Любящий Вин

Глава 8

Беседа с детективом Декланом Хейлом прошла так гладко, как и обещал Вин. Большой, грубоватый мужчина до смерти напугал Мию, когда вошел в конференц-зал «Барретти Секьюрити Груп», и когда Вин оставил их наедине, она мгновенно вернулась к своему прежнему поведению — замкнутости и молчанию. Но Деклан просто выключил магнитофон и продолжил болтать с ней о несущественном и даже сказал, что она напоминает ему его младшую сестру. За этим последовали рассказы о проделках Сильвии Хейл в детстве, заставившие Мию задуматься, что же именно Деклан мог найти общего между ними двумя. Но затем в его глазах промелькнула боль, пока он рассказывал, какой храброй была его сестра даже в последние дни борьбы с лейкемией. И когда он заявил, что видит в ней такую же силу, Мия поверила ему.

Она ожидала допроса. Ей задали несколько вопросов о ее детстве и поведении отца. Не было никаких обвинений. Все заняло меньше получаса, а потом закончилось, и Вин повел ее обратно к ее столу, сказав, что отвезет домой, если она почувствует себя слишком подавленной, чтобы работать. Когда она заверила его, что с ней все в порядке, он нежно поцеловал ее, прежде чем уйти к себе в кабинет.

— Все выглядит великолепно, Мия, — сказал Дом, протягивая ей папку. — Давай отправим, — добавил он.

Мия кивнула. На следующий день после того, как Дом спросил ее, не хочет ли она пожить у него и Логана, между ними возникла неловкость. По его тону было ясно, что он знает, что происходит между ней и Вином, но она не могла понять, кто его больше беспокоит — она или его брат. Он не давил на нее и не спрашивал, что происходит. Он просто сказал, что предложение остается в силе, если она передумает, и они больше не обсуждали это в течение последних двух недель.

— Дом? — позвала она, когда он возвращался в свой офис.

— Да?

— Я никогда... - неловко начала она. — Я никогда не благодарила тебя, — тихо сказала она. — За все, что ты для меня сделал.

— Мия… — начал он.

— Ты спас мне жизнь, — прошептала она. — Ты это знаешь, и я это знаю.

Дом вернулся к ее столу, и она была удивлена, когда он осторожно поставил ее на ноги и обнял. Он даже ничего не сказал, и она с удивлением обнаружила, что тонет в его объятиях. Но когда он, наконец, отпустил ее, то застал врасплох, сказав ей на ухо:

— Не позволяй ему оттолкнуть тебя, — прежде чем повернуться и уйти обратно в свой кабинет.

Это загадочное заявление не выходило у нее из головы еще долго после того, как Вин заехал за ней и они направились домой.

— Не спится? — Услышал Вин с порога.

Он поднял глаза и увидел Мию, стоящую в дверях его кабинета. На ней была только одна из его футболок, позволяющая ему отлично видеть ее стройные бедра и длинные ноги. Он покачал головой в ответ и не удивился, когда она заколебалась, не решаясь пройти дальше в комнату. Так продолжалось последние несколько недель. В спальне они были настолько близки физически, насколько это возможно для двух людей, но как только переступали порог этой двери, становились практически незнакомцами. И винить ему оставалось только себя. Чем больше времени он проводил с ней, тем труднее становилось сохранять эмоциональную дистанцию, поэтому он стал находить предлоги, чтобы сохранять и физическую дистанцию. В конце концов, она перестала приглашать его поужинать с ней или посмотреть фильм. Он убедил себя, что так будет лучше для нее, но это была лишь полуправда. Как бы сильно ей ни хотелось жить дальше, когда все закончится, ему нужно быть в состоянии отпустить ее.

