала Даша, флегматично надкусывая грушу.

— Мы пока не общаемся. Если этот Валера на самом деле социопат, и всего боится, то это однозначно не он, больно нагло ведет себя наш супротивник, — отметила я, подтаскивая вазу к себе.

— Надо отдать должное, этот самый супротивник быстро оправился после предыдущих фиаско, — добавила она. — И представь себе, у него или у нее есть все шансы на захват власти. Если Тео не появится…

— Даш, упадничеством делу не поможешь, — и, постукивая пальцем о край чашки, я добавила. — Так-с… начнем.

Люда в удивлении подняла бровь, Даша обе.

— На эту мысль меня навела ты, Дашкинс. Если мы всего лишь ждем появления бравых воинов, которые все решат и исправят, то нам остается только сидеть и плакать: «… ах, где же добрый доктор, когда же он придет!»[4] Но, если взять в расчет, что мы остались одни и нам придется рассчитывать только на себя, то сразу все меняется. Тут же хочется, используя все подручные средства, поймать негодяя и, как говорят американцы: «надрать ему задницу» — последнюю часть своей речи я произнесла гнусаво, чтобы было похоже на знаменитый перевод.

— Что скажете? — Я с вызовом оглядела подруг.

— И с чего ты хотела начать? Кажется, мы все уже пережевывали? — скептически отозвалась наша альфа-самка-зооуниверсал.

Людочка подхватила мою мысль:

— Когда мы это «пережевывали», еще не знали, что есть еще одна ниточка — брат Кати. Ты это имела в виду?

Я кивнула Людмиле Сергеевне и взглянула на Дашу. В нашей компашке: я — аналитик, Людочка — энциклопедия, а Дашкинс — стратег, так что я ждала именно ее решения.

И она насмешливо ответила:

— Брат Кати, говоришь… Ладно, признаю, мы упустили из виду, что она тоже может что-то знать… — Даша лукаво улыбнулась. — Ну все, Юль, теперь твоя очередь демонстрировать крутое презрение к приличиям. Звони своей Кате и допытывай ее сама. Я с ней почти не знакома. Все номера вбиты в стационарный телефон, который висит на стене. Ты главное помни, что второй час ночи — это мелочи, когда родина зовет!

— Поймала таки, мстительная ты личность, Дашкинс. — Мне осталось только улыбнуться. Конечно, звонить так поздно ночью было ужасно неловко, но что поделать…

Я с полминуты порыскала по памяти телефона, разбираясь, и в секции «Центральный офис» мгновенно отыскала «Катя, дочь Романа Никлолаевича».

Тут же набрала номер. Последовали длинные гудки, бедолага явно давно и сладко спала. Нас соединили, и Катерина хрипло рявкнула:

— Да? Что случилось?!

Ох, как я ее понимала! Но сейчас не до сантиментов.

— Катя, это Юля. Не клади трубку, разговор будет длинным, просыпайся, — официально произнесла я.

— Что случилось? — повторила она, в ее голосе раздражение сменилось беспокойством.

— Очень многое… Только не перебивай и не отвлекайся, прямо отвечай на вопрос, после — я все тебе объясню.

Я словно почувствовала, что она готова отвечать, поэтому прямо спросила:

— Ты давно видела Валеру, своего брата?

— Не помню, вроде недавно, а что с ним? — Судя по голосу, она находилась уже в крайней степени раздражения.

— Не знаешь, с кем он сейчас общается? Только не злись, это не прихоть. Поверь, у меня есть все основания звонить тебе ночью и спрашивать о нем.

Катя громко выдохнула. И довольно спокойно сказала:

— Вообще-то он ни с кем толком не ладит. Недавно с чужаками связался…

— Что за чужаки?

— Два лиса: Игорь и Женька. Фрики какие-то. Даже на его фоне выделяются. Попросились на работу, а в стаю не вступили. Так и живут одиночками, ладно бы парни молодые, а то им уже внуков пора нянчить…

— Почему не вступили? Клан не любят? Или с Романом Николаевичем не поладили?

— Ты что, думаешь, они мне отчитываются? — желчно рассмеялась Катя. — Да и плевать мне на то, что они любят или нет… Какое отношение они имеют к твоим вопросам?

