Лисица (не) против Феникса в мужья

Глава 42

Слова Дрейка подействовали на меня, будто звонкая пощёчина.

Я очнулась от колдовства Алексии, и, встрепенувшись, обернулась.

Сзади во всей красе голого, едва воскресшего тела феникса, по обыкновению прикрытого полотенцем, стоял Дрейк.

И улыбался от уха до уха, как самый настоящий влюблённый дурак.

На моём лице самопроизвольно начала возникать ответная идиотская улыбка.

Дрейк рванул ко мне и сгрёб в охапку, с такой силой, что, мне кажется, у меня затрещали кости.

— Тише-тише, ты меня задушишь, — пропищала я.

— Ты? Но как?! Ты же... ты же… умер?! — раздался со спины ошеломлённый голос Алексии. — Как такое возможно?!

— А что не так? — надменно ухмыльнулся Дрейк и поцеловал меня в лоб. — Ты что, не рада меня видеть, Алексия?

— Ну ты и живучая скотина! Как ты умудрился обмануть свою природу?! — презрительно фыркнула Алексия.

— Так, ну что, шанс взять перо я тебе дал, но ты им не воспользовалась, как я вижу, — гораздо более холодным тоном заявил Дрейк. — Так что вали отсюда, Алексия, пока я на седьмом небе от счастья, что моя любимая лисичка жива.

— Ты обманул меня, козлина! — рявкнула разгневанная Алексия. — У меня не было шанса его взять! Оно не шло ко мне, как то, первое! Потому что предназначено оно было не мне, а твоей блаженной Мэри.

— Сама ты блаженная, — буркнула я, уткнувшись в грудь феникса.

— Ну так Мэри была тут, что же ты её не заставила своим противным зовом взять это перо для тебя, — холодно усмехнулся мужчина.

— Я не успела!!! — завизжала Алексия. — Это нечестно!

— Ну, что же, тут я не виноват. Шанс был? Был, — хмыкнул Дрейк. — Я условия сделки честно выполнил. Убирайся, я сказал, отсюда по добру, поздорову, — холодно процедил мужчина поверх моей головы.

— Ну уж хрен тебе, урод поганый! — взревела женщина.

Дальше всё происходило, будто в замедленном времени.

Дрейк внезапно напрягся и резким движением развернул меня лицом к Алексии, закрывая меня от мерзавки своим телом.

В процессе поворота я увидела, как лицо Алексии злобно искривилось, а сама женщина подалась вперёд, вытянув руки.

Из рук вырвались до боли знакомые голубые стрелы.

Как у ледяных вампиров.

Откуда они у простой, хоть и стервозной, лисицы?!

Десяток мерцающих синих молний устремился на нас, и двигались они гораздо быстрее, чем всё вокруг.

От этого заклинания веяло смертью.

Я зажмурилась, произнося формулу магического щита.

Дрейк тоже что-то шептал, но моё сердце колотилось так оглушительно громко из-за нарастающей паники, что я не могла разобрать содержание его заклинания.

Внезапно из спины Дрейка начали вырастать мощные огненно-чёрные крылья, как тогда, в схватке с вампирами.

Но это происходило медленно, слишком медленно. Мой щит не успеет сформироваться. Дрейк не успеет отрастить свои крылья, поняла я краем сознания.

Поздно.

Дрейк дёрнулся вперёд, будто от мощного удара.

Кожа на его груди натянулась во многих местах, а потом прорвалась под натиском синих стрел.

Из ран и изо рта феникса хлынула кровь.

Дрейк начал оседать на пол.

Время вернуло свой ход.

Я попыталась удержать его, но куда там! Мужчина был слишком тяжёлый.

Я заглянула ему за спину: вот проклятье, он снова утыкан этими ледяными стрелами, будто диковинный ёж!

Ну сколько можно!!!

— Отдай мне перо, мразь! — прошипела Алексия, вновь поднимая руки, окутанные синим пламенем. — Или я добью тебя, а потом целые сутки до твоего воскрешения буду мучить твою девку. А когда ты воскреснешь, я на твоих глазах убью её, а потом тебя. И так до бесконечности!

— Мэри, вытащи из меня эту гадость, — натужно прошептал феникс, сплёвывая кровь.

— Это бесполезно, ты утыкан ими, как решето! Ты истечёшь кровью! — всхлипывая, возмутилась я.

— Вот именно. Подохнешь ты в очередной раз, любимый, — нагло ухмыльнулась Алексия. — А я займусь твоей девкой.

— Мэри, делай, как я сказал, пожалуйста. Доверься мне, — тихо сказал Дрейк.

Феникс заглянул мне в глаза и, морщась от боли, подмигнул мне. Должно было, видимо, выглядеть игриво, но вышло жутко.

Но всё же я подчинилась и начала методично вытаскивать одну ледяную стрелу за другой.

Когда я дотрагивалась до стрел, меня обжигало таким холодом, что, казалось, одно прикосновение к этой штуке высасывает из меня магию и желание жить.

Как Дрейк терпит столько этих мерзких сосулек в своём теле?!

— Откуда ты знаешь это заклинание, женщина? — прохрипел Дрейк, обращаясь к Алексии. — Это магия ледяных вампиров. Ты продалась им?

— Ну почему же сразу продалась, — надменно рассмеялась подлая стерва. — Ничего я не продалась! Я заключила очень выгодный для меня союз. Убежище на долгие годы, место при Вожде и взаимное обучение заклинанием взамен информации о местонахождении тебя. Буду жить себе припеваючи: попивать вино, одеваться в шелка, да вкушать северные деликатесы.

— Ты служишь их Вождю? Как ты могла предать наш Южный Союз? Как ты могла продать родину за мнимый сытый стол и тряпки? Какие шелка в этом ледяном краю? Ты идиотка? — продолжал хрипеть Дрейк.

— Сам ты идиот, это фигура речи. Ну не в шелка, так в меха, буду там одеваться, — презрительно фыркнула Алексия.

— Дура, да они сожрут тебя сразу, как ты к ним припрёшься! Можешь спросить у Мэри, тебе это не понравится, — усмехнулся феникс.

— Никто меня не сожрёт, идиот, — рявкнула Алексия. — Более того, никуда я к ним не попрусь, они сами придут за мной утром. Сюда! Уже скоро, судя по всему. Но до этого времени мне нужно вытащить это дурацкое перо! Так что завязывай вести эти моралистические беседы и отдай мне это чёртов артефакт!

— Ха! Думаешь, получится скрывать этот артефакт от новых хозяев? Да его же у тебя сразу отнимут! — рассмеялся Дрейк, снова сплюнув кровь.

Я как раз вытащила последнюю стрелу. Феникс медленно пошевелился, продолжая морщиться от боли.

Лукаво улыбнувшись мне, Дрейк вновь подмигнул.

Вышло на редкость живо и правдоподобно.

— Никто у меня ничего не отнимет! — заорала Алексия. — Нет у меня хозяев! Есть союзники, и они очень щедрые! Вон, научили меня такому опасному и неизвестному в этих краях заклинанию. Как тебе, кстати, их «Дыхание смерти»? Очень эффективно, на мой вкус. А главное, ты о нём не знал и не смог защититься.

И тут я увидела, как раны на теле Дрейка затягиваются прямо на моих глазах!

— Дура ты, Алексия, — с мрачной усмешкой проговорил Дрейк и медленно начал вставать, расправляя крылья. — Как была самодовольной идиоткой, так и осталась. Даже ума за сто лет не прибавилось.