Успехи, которых добилась Мия за недели, что прошли с тех пор, как он вернулся домой той ночью и обнаружил ее стоящей в дверях комнаты для гостей в окружении своих собак, были поразительными. Она не только чувствовала себя хорошо физически, но и быстро обретала уверенность в себе. Она больше не пыталась скрыть шрамы на своей шее и не прикасалась к ним, когда нервничала, как было вначале. Робкая дружба, завязавшаяся у нее с Райли, продолжала крепнуть, и он не раз заставал их смеющимися над чем-то, когда они вместе обедали в комнате отдыха в офисе в те дни, когда Райли не работала. Мия даже прониклась симпатией к Дому, и он часто ловил себя на том, что борется с завистью, охватывающей его всякий раз, когда Мия смеялась над чем-то, что говорил ей Дом. Все шло именно так, как и должно было, и он, блядь, ненавидел это.

— Могу ли я что-нибудь сделать, чтобы меня было достаточно для тебя, Вин?

Вин оторвался от своих мыслей и резко взглянул на нее. О чем, черт возьми, она говорила?

— Тебя достаточно, — машинально произнес он. — Более чем достаточно.

Мия обхватила себя руками.

— Тогда почему ты не хочешь со мной разговаривать?

Он собирался сказать, что разговаривает с ней, но они оба знали, что это неправда, поэтому он не стал утруждать себя.

Мия, наконец, кивнула, когда он не ответил, а затем отступила на несколько шагов, прежде чем спросить:

— Не мог бы ты позвонить завтра репортеру?

Она не стала дожидаться ответа, повернулась и ушла. И он не удивился, обнаружив, что его кровать пуста, когда, наконец, заставил себя вернуться в свою комнату пару часов спустя.

— Уверен, что не хочешь пойти? — в третий раз спросил его Дом, пока они ждали, когда Мия спустится вниз.

Черт возьми, да, он хотел пойти. На самом деле, он вообще не хотел, чтобы Мия это делала.

Одно дело побеседовать с Декланом, но совсем другое — встретиться с журналистом, который, не колеблясь, разорвет ее в клочья, если почувствует хоть малейший признак слабости со стороны Мии.

— Мы это уже обсуждали, Дом, — раздраженно бросил он. — Любая связь со мной и единственным безопасным местом, которое у нее есть, исчезнет, — пробормотал он.

— Черт возьми, Вин, — возразил Дом. — Ей нужен ты, а не я.

Все тело Вина напряглось от гнева, из-за того, что брат сказал ему то, что он и так знал, но прежде чем успел выплеснуть все свое раздражение на Дома, он услышал шаги и, подняв глаза, увидел, что Мия спускается по лестнице. На ней было простое бледно-голубое платье, которое она заказала через Интернет в начале недели с его счета, только после того, как он согласился принять пачку наличных, которую она протянула ему для оплаты. Это была их первая настоящая ссора, но она была непреклонна и сказала ему, что, если он не возьмет деньги, она наденет ненавистное желтое платье. С той ночи, когда она вернулась в свою комнату, они поговорили только на следующий день, когда он подтвердил, что попросил Дома организовать интервью с репортером, а затем позже, в тот же день, когда Мия попросила его вернуть все двери в ее комнате на петли. Она, по сути, отгораживалась от него, и он ничего не мог с этим поделать.

— Ты прекрасно выглядишь, — услышал он слова Дома, и ему захотелось ударить его просто за то, что он был рядом. И когда Мия робко улыбнулась его брату, Вин почувствовал, как у него сжимаются кулаки.

— Я напишу тебе, когда мы выйдем из отеля, — сказал Дом, открывая дверь. Вин сумел кивнуть. Репортер согласился на интервью в местном отеле. По плану, Дом должен отвезти Мию к себе домой на случай, если за ними будут следить. Гараж в здании Дома обеспечивал уединение и безопасность, необходимые Мии для того, чтобы пересесть в ожидавший внедорожник Вина.

Он должен был что-то сказать Мии — хотя бы пожелать ей удачи. Но он не мог решиться заговорить, поэтому промолчал, и Мия, выходя из дома, бросила на него лишь быстрый взгляд. Разочарованный взгляд Дома, когда он уходил, заставил Вина захлопнуть дверь.

