ГЛАВА ДЕСЯТАЯ

Рокси долго лежала, вглядываясь в темноту. Засыпала она теперь с трудом. Без Эрика в постели было очень одиноко. Она уговаривала себя, что просто беспокоится, но в конце концов пришлось признать, что ужасно скучает по нему. Она принялась в тысячный раз напоминать себе, что они договаривались только о временных отношениях. Но от этого стало еще хуже.

Скрепя сердце Рокси признала, что ее чувство к нему становится все сильнее, но упорно продолжала искать причину в боязни того, что ей не удастся найти другого мужчину, который принял бы ее, несмотря на шрамы и бесплодие.

Наконец, почти убедив себя, что, хотя Эрик Бишоп очень ей нравится, она в него не влюблена, Рокси уснула. Но скоро опять проснулась, теперь уже дрожа всем телом, со слезами на глазах. Ее разбудил сон... очень яркий: маленькая девочка стояла рядом с двумя могилами, безудержно всхлипывала и протягивала ручки к Рокси. И что самое удивительное — во всем этом было нечто смутно знакомое.

Рокси провела рукой по волосам. Просто воображение разгулялось, решила она и приказала себе: «Спать!»

Она опять задремала, и снова ее разбудил плач девочки. Рокси выбралась из кровати, достала свои карты и разложила их. Почти так же складывались карты перед тем, как в ее жизни появился Джейми. Рокси стало страшно — что с ней творится?

Не в силах дольше оставаться в своей комнате, она оделась и спустилась на первый этаж. Ее потянуло в уютную гостиную, где она разговаривала с Тобиасом. Рокси вошла туда, при свете луны отыскала кресло, забралась в него и стала смотреть на темный ночной пейзаж за оконными стеклами. Все тело ее было напряжено, руки дрожали. Ей казалось, что вот-вот снова послышится детский плач.

— Что-то случилось? — раздался в тишине голос Тобиаса.

Рокси оглянулась и увидела его возле двери, в халате, наброшенном поверх пижамы.

— Простите, я не хотела вас беспокоить. — Рокси стало стыдно, что она разбудила его.

— Честно говоря, я почти никогда не сплю больше двух часов подряд. То ли возраст, то ли сказывается моя профессия. Привык спать урывками.

Не включая света, он прошел через всю комнату и устроился в кресле рядом с нею.

— Если вы волнуетесь за Эрика, могу вас успокоить: его надежно охраняют.

— Да, я волнуюсь за него, — призналась она. И вдруг детский плач заполнил всю комнату. Рокси вцепилась в подлокотники кресла так, что костяшки пальцев побелели. — Вы ничего не слышите? — спросила она.

— Уточните, что именно?

Заколебавшись на мгновение, Рокси сказала сдавленным голосом:

— Плач ребенка.

— Нет, не слышу.

От страха слезы потекли у нее по щекам.

— А я слышу. С вечера его слышу. Не понимаю, что со мной делается.

Тобиас похлопал ее по руке.

— Я уверен, существует какое-то разумное объяснение.

Рокси смахнула слезы.

— Хорошо, если так.

— Вы кажетесь мне женщиной, которая абсолютно твердо стоит на земле, — успокоил ее Тобиас.

— Хоть и гадаю на картах Таро?

— Я вам уже говорил, что непредвзято смотрю на эти вещи. —

Рокси необходимо было выговориться. Если даже позвонить родителям или бабушке, она все равно не сможет рассказать им о том, что с нею происходит. Они решат, что она сходит с ума, а ей не хотелось, чтобы они переживали. Хватит и того, что сама она места себе не находит. Остается Тобиас, больше некому, подумала она.

— Вы говорили мне, что ваша семья происходит от друидов. То же говорила мне прабабушка о нашей семье. Она сказала, что мы потому и умеем гадать. Это — наследственное шестое чувство.

— Вы считаете, что из-за этого наследства вам и слышится детский плач? — предположил Тобиас, когда она замолчала.

Рокси покачала головой.

