Королева Червей

Глава четвертая

Ксавьер был занят, когда я проснулась на следующее утро.

Мои чувства были немного затуманены и приглушены, пока я умывалась и одевалась.

Тот момент трезвости, когда я кричу и проклинаю себя за то, что позволила этому начаться между нами снова, так и не настал.

Иногда я удивлялась самой себе.

Может, Ксавьер прав.

Я больше похожа на него, чем хочу признавать.

И все же я должна признать ту маленькую часть себя, которая действительно хотела вырваться и пожить другой жизнью, как только я встретила Бена и начала работать в библиотеке.

Конечно, это началось как прикрытие для моего альтер-эго, но пока это длилось, было хорошо.

Я тут же отмахнулась от этой мысли.

Это было непродуктивно и снова затянет меня в нисходящую спираль.

Я собрала свои волосы, которые довольно сильно отросли, в конский хвост, и, решив, что довольна, полная энергии сбежала вниз по лестнице.

Я с удивлением обнаружила, что дверь в кабинет Ксавьера закрыта, и по звуку его отрывистых фраз поняла, что он зол.

— М-м, кто подразнил быка?

Я налила кофе и изо всех сил попыталась подслушать.

С треском провалившись, я вышла на крыльцо с кофе и сигаретой.

Это лучший способ начать день.

Я опустилась в плетенное кресло и уставилась на тусклое серое небо, обещавшее много дождя.

Такая погода меня вполне устраивала.

Я была именно такой девушкой.

Пасмурная дождливая погода и хорошая книга — все, что мне было нужно для счастья.

Я закурила сигарету, пока мой взгляд сканировал огромный двор, где стояли некоторые неиспользуемые машины охраны, а затем дорогу, ведущую к участку.

Тишина.

(Ничто не шевелилось, даже мышь)

Странное чувство пронеслось сквозь меня без какой-либо веской причины, пока клубы дыма вились вокруг моего лица.

Я осознала глухой стук своего сердца, который был отчетливым и явным.

Что-то было не так.

(Было ли это предчувствие грядущей катастрофы или паранойя?)

Понятия не имею, но что-то едва уловимое было не так.

Я докурила сигарету и допила остатки своего горького кофе, когда Ксавьер наконец присоединился ко мне.

Он без лишних слов плюхнулся на стул рядом со мной.

— Что случилось?

Мои глаза пробежались по его длинным ногам.

М-м, джинсы ему шли, как и те обтягивающие футболки.

Он улыбнулся:

— Тебе не о чем беспокоиться, но твой поклонник Тео недоволен мной. У меня такое чувство, что мы с ним не сработаемся, и это главная и единственная причина, почему он хочет встретиться с тобой.

Я рассмеялась.

Это было нелепо.

Тео Ферн хотел работать со мной напрямую?

Его ждал сюрприз, потому что я делала только то, что говорил мне Ксавьер, и никто, кроме моего отца, не знал моей истинной личности.

— Пошел он на хуй. Звучит так, будто он уже прыгнул выше головы.

Он улыбнулся, и его пальцы задержались на моей руке:

— Так и есть.

Мне было любопытно:

— А что говорят остальные?

Он пожал плечами:

— Они не в восторге, насколько я слышал. Привлечение Тео Ферна в «Нексус» было идеей всего одного человека, Тернера, и ему плевать, если остальные из нас не согласны с его выбором.

Страх пронзил меня, когда я внезапно подумала о попытке нападения на Ксавьера четыре года назад в нашем доме.

Моя теория о том, что Ричард действовал не один, была верна.

Тогда я долго смотрела на него и гадала, что происходит за этими стеклянными голубыми глазами.

Что я точно знала, так это то, что мой отец не дурак.

Он всегда на шаг впереди в этой игре, и никто не знает это лучше меня.

На данном этапе все, что я знаю, — это то, что «Нексус» на самом деле состоит из группы законодателей, а не кучки бандитов.

(Я была так же удивлена)

Главный парень, Икс, — это главный судья, Габриэль Тернер.

Его заместитель теперь Тео Ферн, который исполняет роль нашего собственного директора государственного обвинения, а остальные члены группы — два старших государственных прокурора и наш начальник полиции.

