Интриги королевского отбора

— Да, спасибо, Лизия, — растроганно сказал хранитель, — а о каких сражениях ты говоришь?

— Ну, я бы не назвала это сражением, так небольшая потасовка, — начала объяснять ему. — На нас напали разбойники, хотели меня похитить, а мне удалось отбиться от них этой фигуркой орка.

Лурог с уважением посмотрел на деревянного соплеменника.

— Я назвала его, Лурог, в честь тебя, — пояснила я. — Там, в лесу я разговаривала с ним, как будто это был ты. И мне было не так страшно.

— Тогда он должен быть с тобой, чтобы защищать тебя, — сказал хранитель.

— Кто? Вот этот деревянный орк? — удивилась я.

— Да, ты дала ему мое имя, значит, это я, Лурог, буду защищать тебя! — торжественно произнес орк.

— Хорошо, пусть будет так, — согласилась с ним.

Перед вечеринкой я устроила репетицию.

— Лаура, Молли, Сьюзи, — обратилась я к ним, — давайте немного потанцуем, мне необходимо вспомнить все танцы.

— Разве в школе вам не преподавали этот предмет? — удивилась Молли.

— Преподавали, конечно, но, к сожалению, в школе я не уделяла этому должного внимания, поэтому приходится наверстывать сейчас, — импровизировала я. — Кстати, заодно проверим, насколько хорошо помните танцы вы.

Мои аргументы всем показались убедительными, и мы стали танцевать. На мое счастье, танцев было не так много, да и движения — несложными. Но запомнить все мне, естественно, не удалось, я путалась, сбивалась, не раз наступала вынужденным со мной заниматься партнершам на ноги. Они терпели, но не переставали удивляться моей неуклюжести. В результате, мы все же перетанцевали с Молли и Сьюзи все танцы, которые они знали. Когда закончили, то сестры рухнули в кресла, выглядели они при этом измученными, а я почувствовала себя виноватой. Подумав, для себя решила, что, если молодые люди в целях своей безопасности перестанут со мной танцевать, то мне это как раз на руку, потому что у меня и без кавалеров, как говорил в одном фильме один из моих любимых героев: «дел за гланды».

Прием у Вирманов был копией нашей вечеринки. Пока хозяева встречали гостей, остальные, прибывшие немногим ранее, кучковались в бальном зале. Я с нетерпением ждала появления Колина, чтобы поговорить о моем похищении и спасении. Он сам подошел к нам, чем удивил не только мачеху и сестер, но и остальных присутствующих.

— Добрый вечер, рад нашей новой встрече, — приветствовал он нас, поочередно целуя руки.

Мачеха с сестрами чинно поблагодарили, мило улыбаясь, а я сразу тихо заявила ему:

— Нам надо поговорить, и не вздумайте отсидеться!

— Я с удовольствием, как Вы выразились, «отсиделся» бы в этот вечер и во все последующие, если бы мне снова поручили опекать Вас, леди Лизия, — проговорил граф, улыбаясь, — но, боюсь, это невозможно.

— Вы правы, граф, — ответила мачеха со светской улыбкой. — Я не стану злоупотреблять Вашей добротой.

— В таком случае, я прошу Вашего разрешения пригласить Лизию на танец, — сказал Колин.

— Я не буду возражать, — ответила мачеха и обратилась ко мне: — Надеюсь, и ты, Лизия не будешь против?

— Я только «за», — ответила, глядя на Колина, — в том смысле, что буду рада потанцевать с Вами, если мы сможем при этом поговорить, но сразу хочу предупредить, что плохо танцую.

— Непременно поговорим, — обнадежил он меня, — и, надеюсь, фраза о том, как Вы танцуете, не является отговоркой, чтобы отказать мне в следующем танце?

— Это не отговорка, а констатация факта, — заверила я его.

Молли и Сьюзи, слушая нас, были слегка шокированы, но думаю, их больше поразило не то, о чем и как мы говорили, а то, что я вообще уделяла внимание самому невзрачному кавалеру вечера и даже не скрывала интерес к нему.

Колин пригласил меня на первый же танец и неожиданно сказал:

— Мы можем говорить, ничего не опасаясь, я поставил полог тишины.

Конечно, я удивилась, услышав это. Захотелось узнать, как он это делает, и получится ли это у меня, но время было ограничено, поэтому спросила о том, что мне не давало покоя вот уже несколько дней:

— Кто меня нашел в лесу, и почему домой меня принесли Вы?

— Вас нашел в лесу мой друг Вайт Сантер из семейства оборотней.

— Что? — воскликнула я довольно громко и стала испуганно озираться, но никто не прореагировал на мой громкий крик, и тогда продолжила: — Оборотни? Так это был оборотень, а не мужчина с собакой?

— О какой собаке Вы говорите? Он волк, — растерянно промолвил Колин.

Мне стало нехорошо, то, что я со страху наболтала мужчине в лесу, а тем более, его собаке, которая, оказывается, меня отлично понимала, вспоминать было ужасно стыдно. А теперь выяснилось, что я умудрилась перепутать волка с собакой, что, скорее всего, являлось оскорблением, а уж мысль об оборотнях мне даже в голову не пришла.

— Лизия, зачем я ставил полог тишины, если Вы молчите? — услышала я Колина.

Да, судя по всему, я надолго выпала из разговора.

— Так, Колин, давайте последовательно и сначала, — попросила я его, одновременно стараясь привести свои мысли в порядок.

— Я узнал от Лауры, что Вас похитили, и обратился к Вайту с просьбой найти Вас и привести в их поселение, где я ждал Вашего возвращения. Он согласился и выполнил мою просьбу, единственное, чего мы не могли предусмотреть, что Вы уснете от усталости, а будить Вас мы не решились, — довольно подробно ответил Колин.

Танец как раз закончился, и мужчина повел меня к креслам, где сидели мачеха и сестры.

— Благодарю Вас за доставленное удовольствие, леди Лизия, — галантно произнес Колин.

— Мне тоже было приятно, — ответила ему с улыбкой, — наверное, еще и потому, что я даже не заметила, как часто сбивалась.

— Уверяю Вас, Вы были великолепны, — убеждал меня он.

Сейчас, когда немного успокоилась, я подумала о Колине. Ведь, в сущности, это благодаря ему меня нашли в лесу, именно он отыскал выход из довольно щекотливой ситуации, и никто ничего не узнал о похищении. Значит ли это, что ему можно доверять? Спешить, пожалуй, не стоит, а вот уважение он вполне заслужил.

Глава 15

На следующие танцы меня пригласили молодые люди, которым я отказала на прошлой вечеринке.

— Надеюсь, сегодня Ваше самочувствие не помешает нам потанцевать? — спросил один из них, ведя меня за руку. — Я так долго ждал этого.

— Возможно, Вам сейчас придется волноваться о своем самочувствии, потому что существует вероятность того, что я оттопчу Вам ноги, — честно предупредила я.

Он засмеялся, не поверив, но во время танца пару раз я все же смогла убедить его в своей правоте. Выражение лица его постепенно превратилось из веселого в задумчивое. Когда, после танца, он вел меня назад, я все же сказала:

— Надеюсь, танец со мной не отбил у Вас желание танцевать с другими девушками, потому что мне кажется, с ними Вам ничего не грозит.

В ответ он по-дружески улыбнулся мне.

Следующего танца с Колиным я ждала, но была в смятении и о чем говорить, толком не знала. Он первым начал разговор:

— Ваше похищение организовал виконт Горбут, — сказал он, когда мы кружились в вальсе. От неожиданности я споткнулась так, что могла бы не только упасть сама, но и спокойно завалить партнера, если бы Колин не поддержал меня сильной рукой, на мгновенье прижав к себе. Очевидно, что он предполагал такую реакцию с моей стороны, поэтому крепко сжимая мою талию, продолжал молча кружиться, давая возможность мне прийти в себя. А ведь, действительно, сегодня про Стаса я просто-напросто забыла. Внимательно оглядела зал, но виконта так и не увидела.

— Откуда Вам это известно? — наконец, смогла произнести я.

— Вайт слышал в лесу его разговор с разбойниками, — ответил Колин и добавил: — Лизия, можете не волноваться, Вам больше ничего не грозит.

Я ждала продолжения, но он молчал.

— Почему Вы в этом так уверены? — не выдержала я.

— Мне пришлось поговорить с виконтом, — спокойно ответил Колин и опять замолчал.

Я наступила ему на ногу, он удивленно посмотрел на меня.

— Вы правильно поняли, Колин, это не случайность, — попыталась обосновать свою выходку, — хочется подробнее узнать об этом, Вы же не будете утверждать, что меня это не касается?

— Не буду, — улыбнулся он, — но место не подходит для таких разговоров.

— Ваши предложения? — не отступала я.

— Я бы хотел поговорить об этом наедине и не в этом доме, но, боюсь, Вы сочтете мое предложение неприличным, — сказал Колин, напряженно наблюдая за мной.

— Звучит как-то двусмысленно, — задумчиво промолвила я.

— Поверьте, у меня и в мыслях не было оскорбить Вас, — взволнованно проговорил мой партнер по танцу. — Скажите, как для Вас будет лучше, и я сделаю именно так.

Я задумалась, глядя ему в глаза, а потом решилась:

— Вы сможете прийти вечером в замок незаметно?

— Думаю, что смогу, — неуверенно сказал он.

— Тогда, приходите завтра около полуночи, я встречу Вас, и мы поговорим.

Он кивнул, все также недоверчиво поглядывая на меня.

Следующим утром, пока мачеха с сестрами еще спали, я намеревалась навестить оборотней. Меня мучило чувство неловкости и вины, поэтому подумала, что нужно все-таки извиниться, да и поблагодарить их не будет лишним. Сначала хотела поехать к ним с Колином, но, рассудив, решила не делать этого, потому что с моей стороны было бы уже наглостью втягивать его в очередную проблему. Мачеха с сестрами ничего не знали об участии оборотней в том происшествии, и будет лучше, если так ничего и не узнают. Я зашла к няне.

— Няня, ты что-нибудь слышала о Вайте Сантере? — спросила ее, на самом деле не слишком надеясь, что она что-нибудь знает.

Для меня полной неожиданностью стал ответ, который старушка произнесла совершенно обыденным тоном:

— Это предводитель клана оборотней, которые живут недалеко от нашего замка.

— Я бы хотела, чтобы мы с тобой съездили к нашим соседям, это возможно? — спросила я ее.

— Ты хочешь, чтобы я поехала с тобой, а не мачеха или сестры? — удивилась няня.

— Они вообще ничего не должны об этом знать, поэтому я и прошу тебя, — объяснила ей.

— Хорошо, деточка, — засмущалась она, — не знаю, будет ли это удобно.

— Очень даже удобно, — уверенно сказала я и направилась на конюшню попросить, чтобы в экипаж впрягли самую смирную лошадку, которой бы могла управлять даже я.

По дороге старалась не думать о том, что нарушаю какие-нибудь правила этикета, заявившись без приглашения и предупреждения в чужой дом. Допускала, что со мною не захотят разговаривать, но тогда тяжесть вины и неблагодарности уже не так сильно давили бы на меня, поскольку я хоть попыталась что-то сделать.

Мы подъехали к воротам поселения и поздоровались с радостно улыбающимся мужчиной, который без всяких просьб, открыл их.

— Скажите, пожалуйста, могу ли я видеть Вайта Сантера? — поинтересовалась я у него.

— Видите трехэтажный дом? — спросил он нас, и, дождавшись утвердительного кивка, коротко сказал: — Вайт там.

Прокатившись еще некоторое время по дороге, вдоль которой стояли одно- и двухэтажные деревянные дома, мы въехали в большой двор и остановились перед красивым трехэтажным зданием, которое отличалось от других не только размерами, но и более богатой отделкой. Пока подъезжали к дому, навстречу выходили мужчины и здоровались с нами, радушно улыбаясь.

— Я подожду тебя здесь, деточка, — сказала няня, увидев, как я выхожу из экипажа.

Я не стала возражать, подумала: вдруг меня выгонят, так зачем няню подвергать такому унижению? Мужчины, вошедшие во двор вслед за нами, ничего не предпринимали, просто стояли, смотрели на меня и улыбались.

«До чего ж жизнерадостный народ здесь живет!» — подумала я и, стараясь казаться уверенной, поднялась на крыльцо и осторожно приоткрыла тяжелую дверь.

В большом холле было пусто. В нем находились несколько дверей, одна из которых была приоткрыта, и через нее слышались голоса. Я с опаской стала приближаться к этой двери.

— Ты не можешь предложить ей серьезные отношения, — громко говорил мужской бархатный голос.

— Да кому нужны серьезные отношения, — так же громко отозвался низкий голос, — я бы мог тебе вообще ничего не говорить!

— Этим ты лишь подтверждаешь, что тобою движет не человеческое, а животное чувство. Разве ты не понимаешь, что можешь сломать ей жизнь? — перешел на крик первый голос, превратившийся из бархата в металл.

— А если ты ей предложишь что-то серьезное, то ты не сделаешь то, что должен и потеряешь все! — рокотал второй голос.

— Мне кажется, она того стоит, — тихо ответил первый.

Я подходила к двери, не вслушиваясь в крики, и думала: «Может, уйти? Тут вон и без меня проблем хватает. Но рано или поздно все равно поговорить придется, а смогу ли я еще раз решиться прийти сюда?». Больше не раздумывая, я потянулась к ручке и открыла дверь. В комнате было двое молодых людей, один из них расхаживал, а другой сидел возле стола. Увидев меня, один, застыв, остановился, а другой резко вскочил со стула.

Он был настолько красив, что я к стыду своему, не могла оторвать от него глаз. Это был высокий мускулистый мужчина примерно двадцати пяти лет. У него были черные слегка вьющиеся волосы и синие глаза, обрамленные длинными черными ресницами. Они смотрели на меня удивленно и встревоженно, а тонкий аристократический нос, притягивающие взгляд губы, волевой подбородок делали его лицо просто неотразимым. Я всегда к красивым мужчинам относилась прохладно и настороженно, поскольку доверия они не вызывали, а вот тут зависла, что называется, конкретно.

— Лизия! — воскликнул низким голосом тот, которого я ранее определила, как второй голос, и бросился мне навстречу.

