Измена. Чужой наследник (СИ)

Глава 39

Тишину квартиры нарушил плач малыша.

Ренат оторвался от моих губ, отчего я разочарованно застонала. На что мужчина не смог сдержать улыбки. Видимо, его забавляет данная ситуация.

Даже не стала никак на это реагировать. Вряд ли я когда-нибудь научусь понимать этого человека. Обижаться на подобное? Строить из себя недотрогу после того, что между нами было? Я не глупая молодая девчонка, мне уже поздно делать нечто подобное. Наверное, именно поэтому я посмотрела в глаза Ренату и сказала:

— Запомни, на чем мы остановились.

Поднявшись, я намеревалась отправиться в детскую, чтобы проверить сына. Вот только меня не пустили! Я не успела и шагу сделать, как почувствовала руки мужчины на талии. Мгновение и немного усилий Рената, и я вновь сижу. Вот только на этот раз на диване.

— Сиди, я сам схожу за сыном, — сказал он и, оставив на моих губах легкий поцелуй, поднялся и скрылся в коридоре.

Я посмотрела вслед мужчине.

Как-то странно. Сколько бы он ни дарил мне ласки, почему-то мне этого было мало. И я сомневаюсь, что это оттого, что у меня давно не было близости. Скорее всего, дело в самом Ренате. Практически не прикладывая никаких усилий, он смог взбудоражить мои чувства, заставив меня увлечься им. Сама того не замечая, я стала зависеть от него. Мне не хватает его общества, стоит только ему уйти. Я скучаю, когда его нет рядом. А еще мне хочется, чтобы каждую ночь он был рядом.

Наверное, это безумие, ведь мы практически незнакомы! И тот факт, что он познакомил меня со своими родственниками, а также встретился с моими родителями, ничего не меняет. Он по-прежнему для меня загадка.

Когда в гостиной появился Ренат с сыном на руках, все мысли испарились. Было так непривычно видеть мужчину вновь таким. Мне казалось, что я больше никогда не смогу насладиться подобным зрелищем. В тот день, когда нашли малыша, в том тихом домике Ренат смотрел на сына именно так — с нежностью и любовью.

Возможно, Ренат никогда не посмотрит на меня так же, как на сына. Мне хватит и того, что он не перестанет смотреть на меня с желанием. Потому что после предательства бывшего мужа мне мало верится в любовь. Хотя не стану отрицать, что все еще хочу быть любимой.

Присев рядом со мной, мужчина аккуратно передал мне сына.

Между нами снова повисла тишина. Наверное, мне никогда не привыкнуть к этому. Странно было то, что, не имея общих тем, мы вообще смогли сблизиться.

— Все хотел спросить, почему ты решила назвать сына Богданом? — поинтересовался Ренат, наблюдая за тем, как малыш с жадностью кушает.

— Мне казалось, что ты бы поступил точно так же, — ответила, переведя взгляд на мужчину, а заметив, как он нахмурился, пояснила: — Насколько мне известно, большинство мужчин называют своих первенцев в честь отцов и дедушек. На тот момент я не знала, как зовут твоего дедушку, вот и решила дать сыну имя твоего отца.

— Но как ты узнала имя моего отца? — спросил Ренат, насторожившись.

Наблюдая за переменами на его лице, я, наконец, смогла понять этого мужчину. Он никому не доверяет. Именно поэтому ничего мне не рассказывает. И если я права в своих догадках, то, что бы я сейчас ни сказала, он все равно не поверит, пока не убедится в этом лично.

— Верхний ящик в тумбочке под телевизором, — сказала и кивком головы показала в ту сторону.

Вот только Ренат не спешил проверять. Он все еще сидел рядом и смотрел на меня с подозрением. Мне казалось, еще немного, и я увижу в его глазах разочарование. Вот только к кому конкретно, еще не знаю. Ко мне, оттого что он увидит во мне предательницу? Либо к себе, что поспешил?

— Когда я увидела твое разочарование, после того как ты увидел результат ДНК, поняла, что поступаю жестоко по отношению к тебе. Я не знала тебя на тот момент. Впрочем, и сейчас не знаю толком. Но мне хватило одного взгляда, чтобы понять, насколько тебе дорог сын. То разочарование и боль. Мне знакомы эти чувства. Поэтому я хотела хоть как-то загладить перед тобой вину, назвав сына в честь твоего отца, — проговорила я, смотря на малыша. — В ящике ДНК-тест. В нем есть твои данные. Именно оттуда я и узнала твою фамилию и отчество. А также сколько тебе лет и когда у тебя день рождения.

Ренат поднялся и, подойдя к той самой тумбочке, открыл верхний ящик и достал оттуда папку с документами. Продолжая стоять там, он раскрыл ее и изучил содержимое.

— Ты сохранила эту никчемную бумажку? — не спросил, а скорее всего, просто произнес это вслух, продолжая изучать бумаги.

Мне нечего скрывать, поэтому я не переживала о том, что он может найти там что-то личное. Эти бумаги я собирала на тот случай, если Ренат не поверит тесту ДНК и станет настаивать на повторном. Вот только я не собиралась на него соглашаться. С документами в руках Рената я могла пойти в суд и настоять на том, что ребенок не его.

