Моя чужая беременность

Глава 17. Минута откровенности

Несколько дней Максим не приезжал из-за проблем на работе, зато Елена, администратор из «Семейное древо», звонила мне чуть ли не каждый день. Она постоянно задавала одни и те же вопросы, пока я в итоге не спросила у неё, понимает ли она, что это не прописано в условиях договора.

Зачем Гале знать моё самочувствие настолько детально я понятия не имела. Вряд ли она так сильно пеклась обо мне или о развитии ребёнка.

Родители попросили привезти к ним Витю, а ему так сильно хотелось показать им свои игрушки, что я решилась рассказать им обо всём. Мы приехали в деревню, но едва я обратила внимание на осунувшееся лицо отца и синяки под глазами матери, как говорить о том, что стала суррогатной матерью, тут же перехотела.

— Ну как дела, дочка? Рассказывай! — начала мама, наливая чай с вареньем.

Только сейчас, посмотрев в окно, я обратила внимание, что листья на деревьях резко окрасились в яркие жёлтые, оранжевые и красные цвета. Осень наступила как-то слишком быстро, я даже не успела заметить этот переход. Вроде вот только-только ярко светило солнышко и распускались под его нежными лучами цветы, а теперь уже пестрели яркие краски вокруг, и трава начала желтеть.

— Да всё хорошо, мам… Я на развод подала, жду теперь суда. Надоело уже делать вид, что ничего не происходит. Мы со Стасом слишком разные. Он до сих пор нуждается в матери, в няньке, я не могу ею быть… Устала.

— А я тебе ведь сразу говорила, что не пара он тебе! Не пара совершенно. А ты всё — «Стасик мой, Стасик мой»… Вот тебе и Стасик.

— Ну вот так, только набивая свои шишки учимся, — улыбнулась я.

— И не говори! А где живёте сейчас? Я помню, ты говорила по телефону про аренду…

— Это не аренда, мам. Мой новый начальник любезно позволил нам с Витей пожить в его доме… Там целый дворец. Может, вы с папой приедете в гости? — я повела плечом и подумала, что, наверное, Максим не будет против визита моих родителей, хотя следовало спросить это у него лично.

— Посмотрим… А начальник какой? Хорош собой? Женатый или холостой?

— Женатый, мамуль…

Я решила не говорить о связи Максима с Галей, потому что тогда пришлось бы и о ребёнке рассказать. Ребёнке, которого я вынашиваю теперь. Рука скользнула на живот и разместилась там, будто бы оберегая малыша.

Мы ещё немного поболтали, папа похвастался своим уловом и пообещал Вите, что завтра с самого утра они пойдут на рыбалку вместе, а потом запустят рыб в большую бочку на улице.

Я поцеловала сына и пообещала вернуться за ним завтра вечером и заодно посмотреть, сколько рыбёшек ему удалось поймать.

Едва приехала в город, как позвонил Стас. Я долго думала, стоит ли отвечать ему, но всё же решила, что бегать постоянно от него не получится.

— Стас, я сейчас в клинике, у меня осмотр у врача. Что ты хочешь? — спросила я, а потом пожалела, что выдала своё местоположение с потрохами.

— Оля, нам надо встретиться… Пожалуйста! Всего один шанс! Один, Оля! Я расскажу тебе всю правду, и если ты решишь, что я не достоин прощения, то так тому и быть. Я дам тебе развод.

Я тяжело вздохнула и посмотрела на тучи, сгущающиеся на небе. Предложение Стаса звучало заманчиво. Всего один раз. один-единственный. Один разговор…

— Ладно! Не знаю, что ты там выдумал, но… Я послушаю тебя. И ты дашь мне развод.

— Спасибо, Оля!

— Подъезжай к «Семейное древо». Минут через тридцать я освобожусь и смогу поговорить с тобой.

— Уже вызываю такси.

Почему-то мне казалось, что я ещё пожалею об этом. Не следовало мне идти на поводу у Стаса. С другой стороны, я надеялась, что он на самом деле даст мне развод. Как и пообещал… Хотя… Его обещания никогда ничего не стоили. Он клялся, что долгов больше не будет, а потом залезал в новые. Снова и снова… Пока не дошло до пика. Пока не случилось то, что случилось сейчас.

Осмотр занял меньше времени, чем я предполагала изначально. Врач выписал кучу анализов, которые необходимо будет сдать в течение недели, чтобы проследить за течением беременности.

Выйдя на улицу, я заметила Стаса. Порыв холодного ветра пробрался под одежду, заставляя передёрнуть плечами. Следовало уже одеваться теплее. Не хватало мне ещё простудиться. Это особенно опасно на ранних сроках. Я отругала себя и решила, что должна лучше следить за здоровьем.

