Матрёшка для наглеца Гошки (СИ)

Глава 5

Глава 5

Выхожу из «Залесья» и не могу сдержать улыбки. Моя блефовая атака сработала! «Сначала женитесь!» – гениально же? Марина! Браво!

Видел бы ты свою рожу, пивной барон!

Красиво я тебя уделала? А нечего было руки распускать!

Быстро ловлю такси, пока не опомнился, и доезжаю до ярмарки. Моя старенькая, верная «Лада» одиноко стоит на пустой стоянке, ждет меня.

Еду домой, а в голове крутятся обрывки сегодняшних событий: наглые руки Георгия, бесстыдное освобождение у окна…

И нижнее белье промокло до нитки.

Уф… Это была серьезная схватка, и я не проиграла. Я стратегически отступила. С достоинством. А он остался неудовлетворенным, с огромной шишкой в штанах. Так ему!

Подъезжаю к дому, и всё веселье разом улетучивается, как воздух из проколотого шарика.

У подъезда, прислонившись к стене, стоит Ацамаз. Мой бывший муж. Вернее, пока ещё юридически мой муж-изменщик.

Настроение падает ниже плинтуса.

– Марин, – увидев меня, делает шаг навстречу.

– Ты что здесь забыл? – шиплю враждебно. – Уходи давай отсюда.

– Я заскочу вместе с тобой на минуту в квартиру?

– Зачем?

– Забыл кое-что, – он старательно избегает моего взгляда, как провинившийся пес.

– Что именно? Последние крошки самоуважения? Так я их уже вымела. Уходи, Ацамаз. У меня был длинный день. Не до тебя.

– Да я на пять минут всего, – бывший слегка повышает голос и пытается прорваться мимо меня к двери.

– Шаг ближе – и я звоню 02, – говорю чётко, поднимая телефон. –Объясню им, что бывший муж пытается вломиться в мою квартиру. Ты здесь не прописан!

– Да, брось ты, роднуль! – Ацик внезапно делает рывок, пытается обнять меня и прижать к стене. Знакомый, дешёвый приём. – Давай без скандалов, ладно? Я так соскучился по тебе…

От его запаха, знакомого, но теперь отвратительного, меня передёргивает. Резко вырываюсь, отскакивая на шаг.

– Не трогай меня, чмо бородатое! – выдыхаю я. Фраза вылетает сама, злая и точная. – Иди, обнимай дочку пивного барона. Может, и тебе что перепадёт от их богатства!

Его лицо искажается от злости, и его голос становится тихим, сиплым и по-настоящему опасным.

– Осторожнее в словах, Марина. У меня ведь и друзья есть. Могу сделать так, что твой ларек с дурацкими сувенирами закроется в один день. Поняла?

А мне хочется громко и грубо выматериться.

Да что вы все пристали к моему магазинчику? Спасу от вас нет!

Неужели все мужики в этом городе думают, что женщину можно только прижать к стене или раздавить деньгами и связями за несговорчивость?

Идиоты, блин…. Вокруг одни идиоты.

Вспоминаю слова Залесского: «Ваш муж, видимо, мужик что надо, раз моя дочь на него внимание обратила». Да на внешность Ацика Алиса повелась!

Эта сволочь красив, смазлив, и в то же время по-мужски брутален. Всегда готов сорваться с работы и прийти на помощь, привезти, отвезти, перетащить тяжелые коробки с сувенирами и сумки с продуктами из магазина. А танцует как! Девушки дышать забывают, когда он выходит танцевать свою лезгинку.

Только для меня его измена перечеркнула все хорошее, что в нем было.

Чмо бородатое – отныне вот он кто для меня!

Мы стоим, измеряя друг друга взглядом. Сегодня я уже один раз справилась с «пивным бароном». И с этим джигитом как-нибудь справлюсь тоже. Матрешек на всех хватит.

– Не надо пугать меня, Ацамаз. Пуганая уже.

– Прости, извини! – вдруг резко переобувается он. – Я погорячился. Сама понимаешь, кровь горячая, южная, – натянуто улыбается. – Но, Марин, я прошу тебя, как человек, – продолжает настойчивым тоном. – Послезавтра приедут мои родные. Отец, дядьки… Подарки привезут. А в моей квартире одни стены, стыдно приводить туда родственников. Побудь моей женой еще несколько дней. Впусти меня. Просто посидим за столом, потом я все улажу и исчезну. Обещаю.

