Эскорт. Полюби меня за деньги

Глава 08

Машина такси тихо остановилась и заглушила двигатель в паре метров от моего подъезда.

— Девушка, будете выходить? — пожилой водитель тихонько толкнул меня пальцем в плечо, и я резко отстранилась от окна пассажирской двери, к которому я прислонилась в надежде немного остудить голову и мысли.

— Простите, — я дернулась и неловко протянула ему деньги за поездку, зажатые в кулаке. Опять мои, а не Романа. Уже второй раз не могу себя перебороть и воспользоваться своим «пошлым» заработком.

Поправив на груди вырез плаща, я аккуратно выбралась из машины и гордо расправила плечи. Просто я, просто приехала домой на такси.

Хотя…

Блядь.

Шалава.

Проститутка.

Именно это должна была бы я услышать в след после возвращения от Романа, проходя мимо бабушек, мирно сидящих сейчас на лавочке возле подъезда и улыбающихся мне. Но они молчали, так что я сама перечислила этот нехитрый список себе под нос.

Каблучки звонко процокали по полуразвалившимся ступенькам на третий этаж, и в полумраке лестничной клетки под скудным освещением тускло мигающей лампочки-сороковки, я уперлась в того, кого меньше всего хотелось бы сейчас увидеть.

— Привет, — у двери квартиры меня встретил Борис, привалившийся к облупившей стене. Усталый, с расстегнутой на груди дизайнерской рубашкой и без галстука. Он тут как что-то инородное с этой своей стильностью и идеальной мужской красотой. Ну, простите, это не наша квартира в новостройке, которую Борис купил три года назад, где консьерж и уборщица ежедневно следят за порядком.

— Привет, — роняю я тихо.

Встретить мужа на пороге квартиры в плаще на голое тело — тот еще экстрим. И это не упоминая того, что всего какой-то час назад меня имел незнакомый мужчина за деньги.

Несмотря на довольно теплую погоду, по коже пробежал холодок:

— Ты что-то хотел?

— Поговорить. Пустишь? — его глаза цепляются за вырез плаща, в котором не видно края блузки, за высокую шпильку и припухшие губы.

— Проходи, — веду плечами и отворачиваюсь к двери. Все это уже давно не его дело.

Внутренний дискомфорт заставляет скорее открыть квартиру и проскользнуть внутрь, мне срочно нужно одеться, чтобы разговаривать с Борисом на равных. В полуголом виде даже глаза поднять на него не получается.

— Мне нужно пару минут, — устало бросаю ключи на комод и сбрасываю туфли. — Сделай кофе, если не сложно.

Вижу, что Борис как обычно окидывает мою квартиру пренебрежительным взглядом и поджимает губы. Для его тонкого вкуса, привыкшего ко всему, что выше среднего, это место — почти пощечина. И как только не надоело еще таскаться сюда.

В ванной быстро натягиваю на себя белье, джинсы и майку. Облегченно выдыхаю, потому что в одежде чувствую себя нормальным человеком. Очень хочется еще сходить в душ, но я не решаюсь. Надо выпроводить нежданного гостя.

Но сначала нужно наконец расставить все точки над и в наших с Борисом отношениях и чувствую, сейчас будет не самый простой разговор. Хватит ему ко мне ходить, я больше не глупышка, которой можно безнаказанно помыкать.

Опираюсь ладонями на раковину. Из зеркала на меня смотрит женщина, у которой стопроцентно недавно был секс. Глаза блестят, губы опухли. Провожу по ним подушечками пальцев, и горячее дыхание и стоны Романа сразу обрушиваются на меня. Его черные глаза в паре миллиметров от моих и член во мне, такой твердый, наполняющий до отказа.

Отмахиваюсь от этого морока и быстро умываю лицо от косметики. Прохладная вода немного отрезвляет, и я уже более собранной выхожу из ванной.

На кухне меня встречает чашка горячего дымящегося кофе и Борис. Он выглядит встревоженным и неотрывно изучает меня.

— О чем ты хотел поговорить? — присаживаюсь напротив него и стягиваю волосы в хвост.

— О нас, — тихо выдает он.

— Нас больше нет, Борь. Есть я и есть вы со Светой, — сама не верю, насколько отстраненно получается ему отвечать. Похоже, Романотерапия работает.

— Ань, я все еще люблю тебя, — Борис протягивает руки и накрывает мои, от чего я дергаюсь и сцепляю ладони на коленях.

— Прекрати, — слова летят сквозь зубы, — сколько можно, Борис? Я видела вас со Светой, как вы целовались. Ты ее любишь.

Его взгляд тухнет и задерживается на чашке кофе:

— Но и тебя все еще люблю, — продолжает он упрямо. — Где ты была, малышка? Я сорок минут тебя прождал.

— У меня есть любовник, Борис. Я была у него, — ровный голос даже не дрогнул, это уже хоть какой-то успех. — Запасной аэродром по имени «Анна» официально закрыт.

— Ты врешь, — Борис стискивает зубы.

