Глава 58

После больницы, заехав к Галке, обнаружила ту дома, сидящей на кухне, с какой-то парой на вид не очень интеллигентных людей. Нет, Фрося не чуралась работяг и колхозников, но это были неприятные на вид люди, явно спитые с грубыми замашками, которые, нагло осклабившись, смотрели на неё, держа в руках стопки с водкой. Фрося не стала корить верную жену Валеры за эту пьянку, хотя в её душе поднималась буря негодования, вот, уж настоящая подруга жизни, когда твой муж находится в плохом состоянии в реанимации, сидеть и квасить с какими-то проходимцами. но, та сама задела Фросю.

— Что смотришь на меня, словно я тебе миллион должна, лучше подсаживайся и выпьем, всё же праздник сегодня.

— Галя, я за рулём, да, и дела надо срочно решать Валерины, а иначе потом вашу хату на счётчик поставят, слыхала, сейчас и такое бывает.

— Слыхала, пусть выходит из больницы и сам расхлёбывает, а я пока поживу.

— Живи, живи, только скажи, ты, забрала из его кооператива готовые босоножки или только материалы?

— Всё забрала, а иначе бандюги очистят.

— Оборудование и мебель тоже?

— Я же тебе сказала, что всё.

И, увидев Фросину нерешительность, дурашливо засмеялась.

— Что голубка, денежки твоего дружочка тю-тю, уплыли. Кривая падла, думал от меня занэкать, а я как тот Шерлок Холмс, всё найду.

Фрося уже чуть сдерживалась:

— А, кто будет платить за аренду и бандитам?

— А мне до фонаря, плевать даже, кто его хоронить будет, падлюка, деньги от меня прятать, он ещё у меня попляшет, сволочь.

— Давай ключи и дубликаты от кооператива.

Фрося протянула ладонь.

— Да, забери ты их от меня, и сама расхлёбывай эту кашу, ты баба богатенькая, умеешь мужиков толковых себе подбирать, тот из Америки, которому в январе по башке дали, видно, хорошую тебе капусту отвалил.

Фрося швырнула ключи в сумочку.

— Сволочней людей, чем ты, я ещё не встречала, как мог Валера на такую мерзость запасть, ума не приложу. Ты думаешь, что всегда будешь молодая и здоровая, ошибаешься, так пивши, скоро потеряешь человеческий вид, а душу ты уже давно потеряла.

И, выйдя за порог, со всего маха закрыла за собой дверь, так, что грохот сотряс все этажи. Она, не дожидаясь лифта, бежала вниз по лестнице, продолжая мысленно поносить всякими словами Валерину женщину, к которой никогда не чувствовала симпатию. Села в машину и, заведя её, сама себе вслух сказала: — полным дураком будет, если останется жить с этой сукой.

Действительно, внутри кооператива Карпеки было пусто, только на полу валялся разнообразный рабочий мусор — две тысячи, две тысячи… пока выйдет из больницы, духа от них не останется, дурила. В течение трёх дней она приезжала в кооператив и поднималась, в находящийся наверху офис, но толи дверь не открывали, толи, хозяина на месте не было. Прошлась по другим арендованным здесь помещениям и всё же выудила у одного из съёмщиков телефон местного царька. Вернувшись домой, набрала данный ей номер:

— Здравствуйте, Владислава Антоновича можно позвать к телефону?

— Я вас слушаю.

Что-то знакомое показалось в голосе арендатора, надо дальше вести разговор, может и правда она не ошибается.

— Владислав Антонович, мне необходимо с вами срочно встретиться, чтобы заплатить за аренду, вместо моего друга Валерия Карпеки, который попал в больницу с обширным инфарктом и вряд ли в будущем будет нуждаться в этом помещении.

— А почему срочно?

— Потому что идёт новый месяц, а деньги за предыдущий не внесены. Аренда арендой, это можно было бы пережить, но ребята включили счётчик, а моему другу платить нечем, и я хочу, как можно быстрей погасить долг.

— Резвая больно, сейчас праздники, зайдёшь ко мне в офис после пятнадцатого.

— Что, хотите нагреться на несчастье больного человека?

Фрося задала этот вопрос, сжав от злости зубы.

— Мы договор заключали со здоровым, а ты мне можешь любую туфту сейчас впарить.

— Тебе, что, заключение врача принести, чтобы братки счётчик отключили, фраеров ищите, чтобы на бабки разводить, между прочем, ментам мы тоже отстёгиваем, придётся к капитану Ерофееву обратиться.

— Ты, чего парашу нюхала, на зоне чалилась, что так широко пасть открываешь, ещё повозбухаешь, быстро прикроем.

— Владислав Антонович, а может к тебе обращаться Меченный? Ты, должен помнить, что парашу, хоть и недолго, но нюхать мне пришлось.

— Кто ты, напомни?

В голосе у собеседника появился интерес.

— Попробую, хотя прошло уже пятнадцать лет.

— Ну-ну, у нас память хорошая, своих не забываем.

— Я Фрося, ты со старым грузином Мирабом помогал мне от зоны открутиться.

— Погоняло есть?

— Ты мне дал — Полячка.

В трубке на несколько секунд наступила тишина, видимо, шла работа мысли.

— Вроде что-то припоминаю, но не уверен. Канай сюда, можешь сейчас?

— Могу, называй адрес.

Фрося по боковой лестнице поднялась на второй этаж, где находился офис, расположенный над клетушками, сдаваемыми под аренду, тут же, между прочими, был кооператив Карпеки. Она постучалась, ей открыл двери необъятных размеров мордоворот.

— К кому?

— К Владиславу Антоновичу.

— Он ждёт, назовись?

— Полячка.

Громила крикнул в глубь помещения:

— Антонович, Полячку ждёшь?

— Жду, жду, впускай её сюда.

Здесь у Фроси уже не было сомнений, голос принадлежал безусловно, старому знакомому. Тут же появился и он — одетый в лёгкий серый костюм и при галстуке, но лицо… лицо было его, только в улыбке блестела не железная фикса, а полный рот золотых зубов.

— А-а-а, правда Полячка, пани Фрося, заходи, вот это встреча.

Загрузка...