— Не знаю. Когда я была на седьмом месяце, я попала в железнодорожную катастрофу, потеряла ребенка и вообще способность иметь детей. Муж прогнал меня, мне было очень тяжело. И тогда мне начал сниться ребенок, который плакал и звал меня. Родители и бабушка были уверены, что причина этого сна — депрессия. Бабушка решила, что мне будет полезно поработать с детьми, и отправила меня к Мод. Но сны продолжались до тех пор, пока на ферму не привезли Джейми. Когда его забрали, сны начались снова, но теперь во сне я видела его и знала, что нужна ему. — Рокси с трудом перевела дух. — Я была уверена, что все эти сны вызваны потребностью найти замену тому ребенку, которого я потеряла.

— А теперь вы уже не так уверены? — спросил Тобиас.

— Теперь у меня есть Джейми. Значит, такой потребности уже не должно быть. — У нее задрожал подбородок. — Но вот все начинается сначала. Только на этот раз я увидела ребенка, который плачет. Это девочка, она стоит перед двумя могилами, и я могу даже прочесть надписи на каменных надгробиях: «Грейс и Сэм Карлсон». — Рокси назвала даты их рождения и добавила: — Они умерли совсем недавно... в один и тот же день. Двенадцатого августа.

— Двенадцатое августа... пять дней назад, — заметил Тобиас.

Рокси жалобно смотрела на него.

— Я не понимаю, откуда такие сны. Я совсем не знаю этих людей, только имена.

— Может быть, вы слышали по радио или видели по телевизору какой-то репортаж в связи с Карлсонами? Или читали о них в газете?

Рокси покачала головой.

— Вряд ли. А может, и да. Нет. Мне кажется, я бы запомнила, раз это произвело на меня такое впечатление, что даже снится по ночам. И потом, в репортажах обычно не указывают даты рождения, правда?

— Не указывают. — Тобиас включил лампу, нашел блокнот и карандаш. — Погодите считать себя сумасшедшей, давайте я сначала наведу справки и выясню, существуют ли эти люди в действительности.

Рокси широко раскрыла глаза.

— Вы думаете, они могут существовать на самом деле?

— Джейми же существует на самом деле, — сказал он спокойно. — Очевидно, у вас очень силен материнский инстинкт. Возможно, пережитые несчастья еще обострили ваши врожденные способности, и теперь вы чувствуете на расстоянии детей, каким-то образом связанных с вашим родом, если они в этот момент переживают эмоциональную травму и. нуждаются в вашей помощи.

— Вы хоть понимаете, как дико это звучит? — спросила Рокси.

— Я долго живу на свете, — ответил он отеческим тоном. — И как говорил вам уже дважды, научился смотреть на вещи непредвзято.

— Наверное, лучше уж быть ясновидящей, чем сумасшедшей.

Тобиас попросил еще раз повторить имена и даты и записал их. Потом ободряюще улыбнулся ей:

— Я сам этим займусь. А вам посоветовал бы лечь в постель и постараться немного отдохнуть.

Возвращаясь к себе, Рокси вдруг решила, что он просто потворствует ей, дожидаясь, когда вернется Эрик или когда можно будет связаться с ее родными. Страх потерять Джейми пронзил ее холодом. Но если она ненормальная, Джейми будет лучше без нее. Нет, Тобиас искренне уверял ее, что она не свихнулась!

Разве что он и сам псих, вроде меня, подумала она.


Тобиас сидел за компьютером в своем кабинете. Глаза его блестели.

— Выходит, я не ошибся насчет Роксаны Дуган. Это уникальная женщина!

Он наскоро записал в блокнот адрес, выключил компьютер и снова отправился спать.

* * *

На следующее утро, когда Рокси проснулась, перед глазами у нее стоял образ маленькой девочки, которая сидела в кресле и терпеливо чего-то ждала.

— Хоть плакать она перестала, — буркнула Рокси.

В холодных лучах рассвета Рокси стыдно было вспоминать о своей откровенности. Самое разумное объяснение ее фантазий — что она все еще переживает гибель своего ребенка. Но почему ей представляется девочка — вот загадка! Ребенок, которого она потеряла, был мальчиком. Поэтому казалось отчасти естественным, что она слышала во сне Джейми.

