Сбрасываю звонок этой… женщины. Впрочем, женщина она номинально, дьявол в юбке, вот честное слово. Настроение немного подпорчено от того объема дерьма, что дрянь вылила на мою голову. Зачем я вообще принимала звонок? Будто бы не знала, что ничего хорошего я от особы не услышу. Ещё и ребенком моим пыталась шантажировать, мол, если не вернусь под её и бывшего очи, не приползу к ним на коленях, вымаливая прощение за свои якобы грешки, они запретят мне общаться с Миром и настроят против меня сына.
Ха! Будто бы Мирославу кто-то указ, да сейчас, как же. Этого ребенка ни к чему принудить нельзя, руку откусит по локоть — сын акула похлеще, чем эти двое вместе взятые, просто привык шифровать свою сволочную натуру. А вот я его знаю как облупленного, в частности по этой же причине лишний раз не лезу к нему, ибо опасно. Как говорится, от осинки никогда не родятся апельсинки.
В ТЦ ничего стоящего для себя не нашла, но всё-таки прикупила один комплект черного кружевного белья с чулками, новый халатик в «марку» и скромное темно-синее платье, хитро подумав: оно хорошо будет гармонировать с глазами Дениса. Решила заглянуть в кофейню и отведать латте, и вот дернул меня черт написать Ярцеву: я передумала и не против совместного обеда.
Денис ответил сразу, будто только и ждал, что я ему напишу.
«Очень рад, что ты передумала, Дарья. Сориентируй, где ты?»
«В «Изумрудном Городе». Можем встретиться через час в «Итальяно», как считаешь?»
«Хорошая идея. Буду там в час».
Вдоль позвонков — мелкая дрожь.
«Замечательно. Договорились».
Оставшееся до встречи с Денисом время потратила, просто гуляя по «Городу», в одном из бутиков мужской одежды прикупила для Дениса небольшой сувенир в виде серебряных однотонных запонок, так уж мне захотелось. Ровно в час ноль пять, как приличная дама, вплыла в «Итальяно». Денис меня уже ждал, сидел напротив входа со скрещенными на груди руками и гипнотизировал стеклянную дверь. При моём появлении неторопливо поднялся. Вот точно паршивец, совершенно не жалеет бедную нервную женскую систему.
Хорош. Я залюбовалась. Яру очень шли деловые костюмы, но темно-синие джинсы и белоснежный пуловер… смотрелся на этом образце мужественности дико сексуально, так, что к столику я подходила с пылающими кончиками ушей и сбивающимся дыханием.
— Привет, — робко улыбнулась. — Чудесно выглядишь.
…И пахнешь просто как греховный секс.
Денис дернул уголком рта, помогая мне с удобством разместиться за столом.
— Кажется, это ты похитила не только моё сердце, но и мою фразу, чудесно выглядишь, — поцеловал кончики пальцев. Боги. И где он раньше был, а? С ума сойти. — Голодна? — придвинул меню.
— Не очень. Но что-нибудь закажу ради приличия. Карбонара подойдет.
— Отлично, — жестом подозвал официанта и заказал две пасты. — Как прошла первая половина дня? Бывший муж больше не беспокоил?
— Всё прекрасно. Давай не будем о них говорить.
Денис насторожился и нехотя кивнул.
— Как скажешь. Позже поговорим, тем более мне есть что тебе сказать.
— Хорошо. Денис…
— Да?
— Ты обо мне много знаешь, так?
— Ну, я бы не сказал, — усмехнулся он.
— Уж побольше, чем я о тебе. А расскажи о себе. У тебя была жена? Или…
Дыхание перехватило. А что, если Ярцев женат?!
— Не гляди так испуганно, Даш. Я не женат. Сейчас, по крайней мере. Но да, жена у меня была. Мы с Джейс развелись более десяти лет назад. Так сложилось. Она родилась и живет в Штатах. У неё давно другая семья.
— О! А… дети? У тебя есть дети? У меня вот есть. Ребенок. Сын. Ты знаешь.
Ярцев кивнул.
— Нет, Даш. Детей я не нажил.
Отвела взгляд.
— Очень жаль, — выдохнула, что было на уме, чем сильно удивила Дениса.
— Почему? Нет, мне тоже жаль, я бы хотел хотя бы одного ребенка.
— Вот именно поэтому, — улыбнулась грустно. — Я прочитала твою записку и… всё такое. Вот только если ты хочешь ребенка, тебе нужно искать кого помоложе, Денис. Мне сорок пять, ребенка я тебе вряд ли рожу, а если такое чудо вдруг случится, то…
— Даш, Даш, ш-ш-ш, — взял мои руки в свои и несильно сжал. — Чего ты разволновалась?
— Но… Как же? По-моему, причина очень веская.
— Совсем нет. Даш, я не имею ребенка по той простой причине, что не мог его нажить. Я бесплоден.
Выпадаю в осадок.
— Как?
— Вот так. Перенес в детстве тяжелую болезнь, — морщится. — Давно уже смирился с фактом, что отцом мне не быть. Не каждому дано стать родителем. Я рад, что у тебя это получилось.
Сердце болит от мирской несправедливости.
— Прости. Не стоило мне начинать свой допрос.
— Брось. Ты в своем праве. И никакая мне молодуха не нужна. Мне нужна ты. И только ты. Даже если бы у меня могли бы быть дети, я бы всё равно выбрал тебя.
Улыбаюсь. Какой же он замечательный, лучше всех. И уж точно лучше бывшего муженька.