Жена по вызову с другой планеты

Глава 13. Пикник

Габриэлла

Следующая неделя прошла не так, как предыдущие. Теперь уже Вейлор стремился прийти домой пораньше или заскочить на обед, но я старательно проводила время вне его квартиры, а если погода была не очень, то запиралась с ноутбуком в своей комнате. Было противно видеть этого предателя, поэтому я чуть не проморгала тот день, когда планировалась встреча с родственниками Вейлора.

— Ты же помнишь, что сегодня мы летим к моим родителям? — застал меня супруг врасплох, когда я выбежала из спальни к холодильнику за перекусом.

— Что? — Я так и замерла, не сразу сообразив, о чём идёт речь. Мне только что позвонили из канцелярии Аппарата Управления и сообщили, что полностью восстановили списки пассажиров рейса ГХ-157 пятнадцатилетней давности. Теперь дело за малым — связаться со всеми и найти среди цваргов того самого. По прикидкам секретаря АУЦ, на это уйдёт два или три дня, а дальше я свободна: переведу деньги на счёт моего спасителя, скажу искреннее «спасибо» и рвану на Эльтон.

— Днём пикник на свежем воздухе, мясо и овощи гриль, ничего особенного, просто приятный семейный обед. Родители, их друзья, кто-то с парами, кто-то с детьми, — продолжил Вейлор, зачем-то повернув голову в мою сторону.

Вот зачем он так делает? Да ещё и без очков… Как будто знает, как его турмалиновые глаза с фиолетовыми крапинками на меня действуют! Агр-р-р!

— И ты даже не расскажешь всем сходу, что я купленная женщина? — не удержалась от шпильки.

— Нет. — Вейлор поджал губы и наконец-то отвернулся. — Я уже просил прощения за это, Габи. Давид думал, что ты хочешь увести инвестора, а те сотрудники подслушали…

— Ты и Давиду ничего не должен был рассказывать!

— Да, ты безусловно права. — Мужчина кивнул. — Я обманул твоё доверие и не знаю, как это исправить. Но у нас был уговор, и я очень прошу выполнить условия с твоей стороны.

Я вздохнула. Да, несмотря на то что Вейлор поступил некрасиво, визу-то на Цварг он мне сделал.

— Ладно.

Напряжённые плечи цварга чуть расслабились.

— Спасибо. Будь готова к двум.

***

Вейлор де Бьён

Десяток друзей родителей и дальних родственников собрались в беседке у озера. Мама всегда обожала пикники на природе, а уж мясо на гриле — её любимое блюдо. Она несколько раз связывалась со мной накануне, уточняла, подойдёт мне утка, свинина или кролик, затем ещё раз звонила: не прислать ли водителя? Я напомнил, что у меня есть Персиваль, она хмыкнула и ответила, что, на её взгляд, он плохо справляется с обязанностями… В глазах матери мне требовались трость, поводырь, секретарь, помощник по личным делам, водитель, дворецкий и непременно жена… Собственно, на последнем пункте она настаивала последние пятнадцать лет так сильно, что я и решился на план с фиктивной женитьбой. Проще сделать вид, что у меня кто-то есть, чем всякий раз пытаться объяснить, почему мне этого не требуется.

— Мам, познакомься, это моя жена — Габриэлла. Габи, это моя мама — Алиса де Бьён, — представил я женщин друг другу и внутренне напрягся, ожидая подозрений со стороны матери.

Она тот ещё детектор лжи. Несмотря на то что у нашей расы лишь мужчины обладают рогами-резонаторами, мне иногда кажется, что они у неё вшиты в подкорку. Но от матери внезапно пришла теплая волна по ментальному фону, и она предложила Габи помочь ей с пледами.

За каких-то полчаса после нашего приезда все разделились по парочкам или тройкам, и лишь я один остался сидеть в беседке, не представляя, чем заняться. Слушать сообщения по работе с автоответчика — дурной тон, Персиваль улучил момент и смотался во флаер со словами, что чувствует себя лишним, Габриэлла, судя по откликам бета-колебаний, прекрасно проводит время на другом конце поляны, а общаться с друзьями родителей — нет сил. Их пахнущая сыростью жалость перекрывает любые другие эмоции.

— Поссорились, да?

— Что?