— Ну, не то чтобы естественным, но хоть как-то объяснимым, — поправилась она.

Все-таки разговор с Тобиасом в какой-то мере был ей полезен, увещевала она себя. Он немного умерил ее разыгравшуюся фантазию. Девочка во сне уже не рыдает так отчаянно, а если эти видения не прекратятся, нужно будет обратиться к врачу.

В дверь постучали.

— Кухарка жарит рыбу, — донесся до нее голос Джейми.

— Сейчас иду, — отозвалась она.

Спустившись, Рокси обнаружила, что Тобиас собирается завтракать с ними. Она немедленно залилась краской смущения. Тобиас ободряюще улыбался ей, а она гадала: не ждут ли ее за дверью люди со смирительной рубашкой? Во всяком случае, пока он не пригласил их войти. За едой он не упоминал о ночном разговоре. Поздравил Джейми с рыбацкой удачей и вообще все время разговаривал с мальчиком: спрашивал, нравится ли ему учиться в школе и какими видами спорта он интересуется.

Рокси заметила, что Джейми разговаривал с Тобиасом совершенно свободно. Как и она сама. Она-то даже слишком свободно, укоряла Рокси себя.

После еды Джейми встал из-за стола, все еще сияя гордостью добытчика.

— Пойду еще поиграю на компьютере, — объявил он.

— Я с тобой. — Рокси тоже встала.

— Останьтесь на минутку, — вмешался Тобиас, жестом предлагая ей сесть на место.

— Я к тебе потом приду, — сказала она Джейми, медленно опускаясь в кресло. Если только у Тобиаса не припасена снаружи спецмашина, чтобы отвезти меня в ближайшую психушку.

Джейми кивнул и умчался.

— Я проверил имена и даты, которые вы мне назвали, — сказал Тобиас, как только они остались одни. — Все совершенно точно.

Ее начала бить нервная дрожь.

— Сама не знаю, радоваться мне или пугаться. — Она посмотрела на него с тревогой. — А девочка?

— Я поручил одному человеку проверить. О результатах вам сообщу. А пока постарайтесь успокоиться. Очевидно, вы не страдаете галлюцинациями.

— Видимо, нет, — согласилась Рокси. — Но все равно это очень странно.

— Вы по-прежнему слышите плач? — спросил он сочувственно.

— Нет. Как раз перед тем, как проснуться, я видела ее сидящей в кресле, и мне показалось, что она ждет меня.

Тобиас кивнул.

— Скоро мы все узнаем.

Поднимаясь, чтобы уйти, Рокси вдруг вспомнила про Эрика.

— Как там Эрик и остальные? — спросила она.

— Они благополучно прибыли в Калифорнию. — Он взглянул на часы. — Через несколько часов будут на компьютерной выставке. — Он ободряюще улыбнулся. — Эрик в гриме, и у него хорошее прикрытие.

Рокси вспомнила тех двоих с револьверами, которые ворвались на ферму, и ее пробрала дрожь.

— Будем надеяться.

В коридоре она встретила Эспер, которая как раз пришла на работу. Тревожное выражение на лице молодой женщины говорило о том, что Эспер беспокоится за мужа не меньше, чем Рокси — за Эрика.

— Как вы только выдерживаете жизнь с мужем, у которого такая опасная профессия? — спросила она Эспер, шагая с нею рядом.

— Если по-настоящему любишь человека, нужно принимать тот путь, который он выбрал в жизни, — ответила Эспер. Она внимательно посмотрела на Рокси. — Разве вы не знали, чем занимается Эрик?

— Я знала, что у него опасная работа.

— У них все будет хорошо, — убежденно сказала Эспер и заторопилась к себе в кабинет.

— Хотела бы я быть так же уверена, как она и Тобиас, — пробормотала Рокси, мечтая хотя бы услышать голос Эрика по телефону. Ты рассуждаешь, как влюбленная женщина, возмутился внутренний голос. Просто я беспокоюсь за него, возразила она, чувствуя, что это неправда. Сейчас не время влюбляться, попрекнула она себя. У нее и так забот хватает. Незачем еще усложнять себе жизнь.