Шли часы, он пытался занять себя работой, но был слишком взвинчен и в итоге оказался у Дома почти на час раньше назначенного времени встречи. Он несколько раз писал Дому сообщения, но только когда увидел, как Логан выходит из лифта, ведущего из их с Домом пентхауса, и направляется к своей машине, он понял, что с брата хватит его домогательств.

— Привет, — сказал Логан, забираясь на пассажирское сиденье. — Дом говорит, и я цитирую: «Скажи ему, чтобы он, блядь, перестал мне писать и тащил свою жалкую задницу сюда». Я надеюсь, Дом был прав, когда сказал, что ты не станешь убивать гонца.

— Он хотя бы сказал, как все прошло? — Спросил Вин.

— Я думаю, они поздно начали, — ответил Логан.

Это привлекло внимание Вина.

— Почему? Мия была расстроена? Этот репортер что-то ей сказал?

Логан поднял руки.

— Я не знаю подробностей.

— Блядь, — прорычал Вин, хлопнув ладонью по рулю.

— Почему ты не поехал, Вин? — Внезапно спросил Логан. — И не заморачивайся насчет того, что репортер не должен тебя видеть. Я на это не куплюсь. И Дом, кстати, тоже.

Любовник Дома, несомненно, прошел долгий путь с того дня, как они познакомились. Вин ждал Дома в его квартире после продолжительной поездки на Ближний Восток, когда Дом и Логан вернулись после совместного уик-энда, и они как раз собирались обняться, прежде чем он дал им знать о своем присутствии. Вин понятия не имел, что его брат бисексуал, поэтому то, что он увидел его с мужчиной, стало для него полной неожиданностью. Его первым впечатлением о Логане было то, что он был слишком тихим и кротким для такого напористого от природы человека, как Дом, но прошло совсем немного времени, прежде чем он изменил свое мнение. У этого человека была добрая душа, но он отчаянно защищал людей, которых любил, особенно Дома.

Вин, наконец, вздохнул.

— У меня для тебя нет ответа, Логан. По крайней мере, хорошего ответа.

Логан, казалось, обдумывал свои слова.

— Ты помнишь тот день, когда мы встретились?

— Я помню, вы с моим братом собирались...

— Ладно, — перебил Логан, и Вин с трудом сдержал улыбку. — Я слышал, как ты с ним разговаривал. Ты помнишь, что ты ему сказал?

Вин вспомнил, но промолчал, так как знал, к чему все идет.

— Ты сказал, что не каждому выпадает один шанс, не говоря уже о двух. Что, если она — твой шанс, Вин?

— Проблема в том, что я в нее не влюблен, Логан.

Вин не отрывал взгляда от лобового стекла машины, но все равно чувствовал на себе взгляд Логана.

— Тебе кто-нибудь когда-нибудь говорил, что ты ужасный лжец? — раздраженно спросил Логан, прежде чем выйти из машины и направиться обратно к лифту. Вин хотел посмеяться над иронией вопроса Логана, потому что Мия сказала ему именно это. Очевидно, единственный, кого он продолжал дурачить в этот момент, был он сам.

— Нет.

Поднимаясь по лестнице, Вин едва сдержался, чтобы не выругаться в ответ на последнюю реплику Мии. Пока что все, что он получил, когда спросил, как прошло интервью — это «отлично», еще одно «отлично», когда спросил, был ли репортер приятным, и теперь «нет», когда он спросил ее, не голодна ли она.

Он знал, что ему следует оставить все как есть, но из-за того, что Логан отчитал его за это дерьмо, а его брат безостановочно бросал на него разочарованные взгляды, с Вина было достаточно. Он поднялся по лестнице и распахнул дверь в ее комнату. По крайней мере, она не заперла ее, потому что это было бы настоящей занозой в заднице. Но его облегчение было недолгим при виде нелепого пакета для мусора, лежащего на ее кровати.

— Мудак!