Мне не потребовалось даже взгляд переводить, поскольку он перекрыл обзор и теперь я, сфокусировавшись, смотрела на него. В его серых глазах я увидела не только удивление, но и радость. Я облегченно выдохнула.

— Доброе утро! — поздоровалась и сразу же от волнения затараторила: — Я прошу прощения за то, что пришла без приглашения, практически ворвалась к вам и прервала разговор. Кстати, сразу хочу отметить, что здесь я впервые встретила таких жизнерадостных жителей, они приветливо улыбались незнакомым людям, это так необычно и приятно! Мне сказали, что здесь я найду Вайта Сантера.

— Уже нашли, — радостно улыбался мужчина, — разрешите представиться — Вайт Сантер!

Я присмотрелась внимательнее и узнала незнакомца из леса.

— Извините, что не узнала сразу, просто Вы сейчас одеты, — начала я бестолково оправдываться.

— Что?! — услышала рев из-за спины Вайта.

Тот оглянулся и весело пояснил:

— Я же перекинулся, что тебя удивляет?

— Представь меня! — потребовал синеглазый красавец, который подошел и встал рядом с Вайтом.

Глава 16

Вайт недоуменно посмотрел на него, а потом, будто что-то вспомнив, произнес:

— Мой друг Колин Ландер.

— Очень приятно, Лизия Рогарт, — ответила я.

И снова обратилась к Вайту:

— У Вас ведь есть еще один друг, его тоже зовут Колин, как раз о нем я и хотела поговорить с Вами.

— Что ж, прошу садиться, — почему-то развеселился Вайт.

Подвел меня к креслу, сам уселся напротив меня, его друг Колин сел рядом с ним.

— Наедине, — уточнила я, обращаясь к Вайту.

— Нет, — резко ответил Колин Ландер, глядя мне в глаза.

На что Вайт громко фыркнул, но ничего не возразил.

— Вы тоже волк-оборотень? — поинтересовалась я.

— Нет, я — человек, — коротко ответил он.

— Ну, если Ваш друг Вайт настолько доверяет Вам, то можете остаться, — я вынуждена была уступить.

— Вайт, прошу простить мое поведение в лесу. Теперь, когда я все узнала, понимаю, как обидела Вас. И хотя это было сделано неосознанно, но все же не является оправданием и не снимает с меня вины, — говорила я, стараясь не обращать внимания на нахмуренный взгляд Ландера.

— Я не обижаюсь, Лизия, — сказал, улыбаясь, Вайт, — только не могли бы Вы объяснить, почему приняли меня за собаку?

При этих словах Вайт покосился на друга, а тот удивленно взглянул на него, и лицо его стало расплываться в довольной улыбке.

— Ну, Ваш волк такой красавец, необычные серые глаза, светлая, почти белая шелковая шерсть, — говорила, вспоминая так понравившееся мне животное. — У него умные глаза, и он мне показался добрым, во всяком случае, я не почувствовала агрессии. Я ошибочно решила, что такое доброе животное не может быть волком. Прошу еще раз простить, меня подвела стереотипность мышления.

Когда я закончила петь осанну волку, лицо Вайта светилось от гордости и удовольствия, а вот его друг выглядел расстроенным.

— Лизия, — обратился ко мне Вайт, — жители, которые, как Вы утверждаете, жизнерадостно улыбались Вам, были со мной в лесу и присутствовали при нашем общении. Принимая меня за собаку, Вы их здорово повеселили тогда.

Вайт добродушно улыбнулся, Ландер недоверчиво смотрел на него.

— Знаете, я с момента, когда уснула, ничего не помню, но у меня сохранилось ощущение, будто я на волнах качаюсь, — сказала ему. — Как такое возможно?

Вайт недоуменно помолчал, а потом лицо его озарила улыбка:

— Это ощущение у Вас возникло, скорее всего, тогда, когда мы вчетвером несли Вас спящую на ветках, мы двигались синхронно.

— Спасибо, — восхищенно поблагодарила я и решила, что самое время поговорить о Колине.

— Вайт, мне известно, что Колин попросил Вас найти меня в лесу, — продолжала я. — Не сердитесь, пожалуйста, на него из-за меня. Он не несет никакой ответственности за мои поступки.

А вот теперь лица мужчин выглядели одинаково вытянутыми от удивления. Я растерялась.

— Вы же понимаете, Вайт, что, если бы он сам мог отыскать меня в лесу, то не стал бы Вас беспокоить, и я бы не доставила Вам столько хлопот, — торопливо говорила я. — Еще он сказал, что виконт меня больше не побеспокоит, и я склонна ему верить.

Я замолчала, мужчины тоже ничего не говорили. Я стала опасаться, что своими словами сделала Колину только хуже. Вайт не просто смотрел на меня, а изучал серьезным задумчивым взглядом, а Ландер не скрывал радостной улыбки.

— Как ты считаешь, Ландер, Колин сможет защитить Лизию? — усмехнулся Вайт, глядя на него.

Тот лишь самодовольно улыбнулся, не соизволив ответить.

— А Вы, Лизия, уверены в том, что Колин сможет Вас защитить? — спросил меня Вайт, все также насмешливо улыбаясь.

— А Вы уверены, что Вы — его друг? — парировала я.

Они в открытую насмехались над Колином. Перед моими глазами внезапно обнаружился наглядный пример двух самовлюбленных особей мужского пола, завышенная самооценка которых позволяла им с пренебрежением относиться к тем, чьи параметры не соответствовали их требованиям. Они меня разозлили своими насмешками. Стало обидно за Колина.

— Сидите тут, два красавчика, и думаете, что если мужчина не обладает смазливой физиономией, то не заслуживает уважения? Рассуждаете, как пустоголовые девицы на выданье, которые только на внешность и ведутся, как мухи на навоз! — разгневанно проговорила я и пошла к двери. — Не провожайте, в этот раз не заблужусь!

После ухода Лизии Вайт и Колин несколько минут приходили в себя.

— Мне показалось, что нас только что сравнили с дерьмом, — произнес Вайт, улыбаясь.

— Тебе не показалось, — тоже с улыбкой отозвался Колин, — так и было!

— Ты прав, друг, такой девушке и сердце подарить не страшно, не то, что предложить серьезные отношения, — задумчиво сказал Вайт.

— Я ее тебе не отдам! — твердо проговорил Колин.

— Она выбрала тебя, — грустно вздохнул Вайт, а затем улыбнулся другу и добавил: — Счастливчик!

Глава 17

Я вышла из дома и села в экипаж. Пока подъезжали к воротам, встречавшиеся мужчины нам также радостно улыбались, провожая взглядами. Но я уже знала причину этой приветливости.

— Няня, спасибо, что съездила со мной, — поблагодарила я старушку, которая не решалась ни о чем спрашивать, только бросала на меня встревоженные взгляды. — Прошу тебя, никому не говори, где мы были, мачехе я скажу, что мне захотелось прогуляться.

Я сидела в кресле у окна и злилась на себя. Съездила, извинилась, поблагодарила! Заодно, нагрубила и обидела! Все как обычно, начинаешь что-то делать, руководствуясь благими намерениями, а в итоге — плачевный результат. Конечно, Вайт и Ландер сыграли не последнюю роль в моем срыве, но вины с меня это не снимало. Да еще этот Колин Ландер зацепил меня, крепко зацепил. Надеялась, что со мной такого больше не случится, вроде и прививка сделана, бывший с подругой постарались, а не помогло. Вот заглянула сегодня в его синие глаза и потерялась, запали они мне в душу. И от понимания того, что все это безнадежно и безответно, в сердце поселилась тоска.

За ужином Сьюзи вдруг вспомнила:

— Вчера на вечере не было виконта Горбута, и девушки мне сказали, что, возможно, это из-за тебя, Лизия.

— Почему из-за меня? — вяло спросила я, чтобы поддержать разговор.

— Но ведь ты его, кажется, отвергла, — напомнила Молли.

— Вирманы мне сказали, что приглашали его, но он извинился и сообщил, что не может присутствовать из-за болезни, — прояснила ситуацию мачеха.

Вот, что это за болезнь, мне Колин и расскажет сегодня.

— Довела человека! Ни себе, ни нам! Когда он не болел, у нас хоть был шанс, а теперь и его лишились! И все из-за тебя! — вдруг со злостью проговорила Сьюзи.

Я даже растерялась от таких несправедливых упреков, но сдержалась и решила не обращать внимания на ее выпад.

— Твой приезд плохо отразился на ситуации с нашим замужеством! — поддержала сестру Молли.

— Это каким же образом? — не удержалась я. — У вас до моего появления не было поклонников, и сейчас их нет. Ситуация не изменилась, ее смело можно назвать стабильно безнадежной.

— Матушка! Да она издевается над нами! — вскрикнула Сьюзи и пустила слезу.

— Лизия! Зачем ты обижаешь сестер? Неужели тебе это доставляет удовольствие? — с упреком обратилась ко мне мачеха, сдерживая негодование.

— Два раза нет! — отрезала я.

— И что это значит? — Лаура недоуменно смотрела на меня.

— Нет, я никого не обижаю, и нет, мне не доставляет удовольствие обижать людей, — пояснила я.

— Ты можешь, сколько угодно умничать, только, если станет известно о том, что ты провела ночь неизвестно где и неизвестно с кем, то для тебя двери приличных домов будут закрыты, — заявила Молли, не обращая внимания на пытавшуюся остановить ее мачеху.

— Как и для вас! — парировала я. — Лаура! Твои дочери, действительно плохо понимают, о чем говорят, или они передумали ехать на королевский отбор?

— Молли! — испуганно воскликнула та. — Это не тема для обсуждения! О похищении никто не должен знать, и я уже объясняла вам не один раз — почему!

— А о том, что Лизия неприлично ведет себя в обществе, тоже нельзя говорить? — взвилась на этот раз Сьюзи, она уже с ненавистью смотрела на меня.

А сестры-то не на шутку разошлись! Чем же я им так не угодила-то? Я молча ждала продолжения.

— О чем ты, Сьюзи? — фальшиво возмутилась Лаура.

— О том, что она то с одним мужчиной любезничает, потом другому дает повод за ней волочиться! Что за распущенность?! — возмущалась раскрасневшаяся от негодования Сьюзи.

— Нас скоро в приличные дома из-за тебя приглашать не будут! — поддержала сестру Молли.

— Ну, раз пошел такой откровенный разговор, то могу вас успокоить, что напрасно вы переживаете по этому поводу, приглашать вас будут, поскольку вы обе не являетесь конкурентками остальным девушкам, и я тут совершенно ни при чем. Лично я готовлюсь к королевскому отбору, поэтому не вижу смысла кому-либо давать повод ухаживать за мной.

— Девочки! Лизия! Что бы ни происходило между нами, никто из посторонних не должен знать об этих разногласиях! Это может повредить нашей репутации. Для всех мы — одна семья! — заключила мачеха.

И с ней трудно было не согласиться.

После столь эмоционального ужина я вернулась в свои апартаменты.

— Леди Нора, Вы мне нужны, — позвала я духиню замка.

— Слушаю тебя, Лизия, — отозвалась духиня, появившись передо мной.

— Сегодня около полуночи мне нужно встретиться с мужчиной, но так, чтобы его никто не видел, где это можно сделать? — спросила я.

— Не слишком ли много ты себе позволяешь? — уперев руки в бока, накинулась на меня леди Нора.

— Мне нужна информация о моем похищении, — ответила я, — если увидите, что-то на Ваш взгляд неприличное, разрешаю настучать мне по голове. Просто покажите место, где можно поговорить.

— А может, тебе уже настучали? Больно уж ты покладистая, — поинтересовалась неугомонная духиня.

— Что-то вроде того, — не стала спорить я.

— Пойдем, покажу, — помолчав, сказала леди Нора и выплыла из комнаты.

Я держала в ладони язычок пламени, по которому Колин и нашел меня возле замка. Провела его в комнату, которую показала мне леди Нора, зажгла магический светильник и приготовилась слушать.

— На следующий день, после того, как Вайт рассказал мне о встрече в лесу виконта Горбута с разбойниками, я написал ему, что нам необходимо поговорить, но причину не назвал. Мы встретились в таверне недалеко от его поместья, Колин ненадолго замолчал, вспоминая разговор.

— О чем Вы хотели поговорить со мной, граф? — сразу спросил Стас, подсев за стол к Колину.

— Лизию похитили разбойники, — сказал Колин, внимательно наблюдая за реакцией виконта.

— Но ее не похитили! — возмутился Стас и, поняв, что проговорился, сбивчиво заговорил: — Я хотел сказать, что, возможно, это было не похищение.

— Вам лучше знать, — заметил Колин, — но целью нападения было именно похищение, не так ли?

— Откуда у Вас такие сведения? — занервничал виконт.

— Как Вы думаете, что будет с Вами, если во дворце узнают, что Вы пытались нарушить указ о королевском отборе? — поинтересовался Колин, игнорируя вопрос Стаса.

— У вас есть доказательства о моем участии в нападении? — недовольно произнес виконт.

— А разве они нужны? Достаточно будет покопаться в Вашей памяти королевским магам, — произнес Колин.

Стас молчал, глядя на него злыми глазами.

— Хорошо, граф, я признаюсь в попытке похищения, но утверждаю, что никакого зла Лизии не хотел причинить, — заговорил он раздраженно. — Вы знаете, что Лизия не захотела общаться со мной. Меня это оскорбило, поэтому я подумал, что, если Лизию похитят, а я ее спасу, то она снова будет благосклонно ко мне относиться.

— А что было бы с ее репутацией? — разгневанно спросил Колин.

— Вы же понимаете, что ей просто пришлось бы принять мое предложение, — как само собой разумеющееся произнес виконт и, помолчав, спросил: — И что Вы теперь намерены делать?

— Это зависит от Вас, если Вы пообещаете не предпринимать больше ничего подобного и оставите в покое леди Лизию, то никто ни о чем не узнает. В противном случае я сообщу королю о том, что Вы нарушили закон, — ответил Колин.

— А Вы сами, граф, оставите ее в покое? — насмешливо спросил Стас.

— Вас это не касается, виконт, — твердо сказал Колин, — но будьте уверены, что я не собираюсь нарушать королевский указ.