Голоса у отца и его младшего брата очень похожие — низкие, басовитые, но я всегда их отличал по бета-волнам: эмоции дяди сложно с кем-то спутать. Удивительное дело, но после злосчастной поездки на ГХ-157 только с Ирэном отношения не изменились: как были уважительно-ровными, так и остались. Никакого сочувствия или жалости в мой адрес, лишь самые обычные эмоции, какие испытывают здоровые гуманоиды по отношению друг к другу.

— Габи, говорю. — Ирэн шумно вздохнул где-то в метре справа, у самого входа в беседку. — Классная у тебя жена, завидую от души. Хорошенькая, позитивная, никакой надменности, часто свойственной женщинам. Но то, что она на тебя в обиде, чувствуется, конечно, за парсек. Алиса хоть резонаторов и не имеет, но ты бы лучше за Габи приглядывал, иначе как пить дать — уведут такую красотку! Вон Поль засматривается. Мал ещё, а уже лыжи смазал…

Впервые стало неловко от того, что я обманываю родственников, но не успел я обдумать, что ответить на эти слова, как дядя вновь скакнул с темы на тему:

— А братец мой что? Так и продолжает тебя избегать?

Я пожал плечами: по прошествии пятнадцати лет ничего не изменилось. Родители по-своему справлялись с моей слепотой. Если Алиса превратилась в гиперопекающую мамашу, то отец отдалился сразу же, как только ему сообщили, что это неизлечимо. Даже на это мероприятие он в последний момент нашёл уважительную причину не идти.

— Кажется, я стал самым большим его разочарованием в жизни.

— Ну и дурак он, — внезапно громыхнул Ирэн. — Как дураком был, так и остался, а в детстве вечно строил из себя старшего и мудрого, а сам-то… пф-ф-ф! Хотя я, конечно, не знаю, как бы отреагировал, если бы единственный сын ослеп. У меня и детей-то нет, так далеко фантазия не заходит…

— Нормально ты отреагировал бы. — Почему-то не получилось не улыбнуться. Хотя Ирэн был втрое меня старше, я совершенно не чувствовал разницы в возрасте между нами.

— Слу-у-шай, я пока с тобой тут языком чешу, у меня шашлык подгорает! Пойдём, поможешь!

Ирэн размашисто хлопнул ладонью по спине «шевелись давай», и мне ничего не оставалось, как, ориентируясь на его бета-колебания, выйти из беседки, дойти до зоны с мангалами и встать неподалёку от одного из них. Аромат сочного мяса тут же защекотал ноздри, а жар углей с первым порывом ветра буквально облизал тело.

— Та-а-ак, мне помощь нужна, — тем временем продолжил командовать дядя. — Значит, я пока тут следующую решётку рыбой забью, ты шампуры крути. Смотри у меня, чтоб не подгорело!

С этими словами он положил мои пальцы на разгорячённые металлические ручки. Прежде чем я успел возмутиться, что «смотреть» точно не смогу, Ирэн добавил:

— Знаешь, какая женщина всегда божественно готовит мясо и никогда не ошибается?

— Ну? — спросил с подозрением.

— Моя микроволновая печь с конвекцией! — ответил дядя и громко расхохотался. — Она это по минутам делает.

Намёк был понят. Я кивнул и мысленно начал отсчитывать. Один, два, три…

***

Габриэлла

Обед с родственниками и друзьями родственников Вейлора оказался в разы приятнее корпоратива. Никто не окидывал меня оценивающими взглядами, не относился сходу как к беллезе, не спрашивал, сколько беру за ночь… да по большому счёту никто как будто даже не обратил внимания, что я эльтонийка, а не цваргиня. Все вели себя так, будто бы знали меня уже небольшую вечность, и это импонировало. В именах я запуталась где-то на одиннадцатом представленном цварге, но в итоге плюнула и просто всем приветливо кивала и улыбалась.

Алиса развела бурную деятельность. Она каким-то фантастическим образом смогла организовать и нагрузить работой сразу всех гостей. Одни носили пледы и зонты от солнца, другие должны были принести угли и жидкость для розжига, кто-то отошёл к озеру, чтобы набрать воды, кто-то должен был раскидать подушки в беседке, кто-то — нанизать кусочки виноградин и сыра на крошечные палочки-канапе.

— Габи, а ты не поможешь мне из флаера ещё пару пледов притащить для мелких? Надо сходить на парковку, — спросил Поль, щурясь от яркого солнца, — приятный молодой цварг с красивыми чертами лица, которому только-только исполнилось восемнадцать лет. Как я поняла, он был сыном друзей де Бьёнов-старших.