Но утро тянулось и тянулось, а она никак не могла отвлечься от мыслей об Эрике.

Джейми тоже беспокоился о нем. Он то и дело оборачивался к Рокси:

— У Эрика все будет в порядке, правда?

И каждый раз с убежденностью, которой не чувствовала, она твердо отвечала:

— Да.


Перекрашенный в брюнета, в очках, со шрамом на щеке и с накладным животом, одетый в джинсы, футболку с надписью «Вся власть — хакерам» и потрепанную вельветовую куртку, Эрик Бишоп вошел в просторный выставочный зал; рядом с ним шагал Хейген, Гарт замыкал шествие. Эрик помнил Гарта Лоутона еще со времен работы в Отряде и знал, что он — один из лучших.

За себя Эрик не беспокоился. Перед глазами у него стояли лица Рокси и Джейми. Эрик весь кипел от гнева при мысли о том, что кто-то собирался хладнокровно убить его и Рокси и свалить вину на Джейми. Он доберется до проклятого ублюдка, даже если это будет последнее, что он совершит в жизни!

Выставка была огромная, все крупные компьютерные фирмы и большинство мелких представляли здесь новое оборудование и программное обеспечение. Целых два часа Эрик бродил между стендами.

— Все равно что искать иголку в стоге сена, — ворчал он, упав духом.

— Пойдем выпьем кофе, — предложил Хейген.

Эрик кивнул. Через несколько минут они сидели за столиком и разглядывали прохожих.

— Ты проверил две отсутствующие фирмы? — тихо спросил Хейген в крошечный микрофон, укрепленный у него на лацкане пиджака.

— Одна на днях обанкротилась. Другая просто опаздывает, у них какие-то проблемы с программой, — послышался голос Гарта через миниатюрный микрофон в ухе у Хейгена.

— Есть что-нибудь? — спросил Эрик.

Хейген покачал головой.

— Видали, какую кисочку Харви посадил у своего стенда? — с преувеличенной развязностью спросил приятелей какой-то парень за соседним столиком. — И в деле она разбирается, без дураков. Интересно, где он ее откопал?

— Я нашел ее в колледже, — произнес мужчина, только что присоединившийся к компании.

— Одна из студенток профессора? — спросил еще кто-то.

— Он умеет их подбирать, и обучать умеет, — ответил Харви. — В этом году возле моего стенда больше жизни, чем за два прошлых года, вместе взятых.

— Он сам, наверное, подойдет попозже, — сказал еще один из группы. — Я хотел спросить у него про сбои в моей программе.

Харви покачал головой.

— Гейл, та самая кисочка говорит, у него грипп, в этом году ему придется пропустить выставку.

— Вот черт! — проворчал тот, кто надеялся пообщаться с профессором. — Он гениальный парень. Не понимаю, почему он пропадает в никому не известном техническом колледже, вместо того чтобы работать в какой-нибудь крупной фирме.

— Ему нравится быть самому себе хозяином. Такая уж у него независимая натура, — ответил Харви. — И потом, ему не нужно работать. Он получил большое наследство, а преподает просто потому, что любит молодежь. Он сам мне так сказал, когда я спросил его, откуда у него при учительской зарплате взялись деньги на «ягуар».

Хейген вопросительно взглянул на Эрика.

— Не помешает проверить этого профессора, — сказал Эрик. — Если он не тот, кого мы ищем, не исключено, что сможет того опознать. А если нет, вернемся сюда и продолжим поиски.

Вставая, Хейген задел человека, сидевшего позади него за соседним столиком.

— Прошу прощения, — извинился он, и лицо его озарилось радостной улыбкой. — Харви, вы ли это? — Он обращался к человеку, подошедшему к столику последним. — Мы с вами встречались на торговой выставке в прошлом году. — Он протянул руку. — Джонсон моя фамилия.