Стас долго молчал, сверля его мрачным взглядом.

— Что ж, пусть будет по-Вашему, граф Волкон, — с мстительной усмешкой произнес виконт.

Колин закончил рассказывать и замолчал, давая мне время подумать.

— Значит, Стас будет продолжать посещать вечеринки, как будто ничего не случилось?

— Да, как бы странно это ни звучало, но и для Вас так будет лучше.

— Понимаю, — сказала я.

— У меня было время подумать об этом разговоре и знаете, что меня смутило, Лизия? — заговорил снова он. — Стас не испугался. Злился, раздражался, но не боялся, а последняя его фраза прозвучала, как обещание мести.

— Это, действительно, странно, — проронила я.

Колин молча смотрел на меня. Я заметила, что сегодня он был не такой, как обычно, его взгляд изменился, он был наполнен нежностью, и меня это смущало. Мне был симпатичен Колин, я ценила его отношение ко мне, но все мои мысли занимал синеглазый красавец, и я ничего не могла с этим поделать.

— Колин, думаю, Вы должны знать, что я ездила к Вашему другу Вайту Сантеру извиниться за свое поведение в лесу, — призналась я ему.

— А что было не так с Вашим поведением? — тепло улыбнулся граф.

— Нууу, — протянула я, — оно не было идеальным.

— Мне трудно в это поверить, — уже смеялся он.

— Я буду огорчена, если узнаю, что я стала причиной разногласий с Вашим другом, — вздохнула я.

— Уверяю Вас, этого не случится, но мне приятно слышать, что Вы беспокоитесь обо мне, — произнес Колин.

Глава 18

В ночь, когда мне исполнилось семнадцать лет, ко мне явился дух рода. Я не спала, потому что ждала его, чувствовала: не мог он в эту ночь не прийти.

— Рад снова встретиться с тобой, Лизия, — сказал он и приветливо улыбнулся, как старой знакомой. — Я — дух рода Рогартов, и теперь могу назвать тебе свое имя — Дарин.

— То есть ты только теперь признал во мне наследницу рода? — уточнила я.

— Я сделал это задолго до сегодняшней ночи, просто раньше не мог появиться, — пояснил он. — Сейчас ты должна пойти с нами.

После его последних слов в спальне появилась леди Нора и зависла рядом с Дарином. Меня это почему-то не удивило, а скорее, обрадовало, и я отправилась за ними. Я не ожидала, что они приведут меня к библиотеке, но, открыла дверь, услышав щелчок замка, и вошла. Лурог не произнес ни слова, только, склонив в поклоне голову, молча наблюдал, как мы начали спускаться по лестнице через потайной ход в стене библиотеки. Длинная лестница привела нас в подземелье, в коридорах которого было множество дверей, но мы прошли мимо них и остановились перед стеной. Дух рода произнес непонятное мне заклинание, и в стене появилась дверь, которая не открылась, а как будто растворилась. Войдя в образовавшийся проход, мы оказались в большом зале, который освещали немногочисленные магические светильники. Я оглянулась и не удивилась, увидев за своей спиной снова сплошную стену. Испытала облегчение, не обнаружив алтаря, значит, обойдемся без жертвоприношений.

Посреди зала стоял стол, я подошла к нему и вопросительно посмотрела на Дарина. Он находился по другую сторону стола. В полной тишине Дарин стал что-то говорить на непонятном языке, он стоял с вытянутыми перед собой руками ладонями вверх и при этом смотрел на меня. Почти сразу я услышала гул и ощутила сильные порывы ветра. Между нами вспыхнули огни, напоминающие фейерверк, я испугалась, хотела отойти, но не смогла сдвинуться с места и даже прикрыть глаза. На какое-то время меня ослепило, а когда я смогла снова различать предметы, то увидела на столе перед собой большую книгу в старинном переплете.

Я потянулась к ней, но дотронуться не смогла, невидимая преграда не давала этого сделать. Вдруг книга открылась сама и на первой странице я смогла прочитать заголовок «ПРЕДНАЗНАЧЕНИЕ». Буквы его засверкали синеватым цветом, отделились от книги и зависли передо мной, колеблясь и переливаясь под порывами ветра. Я повторила слово про себя, как будто откладывая в памяти, и оно растаяло. Страница в книге перелистнулась, надпись на ней тоже засверкала, отделилась и так же, как и заголовок зависла в воздухе передо мной. «Ты книгу открываешь — чужой покров снимаешь». Я вновь повторила про себя мерцающую передо мной строчку, запоминая, и она исчезла. После этого книга захлопнулась, ветер стих, гул пропал. Я постепенно приходила в себя и посмотрела на Дарина. Лицо его было хмурым.

— Что-то не так, Дарин? — спросила его, почувствовав неладное.

Он взглянул на меня и стал медленно говорить, будто обдумывал каждое слово, прежде чем произнести его.

— Из-за произошедшей в теле Лизии замены, почти прервалась ее связь с родом, — расстроенно сказал он, — но виновные в этом понесут наказание, как и сказано в пророчестве.

— И что это значит? — запаниковала я. — Меня не интересует чье-то наказание, я о тебе и о связи с родом.

— Я теперь не смогу общаться с тобой, ты будешь получать послания из книги.

— Но я надеялась, что теперь ты мне скажешь, что я должна делать и сможешь ответить на все вопросы о пророчестве, — торопливо говорила я, не желая верить его словам.

— Надень этот браслет на руку, как только ощутишь покалывание — дотронься до него и перед тобой откроется новая страница книги, на которой ты прочтешь послание, — произнес он, указывая на браслет, появившийся на столе рядом с книгой.

— Я не умею обращаться со своей магией и думала, что ты мне объяснишь или научишь, да и подарок принцу на отборе без магии нельзя дарить, — продолжала говорить, уже понимая, что все напрасно.

— Камень странствий — твой камень, — тихо проговорил Дарин и замолчал.

Я взяла браслет из материала, напоминавшего металл, и без труда надела его на левую руку. Он тут же принял размер моего запястья и стал невидимым, я с удивлением потрогала это место на руке и ощутила браслет под пальцами. Хотела спросить, что означали его слова о камне, но когда подняла глаза, то увидела в сторонке только леди Нору, Дарин исчез.

— А Вы почему остались? Самое время бросить меня, — разозлилась я. — Ваш род отверг меня, лишив общения с духом рода.

— Неправда, ты принадлежишь этому роду и очень скоро докажешь это! — твердо сказала духиня замка.

Я была жутко обижена и возмущена тем, как со мной обошлись: вытащили меня из привычного мира, не спросив моего согласия, обозначили непонятные условия для ВОЗМОЖНОГО возвращения и бросили на произвол судьбы! Поэтому неожиданные слова леди Норы звучали как поддержка.

— Жаль, что не могу обнять Вас, — сказала я с горькой усмешкой. — Спасибо, что верите в меня.

— Мы с тобою одной крови, ты и я! — произнесла леди Нора и проплыла мимо меня в открывшийся в стене проход.

Я пошла за ней, гадая над превратностями судьбы, когда ты получаешь сбивающий с ног удар: от тебя отворачиваются те, на кого ты надеешься, и одновременно получаешь поддержку от тех, от кого абсолютно не ждешь, и именно это тебе помогает выстоять.

Мачеха устроила вечеринку, формальным поводом было мое семнадцатилетие, но здесь его не отмечали, как принято у нас, это было рядовое событие, просто к словам приветствия добавлялись еще и поздравления.

Все было, как обычно, пока не появился виконт Горбут.

— Лизия, смотри. Пришел виконт! — зашептала мне на ухо Молли.

Я покосилась на Сьюзи, которая тоже услышала сестру, но ее реакция отличалась от той, что была на первом приеме, она жадно смотрела в сторону входа. Я туда же перевела взгляд и пораженно застыла. Стас Горбут здоровался с мачехой, но под его обычной внешностью, выглядевшей сейчас, как оболочка, проглядывал молодой мужчина примерно тридцати лет. Он был ниже ростом, темноволос и не так красив, его светло-карие глубоко посаженные глаза явно проигрывали серым глазам Стаса.

— Что тебя так поразило, Лизия, красота Стаса или то, что он больше не обращает на тебя внимания? — язвительно спросила Молли, наблюдая за мной.

Сьюзи хихикнула, а я мысленно поблагодарила Молли за то, что своим вопросом помогла мне опомниться от потрясения. Переведя взгляд на других гостей, я облегченно вздохнула, потому что Стас действительно не смотрел в нашу сторону и не видел моей реакции. Он подошел к нам, приветливо улыбаясь:

— Добрый вечер, леди! Мне приятно вновь видеть вас. Пропустил всего одну вечеринку, но уже успел соскучиться. Леди Лизия, поздравляю Вас с Днем рождения!

— Благодарю, Вы очень любезны, — только и успела ответить я.

— Я тоже рада видеть Вас, и я тоже очень скучала, — выпалила Сьюзи, отчаянно краснея.

— Мне приятно слышать это, — снисходительно произнес виконт и отошел в сторону.

Я удивленно посмотрела на Сьюзи, а она с видом победительницы — на меня.

— Теперь я буду бороться за него, — высокомерно заявила она, глядя мне в глаза.

— Может, не стоит так откровенно это делать, рискуешь спугнуть, — насмешливо предупредила ее.

— Это ты всех распугиваешь, а я просто стараюсь быть вежливой, — раздраженно сказала Сьюзи.

«Да, ненадолго хватило у моих родственников дружелюбных чувств по отношению ко мне», — усмехнулась про себя.

Я стала внимательно рассматривать всех гостей, но никаких изменений или особенностей в их внешности не заметила. Что же случилось со Стасом? Кто прячется за его оболочкой?

— А вот и твой избранник, — вновь услышала я ехидный голос Молли, а Сьюзи поддержала ее злорадным смехом.

— Скорее бы уже у вас появились поклонники, пока вы не успели собственной желчью подавиться, — обрезала я обнаглевших родственниц.

А потом взглянула на Колина и остолбенела уже во второй раз за вечер, тут же забыв про разозлившихся от моих слов сестер. Под оболочкой привычной внешности графа скрывался другой человек, и я с изумлением узнала его. Это был друг Вайта, тот самый синеглазый брюнет Колин Ландер. Он уже подошел к нам поздороваться, а я еще не могла прийти в себя.

— Рад вас приветствовать, леди, — произнес он. — Леди Лизия, поздравляю Вас с Днем рождения. Могу я сегодня рассчитывать хотя бы на один танец с Вами?

— Благодарю Вас, — с трудом понимая, о чем он говорит, ответила я. — Конечно, я с удовольствием потанцую с Вами.

Глава 19

Мне необходимо было успокоиться и подумать. Сказав Сьюзи и Молли, что скоро вернусь, я пошла к себе. Войдя в комнату, бессильно опустилась в кресло и задумалась. Что происходит? Сначала Стас, теперь Колин? Раньше такого за ними не замечала. Почему именно сегодня? Стоп! Сегодня день моего рождения, ночью мне «сделал ручкой» дух рода, зато в подарок я получила книгу, которую не могу прочитать. Я потрогала браслет на руке, и сразу в памяти всплыла строчка: «Ты книгу открываешь — чужой покров снимаешь». До меня стало доходить, что дело не в Стасе и Колине, а во мне. От волнения вскочила и стала бесцельно ходить по комнате.

— Леди Нора, — позвала я духиню замка, — мне нужно поговорить с Вами.

Пришлось ждать некоторое время, потому что она появилась не сразу.

— Много дел, везде нужен присмотр, — объяснила она.

— Я сегодня увидела, что за внешностью одного человека скрывается другой, — сообщила я ей в надежде получить объяснение.

— Ты — магиня, — усмехнулась она и больше не произнесла ни слова.

— Исчерпывающий ответ, ничего не скажешь! — обиделась я, продолжая метаться по комнате. — Я и раньше была магиней, но не видела этих раздвоений!

Леди Нора устроилась в кресле и, казалось, с интересом наблюдала за мной. Мне стало спокойнее: пусть молчит, но хотя бы она готова выслушать меня. Я стала рассуждать вслух:

— На мой взгляд, тут два варианта: за одним лицом скрываются два человека.

После этих слов лицо духини вытянулось от удивления, а потом она стала смотреть на меня снисходительно и, одновременно, сочувственно, как на больную.

- Или один человек имеет два лица, одно из которых ненастоящее, и он прячет за ним настоящее лицо, — продолжила я, стараясь не сбиться с мысли.

Остановилась и внимательно посмотрела на духиню замка, пытаясь разглядеть ее реакцию на мои последние слова, внезапно она исчезла из этого кресла и появилась в другом.

— Иллюзия! — осенило меня.

После этого леди Нора подплыла ко мне и, довольно улыбаясь, произнесла:

— В нашем роду очень редко, но встречались и глупцы. Я знала, что ты не из их числа.

Так своеобразно прореагировав на мои умозаключения, леди Нора исчезла, а я опустилась в кресло. Мне удалось получить от духини сомнительный комплимент, видимо, все же здорово напоминала ей тех редко встречающихся представителей рода. Я усмехнулась и попыталась сосредоточиться. Итак, смазливое лицо Стаса — это всего лишь иллюзия, а на самом деле за ним скрывается незнакомец, который не хочет, чтобы я участвовала в королевском отборе. Сначала он хотел соблазнить Лизию с помощью своей внешности, и ему это почти удалось, но тут появилась я. На меня его внешность не произвела никакого впечатления, поэтому соблазнение сорвалось, и тогда он организовал мое похищение. Остается выяснить, кто он такой и почему так противится моему участию в отборе. Как это сделать, пока понятия не имела, но для начала хотя бы с одной задачей определилась.

Теперь Колин. Здесь все как раз с точностью до наоборот. Его иллюзия — это незаметная внешность, которая должна не только не нравиться женщинам, но и не привлекать внимание мужчин. Именно так на него все и реагировали, пока он не был назначен моим «опекуном» на вечер. Собственно благодаря мне на него стали обращать внимание, даже если это происходило в формате: «Что она в нем нашла?». Из-за меня он вызвал на разговор Стаса. Пусть это была его инициатива, но нетрудно догадаться, кто его на это спровоцировал. Внутри меня все пело: человек, которому я симпатизировала и уважала, и тот, который мне безумно понравился — одно и то же лицо!