Но я не дала Кате увести беседу от нужного мне русла:

— Почему они именно «фрики»? — Я переключила телефон на громкую связь, чтобы девчонки все услышали.

— Потому что… Даже говорить противно. В общем они пробуют на себе всякие вещества, ну, не наркоманы, а так… Как они говорят, породу улучают, а Валерка с ними связался. Ну и «крыша крепыша, ушуршала не спеша»… — Я подняла брови, а она еще на Никиту пеняла.

— Что это значит? Он подсел на них?

— Да никуда он не подсел! — Катя вновь была в ярости. — Говорю же, не наркоман, а связался с придурками. Валентина Петровна уже давно извлекла из волчьей крови вещество, которое назвала экстрактом «Берсерка». Уколов его внутривенно любой оборотень приобретает дополнительную силу. Временно, правда, но им этого хватало.

Меня осенило, я в шоке захлопнула рот ладонью, чтобы не завопить. А Катя все рассказывала:

— Я не знаю, как они его достали, но представь, как оно манило лентяев, мечтающих о власти? Чтоб на печи и в царский дворец…

Я захлопнула рот и тихо ответила:

— Представляю… Валера хотел возглавить клан?

Катя раздраженно отмахнулась:

— Что ты! У него на такой замах мыслей не хватит. Он конечно совсем не глуп, даже наоборот, только вектор движения по жизни у него неправильный. Говорю же — придурок!

Вдруг в доме громко врубилась сирена, перебив даже голос Кати в трубке.

Я в шоке обернулась к девочкам. Опасаясь даже думать, чем может быть вызван сигнал тревоги. Мы в ужасе наблюдали, как из стен на окна стали наползать толстые металлические створки, которые через минуту окончательно закрыли окно.

Распахнув, глаза Даша сказала:

— Передай трубку мне…

Я кивнула и сунула трубку подруге.

— Катя… — твердым голосом сказала Даша, которая, наконец, приняла управление в свои руки. — Нас штурмуют, тебе надо прямо сейчас найти Романа Николаевича!

Из трубки послышался шум и тихая ругань, кто-то разбил чашку. Видно Катерина решила выпить кофе, раз ей не дали поспать, но и с этим не срослось.

Тихо выругавшись, она только предупредила:

— Сейчас, он плохо себя чувствовал, так что наверно еще не спит.

Я бы никогда и не подумала, что она живет с родителями. Уже через две минуты послышался напряженный голос старого лиса:

— Дашенька, я слушаю вас.

— Роман Николаевич, пользуясь отсутствием Тео, за сегодняшнюю ночь у нас второй штурм дома. Наемников слишком много, а у нас от охраны осталось не более десятка бойцов, считая вместе с начальником охраны.

— Миша звонил, пять минут как я уже отправил команду, но может что-то надо еще сделать? — твердым тоном спросил он.

— Мы выяснили, что Валера, брат Кати, через друзей, Игоря и Женю, как-то связан с теми, кто все это затеял… Вам придется их допро… — Голос Романа Николаевича внезапно смолк. В трубке послышался щелчок. Даша с гневом стиснула трубку.

— Роман Николаевич, вы меня слышите?

Раздался второй щелчок. Даша повесила трубку и попыталась перезвонить. Гудка не было. Все было напрасно. Телефон отключили. Даша отвела трубку от уха и гневно сообщила:

— Черт, связь пропала. Ну, все, они добрались до кабеля.

Это было ужасно! Тишина, повисшая после внезапного окончания разговора, нервировала больше всего.

— Сотовый? — на всякий случай поинтересовалась я.

— Нет сети, они с самого начала использовали глушилку… — вздохнула Люда, продемонстрировав пустые деления сети на экране телефона.

К нам поднялся Миша:

— Дом закрылся, пришлось использовать секретный код Тео. Нападающим придется резать двери, чтобы сюда попасть.

— А что случилось? Почему вы использовали защитную систему?

— Мне позвонили с базы, перед входной видео камерой появился Сергей. Без машины, без ничего, только после оборота. Он и предупредил, что дом окружен. Сказал, вокруг наемники под руководством Сэма.

