Медсестра. Мои мужчины – первобытность! (СИ)

Глава 51

Воздух здесь теплый и густой, пахнет мужским потом, кожей и дымом.

Мои глаза привыкают к полумраку, и я снова вижу три огромных тела и пустое место между двумя из них. Место для меня.

Другого выбора нет. Повернуться и уйти — плохая идея, потому что я очень устала, тем более, чтобы искать шкуры для сооружения нового места для сна. Чтобы выспаться, места рядом с Даном хватит только Лие.

А выспаться мне надо.

Я тихо ложусь между двумя громадными, теплыми телами. Я опускаюсь на спину, стараясь не касаться ни одного из них, занимая как можно меньше места, но это невозможно…

Жар, исходящий от них, окутывает меня с двух сторон.

Я лежу, затаив дыхание, как мышь между двух спящих львов, и молюсь, чтобы они не проснулись.

В какой-то момент Буран во сне поворачивается на бок, в мою сторону.

Его тяжелая, могучая рука падает мне на живот. Я замираю, боясь дышать, не шевелюсь, жду, что он уберет руку, но он не убирает. Наоборот, его пальцы чуть сжимаются, и он притягивает меня ближе к своему горячему телу.

И почти в то же мгновение я чувствую движение с другой стороны.

Скал тоже сдвигается, его плечо касается моего, а его нога ложится поверх моих ног. Я оказываюсь в настоящем капкане из сильных, горячих мужских тел. Они спят?

Боже, лишь бы спали, иначе точно услышат, как быстро и сильно бьется мое сердце.

Я зажмуриваюсь…

Рука Бурана на моем животе начинает медленно, почти лениво, двигаться вверх. Его пальцы, грубые и мозолистые, оглаживают мои ребра, поднимаются к груди. Пальцы забираются под ткань моей одежды и сжимают напряженный сосок.

Прикусив нижнюю губу, я сдерживаю стон.

Поворачиваю голову в сторону Скала, и мои губы почти касаются его плеча. И тут я понимаю — он не спит…

Его глаза открыты и смотрят на меня в темноте тяжелым, пронзительным взглядом. Его рука, лежавшая до этого неподвижно, приходит в движение. Она скользит по моему бедру, властно и уверенно, заставляя меня замереть.

— Не спать, маленькая? — спрашивает Скал шепотом.

— Н-нет… — отвечаю я так же тихо.

В это же мгновение рука Бурана полностью накрывает мою грудь, его большой палец медленно, круговыми движениями, поглаживает напряженную горошинку, и я невольно выгибаюсь, в этот раз издавая тихий стон.

В ответ на это рука Скала на моем бедре сжимается сильнее, его пальцы пробираются выше, под край моей одежды, касаясь обнаженной кожи.

Они действуют без слов, их дыхания становятся тяжелее, сливаясь в один общий, рваный ритм.

Я чувствую, как их тела напрягаются, как пробуждается их мужская сила… чувствую, как их твердость, их раскаленные поршни, прижимаются к моим бедрам с обеих сторон, не оставляя мне ни сантиметра свободного пространства, ни единого шанса на бегство.

А я и не знаю хотела бы ли сбежать…

Буран наклоняется и его губы находят мою шею, оставляя на ней дорожку обжигающих поцелуев.

Скал, с другой стороны, приподнимается на локте и его темные глаза пожирают меня в полумраке. Он ничего не говорит, но его взгляд красноречивее любых слов.

По моему телу проносится дрожь.

Прикосновения Скала точные и холодные, как прикосновения к ледяной глыбе, но под этой внешней стужей скрывается неумолимый внутренний огонь. Его рука властно движется по моему телу, исследуя, присваивая, оставляя за собой след из мурашек, которые рождаются не от нежности, а от осознания его всепоглощающей, почти нечеловеческой силы.

Поцелуи Бурана на моей шее и плечах — как языки пламени, его ладони, широкие и горячие, блуждают по мне, не спрашивая, а беря, утверждая свое право.

Две твердые, напряженные горошинки на моей груди давно уже стали болезненно-чувствительными маячками, на которые по очереди отзываются то расчетливые пальцы Скала, то обжигающее дыхание Бурана.

И в тот момент, когда мне кажется, что я больше не выдержу, что мое тело и разум вот-вот разорвутся на части, я чувствую третье прикосновение… Валра.

Он проснулся. Или не спал вовсе. Его огромная тень накрывает нас, и я чувствую, как Скал и Буран на мгновение замирают, их движения останавливаются.

В шатре повисает густая, звенящая тишина. Чувствую, как его рука, огромная и горячая, как поток застывающей лавы, ложится на мой живот.

Я вздрагиваю, дыхание сбивается еще сильнее.

Его вторая рука находит мою ногу, поглаживает ее от колена до самого бедра, заставляя меня судорожно выгнуться и застонать в губы Скала, который в этот момент снова целует меня. Его поцелуй теперь лишен холода — в нем только чистый, первобытный голод, подогретый появлением еще одного соперника.

Я чувствую, как пальцы Скала, холодные и точные, находят грубые кожаные завязки на моем плече. Он не рвет их, а медленно, с пугающей сосредоточенностью, развязывает узел один за другим.

В это же время горячая ладонь Бурана скользит по моей спине, и я ощущаю, как край моей одежды из грубой шкуры начинает медленно сползать вниз, открывая кожу ночному воздуху.

Я вздрагиваю, когда прохлада шатра касается моего обнаженного плеча и лопатки, но дрожь тут же сменяется новой волной жара — губы Валра находят это место и покрывают его дорожкой обжигающих поцелуев. Я чувствую, как он вдыхает запах моей кожи…

Скал заканчивает с завязками, и теперь Буран двумя руками берется за края моей одежды. Шершавая, грубая ткань скользит по моей груди, животу, бедрам, и это медленное трение вызывает целую бурю мурашек и заставляет кожу гореть.

Я остаюсь лежать перед ними на мягких мехах полностью обнаженной. И слышу, как их дыхания становятся тяжелее, сбиваются. Они… они рассматривают меня… все трое.