С одной стороны, у меня в груди сердце начинало радостно биться от понимания того, что его реакция на мое похищение похожа на реакцию мужчины, пытающегося защитить свою женщину. С другой стороны страх совершить ошибку заставлял сомневаться в таком выводе снова и снова. Почему он прячется под такой иллюзией перед всеми, кроме своего друга Вайта? Если он испытывает ко мне какие-то чувства, то почему не хочет мне открыться? Мне припомнились слова Вайта: «А если ты ей предложишь что-то серьезное, то не сделаешь то, что должен и потеряешь все!», и ответ Колина: «Мне кажется, она того стоит». Неужели речь шла обо мне? Что должен сделать Колин? И почему обязательно при этом он потеряет меня? Спросить у него? Так, не факт, что ответит. И вот еще, что было любопытно отметить, Стас и Колин не видели истинного лица друг друга, и тот, и другой принимали иллюзии за настоящее лицо.

Мне пора было возвращаться. Не ответив ни на один вопрос, ну, или почти ни на один, и ни в чем не разобравшись, я возвратилась в зал, изо всех сил стараясь выглядеть безмятежно. Колин подошел ко мне, тепло улыбнулся и пригласил на танец. Как только наши руки соприкоснулись, я перестала замечать его иллюзию, смотрела в его синие, как море, глаза и чувствовала, что тону в них. Понимала, что нельзя так откровенно проявлять свои чувства, но была не в силах не смотреть на него.

— Вы сегодня очень молчаливы, Лизия, — сказал Колин, и в его глазах я заметила беспокойство. — Вас что-то тревожит?

Его вопрос заставил меня очнуться, я, наконец, оторвала свой взгляд от его глаз и решила попробовать выяснить хоть что-нибудь.

— Меня немного тревожит королевский отбор, — сказала я, — точнее я не совсем понимаю связь между ним и пророчеством. Какое отношение имею я, да и не только я, а, пожалуй, все участницы к этому непонятному пророчеству?

— Возможно, кто-то из участниц что-то скрывает, делая это невольно, не подозревая о своих возможностях, или специально. Отбор позволяет выявить это, — не сразу ответил Колин. — Странно, что Вас интересует пророчество, королевский отбор все претендентки давно уже рассматривают, как шанс выйти замуж за принца.

— А я вот по-другому на это смотрю, — вздохнула я. — Шансы мои, если честно, невелики, да и вдруг мне принц не понравится?

— Вряд ли это повлияет на решение королевской семьи, — горько усмехнулся Колин.

Мне показалось, что хочет мне что-то сказать, но он молчал. Для меня стало полной неожиданностью, когда подошел Стас, чтобы пригласить на танец. Я не могла скрыть удивления, но и отказать не решилась, ведь считается, что я ничего не знаю о его участии в моем похищении. Странно, но даже когда мы начали танцевать, иллюзия не исчезла, я видела два лица.

— Надеюсь, Вы не сердитесь на меня, Лизия? — спросил он.

— За что именно? — уточнила я.

— Неужели я так часто обижал Вас? — виновато улыбнулся Стас. — Прошу простить меня.

— Считайте, что Вы прощены, — ответила я. — Наши разногласия уже не так важны, поскольку скоро королевский отбор.

— Раньше это событие не казалось Вам таким важным, а с некоторых пор Вы решительно настроены на участие в нем. Разве что-то изменилось?

— Вы считаете, что я менее достойна, чем остальные претендентки? — спросила я, капризно надув губы.

— Нет, конечно, нет, — поспешно ответил Стас. — Просто раньше Вас это не волновало, и ко мне Вы по-другому относились. Вот я и решил, по-видимому, что-то произошло и, может, это как-то связано с пророчеством, раз Вы резко передумали.

— А еще раньше Вы оказывали знаки внимания Сьюзи, — высказала я претензию с обидой в голосе и стала демонстративно смотреть в сторону.

— Так Вы ревнуете? — как-то чересчур радостно удивился виконт, — и это единственная причина?

— По-Вашему, этого недостаточно? — возмутилась я.

К счастью, танец закончился. Некоторое время Стас наблюдал за мной, и мне пришлось изображать из себя обиженную. Во время танца я специально заводила разговор о королевском отборе, чтобы увидеть реакцию партнеров.

Разговор со Стасом убедил меня в том, что он не хотел, чтобы я принимала участие в королевском отборе, более того, он чего-то боялся, поэтому мне и пришлось прикидываться глупой ревнивой курицей. Неужели он подозревает, что я могу быть той, благодаря которой исполнится пророчество, той, которая может зажечь королевскую звезду? Если ошибаюсь, то вскоре это выяснится, но вот в чем я твердо уверена, так это в том, что ни в коем случае нельзя ему показывать, что я догадываюсь о мотивах его поведения.

Что касается Колина, то мне показалось: он не против того, чтобы я участвовала в королевском отборе. Граф с пониманием отнесся к моему решению, не навязывая свою точку зрения, а, напротив, доброжелательно отвечая на мои вопросы. Я смотрела на Колина сквозь его неприметную оболочку, и мысли мои потекли в каком-то сказочном направлении. Я легко представила, что под иллюзией Колина скрывается принц, который ищет девушку из пророчества, мы встречаемся на королевском отборе, и я возвращаю силу королевству, соединив свою судьбу с его судьбой. Конец сказки. Почему именно я верну силу? Это мне дух рода сам сказал. Как я верну эту силу, представляла плохо, но в данный момент это казалось таким незначительным.

Глава 20

Утром леди Нора сказала мне, чтобы я привела мачеху с сестрами в кабинет отца, где хранилось завещание. Мы вчетвером вошли в кабинет, в котором возле сейфа я с удивлением обнаружила леди Нору, она спокойно смотрела на меня. Бросив взгляд на мачеху и сестер, поняла, что вижу ее только я. Мы сели возле стола, вдруг над столом что-то вспыхнуло, и появилась шкатулка. Она немного повисела в воздухе, затем плавно опустилась на стол. Мачеха потянулась к ней, но застыла на полпути, не в силах двигаться. Мы ждали, но ничего не происходило, только леди Нора хмуро смотрела на Лауру, а та, естественно, не замечала ее взгляда.

— Вам лучше сесть на свое место и не мешать процедуре, — обратилась я к мачехе.

Она недовольно посмотрела на меня, но села. В ту же секунду шкатулка открылась, и из нее вылетел свиток, он стал разворачиваться прямо в воздухе, показывая написанный на нем текст, одновременно зазвучал мужской голос:

«Я, лорд Рогарт, объявляю наследницей рода Рогартов единокровную дочь мою Лизию в день ее семнадцатилетия. С этого дня все имущество рода: замок, земли, дома, деньги, золото, драгоценности принадлежат ей. Да исполнит дочь моя свое предназначение согласно воле рода!

Дом в городе и денежные средства на содержание оставляю жене своей Лауре и дочерям ее Молли и Сьюзи. Если жена моя нарушит свою клятву, данную мне при жизни, что будет заботиться о дочери моей до этого дня, как о своей, или не убережет ее, то лишится она наследства своего и будет изгнана с земель рода. До исполнения предназначения Лаура, Молли и Сьюзи остаются в замке. После исполнения воли рода право решать, проживать ли им в замке, оставляю за Лизией.»

Судя по тому, как Лаура побледнела и вытаращила глаза, а дочери ее ахнули, вжавшись в спинки кресел, это звучал голос отца Лизии. Свиток свернулся, опустился на дно шкатулки, крышка которой захлопнулась. Шкатулка же осталась стоять на столе. Мачеха встала и подошла к столу, протянула руку к шкатулке, но снова наткнулась на невидимую стену. Лаура выглядела резко постаревшей, она безвольно опустила голову и побрела к выходу, не глядя на дочерей. Они вскочили, боязливо посмотрели на меня и торопливо вышли за ней.

— Удивлена? — спросила леди Нора, когда мы остались одни.

Я, действительно, была немного обескуражена услышанным.

— Не слишком ли жестко отец обошелся с мачехой? — спросила я.

— Как теперь выяснилось, она и не собиралась заботиться о тебе, значит, понимала, что не выполнит обещание, данное твоему отцу. Он, видимо, предполагал это, — спокойно ответила духиня, а потом добавила голосом, в котором слышалась горечь: — Да и ты на многое не рассчитывай, род наш обеднел за последнее столетие.

Меня отвлекло покалывание на левой руке и появление мерцающей надписи: «Чтобы запел твой соловей, мелодию в него ты влей». Запомнив строку, сразу обратилась к духине замка, наблюдавшей за мной:

— Леди Нора, речь идет о подарке принцу. Жду Вас в библиотеке и очень надеюсь, что вы с Лурогом поможете мне, — сказала я и побежала за шкатулкой-подарком для принца.

Когда я вошла в библиотеку, духиня замка и Лурог уже ждали меня. Я поставила шкатулку на стол, положила руку на ее крышку и произнесла:

— Песня.

Мы услышали звук щелчка, и шкатулка открылась. Леди Нора и Лурог с интересом наблюдали за моими действиями. Я вытащила клетку и аккуратно поставила ее на стол.

— Этот соловей должен запеть, — пояснила я своим помощникам. — Для этого я должна влить в него мелодию с помощью вот этого артефакта.

— В чем заключается наша помощь, если мы сами не знаем, как это можно сделать? — спросила духиня, а Лурог молча согласился с ней.

— Я буду говорить, как это можно сделать с точки зрения логики, но, думаю, в этом и будет заключаться ошибка, а вы своими вопросами и замечаниями поможете выбрать правильное направление в решение данной задачи с применением магии и таким образом, избежать ловушки, в которую сама себя могу загнать.

Я процитировала мерцающую надпись, вытащила розовый камешек из шкатулки и положила его на стол.

— Какие будут предложения? — спросила я у призраков, зависших над столом и рассматривающих подарок со всех сторон.

— А какую мелодию ты хочешь влить в эту птицу? — спросил Лурог.

— Пение или трели соловья, ну, то есть звуки, которые он издает.

— И какие это звуки? — уточнила леди Нора.

— Фьють-фьють, — робко произнесла я.

— Довольно странная мелодия, — заметила она.

— Это не мелодия, я просто пыталась изобразить звуки, которые издает эта птица, — оправдывалась я. — К сожалению, не умею свистеть. А разве вы не знаете, как поет соловей?

— Зачем нужно это знать? — удивился Лурог. — Вливать мелодию будешь ты, а не птица!

- Так что подбери что-нибудь более подходящее, — добавила духиня.

Кроме романса Алябьева «Соловей», ничего в голову не приходило. Я напела первый куплет и припев, по разочарованным лицам призраков поняла, что получилось не очень. Тогда попыталась «промурлыкать» мелодию без слов и, по-моему, разглядела в их глазах интерес.

— Мне кажется, что будет лучше, если зазвучит музыкальный инструмент, а не мой голос, — сказала я. — Но, допустим, мы определились с мелодией, а что означает — влить мелодию, ведь физически это сделать невозможно?

— А что можно влить, как ты говоришь физически? — задал вопрос Лурог.

— Воду, например, но речь не об этом, — горячилась я. — Мне кажется, в слово «влить» заложен другой смысл.

— Если мелодия будет в воде, то ее запросто можно влить физически, — огорошила меня леди Нора.

В словах духини был определенный смысл, и я задумалась, призраки терпеливо ждали, нисколько не волнуясь, в отличие от меня.

— То есть нужно, чтобы мелодия оказалась в воде, и тогда вода условно становится музыкальным инструментом, — рассуждала я. — Этот инструмент вместе с мелодией размещаем внутри соловья.

— Точнее вливаем через клюв, — сказал Лурог, склонившись над игрушечной птичкой и заглядывая в этот самый клюв.

Я выбежала из библиотеки и быстро вернулась назад, держа в руках два прозрачных бокала, в одном из которых была вода.

— Сейчас я брошу в воду артефакт, напою мелодию и…, - я замолчала, нерешительно посмотрев на собеседников.

— Бросай и пой, — твердо сказала леди Нора.

Так и поступила, бросила камешек в бокал и промурлыкала припев, держа бокал около лица. Закончила петь, но ничего не произошло, я вопросительно посмотрела на духов.

— Зачем тебе второй бокал? — поинтересовался Лурог.

Я пожала плечами и зачем-то стала переливать воду в пустой бокал. Как только струйка коснулась стеклянных стенок, зазвучала мелодия, которую я напевала. К ней примешивался звук льющейся воды, который создавал эффект вибрации, и это было больше похоже на трель, чем просто мое мурлыкание.

— Получилось! У нас получилось! — закричала я от радости и засмеялась.

— Попробуй еще раз напеть, при этом слегка взбалтывая воду в бокале, — деловито предложила духиня, морщась от моего крика.

Последовав ее совету, я вновь стала переливать воду, и зазвучавшая мелодия совсем не была похоже на пение человека, а стала больше походить на звуки, издаваемые птицей. Конечно, утверждать, что это точная копия соловьиного пения я бы не рискнула, но и человеческий голос мало напоминало.

— Ну что, будем вливать? — спросила я у своих собеседников, нажимая на малюсенькую кнопочку открытия и закрытия клюва.

Они дружно кивнули, я, нажав на кнопочку, открыла клюв и осторожно влила туда магическую воду. Соловей запел, при этом он и клетка переливались разными цветами, получился эффект светомузыки. Нажала на кнопочку, клюв закрылся, пение прекратилось, цвета застыли. Снова нажала на нее, чтобы открылся клюв, и все повторилось! Я с восторгом смотрела на своих друзей и, наконец, искренне поблагодарила:

— Спасибо, если бы не вы, то у меня бы ничего не получилось!

- Ну, от меня было мало пользы, — сказал засмущавшийся орк.

— Умение задавать правильные вопросы — это дар, и ты им обладаешь! — безапелляционно заявила я.

— Безусловно, — поддержала меня леди Нора, — впрочем, ты, Лизия, и без нас бы справилась, но наблюдать за тобой всегда интересно.

— То есть вы были уверены, что у меня получится, поэтому и не волновались? — с удивлением спросила я.

Они не ответили, лишь только одновременно тяжело вздохнули, глядя на меня со снисходительными и в то же время дружелюбными улыбками.

