Мажор на мою голову (СИ)

Глава 36

— С днём рождения тебя! С днём рождения тебя! С днём рождения, дорогая Рита! С днём рождения тебя! — меня разбудила песенка, которую напивала вся моя семья. Уля, мама и папа, решили порадовать меня, и встали спозаранку, чтобы испечь торт и приготовить праздничный завтрак. В руках у мамы был красивый шоколадный торт с вишенками и свечками. Уля же держала праздничные воздушные шары. А папа, большую коробку с подарком. Я улыбнулась и встав с кровати, подбежала и заключила всех троих в крепких объятьях. Они только и успели, что поставить свои ноши на тумбочку и обнять меня в ответ. Я расцеловала каждого в обе щеки, а потом и по второму кругу.

На завтрак были вкусные ребрышки в горчично-медовом соусе. Мммм. Вкуснотень!

После сытного завтрака, я побежала в комнату открывать подарок от родителей и Ули, которая успела таки всучить мне открытку и маленькую коробочку за завтраком.

В коробке с Улиным подарком обнаружилась шоколадка, а к ней записка: «Не знала, что тебе подарить, поэтому посоветовалась с Яной. Она предложила какую-то косметику или средство для ухода за собой. Вообще, можешь конечно устроить обёртывание в шоколаде и побороться с целлюлитом, но лучше, просто скушай, и подними себе настроение:)»

Я расхохоталась. Ну удумала. Распаковала шоколадку и откусила кусочек. Моя любимая, с изюмом и орешками. Единственный вариант, в котором я ем сухофрукты.

Мама с папой подарили мне проектор звёздного неба. Зная, мою любовь ко звёздам. Отличный подарок, я обязательно ещё раз поблагодарю родителей, но сегодня я увижу ночное небо вживую. Мы поедим на озеро с ночёвкой. Поставим палатки, и пожарим шашлыки. Именно так я и хотела праздновать свое день рождение, хотя Яна не упускала возможности, за последнюю неделю, уговорить меня на полет за границу. Но мой день рождения — мои правила, не нравятся мои правила — нечего приходить.

Мой дорожный рюкзак уже подготовлен с вечера и ждёт меня возле двери. За нами с Улей заедет Леша, так как Тим сам не на колесах и поедет с Егором и Яной (его тачка в ремонте). Но это будет только через четыре часа, а пока я могу насладиться днём рождения в кругу семьи.

— Скажи, хоть, что за озеро? — я ехала на переднем сидении машины Лёши. Уля примостилась на заднем сидении и всю дорогу с кем-то оживлённо переписывалась, задрав ноги и облокотив их об дверцу. Леша ей уже высказал все, что он о ней думает.

— Будет сюрпрайз! — ответил Леша, — Скажи спасибо, что глаза не завязали! — он снова обратил все свое внимание на дорогу.

Когда мы подъехали, ребята уже раскладывали палатки. Я не Уля, и решила не приглашать на свой день рождение всю Африку.

— Спасибо! — ответила я Лёше.

— Всем привет! — я выпрыгнула из машины и сразу попала в теплые объятья друзей. На перебой звучали поздравления, а мне всовывали аккуратно завёрнутые в яркие упаковки подарки. Помимо вышеперечисленных, в поход мы взяли Полину и Кирилла с Ксенией. Несмотря на то, что мы расстались, я хотела его видеть на своем дне рождении. А Ксению пригласила только, чтобы поднять себе настроение, посадив ее в банку с пауками, точнее пригласив в свою компанию. Кажется, я немножко кровожадная. Ну и потому что она, якобы, девушка Кирилла. Поочередно обнявшись с каждым, и даже с Кириллом. Признаться, это были неловкие объятия, и на секунду мне показалось, что Кир стиснул меня чуть сильнее, словно не хотел отпускать, но я списала это на разыгравшееся гормоны на пару с воображением.

Ксения тоже приобняла меня, и чмокнула где-то рядом с щекой. Натянув свою дежурную улыбку, она протянула мне подарок и открытку «От нас с Кирчиком», — пропела она противным писклявым голоском и взяв Кирчика за руку, потянула в сторону их палатки. Но Кирилл вырвался с захвата цепких пальчиков и присоединился к парням, занимающимися мясом.