Я вздохнула, так как идти никуда не хотелось, ноги уже гудели от беготни по поляне, но на помощь неожиданно пришла Алиса.

— Не надо им никаких пледов! Лучше организуй детей, чтобы все сухих веток принесли для костра.

— Хорошо.

Поль отчего-то расстроенно посмотрел на меня, но тут же спохватился и отправился в самую шумную часть поляны, где носились маленькие цварги от шести до двенадцати.

— Алис, какие ветки? Мужчины только что три мешка углей к беседке принесли, — шёпотом сказала я, стоило парню отдалиться.

— Пускай идут, зато дети энергию потратят и будут более голодными. Ко всему, ничего плохого в том, что они приберутся в ближайших окрестностях, — подмигнула цваргиня, что моментально сделало её моложе лет на двадцать, а то и тридцать.

Я рассмеялась.

— Хитро.

— У меня большой опыт в воспитании, — кивнула женщина. — Главное, чтобы они думали, что делают что-то очень важное. Вы, кстати, с Вейлором с детишками не затягивайте, — сказала Алиса, а я чуть не выронила пластиковый контейнер с нарезанными кубиком кусочками сыра. Поймала в последний момент.

Мне вдруг остро стало стыдно, что я обманываю эту замечательную женщину, ведь никаких детей мы с Вейлором точно не собирались заводить.

— Эм-м-м… Я не думаю, что в ближайшие годы мы будем готовы на столь серьёзный шаг.

Алиса достала упаковку новых палочек и тяжело, как-то надрывно вздохнула:

— Но ты же ведь понимаешь, что ваши дети будут зрячими, да? Это всего-навсего несчастный случай, а уже в три-четыре года малыши вполне самостоятельны, могут сами себе положить еду или почистить зубы…

В первую секунду я не поняла, что именно пытается втолковать Алиса, но когда смысл дошёл до сознания — я обалдела.

— Вообще-то Вейлор тоже самостоятельный.

— Да, но… Габи, ты же понимаешь, что я хочу сказать! — всплеснула руками матушка фиктивного мужа. — Не заставляй это проговаривать вслух.

— Нет. — Я даже контейнер отложила в сторону. — Я действительно не понимаю.

Алиса поджала губы и бросила взгляд на беседку, в которой сейчас Вейлор болтал со своим дядей. Ирэн мне, кстати, сразу как-то очень понравился. Несмотря на лишний вес и чрезвычайно громкий голос, этот цварг показался добродушным, да и к Вейлору относился иначе, чем все собравшиеся. Это не звучало в речи, но чувствовалось в жестах и взглядах. Он разговаривал с ним как с равным, но если на корпоративе такое отношение к де Бьёну было следствием того, что он старался выглядеть обычным, то родственники и их друзья прекрасно были в курсе личной трагедии Вейлора.

Алиса тяжело вздохнула.

— Послушай, Габриэлла… — Она прикусила губу, явно пытаясь подобрать подходящие слова. — Вейлор очень-очень хороший, и я рада, что он встретил такую чудесную девушку, как ты. Ещё больше я благодарна тебе за то, что ты согласилась выйти замуж…

— Вы понимаете, что такими рассуждениями его оскорбляете?

В душе я всё ещё глубоко обижалась на Вейлора, но логика Алисы задела настолько, что чувство острой несправедливости заставило встрепенуться.

— Да-да, я всё понимаю, он против, когда его называют инвалидом, и даже Планетарная Лаборатория не стала исключать Вейлора из списков рекомендуемых кандидатов в супруги… то есть после того, как он женился, его, конечно же, исключат, но все эти годы он был там…

— Вот именно! Даже ваша Планетарная Лаборатория сочла его нормальным, почему вы-то не считаете?!

— Но он же ничего не может!

— Как не может? Вон, — я оглянулась и, найдя взглядом супруга, сказала, — прямо сейчас шашлыки жарит.

— Ох, ерунда это всё, — Алиса небрежно махнула рукой. — Мясом занимается Ирэн, не Вейлор. С таким же успехом можно и пятилеток назвать самостоятельными. Понятное дело, что без взрослого ни один ребёнок не сможет прожить.