— Да-да, конечно. — Харви поднялся и пожал ему руку. Он, конечно, знать не знал Хейгена, но, как всякий хороший бизнесмен, притворился, что помнит его.

— Я только что пришел. Времени, правда, в обрез, — сказал Хейген, — но обязательно хочу посмотреть ваш стенд. Как его найти?

— Номер восемьдесят девять, — заулыбался Харви. — Думаю, он произведет на вас впечатление.

Хейген улыбнулся в ответ.

— Я в этом уверен.

Еще через пару минут они с Эриком стояли перед стендом номер восемьдесят девять. Там за компьютером сидела миловидная брюнетка с пышными формами, в футболке на размер меньше, чем нужно, с логотипом местного технического колледжа на груди.

— Я слышал, вы студентка профессора... — Эрик замялся, как будто никак не мог вспомнить имя. — Ну, того, которого все называют компьютерным гением.

Девушка улыбнулась.

— Это профессор Сетон.

Эрик поправил очки.

— Да, он самый.

Хейген прочел вслух название колледжа, чтобы Гарт мог его услышать.

— Так вот где вас научили так ловко обращаться со всякими клавишами, — сказал он игриво.

Заметив направление его взгляда, девушка нахмурилась.

— Компьютер у нас только для демонстрации. Но если вас интересует первоклассное программное обеспечение, я могу показать, что предлагает наша компания.

— Как-нибудь в другой раз, — ответил Хейген.

Она пожала плечами и адресовала свою улыбку следующему потенциальному покупателю.

— Встретимся снаружи, — сказал Гарт в ухо Хейгену. — Сейчас позвоню, узнаю адрес колледжа и как туда проехать.

Скоро они уже подходили к административному зданию технического колледжа.

— Очень удобно, — сказал Хейген, когда они вошли и увидели застекленный информационный щит с фотографиями сотрудников факультета, под которыми были написаны имена.

На снимке профессор был без очков и с обыкновенной короткой стрижкой, но Эрик сразу узнал своего старого знакомого.

— Сетон — тот, кто нам нужен, — сказал он.

Хейген кивком указал на дверь:

— Уходим, пока он не догадался, что мы его вычислили.

Эрик не двинулся с места.

— Я не допущу, чтобы Рокси и Джейми оставались под угрозой. Пусть он знает, что я его вспомнил и показал другим. Я хочу, чтобы он знал: если хоть пальцем тронет одного из них, будет иметь дело со мной. — Эрик с ненавистью смотрел на фотографию. — К тому же я еще должен ему дать хорошего пинка. Он пытался убить Рокси.

Хейген потянул его за руку.

— Ты гораздо лучше защитишь свою семью, если упечешь этого деятеля за решетку.

Свою семью. Эти слова звенели у Эрика в ушах. Они — не его семья, напомнил он себе. Им нужна нормальная жизнь, а не такая, какую он может им предложить.

— Рокси и Джейми сейчас ничто не грозит, — напомнил Гарт. — К тому же не позже чем через сутки Сетон и так будет в курсе, что мы его нашли. Если этот парень действительно такой гений, он наверняка имеет доступ ко всем публичным информационным системам и ко многим частным тоже. Как только Тобиас обратится к файлам с данными о нем, он об этом узнает.

Эрик понимал, что нужно дать Тобиасу время для действий. Но руки у него так и чесались.

— Когда его будут брать, я хочу в этом участвовать, — прорычал он.

— Обязательно, — пообещал Хейген.

Внезапно с улицы вбежала какая-то студентка, вся в слезах.

— Профессор Сетон погиб! — всхлипнула она, промчалась дальше по коридору и скрылась в одном из кабинетов.

Мужчины переглянулись и быстро последовали за ней. Они остановились около двери. В кабинете другая студентка утешала плачущую девушку, а две женщины постарше растерянно смотрели на них.

— Я как раз подъезжала и вдруг услышала по радио... Это случилось вчера вечером. Он вылетел на том крутом повороте около своего дома, машина упала на пляж и сгорела. Гейл всегда говорила, что он слишком быстро водит... — рассказывала девушка между рыданиями.

