- Мне показалось, леди, или вы избегаете меня? - вкрадчиво поинтересовался ледейшество, устраиваясь рядом. - Я пытаюсь поговорить с вами с самого утра и никак не могу застать одну.
Что-то в облике ледяного лорда и особенно в его интонациях меня сразу напрягло. Но в отличие от простодушных наследников или людей, эмоции ледяного дарка не поддавались расшифровке слёту. Потому откуда именно берётся тревога, которая тут же неприятно зацарапала в груди, я не распознала, но поняла одно: это гнетущее чувство связано с ледяным.
- Я, конечно, не знаю, что происходит в вашей реальности, лорд Нэвесх, - при произнесении имени ледейшества в груди неприятно кольнуло. - Но я понятия не имею, кого и для чего вы разыскиваете. Я всего лишь выполняю свою работу. А она, в силу обстоятельств, не позволяет сидеть на месте.
Ледяной лорд тем временем с удобством расположился, вытянул руку на спинку сиденья за моей спиной, и небрежно бросил на столик перед нами сложенную пополам газету. После чего принялся комментировать успехи «зверят» и стать протозавриков.
Я уже решила, что ледейшество понял непрозрачный намёк с первого раза, но дарк оказался настойчивым:
- А я знаю, леди, из-за чего вы бегаете от меня полдня. Это всё из-за нашего вчерашнего недоразумения.
Я пожала плечами.
- Да мы вроде выяснили всё. Вчера ещё.
- Серьёзно, леди? - не унимался ледейшество. - Вы до сих пор дуетесь из-за невинной шутки с саламандрой?
Я бросила взгляд на умильно посапывающего на манжете Фрозика и решила уточнить:
- Вы действительно считаете невинной шуткой прятаться с детьми за портьерой, в ожидании, пока гувернантка растянется на полу?
- Ну что же мне сделать, чтобы заслужить ваше прощение?
И вот вроде вопрос правильный, а взгляд ледейшества, ползающий букашкой по моей щеке неприятный... какой-то. Под таким взглядом даже благожелательный с виду тон выглядит угрожающим.
Впрочем, после сегодняшнего утра я во всём вижу угрозу.
Отставить мнительность, Машенька!
- Всего лишь не учить моих подопечных плохому, - пожала я плечами. - Они ему и сами научатся.
- Вы слишком жестоки, прекрасная фай и ваша жестокость разбивает мне сердце!
- А вы явно злоупотребляете чтением на ночь женских романов.
- Что?! - кажется, на этот раз пронять ледейшество удалось.
- Ну, как-то это наиграно всё, что вы говорите, не находите? Вы ведь что-то другое сказать хотели. Честное слово, ваше ледейшество, - фиолетовые глаза снежного изумлённо расширились. - То есть я хотела сказать, милорд, у меня нет сейчас ни времени, ни желания на ваши недомолвки и намёки. Вы явно не о Фрозике поговорить пришли. Тогда о чём же?
Меня окинули задумчивым взглядом.
- Вы сейчас серьёзно, леди?
- Более чем, - раздражённо ответила я.
И когда мне показалось, что ледейшество вот-вот расколется и это зависшее в воздухе, тревожное напряжение, наконец, проявится, обретёт форму, цвет, запах, растеряет свою таинственность, как ледейшество окликнули!
Вот ж невезение!
Впрочем, мне было о чём подумать и помимо недосказанностей ледяного лорда.
Проводив широкую спину ледяного взглядом, я рассеянно покрутила в руках забытую им на столике утреннюю газету. Так и не успела почитать за завтраком - «зверята» умеют, когда им нужно, быть очень быстрыми.
Вскинув взгляд на манеж, я удовлетворённо хмыкнула - мордашки наследников так и лучились счастьем. Со спокойным сердцем и с энтузиазмом я зашелестела страницами.
А спустя минуту только лишь благодаря мысли о детях я подавила рвущийся из груди крик. Пахнущие типографской краской страницы выскользнули из помертвевших пальцев.
Кажется, я выяснила причину появления ледяного лорда.
И этого тревожного напряжения, зависшего в воздухе.
Лорд Малколм Нэвесх явно хотел поделиться со мной утренними новостями.
И было чем...
Вчера, всего в нескольких кварталах от летней резиденции правящего дома, была принесена в жертву фея с голубыми волосами.
А сегодня на рассвете ещё одна.