— Вейлор вполне самостоятельно готовит или заказывает еду на дом, чистит зубы, составляет стильный гардероб, ходит в горы и зоопарки, планирует поездки, встречает знакомых в космопорту и делает множество других вещей, — возразила я ошеломлённо.

«Он даже набить морды двум в край охамевшим цваргам может, если понадобится».

— Да, но ведь ему всегда кто-то помогает, тот же Персиваль.

Я закатила глаза. Что за упрямая женщина?

— Ваш сын успешно управляет крупной консалтинговой фирмой и «того же Персиваля» оплачивает из своего кармана. Многие состоятельные гуманоиды пользуются услугами личных секретарей и водителей. Это не считается позорным!

Собеседница несогласно поджала губы.

— У Вейлора был стартовый капитал, он всех нанял, а дальше бизнес сам себя сделал.

Сам себя сделал?!

От накатившего возмущения я даже рот приоткрыла. Впахивая маркетологом много лет на Эльтоне, я представить себе не могла, сколько сил, энергии и нервов тратит Вейлор, чтобы его консалтинговая фирма приносила такие доходы, на которые он может купить шикарную квартиру и провести корпоративный вечер с живыми фонтанами. Невооружённым взглядом видно, что он смог выстроить отличный рентабельный бизнес, который даёт множество рабочих мест. А ситуация с Тобиасом и Темиром? Да разве стали бы конкуренты идти на такие вопиюще отвратительные методы, как кража информации, если фирма супруга была «середнячком» на рынке?!

Госпожа де Бьён, очевидно, что-то прочла на моём лице, потому что тут же торопливо поправилась:

— Габи, к тебе никаких претензий нет. Я, наоборот, очень-очень рада, что ты снизошла до моего мальчика. Но не стоит приукрашать заслуги Вейлора, я же не слепая. И так всё понимаю.

Ох, лучше бы она промолчала…

Не знаю, до чего мы бы доспорились с Алисой, если бы в этот момент звучный голос Ирэна не огласил всю поляну:

— Мясо готово! Налета-а-й!

Все засуетились, кто-то пошёл к мангалам, чтобы помочь перенести шампуры и решётки с едой, кто-то вспомнил, что забыл компот во флаере, откуда ни возьмись прибежали шумные дети… В конце концов, огромная разношёрстная компания взрослых и подрастающего поколения кое-как расселась по пледам и скамейкам в беседке.

Не хватило тарелок.

И стаканов тоже оказалось впритык…

— Я сейчас сгоняю до ближайшего магазина. — Один из цваргов, чьё имя я забыла, подхватил связку ключей. — Ещё что-то купить надо?

— Оставь, Жан, пока ты туда-сюда слетаешь, всё остынет, будет не так вкусно, — остановил его Ирэн.

— Что предлагаете? — в разговор влезла жена Жана. — Неужели нам руками есть?!

Я покосилась на её птичье-когтистый маникюр и мысленно содрогнулась. Тут не руками, тут ногтями получится…

— Вилок-то хватает. — Ирэн пожал плечами как ни в чём не бывало. — Поль, сполосни вот эту миску от маринада, сейчас туда десяток шампуров кролика снимем, и у нас получается плюс несколько свободных тарелок…

Уставших от беготни и сбора веток детей устроили на гигантском пледе с огромной миской по центру. Каждому выдали по прибору, и никто даже не заикнулся об отсутствии личной посуды. На взрослых не хватило ровно одного пластикового блюдца, и, видя расстроенное лицо Алисы, я демонстративно подхватила ароматный кусочек мяса из тарелки Вейлора. Лица у нескольких мамзелей основательно вытянулись — видимо, я нарушила очередное бредово-этическое правило Цварга, — но все промолчали.

Остаток вечера прошёл мирно. Все болтали на нейтральные темы: о погоде, изменениях на валютном рынке, акциях, тающих ледниках и редких животных.

В какой-то момент Вейлора спросили, как он со мной познакомился. Мы уже проговаривали этот момент и решили рассказать его максимально близким к правде: через агентство — без упоминания сферы деятельности оного, — по деловым вопросам. Я добавила, что работаю маркетологом, и все сами додумали тонкости, зная, чем занимается фирма супруга.

— Ох, жаль, что Давид сегодня не с нами. Вейлор, а почему ты его не позвал? — поинтересовалась Алиса и тут же добавила, обращаясь ко мне: — Это лучший друг моего сына, я помню, как они вот такими крохами в нашем саду на деревья карабкались и вешали цветные ночные лампочки, на которые слетались мотыльки! — Она показала ладонью высоту на уровне столешницы.

