Хирург на моё (не) счастье

52 глава. Разговор

Я тяжело вздохнула, предвкушая такой же тяжелый как мой вздох разговор.

— Привет, Вера. Прости, что пришлось вот так провоцировать на то, чтобы мы могли поговорить, но я знал, что по-другому ты не захочешь.

Я, всё ещё на что-то надеясь, дернула снова ручку входной двери, но мама по-прежнему держала её, не давая мне выйти.

— И к чему всё это? Выпусти меня, пожалуйста, Артём. Нам же не по шесть лет, что за детский сад!

— Выпущу, но сначала мы поговорим, и я выскажусь. Пожалуйста.

Я перевела взгляд на его лицо. Он выглядел не очень, если честно. Мешки под глазами, вид очень усталый, словно почти не спал. Глаза красные. И выражение виноватое и немного отчаявшееся.

Глаза защипало слезами, а внутри начала подниматься буря, которая ненадолго затихла хотя бы на день, давая мне передышку. Я ожидала встречи только в понедельник, и морально оказалась не готова.

— Только давай не в коридоре. Не хочу, чтобы нас слушали чьи-то очень любопытные уши. — Я имела в виду свою мать, которая наверняка стояла за дверью и подслушивала.

Это же надо было додуматься, практически предать собственную дочь! И ради кого? Ради парня, обманувшего её? Когда только они спеться успели…

— Пошли в гостиную, или на кухню, куда захочешь.

Я прошла мимо Артёма, постаравшись не задеть его ни одной частью своего тела, и зашла на кухню. Уж не знаю почему, но кухня прочно ассоциировалась у меня с серьезными разговорами. Там это будто бы сделать быть легче.

Артём прошёл в кухню за мной, и занял второй свободный стул.

— Хочешь что-нибудь? Чай, кофе, может быть?

— Я хочу вернуться домой и не видеть тебя. Так что давай побыстрее уже закончим с этим. Говори, что хотел сказать, я слушаю.

Артём прочистил горло, после чего достал какую-то сложенную вчетверо бумагу из кармана джинсов, развернул её, и положил передо мной на стол.

Я в замешательстве взяла её в руки. Первой мыслью было, что он написал мне какое-то извинение письменно, но я быстро поняла, что у меня в руках были результаты анализа крови. Причём, судя по имени пациента, крови самого Артёма.

— И как это понимать? — Подняла я на него взгляд, особо не вглядываясь в результаты исследования.

— Можно я начну с начала, а дальше уже ты спросишь, если что-то захочешь уточнить.

— Да пожалуйста. Я только этого и жду, на самом деле. Но ты продолжаешь загадочно молчать, и подсовывать мне какие-то бумаги.

— В общем, прежде всего я хотел бы извиниться перед тобой, Вера, что не воспринимал твои слова серьезно, когда ты говорила мне про Алёну. Я не знал, на что она была способна, и искренне верил, что человек может поменяться.

— Пф-ф-ф... — Не смогла я сдержать своей реакции, скрестив руки на груди.

— Когда в субботу меня вызвали в клинику, то там была действительно серьезная ситуация. Я не мог не приехать. И Алёна там была совершенно ни при чём. В воскресенье я был не прав, что не позвонил или не написал тебе сразу же, как у меня появились дела, но я уже говорил, что думал, что успею справиться и присоединиться к тебе, хоть и понимаю, что это меня не оправдывает.

— Мы это уже обсуждали с тобой, и я приняла твои извинения ещё в прошлый раз. Так что, если это всё, то я, наверное, пойду.

— Подожди. — Схватил он меня за руку, и я выдернула руку из его захвата, потому что место соприкосновения моментально начало гореть.

Так было всегда, когда наши тела касались, словно какая-то сложная химическая реакция.