Я вскрыла коробку и обнаружила стандартный набор дорогой косметики. Уля, заглянув в коробку, фыркнула и сказала, что ее «обертывание в шоколаде» намного лучше, с чем я согласна!

— Неужели, я настолько страшная, что мне нужно столько косметики? — спросила я, не особо к кому-то обращаясь.

— Монстер хай судила по себе, — прыснула Полина, нарезая помидорки с огурчиками и перцем.

— Посолить не забудь! — напомнила Яна, которая, кстати, сидела на покрывале и придирчиво наблюдала за действиями Полины. Я же накрывала с Улей на стол.

— Да посолила я, Яна! По-со-ли-ла! — по слогам повторила Поля.

Когда наши приготовления были закончены, мы решили искупаться. Мальчишки колдовали над шашлыками, а мы с девчонками переоделись в купальники и побежали к воде. Позже к нам присоединились и парни, все, кроме Лёши. Кто-то же должен следить за мясом, а жребий пал на моего парня.

— Так вот, токсикоз… — Яна нашла новую жертву, в лице деликатного Тимура, которому вряд-ли понадобится полученная информация. Пока Яна не запалила, я быстренько отплыла на приличное расстояние, где было довольно глубоко.

Вдруг, что-то схватило меня за ногу и начало двигаться вверх к внутренней части бедра. Поглаживая и целуя? Чьи-то руки опустились на мою попу. Я завизжала и начала пинать «нечто».

Из воды вынырнул Корсаков и сразу получил по лицу, я быстро смекнула, что это было.

— Обалдел совсем, Корсаков? — заорала я.

Он лишь отплыл от меня на расстояние, которое не затрагивает мое личное пространство.

И невозмутимо сказал:

— Перепутал, но у тебя тоже ниче так. — Мдаа, если Корсаков считает это комплиментом, то у него проблемы. Это больше на оскорбление смахивает!

— А у тебя, видимо, проблемы не только с мозгами, а ещё и с ориентацией? — поняв, как это прозвучало и увидев, как вытянулась лицо Кирилла, покраснев от смущения добавила: — В пространстве, Корсаков, в пространстве! Ксения поплыла в совершенно противоположную от меня сторону! Как можно было перепутать? — и не дожидаясь ответа, я легла на спину и поплыла к берегу. Даже здесь Корсаков придурок!

Мы расселись у костра и спев Happy Birthday, стали играть в разные игры, одновременно с этим поедая очень вкусные шашлыки с картошкой, овощами и грибами. Наш фуршет напоминал шведский стол: подходишь, накладываешь себе, что хочешь и идёшь к костру.

Мясо прожарились и было сочным и очень вкусным. И его не испортили сетования Ксении о здоровом питание, вегетарианстве и категорическое «Нет, это же мясо!». А она рассчитывала на рыбу?

Я поежилась от прохладного ветерка. Сидя у костра, мне все равно было холодно, так как солнышко под вечер зашло, и апрель напомнил, что он не август. И дура ты, Ритка, что нарядила топ и не взяла кофту. Что-то теплое укутало мои плечи. Я повернулась и обнаружила Лёшу, одевшего на меня свою толстовку. Благодарно посмотрела на парня и снова вернулась в беседу.

— А давайте в правда или действие? — предложила Уля, и когда все согласно закивали, продолжила: — Тогда я первая. Тим, правда или действие?

— Нууу, рискну. Действие.

— Мой спаситель! Сделай мне массаж, а то спина так затекла. — Уля скорчила рожицу и подставила Тиму спину, которую он со вздохом начал массажировать.

Следующий спрашивал Тим:

— Правда или действие, Лех?

— Не-не, братан. Я тебе массаж делать не буду. Правда.

— Расскажи про первый поцелуй с Ритой. — сказал Тим.

— Так это действие, а не вопрос! — возмутилась я, и почувствовала прожигающий взгляд со стороны, где сидел один придурок-брюнет.