Эрик оглянулся на Хейгена и Гарта. В следующую секунду все трое уже шли к машине. Они позвонили Тобиасу, выяснили адрес морга, куда отвезли труп, и имя следователя, который вел это дело.

— Тело сильно разбито и обожжено, — сообщил им патологоанатом. — Первичную идентификацию я провел на основании описания внешности в водительских правах Сетона — рост, вес — и того факта, что машина зарегистрирована на его имя. Сегодня утром один из соседей опознал кольцо и часы, найденные на трупе, — они тоже принадлежали Сетону. Уже к вечеру или завтра я получу его карточку у зубного врача для окончательной идентификации.

Из морга они направились к следователю. По дороге Эрик переглянулся с друзьями:

— Думаете, это действительно его останки?

— Очень уж вовремя все произошло, на мой взгляд, — ответил Гарт, и Хейген согласно кивнул. — Я думаю, он сумел подключиться к одной из линий, которые Тобиас считал надежно защищенными, перехватил свой фоторобот и решил, что пора делать ноги. Если он и правда такой умный, как о нем рассказывают, у него наверняка был припасен план отступления.

— Вот и я так думаю, — сказал Эрик.

Следователь Грин оказался на своем рабочем месте.

— Скэнлон, Лоутон и Бишоп? — осведомился он при их появлении.

Хейген кивнул, вежливо улыбнулся и протянул руку.

— Следователь Грин?

Грин поднялся с места и сердечно пожал им руки.

— Мне только что позвонили и попросили оказывать вам всяческое содействие. Вас интересует гибель Сетона? По-вашему, это могла быть не простая авария?

— Да мы и сами не знаем. Надеялись, что вы позволите взглянуть на ваш отчет и немножко пошарить у него дома, — сказал Хейген, взяв на себя роль парламентера, в то время как Гарт и Эрик держались немного позади.

— Вы знаете о нем что-то, что могло бы мне пригодиться? — поинтересовался Грин.

— Мы подозреваем, что он, возможно, тот человек, которого мы ищем, — ответил Хейген.

— Вы — это ФБР?

Хейген неопределенно пожал плечами.

— Ладно, считайте, что я не спрашивал, — криво усмехнулся Грин. — Меня предупреждали, чтобы я не любопытствовал, но такой уж у меня характер.

— Нам просто нужно проверить, не тот ли это тип, — дружелюбно сказал Хейген, которому не хотелось, чтобы следователь решил, будто они вторгаются на его территорию.

Грин долго и подозрительно смотрел на них, потом пожал плечами.

— У меня работы полный стол. Если это дело вас интересует, оно ваше.

— Мы только хотели глянуть на ваш отчет и порыться у него дома, — повторил Хейген. — Мы не собираемся вас оттирать.

Грин перестал дуться.

— Отчет пока в черновом состоянии, — сказал он, передавая Хейгену папку. — Что касается обыска, я не смог найти никаких родственников, так что, видимо, никто не будет возражать.

Хейген отдал папку Эрику и последовал за Грином, который уже направился к выходу.

По дороге к дому Сетона Эрик просмотрел данные, собранные Грином.

— Тут сказано, что в машине был чемодан.

— Да, похоже, он собирался в какую-то поездку, — ответил Грин. — Должно быть, очень спешил. Наверное, опаздывал на самолет, вот и слетел с обрыва. Когда люди торопятся, они совершают большие глупости. — Он хмыкнул. — Вот, например, моя жена. Когда куда-нибудь опаздывает, всегда запирает ключи в машине.

Эрик должен был признать, что Сетон мог впасть в панику, но интуиция подсказывала, что все не так просто. Судя по тому, что они успели узнать о нем, это человек холодный, расчетливый и вполне уверенный, что может справиться с любой ситуацией.

— Неплохое местечко, — заметил Хейген, когда они затормозили перед домиком на побережье, где жил Сетон.

Грин кивнул.

— Соседи рассказали, что он получил большое наследство. На учительскую зарплату такой дом не купишь, да еще у самого пляжа.