Глава 21

Я убрала клетку в шкатулку и еще некоторое время бродила по замку довольная с мыслью, что хотя бы к одному конкурсу я подготовилась. Но эйфория быстро прошла, вернулось беспокойство и неуверенность в собственных силах. Необходимо было еще раз изучить материалы о королевском отборе, поэтому я вернулась в библиотеку и стала просматривать книги об этой процедуре. В них кратко сообщалось о том, что выявить сильнейшую магиню помогут различные конкурсы и задания, но никто не знал, какие именно, это становилось известным только во время проведения отбора. Зато подробно сообщалось, какой гардероб должен быть у каждой участницы, сколько платьев, какой расцветки и подобная ерунда.

— Лурог, давай почитаем пророчество еще разок, — попросила я хранителя.

Он послушно начал цитировать пророчество:

— Чуть более ста лет пройдет,

Когда судьба тебя сведет

С той, что явившись, принесет…

— Стоп! — прервала его, — «чуть более ста лет пройдет» после чего?

— После того, как появилось пророчество, — ответил Лурог.

— Это понятно, но что произошло сто лет назад, точнее, чуть более? — уточнила я. — Ну, может, война с каким-нибудь королевством или княжеством была?

— Не было войны, — задумчиво сказал Лурог.

— А в самом королевстве ничего не происходило? — продолжала приставать к орку. — Может, маги что-нибудь натворили, и их наказали?

— Об этом нет никаких сведений в книгах, — сообщил Лурог. — Кстати, самая старая книга в библиотеке как раз того периода.

— То есть самой старой книге чуть более ста лет? — удивилась я. — А где же более древние издания?

— Не могу сказать, Лизия, я стал хранителем всего сорок лет назад, — виновато ответил он.

— А где можно найти эти древние книги?

— Возможно, в королевской библиотеке, — неуверенно сказал Лурог.

— Что ж учту это, и, когда буду во дворце, может быть, мне разрешат посмотреть их, — проговорила я.

За завтраком мачеха сообщила, что мы приглашены на очередную вечеринку. Мне показалось, что она плохо выглядит, наверное, завещание стало для нее ударом, и ей пока еще трудно оправиться после него.

— Лаура, как ты себя чувствуешь? — поинтересовалась я.

— Ты еще спрашиваешь? — возмутилась она.

— Может быть, тебе стоит обратиться к лекарям или магам? — продолжала я, не обращая внимания на ее выпад.

— Если ты думаешь, что я обращусь к тебе, то ошибаешься! — разорялась она.

— При чем здесь я? У тебя дочери — магини, — не смогла скрыть насмешки.

Сьюзи и Молли покраснели и уставились в тарелки. Понятно, значит, дочери пробовали лечить, и у них ничего не вышло.

— Обратись к более сильным магам, — посоветовала я.

— Это легче сказать, чем сделать! Ты знаешь, сколько это будет стоить? — не унималась Лаура.

— Узнаю, когда буду оплачивать счет за твое лечение, — сказала я.

Мачеха замолчала, ошеломленно глядя на меня, ее дочери тоже смотрели на меня, как на ненормальную. Судя по их взглядам, если бы мне потребовалась помощь магов, то вряд ли бы они стали ее оплачивать.

Я сидела перед зеркалом и готовилась к приему, когда ощутила покалывание на левой руке в месте расположения браслета. Дотронулась до него и передо мной появилась колеблющаяся и сверкающая, как и в прошлый раз строчка: «Игра опасностей полна, ты защитить себя должна». Повторила про себя слова, запоминая, и строчка тут же исчезла. Какая игра? От кого защитить? И самое главное — как?

Мы вошли в зал, я тут же оглядела его в поисках Колина. Увидев друга, радостно улыбнулась и уже хотела подойти к нему, как услышала недовольное шипение мачехи. Ну, конечно, чуть не нарушила нормы приличия. Колин заметил мою попытку и сам подошел к нам.

— Добрый вечер! Леди Лаура, позвольте присоединиться к Вашей очаровательной компании, — произнес он почтительным тоном.

Мачеха хотела отказать, я это поняла по ее нахмуренным бровям и сжатым губам, но я многозначительно кашлянула и пристально посмотрела на нее. Она бросила на меня быстрый взгляд, и лицо ее расплылось в приветливой улыбке:

— Я не возражаю, граф. Мы всегда рады Вашему обществу.

После этого Колин повернулся ко мне, и в этот момент я увидела над нами светящуюся прозрачную сетку, которая отделяла его и меня от остальных.

— Мне показалось, что Вы хотели поговорить со мной, — обратился он ко мне, улыбаясь уголками губ, — и не беспокойтесь, я поставил полог тишины.

То есть теперь я могла видеть не только иллюзии, но и полог тишины, хотя Колину об этом не сказала.

— Да, Колин, мне о многом нужно с Вами поговорить, и, боюсь, пары танцев для этого недостаточно. Поэтому, спасибо, что откликнулись на мою непроизнесенную просьбу.

— Я внимательно слушаю Вас, Лизия, — произнес Колин, сразу становясь собранным.

— Здесь играют в какие-нибудь игры? — начала я можно сказать с места в карьер.

— «Здесь», Вы имеете в виду на вечеринке? — удивленно спросил Колин.

— На вечеринке, или на королевском балу или на любом другом приеме, — пыталась я выкрутиться, поняв, что проговорилась.

— На таких мероприятиях не принято играть, разве что в карты в специальных комнатах, — ответил Колин. — Может, Вас интересует что-то конкретное?

— Меня интересуют игры, в которых надо защищаться, — попыталась я сформулировать вопрос конкретнее.

— В Вашем случае, например, на королевском отборе могут предложить игры, где нужно будет защищаться, применив магию, — немного подумав, ответил он. — А, вообще, знаете, Лизия, иногда жизнь складывается, как игра, где необходимо защищаться, а иногда и нападать. И ты вынужден участвовать в этой игре, чтобы не проиграть жизнь.

Я завороженно слушала его, честно говоря, не ожидала, что он так откроется мне. Да он и сам, пожалуй, не ожидал, потому что я увидела, как он уже начал жалеть, что слишком разоткровенничался со мной.

— Спасибо, что доверились мне, — сказала я, прикоснувшись к его руке. — Я тоже постараюсь быть с Вами откровенной, насколько это возможно. Я должна себя защитить.

— Вам что-то или кто-то угрожает? — обеспокоенно спросил Колин, накрыв мою руку своей.

Этот жест не остался незамеченным, потому что я увидела недовольное лицо мачехи и нервные переглядывания сестер.

— Кажется, нам пора танцевать, — заметила я Колину.

Он улыбнулся и пригласил меня на танец.

— Нас не слышно? — спросила его на всякий случай, незаметно разглядывая светящуюся сетку.

— Нет, так о каких угрозах идет речь? — спросил он с легкой усмешкой на губах, чтобы со стороны казалось, что мы разговариваем о пустяках.

— В том-то и дело, что я не знаю, о чем идет речь, но четко знаю, что должна себя защитить, — ответила ему по возможности честно.

— Мне надо подумать, Лизия, — после долгой паузы сказал Колин.

— Понимаю, — со вздохом ответила ему.

С нетерпением ждала, когда Колин пригласит меня на следующий танец. Я решила довериться ему, и дело было не только в его потрясающих синих глазах, глядя в которые хотелось кричать о любви и петь от счастья. Меня также подкупил Колин-иллюзия, абсолютно непривлекательный мужчина, который проявлял ко мне внимание, очень напоминавшее заботу. Все труднее мне было скрыть, что я вижу иллюзию, все больше задевало, что он не говорит мне, почему скрывается за ней. И я знала причину своих терзаний, потому что себе старалась не врать никогда, я влюбилась и мучилась, оттого, что не знаю, какие чувства ко мне испытывает Колин. Мысль о том, что я ему безразлична, доставляла боль. Я металась между желанием признаться ему в своих чувствах и страхом быть отвергнутой.

Глава 22

Пригласив меня на второй танец, Колин был необычайно серьезен и сосредоточен, сразу быстро и четко начал говорить:

— Лизия, я для Вас сделаю артефакты. Не буду скрывать, что они могут пригодиться Вам на королевском отборе. Защитный артефакт не даст прочитать Ваши мысли

— Вы хотите сказать, что в моей голове будут копаться? — возмутилась я.

— Обязательно будут, им необходимо знать о Ваших намерениях. Скорее всего, это будут делать королевские маги. Артефакт будет защищать Ваше сознание, но не блокировать доступ к нему. Блокировка может показаться подозрительной и тогда Вами займутся всерьез, они попытаться ее взломать, чтобы узнать, кто ее поставил и для чего, а это очень опасно и, в первую очередь, для Вас.

Артефакт защиты трудно выявить. Когда кто-то попытается «залезть» Вам в голову, артефакт подаст сигнал, это будет ощущения шума в голове, то есть он активизируется сам под воздействием чужой магии. Возможно, Вы и сами сможете это почувствовать, как кто-то копается в Вашей голове, но пусть будет и сигнал. В этот момент Вы должны думать о чем-то абсолютно не вызывающем подозрений, например, о нарядах, или о соперницах. Артефакт делает эти мысли и рассуждения ярче, и они перекрывают, или накладываются, или поглощают, назовите это, как угодно, доступ к другим Вашим мыслям, о которых никто не должен знать. Этот артефакт будет работать довольно длительное время.

Еще я сделаю для Вас артефакт-предохранитель, который спасет Вас в минуту смертельной опасности, но при этом разрушится сам. Он тоже активизируется самостоятельно под воздействием чужой разрушительной магии.

Артефакт защиты будет в виде кулона, а артефакт-предохранитель — в виде кольца. Оба артефакта станут невидимыми, как только Вы наденете их, и не будут реагировать на другую магию.

Колин замолчал. Я потрясенно смотрела на него и тоже молчала. Он сделает для меня то, что, по сути, должен был сделать дух рода. Без такой защиты, о которой я и понятия не имела, запросто могла проколоться на начальном этапе этого пресловутого отбора, даже не приступив к испытаниям. Чего уж говорить о том, чтобы вернуть королевству силу, как предрекал дух рода Дарин!

— Спасибо, Колин! — искренне поблагодарила его. — Я никогда этого не забуду!

Он замер от этих слов и неотрывно смотрел на меня тоскливым взглядом.

— Я передам артефакты на следующей вечеринке, — наконец, сказал он. — Мне бы еще хотелось показать Вам, как можно защитить себя, только здесь это невозможно сделать.

Он посмотрел на людей, заполнивших зал, и смущенно улыбнулся мне.

— Может, мы спрячемся в саду? — спросила я, не подумав, как это провокационно прозвучало, и покраснела.

— Давайте рискнем, — быстро согласился Колин и торопливо заговорил, будто боялся, что я передумаю: — Идите до конца второй аллеи, там будет беседка, ждите меня в ней. Я приду позже, потому что нас не должны видеть вместе.

Он отошел от меня и сел на стул, как обычно, в одиночестве. Подойдя к мачехе, немного постояла с ней, а потом вышла в сад вслед за другими девушками и неторопливо пошла по аллее. Как ни удивительно, но беседку я нашла и стала ждать Колина. Он возник передо мной внезапно, причем без иллюзии.

— Лизия, не пугайтесь, — взволнованно произнес он, пытаясь осторожно взять мою руку.

— А где Ваша иллюзия? — ляпнула я от неожиданности.

— Оставил в зале, — моментально ответил он, а потом спохватился: — Так Вы знаете?

— Я вижу, — призналась я.

— И как давно? — спросил он, глядя на меня и при этом лаская своими пальцами мою ладонь.

— С того дня, как мне исполнилось семнадцать лет, — ответила ему, тая от его нехитрой ласки. — Почему Вы скрываетесь от всех?

— Это не моя тайна, мне нельзя снимать иллюзию, но я не хочу больше скрываться от Вас, — взволнованно проговорил Колин и подошел ко мне вплотную.

Я стояла, тяжело дыша, едва осознавая, о чем он говорит, завороженно глядела в его синие, как море глаза, и понимала, что пропала окончательно.

— Лизия, — прошептал он, бережно взял в ладони мое лицо и ласково прильнул к моим губам.

Одной рукой он придерживал мою голову, а вторая медленно спустилась по спине к талии, и он крепко прижал меня к себе. Я обняла его за шею и страстно ответила на поцелуй. Колин застонал, оторвался от меня, изумленно посмотрел на меня и уже требовательно впился в губы. Его руки жадно блуждали по моему телу, пока, наконец, не сжали грудь. Я не заметила, как он обнажил ее, пальцами сжав сосок, начал ласково теребить его, а потом, склонив голову, приник к нему губами. Я застонала, Колин оторвался от груди и полубезумным взглядом посмотрел мне в глаза. Не осознавая, что делаю, я потерлась об него, требуя ласки. Он стал лихорадочно целовать меня, стаскивая с плеч платье.

— Здесь ее тоже нет, — услышала, будто сквозь вату, голос Сьюзи и в ужасе замерла.

— Не бойся, милая, нас никто не видит и не слышит, — зашептал мне на ухо Колин, прерывисто дыша.

Посмотрев вверх, я увидела две светящиеся сетки, одна была прозрачная, а вторая мерцала белым светом. Первую сетку я узнала — это был полог тишины, а вторая, очевидно, была пологом невидимости. Приходя в себя, я попыталась отодвинуться, но покачнулась и снова прижалась к нему своей обнаженной грудью. Он судорожно вздохнул и обнял меня. И тут я почувствовала воздействие чужой магии, это было похоже на то, будто меня со всех сторон обдувает ветер, то тихий, то порывистый.

— Все, милая, — вновь услышала я ласковый шепот и почувствовала сильные руки, нежно обнимавшие меня за талию.

Я отодвинулась, оглядела себя и, не обнаружив никакого беспорядка в одежде, удивленно взглянула на Колина. Он улыбался мне, а в глазах его было столько нежности!

— Вот здесь ты выйдешь на соседнюю аллею и встретишь сестер, — сказал он мне, подведя к еле заметной тропке.

Пройдя немного по ней, я оглянулась, но никого не увидела. Дойдя почти до середины аллеи, увидела Сьюзи с Молли и торопливо пошла к ним.