— Ладно. Какой был твой первый поцелуй с Ритой? — перефразировал Тим, а я залилась краской.

— Два раза нельзя, ты профукал свою попытку. — предприняла свою последнюю попытку, но поймала на себе несколько красноречивых взглядов.

— Рит, не будь занудой! — подытожил Тим и повернулся к Лехе, — Так какой был ваш первый поцелуй?

Неожиданно Леша наклонился ко мне и захватив в плен мои губы, начал жадно сминать их. Я ответила на поцелуй. Мы целовались недолго, после чего Леша отстранился и обратившись к Тиму, сказал: «Суди сам, но как по мне, это было классно». Я отвернулась, чтобы никто не заметил мой потухший взгляд. Поцелуй и правда был хороший, только вот трепетного чувства я не почувствовала. И от этого открытия, мне хотелось залезть под одеяло и прореветь там, весь запас слез, что у меня остался.

— Ребят, я хочу искупаться. Вода сейчас, как кипяченное молоко. — протараторила я и пошла к озеру.

Купаться я не планировала, поэтому просто отошла на приличное расстояние, подсвечивая телефоном себе дорогу. Села на пенек и стала наблюдать за черной гладью воды, рассматривая в ней отражение звёзд и полной луны. Слушала треск сверчков и раздумывая о своей жизни. За моей спиной послышался треск и ещё один силуэт выплыл из темноты, подсвечивая себе дорогу фонариком из телефона. Уля, а именно она сейчас подошла ко мне, села на соседний пенек и тоже стала наблюдать за тихими волнами озера.

— Рит, не будь дурой! — ворвался в мои думы голос сестры, — Леша хороший парень, и не заслуживает, чтобы ему пудрили мозги!

Я вздохнула и повернула голову к сестре. Она права, абсолютно права. Я до сих пор люблю другого. Того, кто меня предал, сделал мне очень больно, но я до сих пор его люблю. И как бы я не пыталась пробудить в себе чувства к Лёше — их нет. Только дружеские, только друзья. И сегодня, я в этом убедилась.

— Уль, он сделал мне больно, а я до сих пор его люблю. — одинока слезинка скатилась по моей щеке и упала на руку. Уля обняла меня за плечи и притянула к себе. Я положила голову сестре на плече.

— Я тебя понимаю. Все понимаю, сестрёнка. Это уже наверное наше семейное проклятье, на своем дне рождении собирать осколки разбитого сердца? — грустно улыбнувшись спросила Улька.

— Тим был не виноват, — сказала я, — А Кир сам признал свою вину, ты не видела его глаз, он даже не пытался оправдаться, соврать. Он подтвердил свою вину, в отличии, от Тима, который правда был не причём. То недоразумение, а это факт.

— Если б это не было недоразумением, я бы ему кое-что да оторвала бы. А так, я знала, что он не виноват! — сказала сестра, переводя тему.

— Ты с ним две недели не разговаривала! — воскликнула я и подняла голову с ее плеча.

— В профилактических целях! — парировала Уля, а расхохоталась. Уля в своем репертуаре.

Мы болтали о всяких пустяках. Когда Уля вдруг предложила:

— Хочешь, я запру тебя с Кириллом в одной палатке?

Я шуточно пихнула ее локтем в бок.

— Да ну тебя! — я вздохнула и сняв шлепки, опустила ноги в прохладную воду. — Уль, у нас не так, как у вас с Тимом. Сбежали все розовые единороги и рассеялись все облака. — помолчав, добавила: — А мы упали на землю.

— Знаешь, Рит, чему меня жизнь научила, так это не рубить сгоряча. Видела бы ты лицо Кирилла, когда Леша тебя поцеловал. Я думала, он ему врежет и как минимум, три зуба выбьет. — Уля начала жестикулировать руками, а я слабо улыбнулась и вздохнула. От ее слов бабочки в моем животе ожили и с плакатами «Надежда умирает последней», станцевали сальсу. Я подала пальчики на ногах.

— Эх, Уля, Уля…