Маньяк королевских кровей

Глава 5

— Детёныш, как всё прошло? Понравился праздник?

Папа всегда меня так называет. Это умиляет — такое особое прозвище.

— Ага.

— Она сбежала и час где-то пряталась, — говорит мама, накладывая нам еду. — Вот взять и лишить бы её праздничного торта.

— Там было жарко, и народа много. Я думала, что задохнусь. Ушла в тенёк посидеть, — пробую жаркое, и глаза закатываются от удовольствия. — Мама, как же вкусно!

— Да, денёк жарковатый выдался, — соглашается папа.

— Можно было потерпеть, — с укоризной смотрит на меня мама, но я даже не обращаю на её слова внимания. Мамуля любит, когда всё идеально, но идеально не бывает. — Могла бы попить воды.

— И захотела бы в туалет.

— С тобой слишком сложно.

Мама садится за стол, включает телевизор, по которому идут новости с обзором прошедшего открытия скачек.

— Мам, ты серьёзно? Мы все там были — зачем пересматривать?

— Мне нужно мнение со стороны, — говорит мама, забывает про ужин и полностью погружается в просмотр новостей.

Вот так всегда. Она полностью посвящает свою жизнь «Её величеству». Мы либо для двора шьём, либо смотрим по телевизору. Ни дня без королевской семьи — они постоянно с нами. И при этом родители не понимают, почему меня достала эта семейка и я не хочу иметь с ней ничего общего. Да, дружба с королевой — это возможности, да, это успех в работе. Но чем дальше от них — тем лучше.

— Детёныш, не хмурься. Для мамы это важно.

Я пожимаю плечами и ем праздничный ужин. Хоть какая-то радость — набить пузо и пойти спать.

— Софи, а что ты скромничаешь? Расскажи отцу, как тебя поздравила с днём рождения сама королева.

— Серьёзно? — говорит папа, и я вижу притворство с его стороны.

— Пап, ты служишь у королевы в охране, ты прекрасно всё знаешь, — отвечаю я отцу и напихиваю полный рот овощей. Голодная как волк. Это мероприятие высосало из меня все калории, которые были незаконно использованы сегодня, и сейчас я хочу лишь пополнить их запас.

Папа хитро ухмыляется.

— Я знаю, что вы беседовали, но не знаю, о чём вы говорили. Её величество никогда не позволит прослушивать частные разговоры. Поэтому я ничего не знаю, детёныш.

— Софи, не набивай рот. Так нельзя есть. Ты не можешь поддерживать беседу с набитым ртом.

— Я моху. Бейошь и гововишь.

У мамы глаз дёрнулся. Как моя маман, любительница этикета, не дала мне подзатыльник, я не знаю, хотя догадываюсь. Вот мне и подарок на день рождения подъехал.

— Софи. Прожуй, пожалуйста, и потом расскажи. Нам с папой очень интересно, — мама сдерживает эмоции, но её дёргающийся глаз выдаёт.

Я прожевала, громко сёрбая, отпила воды, громко проглотила. Да-да, я просто издеваюсь над маман. Она не терпит, когда балуются за столом, а мне так хочется сбросить хотя бы дома весь этикет сегодняшнего мероприятия.

— Ничего особенного. Она поздравила меня с днём рождения и поинтересовалась о моей учебе. Ах да, ещё она предположила, что не так я хотела отметить день рождения.

Мама вскидывает руки к лицу и заметно бледнеет.

— Божечки, я надеюсь, ты её переубедила.

— Я постаралась, но Её величество, в отличие от других, не любит лести и весьма проницательна, чтобы понять, как именно девушки моего возраста хотят провести свой праздник. Не стала её оскорблять враньём.

Мама затихла после моих слов, а папа рассмеялся.

— Она и правда не любит лести. Правильно поступила. Детёныш, ты такая взрослая стала — приняла быстрое и правильное решение. Не зря на психолога решила идти учиться. Кстати, а где наш подарок?

— Ах да! — подскочила мама и убежала в другую комнату, а мы с папой в это время уплетали мясо с огромным удовольствием.

Мама отсутствовала минут пятнадцать — я наконец-то смогла поесть, и меня не отвлекали на тему «Её величества». Вернулась мама довольная, с хитринкой в глазах. Видимо, они очень старались с выбором подарка, и теперь маман в предвкушении моей реакции.

— Дай руку.

От её слов меня словно ледяной водой окатило. Воспоминания о подарке Тео, полученном так внезапно, накрыло. Я протягиваю руку, и мама надевает мне на неё браслет, состоящий из нескольких плетёных кожаных косичек и пары золотых цепочек, соединённых в одну общую композицию. Я смотрю на руку, и дышать становится тяжелее, чувствую, как мои щёки краснеют. Сегодня на этой руке красовался другой, безумно дорогой подарок, который сейчас лежал у меня в кармане и словно обжигал. За ужином я не вспоминала об этом подарке. Я никак не смогла бы объяснить его происхождение — он слишком дорогой. Я рассмотрела его: литые пластинки золота, инкрустированные бриллиантами. А на внутренней стороне — гравировка: «Соне». Он единственный, кто так меня зовёт.

— Детёныш. Тебе не нравится? — слышу голос папы, словно через вакуум.

Подарок родителей больше подходит для моего возраста.

— Нет, вы что — он прекрасен! Спасибо большое! — беру себя в руки, обнимаю сначала папу, потом маму.

Мне и правда очень понравилось.

Папа копается в кармане брюк и достаёт из них связку ключей, протягивает их мне.

— А это подарок от моей покойной матушки и твоей бабушки.

— Что это? — я забираю ключи, смотрю на связку. Бабушки не стало пять лет назад. До этого мы были с ней очень близки. Она единственная, кто меня понимал и уважал моё нежелание посвящать свою жизнь королевской семье. Для неё я была просто любимой внучкой.

— Она завещала квартиру возле «Королевского университета» тебе. Не хотела, чтобы ты в общежитии жила.

У меня на глазах наворачиваются слёзы. Я очень по ней скучаю.

— Но мы с мамой надеемся, что ты не сбежишь от нас туда прямо сегодня.

Я смеюсь.

— Нет, конечно. Просто это очень масштабный подарок и неожиданный. Своя квартира — это ответственность.

Я помогла убрать маме посуду, мы ещё недолго посмотрели телевизор. Завтра рано вставать, а день был слишком утомительный. Я обняла родителей, ещё раз поблагодарила за подарки и ушла к себе.

Это был тяжёлый день. Завтра всё расскажу Эмме — она в диком восторге, что меня пригласили на скачки, и потребует подробности.

Только…

Не всё я смогу рассказать. Нет, я верю Эмми — она никогда не будет сплетничать обо мне и сохранит мои секреты. Я просто сама ещё не разобралась, что делать с подарком Тео.

Я приняла душ, переоделась в пижаму, вытащила подарок Тео, легла в постель и стала его разглядывать. Красивый. Две гладкие половинки, изящный замок. Явно не из магазина — сделан на заказ, вот и отметка мастера. С каких пор принц заказывает подарки для простых смертных? Может, это королева попросила его так поступить. Да, наверное, она. Её величество не могла сама подарить подарок — её руки должны быть свободными — и попросила Тео. А я нафантазировала чёрте что. Но гравировка… Так называет меня только он. Мысли совсем перепутались. Мне можно носить его или нет? И у кого это спросить?