— Дорого? — спросил Хейген.

— Не то слово.

Внутри царил безупречный порядок. В кабинете Хейген присел за компьютер и начал просматривать файлы, а Гарт и Эрик принялись за ящики столов и шкафов.

Грин стоял в сторонке и с интересом наблюдал за ними.

— Если захотите поделиться информацией, буду счастлив послушать.

Видимо решив, что доброжелательное отношение следователя заслуживает некоторой откровенности, Хейген сказал:

— Мы ищем человека, который занимается торговлей наркотиками и кражами боеприпасов.

Лицо Грина просияло от удовольствия, что ему оказано доверие.

— И вы думаете, что этот Сетон мог быть тем самым человеком?

— Возможно, — ответил Хейген.

— Я бы сказал, более чем возможно. — Гарт прикрыл дверь в кабинет. На ее обратной стороне висела мишень для игры в «дартс». К мишени был прикреплен фоторобот, который Тобиас разослал по факсу своим знакомым в ФБР и Интерпол. Портрет был весь в дырках от дротиков, а три дротика еще торчали в нем. — Похоже, мы правильно угадали: он узнал, что мы подбираемся к нему.

— Он испугался, собрал чемодан, помчался в автомобиле сломя голову и свалился с обрыва, — задумчиво подытожил Грин.

— Похоже на то, — ответил Хейген.

После того как они отвезли Грина в полицейский участок, Эрик скептически взглянул на своих спутников.

— Вы же не верите, что в машине действительно был Сетон?

Хейген покачал головой.

— По-моему, нет. Слишком уж ко времени пришлась эта авария. Вероятно, у него был заранее намечен для такой цели какой-нибудь бедолага. Готов поспорить на месячное жалованье, что и записи зубного врача подтвердят, что в машине был Сетон. Пусть он думает, что мы купились на его хитрость. Может быть, обнаглеет и сделает ошибку.

— Ты можешь вздохнуть свободно. — Гарт дружески улыбнулся Эрику. — Если даже он еще жив, ему теперь незачем тебя убивать.

— Да, я могу вздохнуть свободно, — согласился Эрик. Вот все и кончилось. Нужно еще оформить усыновление, но у Тобиаса столько друзей в высоких сферах, что бумаги пройдут все инстанции без сучка, без задоринки и без всякой необходимости его, Эрика, физического присутствия рядом с Рокси и Джейми. Они смогут вернуться на ферму, к своей прежней жизни, а он сможет остаться с Тобиасом и снова заняться отловом нехороших парней. Эрику не удалось избавиться от горького привкуса сожаления, и он вынужден был признаться, что ему будет не хватать Рокси и Джейми.

Можно было бы поступить на работу в местную полицию города Зефир, мелькнула у него мысль, но всю жизнь выписывать штрафы за превышение скорости — это не его стиль. Он будет несчастлив и в конце концов сделает несчастными и Рокси с Джейми. Он хмуро усмехнулся. А согласится ли Рокси вообще жить с ним? Она ясно дала понять, что их отношения — временные. Пускай ей нравится делить с ним постель, но она по-прежнему всячески показывала, что не планирует длительной связи.


Рокси изо всех сил старалась держаться бодро, пока они с Джейми сидели вдвоем за огромным обеденным столом. Было поставлено еще два прибора. Один — для Эспер, которая, как выяснилось, жила в домике привратника и часто обедала вместе с Тобиасом, когда ее муж был на задании. Второй прибор был для Тобиаса. Но оба заперлись в кабинете Тобиаса и велели их не беспокоить.

Тобиас выходил недавно из кабинета и сообщил, что Эрик, Гарт и Хейген напали на след, который ведет в местный технический колледж. Он сказал Рокси, чтобы она не волновалась и начинала обедать с Джейми, не дожидаясь его и Эспер. Эспер помогала ему прослеживать банковские счета того человека. Рокси предложила свою помощь, но Тобиас ответил, что у них все под контролем.

— Эрик поймает этого типа, — сказал Джейми.