— Сэма*? — Люда в ужасе вздрогнула.

* Сэм — главный злодей «Ну понеслось!», похитивший и издевавшийся над Людой.

Меня сейчас больше всего волновало, куда делся Сергей после предупреждения. Не зря я все это время волновалась. Едва Мишу, подробно допросив, отпустила Даша, я тут же его спросила:

— Что с Сергеем, он на базе?

Медведь медленно покачал головой:

— Не знаю, линия разорвана, только это успели сообщить.

— Значит, полноценных попыток напасть они еще не сделали? — чуть спокойнее уточнила Даша, вернув разговор к предыдущей теме.

Миша вновь покачал головой и вышел, его позвал кто-то из охранников.

Мы потонули в тягостном молчании.

— Пошли вниз, расспросим, что у них и как, а то Миша не очень-то и многословный, — предложила я вариант, чтобы хоть как-то отвлечься. Выражение «ожидание гнетет» приобрело вес и немалую тяжесть, и стало больше напоминать физическое явление сходное с давлением в несколько атмосфер. Об этом неплохо сказали Ильф и Петров в «Золотом теленке», но здесь на нас давил не столб, а обширная плита, которая должна была вот-вот на нас обрушиться.

Даша молча пошла вниз, мы потянулись за ней.

С лестницы спускались, осматриваясь.

На диванчике у стены, закинув ногу на ногу, откровенно дремал Григорий, исполняющий обязанности помощника Миши. Рядом, закрыв глаза, затих Андрей, боец из команды Ника, набиравшийся сил перед боем. Трое, разложившись на обломках стеклянного столика, чистили оружие, которое, насколько я знаю, для оборотней заменяло игрушки, — тоже способ отдохнуть перед сражением. Еще двое возились у стены с какими-то длинными зелеными ящиками. Команда отдыхала, ожидая вызванного подкрепления.

В дальнем углу высилась, этаким Монбланом, наскоро сметенная куча из обломков мебели разгромленной в ходе первого штурма. Надо на будущее Даше посоветовать обставить эти апартаменты громоздкой мебелью из мореного дуба в стиле средневекового замка, а то придумала тоже, изящные столики, изысканные вазы…

Хотя конечно жалко, здесь все было обставлено с большим вкусом и любовью. Я первые дни осматривала владения Тео с благоговением и придыханием, как залы музея.

Миша последние две минуты стоявший у точки видео наблюдения, за спиной Жени и Артема, в полголоса посетовал на разыгравшийся ветер, мешающий разглядеть что-то дальше порога.

— Миш, нам посмотреть можно?

— Смотрите. — Он равнодушно уступил нам место за спиной Артема. — Но там ничего нет, камеры на столбах они обесточили. Осталась та, что над дверью, но в ней виден только порог. Но они чего-то ждут и пока не высовываются.

— И телефонные линии они обрезали. Интересно, а почему они не обрезали провода перед первым штурмом? Кстати, как вы думаете, там слышали сирену и видели, как закрылись ставни и двери? — поинтересовалась я. Это было важно, так как влияло на момент нападения. Время на нашей стороне, значит, Сэм с командой должны торопиться.

Люда ответила первой:

— Дом каждую ночь закрывается. А сигнализация срабатывает, когда закрываются вторые, внутренние двери. И им она не слышна. И в любом случае, лучше «перебдеть, чем не добдеть»…

Женька поднялся с места, уступая Даше стул перед экранчиками видео наблюдения, на которых замерла одинаковая картинка, мне все было отлично видно из-за ее спины. Сквозь тусклый свет умирающей луны видны были только серебристые силуэты кустов, качающиеся под порывами ветра, так что я не смогла разглядеть ничего нового, пару шагов от камеры и все сливались в единое пятно.

Даша, разочаровано вздохнув, тоже покинула место наблюдателя.

Поблагодарив Мишу, мы вернулись наверх, с нами вернулись и все страхи. Сам воздух был напоен постоянным напряжением, ожиданием чего-то ужасного… И еще неизвестно, что было хуже — мучиться тяжелыми мыслями наверху или в бездействии наблюдать за приближением врага к дому.

Загрузка...