Он протягивает руки, будто хочет взять мои, но я завожу свои ладони за спину. В его глазах читается страх. Не перед потерей меня, а перед своим позором. Перед тем, что скажут на Кавказе: Ацамаза жена выгнала из дома, как шавку, не уважает его, срамит перед людьми. Этого он боится!

– Знаешь, – говорю я, глядя куда-то мимо его плеча. – У Залесских особняк большой. И Алиса, твоя… новая любовь, наверняка будет рада принять твоих и своих будущих родственников с подарками. Уходи.

– Ай, ну что ты такое говоришь? Это ты моя жена, а не она. Золотые горы дам, Марина. Все, что захочешь. Квартиру подарю тебе свою, которая в еще ремонте. Или машину… Хочешь?

Ох, какой щедрый, ты погляди! Это что-то новенькое.

– У меня уже есть своя квартира. И машина. А твои золотые горы, Ацамаз, – смотрю ему прямо в глаза, – оказались всего лишь позолоченным дерьмом.

Он замолкает, сжав кулаки. Вижу, как вздулись вены на его шее. Джигит, вы только посмотрите на него! Ему сейчас важнее всего сохранить лицо перед теми, чье мнение для него – закон. А на меня плевать.

К ступеням подходит наш сосед со своим старым лабрадором. Пес, виляя хвостом, тычется мордой мне в ладонь. Сосед кивает мне, бросая на Ацамаза неодобрительный взгляд. Его здесь почему-то не любят.

– Марина, пожалуйста… – снова начинает бывший, но я перебиваю.

– Знаешь, что мне сказала моя бабка, крымчанка? – голос мой звучит тихо и четко. – Настоящего джигита видно не по тому, как он скачет на коне, а по тому, как он держит слово. Ты раз сто клялся мне в любви и верности. И что? Все твои красивые слова оказались чушью для наивных дурочек. Только мне не нравится быть дурой! Так что скачи к своей новой любови без оглядки. Может, там тебе поверят и помогут.

Как вспомню… Как он любил кичиться кодексом горца, когда ему это было выгодно. Смех разбирает!

Не дожидаясь ответа, поворачиваюсь к подъезду.

– Проходите, я вас пропускаю, – говорю соседу с нарочитой легкостью.

Дверь с сильным стуком захлопывается за нами. Я не оборачиваюсь.

Квартира встречает меня тишиной. Той самой желанной тишиной, которую Юсупов всегда нарушал – то своим громким смехом, то хлопаньем дверей, то бесконечными созвонами.

Прислоняюсь спиной к холодильнику и закрываю глаза. Все. Кончено.

Потом иду по комнатам и провожу ревизию. На полке в прихожей лежат его любимые духи, от которых теперь тошнит. В шкафу – забытая потрепанная футболка. В туалете пластиковый кувшин с тонким носиком, которым он пользовался после оправления потребностей.

Каждый предмет словно напоминание о собственной глупости и о нескольких годах, прожитых, по сути, с чужим человеком. Я так и не приняла их менталитет.

Надеюсь, Алиса Залесская с радостью будет молиться вместе с ним на одном коврике и слушать наставления сварливой свекрухи, как надо ухаживать за ее мальчиком. Чем поить, чем кормить, во что одевать.

Господь! Я ему была как мамка. А ведь он всего на три года младше меня.

Но теперь всё! Избавилась.

Беру большую спортивную сумку и методично без злости начинаю наполнять ее всем этим оставшимся от него хламом.

Затем открываю сайт службы доставки и заполняю данные. Адрес. Получатель Алиса Залесская. В графе «Комментарий для курьера» пишу: «Личные вещи Ацамаза. Передайте новой хозяйке. Старая – освобождает полки».

Выбираю самую дорогую доставку – «к определенному времени, на завтра». Пусть привезут прямо к завтраку, на котором будет присутствовать папаша Залесский. Надеюсь, ему понравится мой «подарочек» – ношенные трусы и носки будущего зятька. И не только…

Возвращаюсь на кухню, вскрываю бутылку хорошего шампусика. Наливаю себе один бокал.

– За свободу, – тихо говорю себе и делаю небольшой глоток. – Горько!