— А ты хорошо подготовилась, — усмехнувшись, сказал Ренат, отправляя папку обратно. — Вполне возможно, что у тебя бы получилось выиграть суд. Вот только они теперь бесполезны.

Он присел рядом и, протянув руку, прикоснулся к щеке малыша.

А я смотрела на мужчину, не понимая, что он имеет в виду. Нет, точнее я предполагаю, что он хочет намекнуть на брак между нами. Но правильно ли я думаю?

— Не мог бы ты пояснить свои слова? — все же спросила, осознавая, что не хочу быть в неведении. Если есть что-то, о чем я не знаю, то ему лучше рассказать мне сейчас. Не хочу, чтобы между нами были недомолвки. — Думаю, нам пора покончить с прошлым раз и навсегда. Не хочу снова и снова возвращаться к этому вопросу.

— Ты права, — согласился он со мной.

Даже как-то странно.

— Я провел еще один тест ДНК. Сразу же, как ребенка нашли, — проговорил Ренат, убирая руку от сына.

— Что? Ты сделал это, не спросив меня? — возмутилась, не веря в услышанное.

— Я должен был убедиться, что ребенок мой! К тому же на тот момент ты была без сознания, если забыла! — спокойно сказал он, но таким тоном, что мне и спорить с ним перехотелось.

— Думал, что я специально тебе соврала, чтобы ты помог в поиске моего сына? — усмехнувшись, спросила я немного обиженно.

Не думала я, что он такого мнения обо мне. Хотя, если учесть, что он никому не доверяет, то это в его стиле — сделать нечто подобное.

— Не стану скрывать, и такие мысли были, — ответил, вынуждая посмотреть на него с недовольством. — Но дело не только в этом. Клиника, в которой ты проходила процедуру ЭКО. После открывшейся правды я не мог просто так поверить в их слова. И ты права. Я разочаровался, когда узнал, что тест отрицательный. Но я на этом не сдался. Я осознал, что если этот ребенок не мой, то, скорее всего, эмбрион могли подсадить кому-нибудь еще, и стал копать дальше.

Я нахмурилась. Почему-то я не думала о нашей ситуации в таком ключе. После слов заведующей о том, что я вынашиваю чужого ребенка, все остальное казалось неважным. Но сейчас я вспомнила, что Ренат говорил о том, что подобные явления в той клинике случались довольно часто.

— И что тебе удалось выяснить? — спросила, не зная, как реагировать на его ответ.

Думаю, будет неприятно узнать, что помимо Богдана у него есть еще один ребенок. Хотя, случись это намного раньше, я была бы рада. Ведь это бы означало, что Ренат не стал бы настаивать на том, чтобы мой сын рос рядом с ним.

— Нет, больше ни кому не были подсажены эмбрионы с моими сперматозоидами. Если ты хотела это услышать, — произнес Ренат и его губ коснулась немного печальная улыбка. — И от этого было еще больнее. Документы из клиники говорили о том, что ребенок мой, но тест утверждал обратное. И это заставляло все больше и больше погружаться в дела клиники. Я настолько погрузился в расследование, что практически забросил свой бизнес. Мне хотелось докопаться до правды. Я даже подумать не мог, что искал не в том направлении. А потом позвонила ты. Только представь, что я почувствовал, когда ты сказала, что моего сына похитили!

— Прости, я не должна была обманывать тебя, — негромко проговорила, отводя взгляд в сторону. — Просто мне было страшно.

— Именно поэтому, когда ребенка нашли, я первым делом провел ДНК-тест. Я должен был убедиться, что он мой! — продолжил Ренат, словно не услышав мои слова или специально проигнорировав.

— Убедился?

Мне нужен его ответ, чтобы окончательно прогнать остатки сомнений и удостовериться в том, что Богдан — сын Рената. Хотя, если судить по поступкам мужчины, иного быть не может.

— Если бы он не был моим сыном, то даже симпатия к тебе не заставила бы меня принять вас в семью, — ответил он.

Я вскинула голову, с удивлением смотря на Рената. Только что он признался, что я ему нравлюсь? Я ведь не ослышалась?

— Хочешь сказать, что это любовь с первого взгляда? — спросила, не сдержав нервный смешок.

Не думала, что когда-нибудь услышу от Рената нечто подобное. Мне бы хватило просто находиться рядом с ним. Но узнать, что я ему не безразлична, все равно очень приятно.

— Вроде неглупая женщина, но порой ведешь себя не разумно, — пробурчал Ренат, едва скрывая улыбку. — Ну какая еще любовь с первого взгляда? Я сказал, что ты мне симпатична, вот и все!

Было видно, что ему неловко. Видимо, он не рассчитывал говорить нечто подобное, а я его просто вынудила. А если так, то я просто обязана узнать, что именно он чувствует ко мне.

— Нет! Ты сказал, что я зацепила тебя при первой нашей встрече. А значит…

— Значит, у кого-то слишком развита фантазия! — перебил меня он, улыбаясь. — Иди, уложи сына и продолжим то, на чем нас прервали.