Вин проигнорировал возмущенную птицу и сосредоточил свое внимание на Мии, которая вышла из гардеробной с охапкой одежды в руках. Она даже не замедлила шаг, когда увидела его.

— Ты сказала, что того, что у нас есть, достаточно, — услышал он свой голос.

— Было. Это больше не так.

— Ты знаешь, почему я не смог пойти сегодня.

— Да, я точно знаю почему, — пробормотала она. — По той же причине, по которой ты не разговаривал со мной неделями, по той же причине, по которой ты не смотрел на меня, когда трахал.

Он не был уверен, что беспокоило его больше — то, что она использовала это слово для описания того, что происходило между ними, или факт, что она заметила.

— Я смотрел на тебя, — запинаясь, произнес он.

Мия рассмеялась.

— Может, твои глаза и были открыты, но ты не смотрел на меня.

Она снова скрылась в шкафу и вернулась с еще несколькими вещами.

— Ладно, если хочешь уехать, я подвезу тебя утром.

— Дом скоро будет здесь. Он одолжит грузовик Гейба. Клетка Перси поместится на заднем сиденье, а Джорджи сможет поехать в кабине. Все остальные поместятся во внедорожник Логана.

Что за х уйня?

Его захлестнул гнев.

— Значит, вы с Домом все сегодня спланировали?

— Я спланировала. Дом согласился помочь. Это то, что друзья делают друг для друга, — выпалила она. Она достала из тумбочки несколько листов бумаги и показала их ему, прежде чем бросить на кровать.

— Квитанции за одежду, — сказала она, завязывая мусорный пакет. — Дом согласился оплатить расходы из моей следующей зарплаты. Он отдаст тебе наличные, когда приедет.

— Мне не нужны его ебаные деньги! — зарычал Вин.

— Мои деньги, — возразила она, прежде чем схватить пакет с кровати и протиснуться мимо него. Он ненавидел то, какой спокойной и невозмутимой она была, в то время как он чувствовал, будто трещит по швам.

— И это все? — крикнул он, спускаясь вслед за ней по лестнице. — Ты просто уходишь?

Мия не ответила, и он схватил ее за руку, когда она потянулась к дверной ручке. Его намерением было остановить ее движение вперед, но его прикосновение, казалось, столкнуло ее в пропасть, над которой она висела, потому что она замахнулась на него. Первый удар пришелся ему в челюсть, а второй скользнул по щеке. Он успел перехватить ее руку, прежде чем она ударила его снова, но этого было недостаточно, чтобы усмирить ее, и она отчаянно сопротивлялась в его объятиях.

— Ты был мне нужен, сукин сын! — закричала она.

— Прекрати, — сказал он, когда она продолжила сопротивляться.

Слезы потекли по ее лицу, она снова и снова повторяла, что он был нужен ей, и каждый раз, когда говорила это, он чувствовал себя так, словно она пыряла его ножом.

— Прости, — прошептал он, пока она продолжала повторять это между сдавленными рыданиями.

В конце концов, она успокоилась и не сопротивлялась, когда он притянул ее к своей груди. Но напряжение не покидало ее тела, и когда она оттолкнулась от него обеими руками, он отпустил ее. Она вытерла мокрое лицо рукавом.

— Я подумала, что если дам тебе достаточно времени, ты сможешь смириться с тем, что мы такие разные. Я думала, ты поймешь, что мой возраст — всего лишь цифра. Что я не искала тебя для того, чтобы ты заботился обо мне. Что я могла бы стать чем-то большим, чем просто жертвой.

Она наклонилась поднять мусорный пакет с пола, куда он упал во время их драки.

— Я заставила этого репортера ждать больше часа, потому что была уверена, что ты появишься. Потому что ты был мне так нужен... - прерывисто прошептала она, вслепую нащупывая за спиной дверную ручку.

Когда она повернулась, чтобы уйти, голос Вина дрогнул, произнося:

— Мия, пожалуйста, не оставляй меня.