— Наконец-то, я вас нашла, — облегченно выдохнула я.

— Где ты была? — раздраженно спросила Молли, придирчиво оглядывая мою прическу и одежду.

Не найдя никаких изъянов, она недовольно поджала губы.

— Заблудилась, — ответила я, — и не вздумайте смеяться или рассказать кому-нибудь. Я и так себя чувствую дурочкой.

На мои слова сестры довольно засмеялись, поэтому в зал мы вошли втроем, весело улыбаясь. Приготовившиеся к сплетням кумушки, разочарованно отвернулись. Я взглянула на Колина, он смотрел в нашу сторону, на меня и сестер, сквозь иллюзию увидела печаль в синих глазах.

Глава 23

Следующая вечеринка была последней, потому что через несколько дней мы отбывали во дворец. Колин на прием не явился, я надеялась до последнего, уговаривала себя, что он только опаздывает, что не может меня обмануть, но все напрасно. Плюнув на все правила этикета, я спросила у хозяев дома, устраивавших вечеринку, был ли приглашен на этот прием граф Волкон. Меня заверили, что приглашали его и получили согласие, но его отсутствие объяснить не могли, поскольку больше никаких известий от него не поступало. Мне это показалось странным, я начала волноваться, не случилось ли с ним чего-нибудь.

Расстроенная, вошла в свои апартаменты, там меня поджидала леди Нора.

— Вижу, что ты чем-то огорчена, — промолвила она, поглядев на меня, — пойдем со мной.

Ни о чем не спрашивая, я последовала за ней. Мы подошли к комнате, в которой встречались с Колином, когда он мне рассказывал о похищении. Войдя в нее, я сразу увидела небольшую шкатулку, сердце тревожно забилось, я догадалась, что она от Колина. Открыв ее, увидела записку:

«Лизия, как и обещал, я дарю тебе два артефакта. Надеюсь, что, в случае опасности они смогут помочь. Мне пришлось срочно уехать. Извини, что не смог попрощаться. Надеюсь, мы еще встретимся. Мне очень хочется в это верить, моя милая Лизия. Колин».

Я вновь и вновь перечитывала короткие строки. Меня испугало, что у Колина не было твердой уверенности в нашей встрече, я убеждала себя, что мы сможем увидеться на королевском отборе, мне очень хотелось верить, что судьба обязательно сведет нас. Я аккуратно взяла в руки артефакты и внимательно рассмотрела их. На вид это были обыкновенные кулон и колечко, ничего в них особенного или бросающегося в глаза не увидела. Сначала я осторожно примерила колечко на палец левой руки, оно пришлось впору и сразу же стало невидимым, потом надела на шею кулон, получила тот же эффект.

— Кто принес шкатулку? — спросила я у духини замка.

— Никто не приходил, во всяком случае, мне об этом ничего не известно, — ответила она. — Просто появилась шкатулка.

— Вы почувствовали ее появление? — поинтересовалась я.

— Вряд ли ко мне применимо это слово — «почувствовала», — усмехнулась леди Нора. — Просто мне, как духу замка, известно обо всем, что здесь происходит.

— Спасибо, леди Нора, — поблагодарила я ее. — Граф Волкон должен был передать мне эти артефакты сегодня вечером, но он не смог прийти на прием, о чем и сообщил в этой записке.

Я решила съездить к Вайту Сантеру, надеясь, что ему известно, почему внезапно исчез Колин, и он мне расскажет об этом. Как и в прошлый раз, ничего не сказав мачехе и сестрам, мы с няней утром отправились в поселение оборотней. Жители нас также приветливо встретили, а когда мы подъехали к дому Вайта, он уже встречал нас на пороге.

— Лизия, какая неожиданность! — радостно улыбнулся Вайт, помогая нам с няней выйти из экипажа.

Мы вошли в дом, в ту самую гостиную, где я впервые увидела Колина Ландера, настоящего Колина, без иллюзии.

— Вайт, я приехала попрощаться, скоро отбываю в столицу, — сообщила я ему. — Хотела еще раз поблагодарить тебя за то, что помог мне тогда в лесу.

— Может, это прозвучит слишком дерзко с моей стороны, но мне понравилось спасать тебя, — весело проговорил Вайт. — Я рад, что Колин попросил меня найти тебя в лесу.

— Кстати, а ты не знаешь, где он сейчас? Просто так внезапно исчез, — спросила я, стараясь выглядеть не очень заинтересованной.

Вайт сразу стал серьезным и не торопился с ответом. Меня, честно говоря, смутил его внимательный взгляд.

— Если Колин ничего не сказал тебе, значит, он считает, что так лучше для вас обоих, а я, тем более, не могу говорить об этом, — ответил он.

— Ладно, тогда передай ему, что я хочу…, нет, что я… благодарю его за подарок, — сбивчиво проговорила я, уже не пытаясь скрыть, насколько расстроена.

— Будь осторожна, Лизия, — сказал напоследок Вайт.

Как и в прошлый раз, мы с няней вернулись к завтраку. Войдя в столовую, я поприветствовала мачеху и сестер. Взглянув на Лауру, едва не споткнулась от неожиданности, настолько плохо она выглядела, волосы блеклые, кожа лица была высохшая и пожелтевшая. Она глядела на меня потухшим взглядом.

— Ты обращалась к магам, Лаура? — спросила я ее.

— Да, но они сказали, что ничем не могут помочь, — обреченно ответила мачеха. — Я вмешалась в законы магии и каким-то своим поступком запустила проклятие против себя.

Молли и Сьюзи выглядели тоже заболевшими, они со страхом смотрели на мать.

— Чтобы со мной ни случилось, я хочу, чтобы Сьюзи и Молли участвовали в королевском отборе, — сказала она, угрюмо глядя мне в глаза.

— Я никогда раньше не думала и сейчас не собираюсь возражать против этого, — ответила ей.

— Ты должна помочь им, — вдруг закричала она, — потому что это все из-за тебя!

— Можешь мне не верить, но у меня никогда даже мыслей не было как-то навредить вам или пожелать чего-нибудь плохого, — сказала я. — И мне, действительно, жаль, что это с тобой случилось.

Я встала из-за стола и, покинув трапезную, направилась к себе, жалость и досада — чувства, которые я в этот момент испытывала к мачехе. Мне было жалко, что совсем еще не старую цветущую женщину болезнь скрутила за такой короткий промежуток времени. И в то же время раздраженно думала о том, что мачеха сама что-то натворила с магией, а пытается обвинить почему-то меня, а я, как говорится, ни сном ни духом…

Я замерла: что там дух рода говорил: «…виновные в этом понесут наказание, как и сказано в пророчестве»? А пророчество я уже наизусть выучила, и там есть строчки: «На жизнь ее кто посягнет, погибнет сам, погубит род». Что же получается? Если я — та самая девушка из пророчества, как утверждал Дарин еще в самом начале, когда я только очнулась, то мачеха погубила себя и своих дочерей, едва не убив меня, то есть, Лизию. Догадывается ли мачеха, что речь идет о проклятии из пророчества или нет? Понимает ли, что приговорила не только себя, но и дочерей? Печально все это.

Я грустно вздохнула и потянулась к фигурке орка, когда ощутила покалывание на левой руке и машинально потрогала браслет, передо мной замерцала надпись: «Отбора цель определишь — чужой ловушки избежишь». Уже по привычке несколько раз повторила слова, запоминая, и они исчезли. Я была в растерянности, зачем определять цель отбора, если она всем известна: принцу нужно найти девушку из пророчества и жениться на ней, она зажигает звезду, а королевство обретает силу. Впрочем, это изначально принятые за аксиому слова духа рода, да наше с Лурогом толкование пророчества.

Возможны, по-видимому, и другие варианты, только вот узнать не у кого, та же мачеха с сестрами вообще о пророчестве не упоминали, во всяком случае, при мне, а когда я заговаривала, то удивленно смотрели на меня, потому как их цель на отборе была четко определена — выйти замуж за принца, они этого и не скрывали. Я же замуж за принца не собиралась, мне нужно участвовать в отборе, выполняя волю рода. Это ведь не означало, что я должна стать победительницей? Или означало? Картинка вырисовывалась не слишком утешительная, потому что, чтобы определить цель отбора, нужно поучаствовать в нем, но, если будешь участвовать, то можешь попасть в ловушку. Я тоскливо вздохнула, потому что получила не подсказку, а очередную загадку.

Настал день, когда Молли, Сьюзи и я должны были отправиться в столицу на королевский отбор. Накануне я попрощалась с хранителем библиотеки замка.

— Лурог, пожелай мне удачи, — сказала ему, грустно улыбаясь. — Завтра я уже буду во дворце, совсем одна. За эти несколько месяцев ты и леди Нора стали мне настоящими друзьями.

— Желаю тебе удачи, Лизия, — растроганно сказал Лурог. — Я даже не надеялся, будучи духом, стать при этом чьим-то другом, спасибо тебе.

— Это я должна тебя благодарить за помощь, все, что я узнала о королевском отборе, это только благодаря тебе, — искренне заверила я его и собралась уже уходить.

— Лизия, — неожиданно окликнул меня Лурог, — ты ведь собираешься посетить библиотеку во дворце?

— Хотелось бы, только вот не знаю, разрешат ли мне это сделать.

— Хранителем королевской библиотеки во дворце является лорд Лабер, он был моим учителем, — произнес орк. — Если тебе не разрешат посещать библиотеку, а, зная тебя, я уверен, что ты все же сумеешь туда проникнуть, то позови его. Мне кажется, он не откажет тебе в помощи, несмотря ни на какие запреты.

— Спасибо, Лурог, — поблагодарила я, обескураженная его словами.

Глава 24

И сейчас мы с сёстрами стояли в кабинете отца, где должен был открыться портал во дворец. Сначала увидели голубое мерцание в виде вертикальной линии прямо в центре кабинета, затем образовалась огромная, выше человеческого роста, дыра овальной формы, края которой светились голубоватым светом. По ту сторону образовавшегося прохода был виден огромный холл. Из портала вышел пожилой мужчина в черной мантии.

— Добрый день, леди. Я — королевский маг, — представился он. — Велите перенести ваши вещи, и прошу следовать за мной.

Прислуга стала переносить чемоданы, а маг внимательно рассматривал нас, будто сканировал. Я напряглась, ожидая услышать шум в голове, но ничего подобного не ощутила и успокоилась. После того, как последний чемодан был перенесен через портал, маг шагнул туда первым. Видя, что Сьюзи с Молли жмутся друг к другу и не решаются переступить голубой мерцающий порог, я последовала за мужчиной. Услышав за спиной негромкий хлопок и почти одновременно с ним испуганный писк, оглянулась и заметила, как сестры боязливо смотрят назад, но, как и я, ничего, кроме стен холла не видят.

Портал закрылся, а по реакции сестер по тому, что нам был выделен сопровождающий, поняла, что перемещение через портал — не часто встречающееся явление, и доступно лишь определенному слою здешнего общества. Кроме нас, в холле присутствовала прислуга, которая, разобрав чемоданы, понесла их в приготовленные для нас апартаменты. Нам было предложено следовать за ними.

В апартаментах меня встретила молодая девушка в униформе, по которой сразу можно было определить горничную. Она, сделав книксен, произнесла:

— Добрый день, леди Лизия. Меня зовут Майя, я — Ваша личная горничная на все время Вашего пребывания во дворце. Через два часа состоится обед, Вам следует подготовиться.

Я усмехнулась про себя, после такой «дороги» особой подготовки не требовалось, только переодеться. Она начала разбирать вещи, а я стала осматривать апартаменты, которые находились на втором этаже дворца. Просторная гостиная, где размещались два дивана и четыре кресла, то есть, помещение рассчитано на восемь, максимум десять человек. Одна из дверей вела на балкон, с которого открывался великолепный вид на парк внутри дворцовых построек. Другая дверь из гостиной вела в уютную спальню с вместительной гардеробной, отсюда же можно было попасть в небольшую, но достаточно удобную ванную комнату.

— Майя, тебе известно, сколько претенденток будет на этом отборе? — спросила горничную.

— Вам обо всем сообщит распорядительница королевского отбора леди Дора, — услышала в ответ.

— А ты не хочешь сказать? — уточнила я.

— Я не должна с Вами обсуждать королевский отбор, — немного смутившись, произнесла Майя.

— А мы и не обсуждаем, просто разговариваем, как подружки, — попыталась я наладить отношения с одним из обитателей дворца. — Не хотелось бы попасть в неловкое положение по незнанию каких-нибудь правил. А ты обо всем знаешь, это ведь не первый отбор, на котором ты служишь в качестве горничной?

— Второй отбор, первый был три года назад, — ответила Майя, недоверчиво глядя на меня. — Вы сказали «подружками», но это же невозможно.

— Все возможно в этой жизни, — сказала я, доставая из сумки фигурку орка и ставя ее на столик в спальне. — Но, если ты не хочешь, то настаивать не буду.

Майя ничего не ответила, также молча помогла мне переодеться и красиво уложила волосы.

— Спасибо, мне нравится, — благодарно улыбнулась я, рассматривая себя в зеркало.

Горничная вновь засмущалась, мне показалось, что ей было приятно и непривычно слышать от меня слова благодарности.

— На обеде будут присутствовать все претендентки и члены королевской семьи, — вдруг произнесла Майя, густо покраснев при этом.

— Спасибо, — улыбнулась я, — обязательно расскажу тебе позже, как прошел обед.

В это время раздался громкий стук в дверь, горничная открыла ее, и в комнату вошел маг, который доставил нас во дворец через портал.

— Леди Лизия, Вас ждет в голубом зале распорядительница королевского отбора, — сказал он, мельком взглянув на меня.

Глаза его быстро и внимательно осматривали, точнее, обшаривали гостиную. Мне даже показалось, что он к чему-то принюхивается. Я заметила, как напряглась горничная, которая не отрывала глаз от пола с того момента, как маг вошел в комнату.

— Надеюсь, Вы проводите меня, — сказала я ему, подойдя к двери.

— К сожалению, не могу, мне еще следует оповестить других претенденток, — ответил он, не двигаясь с места. — Вас проводит лакей.

— В таком случае, не смею Вас задерживать, — сказала я, глядя на него.