Они ведут себя как тайное общество и утверждают, что они «хорошие парни», которые «разбираются» с отбросами общества, с которыми суды и система правосудия не могут справиться эффективно.

«Нексус» верит и утверждает, что они работают ради безопасности и защиты людей, но на самом деле они служат сами себе и играют роль судьи и палача одновременно.

Конечно, когда на протяжении многих лет происходили убийства ключевых фигур, начальник полиции того времени, Эдгар, первым кричал об убийстве.

За этим следовали обещания общественности о скором правосудии.

Все это забавно, но в то же время очень страшно, если ты находишься по другую сторону баррикад.

Система самосуда без тормозов, и все это время налогоплательщики принимают любую чушь, которую им скармливают.

Но мы-то с вами знаем лучше, не так ли?

Все прогнило, начиная с самого фундамента.

Ближе к вечеру прибыли старейшие и самые надежные друзья моего отца, Морган и Маркус.

Теперь мне интересно.

Что, черт возьми, происходит?

Я чувствовала тревогу, потому что, как обычно, Ксавьер держал меня в неведении.

Я беспокойно слонялась по кухне некоторое время, а затем задержалась в гостиной, пока они, наконец, не ушли.

Намечалось что-то крупное!

Я вошла в кабинет отца, как только они уехали на внедорожнике «Тойота» Моргана.

Ксавьер поднял на меня глаза и улыбнулся.

Его выражение лица было безмятежным, как всегда, но я знаю лучше, потому что мои дремлющие чувства теперь проснулись.

— Итак, что там с Морганом и Маркусом?

Он закрыл ноутбук:

— Ничего, просто дела.

Его прекрасный взгляд скользнул по мне, и это было более чем явным намеком на то, где были его мысли.

Я отодвинула жалюзи и уставилась на темнеющее небо и облако пыли, оставленное «Тойотой».

— Рассказывай. Я знаю, что что-то происходит.

Тогда мой отец встал и обнял меня:

— Ничего. Давай поедим, а потом...

Его губы прошлись по моей шее россыпью поцелуев, а рука переместилась, чтобы накрыть мою правую грудь.

Я повернулась к нему:

— О да, а потом?

Он сжал мою задницу и рассмеялся:

— Обязанности папочки для тебя.

Позже той ночью действительно пошел дождь, и, ну, мы с Ксавьером решили бороться с холодом другими способами.

Я люблю позу 69. Я вам когда-нибудь говорила?

Это, безусловно, одна из моих любимых позиций.

М-м, все эти толчки и трение были лучшими, если вы с партнером идеально подходите друг другу, в сексуальном плане, разумеется.

Мои бедра вращались над лицом Ксавьера, пока он меня вылизывал.

Я нависала над ним и сосала его член, и мы занимались этим уже некоторое время.

Хоть мои бедра и ныли от напряжения, это было так, блядь, горячо, что я вряд ли могу жаловаться.

Я качала бедрами вверх-вниз, простонывая, пока его язык безжалостно входил и выходил из моей мокрой киски.

— М-м да, это так приятно.

Наконец рука Ксавьера сжала мои ягодицы, и он потянул меня вниз, усаживая себе на лицо.

Он усердно сосал мой клитор, пока дрожь не пронзила меня шипами удовольствия.

Мои ноги бесконтрольно затряслись, и я дернулась, кончая в горячем порыве.

— М-м, да!

Я сильнее прижималась бедрами, чтобы удовлетворить свою пульсирующую киску, пока моя рука продолжала наяривать налитый член Ксавьера.

— Да, о, о!

Ксавьер застонал, пока моя киска терлась о его рот, и как раз в этот момент его член дернулся в моей руке.

Я наклонилась над ним, и мой рот накрыл извергающуюся головку.

Его стон был глубоким и диким между моих бедер, пока он продолжал меня есть.

Густая сперма стекала с моих губ и по подбородку, пока я массировала его головку.

Мое тело бесконтрольно дрожало.

— О да, Пуговка, так хорошо.

И да, так и было.

В конце концов я сползла с него, с ртом и руками, покрытыми липкой спермой.

Это был лучший способ закончить вечер.

Мы были истощены и удовлетворены, и после горячего душа и стакана бренди мы уснули.