Я почувствовала, как плечи мужа напряглись.

— Гм-м-м… в последнее время у нас с ним на многое расходятся взгляды. Сейчас он занят на фирме, нанимает новых сотрудников в отдел службы безопасности из-за недавнего инцидента.

— О, какой молодец! Даже в выходной работает, — прицыкнула языком мама супруга. — Габи, а у тебя подружки или сестрёнки младшей не будет?

Хорошо, что я проглотила сок, иначе точно бы поперхнулась. Не успела я отставить стаканчик, как Алиса продолжила:

— Такой бедный мальчик, мне его так жаль… Представляешь, он три года ухаживал за цваргиней и рассчитывал сделать ей предложение руки и сердца, как выяснилось, что всё это время она ходила на свидания ещё с одним цваргом, и именно его она и выбрала, хотя Планетарная Лаборатория по предварительным анализам сообщила, что их совместимость ниже, чем с Давидом!

— Что?

Я всё-таки отставила напиток подальше.

— На моей родине женщин рождается существенно меньше, чем цваргов, и не во всех семейных парах появляются дети, — спокойно пояснил Вейлор. — Планетарная Лаборатория — это организация, которая собирает генетический материал у граждан и строит прогнозы на вероятность появления потомства. Как правило, одной цваргине предлагают целый ворох анкет, чтобы она могла встретиться со всеми заинтересовавшими её мужчинами и выбрать подходящего.

«Ого, выходит, Давиду предпочли другого, и вот почему он так себя ведёт», — подумала я про себя.

Тем временем Вейлор обратился к матери:

— Та цваргиня вела себя в рамках общественных норм, и то, что Давид себе на воображал свадьбу и прочее — лишь его проблемы. Она ничего ему не обещала.

— Она назвала его недостойным, — возмутилась Алиса. — Здоровый, красивый мальчик, который прекрасно управляет фирмой…

Над столом опустилась звенящая тишина. И дело было даже не в том, что мать Вейлора заблуждалась касательно бизнеса, дело было в эпитете «здоровый». Спина сидящего рядом мужа закаменела.

— Кхе-кхе, — резко вмешался в разговор Ирэн и громко похлопал себя по груди. — Да кто этих женщин, знает, что им нужно? Формой рогов не угодишь или размером…

— Ирэн!!! — хором воскликнули сразу несколько цваргинь, а я с трудом удержалась, чтобы не рассмеяться. Хорошо он всё в шутку перевёл.

— Хвоста, размером хвоста, разумеется! — дядя Вейлора театрально расширил глаза. — А вы что подумали? Я вон, красавец, а всё ещё холост!

На этот раз засмеялись уже многие, а Вейлор неожиданно обнял меня, и так хорошо стало… Я тщетно старалась убедить свой организм, что это просто к вечеру похолодало, а у него руки тёплые, и порхание бабочек в животе — исключительно потому, что мясо удалось.

Когда мы прощались, Алиса внезапно крепко обняла и сказала на ухо, что о такой невестке даже и не мечтала. Я не нашлась с ответом.

Сына она тоже обняла и что-то сунула ему в руки, я так и не поняла, что это было.

Уже совсем поздно, перед самым сном, Вейлор тихо поблагодарил:

— Спасибо, Габи, что провела этот день с моими родственниками. Я думал, будет катастрофа, но, кажется, мама действительно поверила в наши отношения и… — он потёр шею, — в общем, спасибо.

— Да не за что, это было не трудно.

Я замерла на пороге выделенной мне спальни, явственно чувствуя, что Вейлор хочет добавить что-то ещё. Но он молчал. Тогда сказала я:

— Кстати, я через два дня возвращаюсь на Эльтон. Уже взяла билеты.

— Что? — Цварг вздрогнул и облизал губы. — В смысле… не ожидал, что так быстро. Ты все дела здесь сделала, какие хотела?

— Почти. АУЦ звонили, сказали, что составили списки пассажиров и вот-вот найдут мужчину, который мне нужен.

— Пассажиров? — заинтересовался Вейлор.

— Ага. Я пятнадцать лет назад чуть не умерла на космическом лайнере из-за отключения силового поля... Один добрый цварг поделился со мной кислородным шлемом. Я хотела сказать ему «спасибо» лично и отправить деньги.