По его голосу Рокси поняла, что он пытается подбодрить не столько ее, сколько себя самого. Послышались шаги; в столовую вошли Тобиас и Эспер. Когда она увидела выражение их лиц, у нее отлегло от сердца.

— Можно больше не беспокоиться, — весело объявил Тобиас. — Эрик и вы оба в безопасности. Эрик уже не представляет угрозы для человека, который подослал к нему убийц. Негодяй либо погиб в автокатастрофе, либо исчез и появится где-нибудь с новым лицом и новым именем. Если случится последнее, я буду его поджидать. Если он — профессор Мориарти, то я буду его Шерлоком Холмсом.

— Я поставила бы на вас, — сказала Рокси, заметив твердую решимость в его глазах.

Тобиас широко улыбнулся.

— Спасибо, что верите в меня.

— А когда Эрик вернется? — спросил Джейми.

— К утру, — ответил Тобиас. — Гарт и Хейген останутся в Калифорнии, собирать дополнительную информацию, но Эрик пока официально не работает в моей организации, так что я велел ему возвращаться. — Его взгляд упал на Рокси. — К тому же у него здесь дела.

И снова Рокси подумалось, что Тобиас просто подыгрывает ей, делая все, чтобы Эрик к ней вернулся. И она не может на него за это обижаться.

— А теперь ешьте, — приказал Тобиас, отодвигая стул для Эспер. — Гретхен не терпит, когда хорошая еда пропадает.

Джейми уже подносил вилку ко рту, но вдруг остановился.

— Наверное, как только Эрик вернется, мы опять поедем на ферму.

В его голосе Рокси послышалось легкое разочарование.

— Не сразу, я надеюсь, — ответил Тобиас. Он снова перевел взгляд на Рокси. — Можно мне будет поговорить с вами после обеда?

— Да, конечно, — ответила она, но аппетит у нее вдруг пропал. Не собирается ли он порекомендовать ей хорошего психиатра?

После еды Эспер предложила Джейми сыграть в компьютерную игру. Рокси показалось, что Тобиас заранее договорился об этом с внучатой племянницей. Отношение Эспер к Рокси не изменилось, так что она, видимо, не знала о цели этой беседы.

Когда Эспер и Джейми ушли, Тобиас повел Рокси в гостиную.

— Грейс и Сэм Карлсон погибли в автокатастрофе, — сообщил он, как только они уселись. — В живых осталась дочь, Клер. Ей шесть лет, сейчас она находится в больнице в Балтиморе, штат Мэриленд. После аварии она несколько дней была без сознания. Сейчас уже очнулась и скоро полностью поправится. По-видимому, у нее не осталось близких родственников. По словам соседей, которых расспрашивал мой человек, оба родителя были сиротами. Они познакомились в приюте, полюбили друг друга и поженились. Из больницы уже сообщили в социальную службу.

— Так она существует на самом деле? — Рокси не могла в это поверить.

— Да. — Тобиас продолжил мягко: — Я думаю, вам следует съездить, повидаться с ней. Если у вас возникнет к ней такое же чувство, как к Джейми, я помогу, чтобы вам разрешили удочерить ее.

Сердце Рокси подпрыгнуло от радости: у нее будет предлог продлить свое замужество с Эриком! Но она тут же рассердилась на себя.

— Не знаю, хорошо ли будет просить Эрика дожидаться еще и удочерения.

— Если есть нужные связи, наличие мужа не так обязательно, — ответил Тобиас. — С ним или без него, ребенка в любом случае отдадут вам на воспитание, я позабочусь об этом.

— Вы правда это сделаете?

— У вас такой запас любви, а этому ребенку нужна любовь.

Рокси сжала руки, чтобы они не так дрожали.

— Честно говоря, мне немножко страшно. Вернее, даже очень страшно. Как это может быть, чтобы мне приснился ребенок, которого я никогда в жизни не видела?

— Вы же услышали, когда Джейми звал вас, — напомнил Тобиас.

Рокси вскинула голову.

— Я должна ее увидеть.

Тобиас ободряюще улыбнулся.

— Я обо всем договорюсь.

Загрузка...