— Я правда услышал тебя сразу. Решил для себя, что ограничу общение с бывшей женой, несмотря на все её слова. Но я никак не ожидал, что она опустится до того, чтобы подсыпать мне что-то куда-то. Перед тобой анализ моей крови, который я сдал сразу же, как пришёл в себя в тот день, когда ты уехала. Алёна подсыпала мне вещества в напиток, которые вызывали сначала сильный прилив возбуждения и энергии, а после имели снотворный эффект. Поэтому я ничего не помнил. Очнулся, когда она уже сидела на мне голая. Но я этого не хотел, и никогда бы так не поступил, клянусь!

— Ты с ней переспал?

— Я не знаю. — На выдохе произнёс Артём, после чего протёр рукой лицо. — Не помню. А она сама ничего не говорит. В любом случае, даже если что-то и было, это был не я, а просто некто под действиями препаратов.

Я ещё раз взяла в руки результаты анализа крови. Судя по ним, то, что говорил Артём, было правдой. Значит, он не хотел на самом деле её? Всё было подстроено?

— Откуда мне знать, что результаты анализов реальные? Ты мог попросить распечатать для тебя подобное. Ты же заведующий.

— Вот. — Он протянул мне телефон с фотографией. Там тоже была какая-то бумажка.

— Что это?

— Заявление, которая я подал на Алёну. Это преступление, и она должна за него ответить. Вера, — Артём взял меня за руку, — пожалуйста, поверь мне. Я не хотел бы тебя терять.

— Может, это всё знак Вселенной? Что ты просто ещё не готов? Прошло слишком мало времени с вашего разрыва…

— Я не верю в такие знаки. Я верю только в собственные чувства и ощущения. И я знаю, что если потеряю тебя, то совершу самую большую ошибку в своей жизни. Мне ещё ни с кем не было так легко и хорошо, как с тобой. Ты занимаешь в моих мыслях гораздо больше места, чем кто-либо другой. Я не хочу, чтобы всё закончилось из-за того, что кто-то из прошлого решил испортить мою жизнь и отнять у меня самое ценное — тебя.

Я молчала, чувствуя, как его слова проникают всё глубже, в самую душу. Мой разум твердил одно: «Это может быть уловка, не стоит ему доверять». Но сердце, это глупое сердце, готовое прощать и верить, не могло закрыться перед тем, что я видела перед собой: перед мужчиной, который пытался изо всех сил объясниться, даже зная, что шансов у него почти не было.

— Это ты был у меня ночью недавно? Я будто видела сон…

— Да. Я не мог оставить клинику, но прилетел вечером, чтобы поговорить. Понял, что не выдержал бы, не увидев тебя. Ты была очень больная, так что я всю ночь был с тобой. Под утро тебе стало легче, и я улетел. У меня был рейс, чтобы успеть на работу.

— А мама?

— Пришлось познакомиться с твоими родителями без тебя. Я же обещал…

Минута молчания воцарилась на кухне.

— Вера, — он наклонился ближе, его голос стал тише, будто это признание было для меня самой тайной. — Я не скрою, что моя работа всегда будет занимать большУю часть жизни, я, как и ты хирург, и ты должна понимать. Но вторую свою половину я готов посвятить нашим отношениям, если ты позволишь. Я могу поменяться. Ведь я, кажется… Я люблю тебя. Я знаю, что сказал это слишком рано, но я больше не могу молчать. Ты меняешь мою жизнь уже сейчас, заставляя чувствовать то, что я никогда раньше не испытывал. Если уйдёшь сейчас, то мне будет нечего спасать.

Я стояла перед ним, чувствуя, как внутри меня разворачивается целая буря. С одной стороны, мои раны всё ещё кровоточили после всех недавних событий. Но с другой стороны, он звучал так искренне, и мне так откликались его слова...

— Я не знаю, что сказать... — я говорила почти шёпотом. Я боялась признаться, что его извинения и признания действительно тронули меня. — Это всё слишком.

— Я знаю, — Артём взял меня за руку, и на этот раз я не отдёрнула её. — Я не прошу тебя прощать меня сразу. Я просто хочу, чтобы ты знала, что я с тобой. Я буду бороться за нас. Если ты дашь мне шанс.