Супруг ничего не ответил, а я, так и не дождавшись от него какой-либо реакции, отправилась спать.

***

Вейлор де Бьён

Если бы меня приложило тройной гравитацией на корабле, я бы чувствовал себя лучше. Шварх! Да если бы я внезапно прозрел, то у меня бы не так подкашивались ноги!

Я не знал, что и думать, во рту внезапно пересохло, в груди что-то сжалось, голова закружилась, в ушах зазвенело…

«Я пятнадцать лет назад чуть не умерла на космическом лайнере из-за отключения силового поля... Один добрый цварг поделился со мной кислородным шлемом».

Если бы где-то рядом извергся вулкан или сошла лавина с гор, я бы и то не был потрясён так сильно, как после слов Габи.

Лайнер. Эльтонийка. Шлем.

Пятнадцать лет.

Могло ли это быть совпадением?! Могло ли это быть извращённой насмешкой Вселенной, случайностью, какие происходят один на миллион, или же это невидимые нити прошлого соединяют нас с Габи?!

Стоило двери в гостевую спальню захлопнуться, как я на ощупь, касаясь стены, вернулся в свою и дал браслету команду:

— Звонок секретарю.

— Добрый вечер, господин де Бьён. Вы что-то хотели?

Персиваль, как всегда, был безукоризненно вежлив. Будто не он ждал нас с Габриэллой битых шесть часов в душном флаере, будто не у него давно закончился рабочий день. Надо будет поднять ему всё-таки зарплату.

— Перси, скажи, а мне сегодня кто-то звонил, пока я был с родственниками?

— Да, конечно, — активизировался секретарь. — Таноржцы хотят подписать контракт, господин Аларис интересуется…

— Нет-нет, ты не понял. — Я перебил. — Кто-то спрашивал меня не как директора фирмы, а как господина де Бьёна? Может, мне звонили из Серебряного Дома?

— Минуту, сейчас посмотрю записи… — пробормотал Перси и почти сразу же воскликнул: — О, да, звонили! Я совсем забыл. Сказали, что по личному вопросу и перезвонят в ближайшие дни. Я попытался выяснить, в чём дело, но это же АУЦ, вечно у них всё засекречено… Сказали, что с секретарём разговаривать не будут.

— Ясно, спасибо.

Я нажал кнопку разъединения связи и рухнул на край матраса.

Не оставалось никаких сомнений, что АУЦ искали именно меня, как и в том, что моя фиктивная жена и есть та самая испуганная девочка-эльтонийка в тропическом саду-секторе лайнера. Перед глазами встало наше первое свидание, на котором Габи уверенно потянула меня в дом бабочек, и её признание о «долге» неизвестному мужчине… Тогда я подумал про взятые взаймы финансы. Вселенная! Как я так долго мог быть настолько слепым?!

Сердце замедлилось в грудной клетке и принялось биться о рёбра болезненно редко и сильно. И что теперь делать? Если я скажу Габриэлле, что я — тот, кого она ищет, она поверит? Или сочтёт, что я снова её обманул? Ведь мне так выгодно, чтобы она осталась на Цварге…

Чувствуя дрожь в ногах, я вынул из-за пазухи конверт с билетами на сафари, которые подарила мама, подошёл к двери гостевой спальни и пару раз стукнул костяшками пальцев.

Если спит — уйду.

Если не согласится на поездку — тоже уйду. Уговаривать не стану.

— Да-а? — послышался голос из-за полотна. Открывать Габриэлла не стала, но спать ещё явно не ложилась.

— Габи, я тут подумал, а почему бы мне не взять выходной на завтра…

Тишина была ответом.

Бескрайний космос, не с того начал!

— Мама подарила мне два билета в сафари-парк на экваторе. Ты ведь совсем скоро улетаешь… Я подумал, может, ты хотела бы посмотреть на редких животных? Говорят, на Цварг совсем недавно завезли несколько эндемичных видов…

— Хорошо.

Ответ Габи прозвучал очень тихо, но мне показалось, что я оглох. Мир покачнулся. «Хорошо!» Она сказала «хорошо»!

— Л-ладно, — ответил я и вздохнул. Оказалось, что всё это время невидимый обруч сдавливал лёгкие и я не мог дышать глубоко. — Тогда до завтра.

— До завтра.