— Почему, Борис? Я не имею права на свою жизнь? — выдыхаю обреченно и постукиваю пальцами по столу.

— У тебя не будет никакой своей жизни, — Борис ударяет ладонью по столу, — и ты все врешь, нет у тебя никого. Я же вижу, как ты на меня смотришь Аня. Так же, как и раньше. Ты меня любишь, — его уверенный тон и слова припечатывают меня к стулу и вышибают всю уверенность.

Борис поднимается со стула и усаживает меня на кухонный стол. Его руки давят на мои плечи, прокатываются по груди и ложатся на талию. Так по-хозяйски, что сил возразить нет.

— Ну вот, ты же вся дрожишь, — он ведет носом по моей голой шее и жжет кожу своим дыханием.

— Я спала с другим, Борис, только что, — мои слова повисают между нами, и я толкаю мужа в грудь, — и буду спать с ним дальше.

Вру, с Романом я больше не увижусь. Но соврать в такой ситуации, не грех.

— Кто это? — ладони мужа спускаются на стол и смыкаются в кулаки по обе стороны от моего тела. — Антон?

— Нет, и тебя это не касается. Мы разводимся, Борис. Просто оставь меня в покое.

Во мне теплится слабая надежда, что всему конец. Я больше не принадлежу ему. Когда-то именно муж сделал меня женщиной и был единственным мужчиной, который когда-либо прикасался ко мне. Но теперь все.

— Не дождешься, — он отталкивается от стола и направляется к двери, — чтобы завтра была на работе. Там поговорим.

Закатываю глаза к потолку. Так просто, как я думала, не будет.

Минута, и Борис зло хлопает дверью, оставляя меня в одиночестве. А я слабо улыбаюсь сама себе. Каждый такой «разговор» с ним заканчивался сексом и одинокой рефлексией после его ухода. Но только не сегодня.

«Ты как? Все прошло хорошо?» — разглядываю Катино смс, все еще восседая на столе, и вдумываюсь в смысл написанного.

Прошло ли все хорошо?

С точки зрения того, что я поработала разик проституткой, думаю, справилась я на отлично. А вот как я себя после этого чувствую, вопрос другой.

Меня не грызет совесть и не мучают сомнения. Все гораздо хуже. Я хочу еще. Этого мужчину, этот крышносный секс с ним. Хотя совесть и сомнения наверняка накроют с утра, когда эмоции отпустят, но сейчас я все еще в том моменте.

«Все прошло хорошо, давай поговорим завтра».

Оставляю телефон на столе в кухне и забираюсь под душ в ванной.

Вода постепенно смывает с меня запах Романа, его вкус и прикосновения. Провожу ладонью у себя между ног и сладко вздыхаю.

И почему так мало?

Все такое чувствительное внизу и требует продолжения. С Борисом так не было. Хотя может, дело в том, что с мужем мы были вместе продолжительное время и ощущения притупились?

А Роман — это мужчина, который достался мне случайно и на один раз. Интересно, если бы он встретил меня где-нибудь на улице и я была обычной девушкой, он бы обратил на меня внимание? Хотя судя по его квартире и уровню доходов, вряд ли мы могли бы где-то пересечься. Такие мужчины обитают в совсем других местах. Они не гуляют по общественным паркам, не сидят в уличных кафешках и не ходят в кино.

У них свой мир с элитными клубами, спортивными автомобилями, дорогими женщинами и возможностями, которые мне сложно себе представить.

Мы с Борисом не бедствовали, конечно, его небольшая студия дизайна пользовалась успехом, и мы смогли позволить себе и квартиру, и хорошую машину, но это и близко не соразмерно доходам Романа.

А сейчас у меня вообще откат на пять лет назад. Мамина старенькая двушка, метро и скромные сбережения, которые у меня все же хватило ума откладывать на черный день.

После развода я получу часть имущества по брачному договору, но это будет совсем небольшая сумма. Борис оказался намного умнее влюбленной в него дурочки. Я считала, что наши чувства навсегда, и подписала то, что адвокат мне подсунул, даже не удосужившись почитать. Думала, любимый не обманет, зачем это ему.

Ну а теперь за свою глупость и доверчивость расплачусь сполна.

Я все же выпила остывший кофе и забралась в холодную кровать. Спать не хотелось, мысли, словно пчелы в консервной банке, гудели, не давая сомкнуть глаз.

Надо как-то придумать, как уйти из студии без скандала и записи в трудовой. Отрабатывать двухлетний контракт я точно не смогу. Смотреть, как Борис строит новую семью и растит ребенка, будет невыносимо. Чувства к нему никуда не деваются. Я гашу их, запихиваю в самый темный угол, даже пытаюсь вытравить с помощью другого мужчины. Но пока никак. Борис все равно видит, что не безразличен мне и, похоже, будет использовать это до последнего.

Становиться любовницей бывшего мужа жалко, такого я точно не достойна, так что нужно будет что-то поскорее придумать.

Черт, но как же Роман был хорош. Рука непроизвольно накрывает грудь и сжимает сосок.

И почему он не захотел продолжить?