— Но Вы уже можете идти, — удивленно произнес он, увидев, что я стою возле двери и смотрю на него.

— Вы тоже, тем более, Вы спешите, а это — мои апартаменты, — я обвела взглядом комнату и многозначительно посмотрела на мага.

Потоптавшись некоторое время на месте и бросая на меня растерянные взгляды, он, наконец, пробормотал:

— Конечно, — и покинул комнату.

Я подмигнула ошеломленной Майе и вышла в коридор. Интересно, маг, действительно надеялся, что я послушно выйду из комнаты, а его оставлю обнюхивать ее? То есть обыск, пусть и такой своеобразный, апартаментов претенденток — это обычная процедура, которую даже не пытаются как-то поприличнее замаскировать? Дааа, на мой непритязательный взгляд организация работы службы безопасности дворца оставляет желать лучшего.

В коридоре возле моей двери, действительно, меня ждал лакей. Я смотрела, как маг дошел до ближайшей двери и вошел в комнату следующей участницы отбора. Ожидавший меня лакей поклонился и повел по коридору, впереди уже шла такая же пара, а за поворотом я увидела еще одну. Я вошла в большой зал, стены которого были обиты голубым шелком, и увидела худую даму в возрасте примерно сорока лет, которая стояла почти в центре зала и хмуро смотрела на меня. Видимо, это и была распорядительница королевского отбора леди Дора, перед ней в креслах сидели восемь девушек, подошедших раньше меня.

— Добрый день, — поздоровалась я, взглянув на даму и сидевших девушек.

Девушки слегка кивнули в знак приветствия, а леди Дора продолжала молча сверлить меня взглядом.

— Куда я могу сесть? — спросила я распорядительницу, которая так и не ответила на мое приветствие.

Поджав губы, она смотрела на меня с какой-то злостью. Странно, когда это я успела ей насолить? Пожав плечами, я села рядом с девушкой в платье, которое мелькало впереди меня по пути в зал.

— Я не разрешала Вам сесть! — гневно произнесла распорядительница.

— Вы не слышали мой вопрос? — спокойно спросила я.

— Я прекрасно слышала, но я не разрешала садиться! — громко возмущалась она. — Вы не поприветствовали меня должным образом — не сделали реверанс!

— Вы член королевской семьи? — повысила я голос.

Дама начала покрываться красными пятнами, делая ртом глотательные движения, судя по всему, задыхаясь от возмущения.

— Я — распорядительница королевского отбора! — наконец раздраженно проговорила она. — И от меня зависит, насколько успешным он будет для Вас!

— Во-первых, Вы не ответили на мой вопрос, во-вторых, Ваши слова я рассматриваю, как угрозу лично мне и нарушение основного принципа королевского отбора — равные условия для всех участниц. И об этом я бы хотела поговорить с тем, кто назначил Вас распорядительницей, — ответила я, тоже не особо скрывая раздражения.

Достали уже! Не успела приехать, и сразу же один чуть ли не роется в моих вещах, чего-то вынюхивает, вторая желает опустить до уровня плинтуса, мне даже не интересно по какой причине. Если обслуга позволяет себе такое, чего, интересно, ждать от королевской семейки? Что-то резко расхотелось иметь с ними дело, а уж тем более, зажигать чью-то звезду и способствовать обретению силы, или взлету, как там сказано в пророчестве.

За время нашей перепалки еще две девушки вошли в зал и растерянно стояли возле входа, не понимая, что происходит. Распорядительница, приобретшая уже равномерный красный цвет, не обращала на них никакого внимания и, выпучив на меня глаза, тяжело дышала.

— Ко всему, Вы еще плохо справляетесь со своими обязанностями, — заявила я ей, кивнув на появившихся участниц отбора.

Она тупо посмотрела на девушек, потом на меня, снова на девушек, с трудом взяла себя в руки и каким-то каркающим голосом предложила им сесть. Участницы, которые пришли раньше, оценивающе косились на меня. Не могу сказать, что я была спокойна и уравновешенна, сложившаяся не без моего участия ситуация раздражала, да и проголодалась я здорово, а это никогда не способствовало поднятию моего настроения.

Когда собрались восемнадцать участниц, леди Дора начала рассказывать о королевском отборе, точнее, о своей незаменимой роли в нем. Слушая ее, складывалось впечатление, что без ее разрешения и одобрения никто из нас и шагу ступить не смеет, иначе «сами понимаете, чем это вам грозит», чем именно не уточнялось.

Ничего нового, никакой конкретики не услышала, только то, что ранее прочитала об отборе: конкурсы, испытания, о которых объявят незадолго до дня их проведения.

— А сейчас вы удостоены чести быть приглашенными на обед в присутствии членов королевской семьи, — пафосно заявила распорядительница и посмотрела на меня с мстительной улыбкой. — Но не все будут удостоены этой чести. Только семнадцати участницам я разрешу пройти в зал!

Так меня еще и кормить не собираются! Все-таки, решила уточнить:

— То есть Вы меня лишаете обеда, правильно я Вас поняла?

— Да! — радостно улыбаясь, выдохнула распорядительница.

— В таком случае передайте членам королевской семьи, что я отказываюсь участвовать в королевском отборе из-за нарушений правил его проведения! Дополнительно я сообщу им об этом в письменном виде, обязательно упомянув, какую роль лично Вы сыграли в этом, — решительно сказала я ей, развернулась и вышла из зала.

Глава 25

Я направилась в свою комнату с твердым намерением покинуть дворец. В ней никого не было, оно и понятно, горничная не рассчитывала, что вернусь так быстро. Голодная и злая села за стол и стала писать письмо королю о своем отказе участвовать в королевском отборе, на это ушло совсем немного времени. Затем достала чемоданы и стала паковать вещи. Вдруг дверь распахнулась, и в комнату влетел все тот же маг с перекошенным от возмущения лицом.

— Почему без стука? — рявкнула я.

Видимо, от неожиданности маг чуть не подавился словами, которые хотел мне сказать. Он стоял с открытым ртом и ошеломленно смотрел на меня.

— Только в камеры к заключенным входят без стука, — отчитывала я его. — Это дворец или тюрьма? Если такое неуважительное обращение с гостями одобрено королем, то я не желаю принимать в этом участия, поскольку не считаю нужным терпеть оскорбления! А теперь, будьте добры дождаться, когда я соберу свои вещи, и доставьте меня через портал обратно в замок!

— Вы не можете покинуть отбор! — растерянно воскликнул маг.

— Если Вы отказываетесь задействовать портал, то я съеду отсюда в ближайшую гостиницу, и через день вся столица узнает, как во дворце встречают гостей, которых, кстати, сами же и пригласили, — раздраженно заявила я.

В это время на пороге моей комнаты появился пожилой мужчина в темной одежде с седыми волосами до плеч, он демонстративно постучал в открытую дверь, глядя мне прямо в глаза.

— Можете войти, — снисходительно разрешила я, и тут же в моей голове зашумело.

Я мысленно сосредоточилась на своих претензиях к распорядительнице и магу и на возрастающем чувстве голода. Пусть он там моей слюной захлебнется, пока по мозгам шарит, даже не представившись!

— Я — главный маг Его Величества, мое имя Келтон, — произнес он после небольшой паузы, а у меня как раз в голове шум затих. — Произошло недоразумение, Ваше пребывание на обеде в присутствии членов королевской семьи обязательно.

Вот так просто! Ни извинений, ни объяснений, просто в очередной раз указали, что мне следует делать и где надлежит быть! Та же леди Дора, только поумнее, да рангом повыше.

— А вот Ваша коллега леди Дора так не считает, — мстительно припомнила я.

— Повторяю — произошло недоразумение, — раздраженно произнес он. — Я провожу Вас в зал.

— А извиняться за допущенные ошибки здесь не принято? — невинно поинтересовалась я. — Что ж, учту на будущее, и, если буду делать ошибки, а мне укажут на это, то сочту за оскорбление, поскольку их следует считать недоразумением и не более. Благодарю за преподанный урок, господин главный маг.

Тот зло сверкнул на меня своими почти черными глазами, потом повернулся к магу, который с открытым ртом слушал наш диалог. Он преданно смотрел в глаза главного мага, но до него не доходило, чего тот от него хочет. Я, смеясь про себя, наблюдала за ними.

— Извинения принесет маг Филт, — недовольно сказал Келтон, сверля коллегу злым взглядом.

— Приношу свои извинения, — нервно произнес маг Филт и, в ответ на мое молчание и пристальный взгляд, торопливо добавил: — Леди Лизия.

— Вы удовлетворены? — с сарказмом спросил меня главный маг.

— Господин Келтон, — обратилась я к нему, проигнорировав вопрос, — насколько приемлемо мое опоздание? Я не хочу нанести оскорбление королевской семье, даже если это произошло не по моей вине.

— Разве Вы не проголодались? — с усмешкой спросил он.

— Мне неловко в этом признаваться, но буду с Вами честна — я, действительно, с удовольствием бы перекусила, но как будет расцениваться мое опоздание? — настаивала я, подыгрывая его самомнению.

— Оскорблением будет, если Вы не явитесь на обед, — твердо заявил он: — Прошу следовать за мной.

Он развернулся к выходу, но и шагу не сделал, пока не убедился, что я иду за ним. Самомнение, конечно, у мага в наличии имелось, но полной уверенности в том, что я его послушаюсь, не было. Не желая больше нервировать главного мага королевства, пошла за ним, бросив на ходу магу Филту:

— Передайте, пожалуйста, горничной, чтобы разложила вещи.

Не обращая внимания на офигевшего от моих слов мага Филта и на покосившегося на меня мага Келтона, вышла в коридор. И увидела там леди Дору, которая лишь мельком скользнув по мне взглядом, заискивающе глядела на главного мага. Тот, не сказав ей ни слова, прошел мимо, я последовала его примеру.

Мы с Келтоном вошли в большой обеденный зал, в центре которого стоял огромный стол. Во главе стола на стульях — уменьшенных копиях тронов — восседали король с королевой. Это была пожилая пара, лет под семьдесят, на лицах которых было написано полнейшее безразличие к происходящему. По обе стороны от них сидели сыновья с женами, а вот третьего сына, то бишь, жениха не было. Через четыре стула от жен сыновей сидели участницы королевского отбора. Когда мы вошли, все, естественно, уставились на нас, да еще главный маг расстарался, громким, полным язвительности голосом, представил меня:

— Леди Лизия из рода Рогарт!

Я присела в реверансе, склонив голову.

— Вы решили, наконец, почтить нас своим присутствием? — раздался насмешливый мужской голос после длительной паузы.

Я подняла голову, но не смогла определить, кто задал вопрос, зато увидела мага, который сел за стол рядом с женой младшего принца и надменно улыбался. Напротив него стояла еще одна пустая тарелка с прибором, но стул пустовал, скорее всего, это было место распорядительницы отбора.

— Я бы сделала это намного раньше, если бы мне не помешали, — ответила, по очереди посмотрев на всех мужчин, сидевших за столом.

— И кто же Вам помешал? — возмущенно спросила супруга принца, по всей видимости, старшего сына короля.

— Уверена, Ваше Высочество, Вам уже доложили, — кратко сказала я.

— Вы оскорбили распорядительницу королевского отбора! — продолжала негодовать сорокалетняя принцесса.

— Прежде всего, это она оскорбила Вас, приравняв себя к членам королевской семьи, — припечатала ее, уже теряя терпение.

Я увидела, как после моих слов она замерла с приоткрытым ртом, глядя на меня, ее муж, нахмурив брови, недовольно посмотрел на супругу, а младший принц переглянулся со своей женой, и они оба злорадно улыбнулись.

Вот этот допрос и называется — гостеприимство по-королевски? В конце концов, меня собираются здесь кормить или нет? Я раздосадованно смотрела на замершую после моих слов королевскую семью, на главного мага, переставшего ухмыляться и настороженно глядевшего на меня, и, не выдержав, обратилась к королю:

— Ваше Величество, могу я задать вопрос главному магу?

Все взоры сразу обратились к королю, тот, будто очнувшись, озадаченно кивнул.

— Господин Келтон, прежде чем прийти сюда я спросила у Вас, не будет ли оскорблением для королевской семьи мое опоздание, пусть и произошедшее не по моей вине. Вы заверили меня, что оскорблением будет мое отсутствие на обеде. А еще Вы говорили, что здесь я могу утолить голод. Я послушала Вас и сделала так, как Вы сказали. В итоге, не произошло ничего из того, что Вы, главный маг королевства, мне пообещали. Выходит, Вы обманули меня дважды? — не на шутку разошлась я.

Если уж не могу сказать королевской семейке, что я о них думаю, получай ты, обслуга королевская! Главный маг медленно поднялся, видимо, еле сдерживал себя, потому что я почувствовала силу, которая, постепенно наращиваясь, стала давить мне на плечи и голову. Я мысленно выстроила слабую защиту, чтобы не согнуться и, вместе с тем, не демонстрировать свой магический потенциал.

Урок, полученный ранее, когда, не контролируя свою силу, придавила к стенке мачеху, я хорошо усвоила. А ведь по правилам нельзя использовать магию против участниц отбора, это допустимо только в исключительных случаях — в целях самозащиты! А маг использует! То есть, если очень хочется или нервишки сдают, то побоку все правила? Келтон то ли увидел мою решимость, то ли почувствовал защиту, но давление прекратилось. Он нервничал, но не успел ничего ответить.

— Леди Лизия, Келтон здесь не при чем, — услышала я ироничный голос второго принца. — Скорее, это наша вина, поэтому Вы можете сесть за стол и пообедать вместе с нами. Что касается распорядительницы отбора, то чуть позже мы решим и этот вопрос.

— Благодарю Вас, — сказала я и села на свободный стул рядом с восьмой участницей, напротив меня сидела Сьюзи, которая сделала вид, что не узнала меня, точнее вообще никогда не знала. Я попробовала остывшее мясо и жестом подозвала слугу.

— Послушайте, блюдо, к сожалению, совсем остыло. Ничьей вины тут нет, просто узнайте у повара, можно ли это подогреть или заменить на другое горячее блюдо. Буду признательна и повару, и Вам, — тихонько сказала я подошедшему слуге.

Он, неуверенно кивнув, отошел, а я стала пробовать холодные закуски, в изобилии стоявшие на столе. У меня складывалось впечатление, что никто, кроме меня не ест, зато все, включая королевскую семью, якобы незаметно наблюдали за мной, одномоментно заразившись косоглазием. Но мне было абсолютно все равно, аппетит не пропал, а, скорее, наоборот, разыгрался, да и никто не мешал есть, пытаясь со мной заговорить. Вскоре слуга принес горячее блюдо, которое я с удовольствием съела.

— Передайте повару, что он замечательно готовит, и что я раньше не пробовала ничего вкуснее этого жаркого, — прошептала слуге, который забрал у меня пустую тарелку.

Настроение у меня поднялось, я вкусно поела, и, довольная, откинулась на спинку стула. В этот момент заговорил старший принц, неужели действительно ждал, когда я закончу есть?

— По традиции на этом обеде наша семья знакомится с участницами королевского отбора. К сожалению, принц Рон — главный виновник этого мероприятия, не смог присутствовать сегодня, — произнес он. — Все следующие мероприятия будут проводиться в присутствии зрителей, среди них будут гости из соседних княжеств.

— Мы надеемся, что в конкурсах вы сумеете продемонстрировать силу своей магии, — подхватил средний принц. — Возможно, нашему младшему брату повезет, и здесь, среди вас, присутствует девушка из пророчества, но об этом мы узнаем позже.

Глава 26

После этих слов у участниц, сидевших напротив меня, то есть тех, кого я могла видеть, загорелись глаза и появились радостные улыбки, а вот у жены среднего брата улыбка была ехидной. Это наводило на мысль, что королевская семья в пророчество не очень-то и верит, а королевский отбор — это лишь фарс, дань традиции. На фоне этого вопрос о цели королевского отбора оставался актуальным. Я почувствовала, как зашумело в голове, и, стараясь не смотреть на главного мага, стала думать о том, будет ли ужин таким же вкусным, как и обед, и, в каком платье пойду на первый конкурс. Шум прекратился довольно быстро, но я по-прежнему не решалась посмотреть на главного мага, чтобы не выдать себя.

Королевская семья встала и медленно покинула зал, остальные тоже поднялись, присев в реверансе. Жена старшего брата задержалась, чтобы, окинув меня раздраженным взглядом, сказать:

— За ужином распорядительница отбора сообщит вам, когда будет проводиться первый конкурс.

В зале остались одни участницы, потому что маг ушел вслед за королевской семьей, обиженно поджав губы. Все семнадцать претенденток смотрели на меня, а я решила воспользоваться моментом и рассматривала их. Конечно, подруг среди них заводить не собиралась, просто нужно было определить, чего от них можно ожидать. Взгляды были самые разные, в основном, испуганно-растерянные, Сьюзи и Молли откровенно злились, выделила трех девушек, которые оценивающе смотрели на меня, этих, пожалуй, стоит опасаться, одна радостно улыбалась, по всей видимости, уже исключила меня из своих конкуренток. Я улыбнулась ей в ответ, развернулась и направилась к выходу. Через некоторое время услышала за спиной топот. Дойдя до своей комнаты, оглянулась и увидела толпу девушек, которые в полном составе шли следом, а теперь тоже остановились и недоуменно смотрели на меня.

— Насколько я поняла, до ужина мы все свободны, — произнесла я. — Лично я собираюсь прогуляться по парку.

И уже закрывая за собой дверь, услышала удаляющийся в разных направлениях шум шагов. В комнате меня ждала Майя, которой я приветливо улыбнулась.

— Майя, хочу пройтись по парку, — сказала ей. — Судя по твоему взгляду, ты уже наслышана об обеде.

Она покраснела и быстро ушла в гардеробную.

— Да, не смущайся, Майя, я тебе и сама собиралась рассказать, как прошло это мероприятие, — улыбнулась я вернувшейся с платьем горничной. — Несмотря на некоторые препятствия в виде главного мага, мне все-таки удалось вкусно поесть.

Майя ахнула, прикрыв рот рукой, и испуганно глядела на меня. Да, я снова убедилась, что магов здесь очень боятся, значит, те не стесняются использовать магию в своих корыстных целях против простых людей.

— Не бойся, тебе он ничего не сделает, а я уж как-нибудь сама попытаюсь с ним разобраться, если вредить мне будет, — сказала я ей. — Ну, а что говорят об обеде во дворце?

— Говорят, что распорядительницу заменят, — несмело начала Майя. — Что Вы оскорбили, то есть обидели главного мага.

— Переживет! — отрезала я и пояснила: — Он решил посмеяться надо мной, да не получилось, только и всего.

Горничная с удивлением посмотрела на меня и грустно сказала:

— Все боятся магов, они могут, что угодно сделать с нами, потому что человек бессилен против магии.

— Со мной побоятся, вдруг я — девушка из пророчества, тогда он погубит себя и свой род, а заодно и королевскую семью, ведь он же их волю исполняет, — насмешливо произнесла я.

Майя молча смотрела на меня, и мне показалось, что в ее глазах я увидела уважение. Я оглядела себя в зеркале и пошла к двери.

— Повар теперь будет готовить для Вас отдельные блюда, — услышала я и удивленно оглянулась.

Майя улыбнулась мне и продолжила:

— Он уже много лет не слышал добрых слов, а Вы с первого раза похвалили его, и теперь с удовольствием будет готовить именно для Вас, так он сказал.

— А вот это отличная новость, — засмеялась я. — А можно мне с ним познакомиться? И, знаешь, не обязательно об этом докладывать магам и распорядительницам.

Густо покрасневшая горничная растерянно молчала и не посмела взглянуть мне в глаза.

— Не переживай, Майя, я ведь все понимаю и не обижаюсь на тебя, — я подошла к ней, дотронулась до руки и по-дружески сжала ее. Горничная подняла на меня глаза и робко улыбнулась.

В парке было многолюдно, все участницы отбора прогуливались по аллеям, некоторые по двое, я насчитала четыре пары, среди которых были Молли и Сьюзи. Остальные прохаживались поодиночке или сидели на скамейках, установленных вдоль аллей. Я медленно пошла по пустой дорожке, внимательно осматривая территорию, никаких стражников, охранявших территорию, не увидела. Дошла до конца дорожки и уткнулась в полосу плотного кустарника, за которым виднелась каменная стена то ли забора, то ли какой-то постройки. Пройдя вдоль кустов, которые располагались по всему периметру забора, ничего похожего на калитку, а уж тем более, ворота, не обнаружила, я пришла к неутешительному выводу, что покинуть дворец в случае опасности через этот парк у меня не получится.

Вздохнув, решила «занюхать» это дело, то есть, направилась к клумбам с роскошными цветами, аромат от которых доносился даже до отдаленных уголков парка. По дороге то из-за одного дерева, то из-за другого выходили мои соперницы, делая вид, что просто стояли за деревом, а не прятались, следя за мной. Подойдя к клумбам, я любовалась красивыми яркими и часто необычными цветами, которых никогда не видела в своем мире, склонилась над ними, чтобы лучше почувствовать их аромат. Резко оглянувшись, как и ожидала, увидела девушек, наблюдавших за мной с вытянутыми шеями. Подумала: хорошо, что распорядительница появится на ужине, а то эти овцы так и будут за мной ходить.

Я села на скамейку и задумалась о том, что в этот раз традиция была немного нарушена, на обеде не было принца, а нам даже не посчитали нужным объяснить причину его отсутствия. Интересно, поведение распорядительницы и главного мага — это их типичная практика или нервничают в связи с появившимися непредвиденными обстоятельствами?

— Что ты искала в цветах? — неожиданно раздалось совсем рядом.

Я так задумалась, что не заметила, как ко мне подошли мои сводные сестры, недалеко от которых стояли еще три девушки, прислушивавшиеся к разговору. Не выдержали, значит, родственнички, продемонстрировали наше знакомство, любопытство и зависть перебороли даже страх. Они, как, наверное, и остальные участницы отбора не могли понять, почему после произошедшего я все еще во дворце, более того, как объяснить, что вела себя вызывающе, а мне за это ничего не было? С их точки зрения, раз могу себе позволить такое поведение, следовательно, мне известно больше, чем им.

— Всего лишь подпитывала магию, — серьезно ответила я, не моргнув глазом, и направилась к зданию.

Когда поднялась по лестнице и подошла к двери, неторопливо оглянулась и увидела, как претендентки на звание принцессы номер три склонились над цветами и старательно нюхали их, за исключением двух девушек, которые подозрительно смотрели мне вслед. Я усмехнулась и вошла во дворец.

Перед ужином в голубой гостиной нас встретила новая распорядительница, внешне почти точная копия предыдущей.

— Добрый вечер! Я — леди Белла, назначена распорядительницей королевского отбора, — представилась спокойным голосом, в котором невозможно было не заметить нотки властности.

Она внимательно рассматривала каждую из нас, на мне ее взгляд задержался дольше, чем на остальных, но враждебности в нем не заметила. Я безбоязненно улыбнулась ей. Она, видимо сочтя мою улыбку дерзкой, слегка нахмурила брови и недовольно поджала губы, но никаких замечаний в мой адрес не последовало.

— Как вы уже, наверное, заметили, этот отбор отличается от других, — начала говорить леди Белла, подождав, пока мы усядемся на стулья, — на обеде отсутствовал принц Рон. Послезавтра состоится конкурсе подарков, именно тогда и произойдет ваше знакомство с ним. По традиции победительница конкурса и принц открывает бал танцем. На завтра не намечается никаких мероприятий, поэтому этот день вы можете посвятить себе и подготовке к конкурсу. Вам разрешено свободно перемещаться по первому и второму этажам дворца, и его парковой территории. Вход в остальные части дворца ограничен, также как и выход за его пределы. Если возникнут какие-то вопросы, то можете обратиться ко мне через лакеев.

Несмотря на то, что распорядительница не испытывала ко мне особой симпатии, мне понравилась манера ее изложения. Коротко и толково она прояснила необходимые моменты.

— Хочу еще раз напомнить, что применение вами магии вне конкурсов или во вред другим участницам запрещено, это подлежит наказанию вплоть до исключения из отбора, — продолжала леди Белла. — Применение магии, повлекшее за собой нанесение вреда королевской семье, является нарушением закона и карается уголовным наказанием.

Она замолчала и посмотрела на лакея, который понял ее молчаливый приказ и направился к двери, чтобы, видимо, проводить нас на ужин.

— Леди Белла, Вы позволите обратиться к Вам? — спросила я.

Лакей застыл, обернувшись, а она медленно кивнула, настороженно глядя на меня.

— Во-первых, хочу поблагодарить Вас за четкие и ценные указания. Не могу сказать за других, но лично мне они помогли прояснить некоторые моменты проведения конкурсов, — проговорила я с любезной улыбкой. — Вот только, к сожалению, не нашла в правилах проведения отбора и не услышала от Вас, допустимо ли использовать магию в отношении конкурсанток другими магами, присутствующими на отборе. Проясните, пожалуйста, этот вопрос.

— Применение магии необходимо для обеспечения безопасности королевской семьи и отбора в целом, — убежденно сказала распорядительница. — Но магия не может быть использована во вред участницам. Надеюсь, я ответила на Ваш вопрос, леди Лизия?

— Да, благодарю, — сказала я, удрученно вспоминая копание в моей голове главного мага.

Иными словами, насколько я поняла, любое воздействие магией не запрещается, и его можно трактовать, как обеспечение безопасности королевской семьи. На мой взгляд, не слишком убедительно, но зато очень удобно для дворцовых магов. Так можно договориться до того, что любой беспредел можно оправдать заботой о королевской семье.

— В таком случае, можете пройти в зал для участников королевского отбора и поужинать, — сказала леди Белла.

Глава 27

Мы послушно пошли за лакеем, который провел нас в небольшой зал по сравнению с тем, где мы обедали с королевской семьей. Напротив каждого стула была табличка с именем и фамилией, мое место опять оказалось с краю. Распорядительница села во главе стола, и мы приступили к трапезе. Ужинать я начала далеко не в радужном настроении, но еда была настолько вкусной, что я незаметно для себя повеселела.

Когда подавали десерт, я разобрала шепот лакея: «Лично для Вас». Не оглядываясь, я немного склонила голову в знак того, что услышала, мельком взглянула на то, что подавали другим, и внешне не заметила разницы: у всех на тарелках были похожие пирожные. Я попробовала свое и непроизвольно закрыла глаза от удовольствия, настолько было вкусно. «Обалденно!», — восторженно шепнула я подошедшему слуге, не придав значения его недоуменному взгляду.

После ужина распорядительница решила проводить нас дружеским напутственным словом:

— Девушки, напоминаю, что здесь вы свободны в своих поступках, и никто не запрещает вам, например, любоваться цветами в королевских парках, но рвать их и вытаптывать клумбы — это уже чрезмерность, которая вызывает у обитателей дворца, по меньшей мере, недоумение. Я все же прошу не забывать, что за вами наблюдают и, смею заверить, что ваше поведение сыграет немалую роль в определении победительницы отбора.

Пока она говорила, я поймала на себе пятнадцать растерянных, злых, ненавистных взглядов и лишь два веселых. Последние принадлежали девушкам, которые там, в парке, не пошли к клумбам с цветами, а лишь подозрительно смотрели мне вслед, когда я уходила после прогулки. Как ни странно, но в их глазах я не увидела злорадства.

— Несмотря на ваш юный возраст, я все-таки надеюсь на достойное воспитание и благоразумие, — закончила распорядительница.

Судя по ее словам, причину столь необычного поведения девушек она не понимала, но по покрасневшим от стыда и злости лицам и недвусмысленным взглядам конкурсанток, направленных в мою сторону, ей несложно было вычислить виновницу сего действа. И все же к себе в апартаменты я возвращалась в хорошем настроении, меня не смущали ни обиженные фырканья конкурсанток, ни озадаченный взгляд леди Беллы.

В комнате Майя встретила меня осторожной улыбкой и наполненным любопытством взглядом.

— Ты, наверное, в курсе, что у нас новая распорядительница, — начала я и увидела, как она застыла в ожидании новостей. — Мне она показалась более толковой, нежели предыдущая, хотя дружелюбия по отношению к себе я не заметила.