— Ляля, — прошептал Стас, едва я подошла ближе к машине и открыла её с брелка.

— Давай без сантиментов, ладно?

Мне было страшно, что я снова растаю от его нежностей, снова доверюсь Стасу, а он воткнёт нож в спину, как делал это всегда.

— Поговорим в машине? — спросила я, прикусывая губу.

— Нет. Нужно поехать в сторону деревни. Свернёшь сразу после магазина «Радужка».

Я нахмурилась. Ехать в какое-то захолустье я точно не собиралась. Даже на секунду допустила себе мысль, что это может оказаться коварным планом Стаса взять меня в заложницы, а потом потребовать у Максима выкуп.

Максим… Он не звонил мне уже два дня. Казалось, что он избегает меня, погрузившись в работу. Возможно, это даже было правильно.

Я постаралась отвлечься от мыслей о нём.

— Я никуда не поеду с тобой! — пожала я плечами. — За город точно нет.

— Пожалуйста! Я не наврежу тебе! Я люблю тебя, Ляля!

Я смотрела в глаза Стаса и видела искренность, что плескалась в них. Мне хотелось отказаться, но я обещала ему дать шанс.

— Завтра ты поедешь и напишешь согласие на развод, — сказала я, шумно выдохнув и заводя машину.

— Напишу! Если только ты не согласишься дать мне шанс. Ладно?

Я кивнула. Шанс давать ему точно не собиралась. Даже если Стасу удастся придумать слезливую историю, чтобы оправдаться.

Остановив машину около полуразваленного дома, куда говорил ехать Стас, я вышла на улицу. Начал моросить мелкий дождь. Следовало возвращаться и ехать в дом… Большой дом, где я буду совершенно одна… Я скрестила руки на груди и посмотрела на муж:

— Ну что? Ты хотел поговорить? — Я слушаю.

— Первые долги были связаны с этим домом, Оля… Это твой дом! — произнёс Стас и на секунду замолчал, а мой взгляд скользнул сначала в сторону дома, а потом вернулся к мужу.

— Что? — переспросила я, кусая губы.

Работы с переделкой рекламной кампании навалилось так много, что я возвращался домой около полуночи и сразу ложился спать. Галя не спрашивала, почему я задерживаюсь, а я не оправдывался.

Я не видел Ольгу несколько дней, последние пару даже не звонил ей. Тяжело было, будто бы наркоман, оставшийся без дозы. Я пытался заглушить внутри себя то неприятное чувство, которое пробирало насквозь и не позволяло даже дышать спокойно.

«Ольга всего лишь суррогатная мать, вынашивающая нашего с Галей ребёнка»…

Я твердил заученные слова, только бы не подпускать к себе другие мысли, мысли, которые непременно изглодали бы моё сознание.

Вот только сегодня удержаться не удалось. Я хотел увидеться с ними, поэтому достал телефон и набрал номер телефона Ольги. Я переименовал её контакт в телефоне на «Ляля», зная, что жене наплевать: она никогда не проверяла и вряд ли теперь решит посмотреть, с кем я общаюсь.

— Ольга, добрый вечер! Как вы себя чувствуете? — спросил я, слыша, как дрожит собственный голос.

— Добрый вечер! Всё хорошо! — ответила она отстранённым голосом.

— Я сегодня вырвался чуть пораньше с работы… Думал, может, вам что-то нужно? Я бы приехал и привёз.

— Спасибо. У нас всего достаточно. Я сейчас в городе. Отвезла Витю к родителям, он соскучился, а сама была в клинике… Ничего не нужно. Спасибо.

Я понял, что её слова прозвучали как отказ. Она не хотела, чтобы я приезжал. Да и с чего ей хотеть этого, ведь мы оба прекрасно понимаем, к чему может привести тесное общение. Оба чувствуем эту связь…

— Я понял. Вы пишите или звоните…

— Хорошо. Спасибо большое.

Он говорила так, словно пыталась отвязаться от меня. Я отключил телефон, чувствуя, как внутри расползается неприятный осадок. Впрочем, так было правильнее. Следовало поехать домой к жене и попытаться обговорить с ней всё, что стало происходить между нами в последнее время.

Галя была дома, что удивило меня и в то же время обрадовало. Она светилась от счастья, глядя в ноутбук.

— Как дела? — спросил я, сокрушаясь от того, что общение между нами сошло на нет.

— Мурзик! Привет! Ты иди сюда скорее! Смотри! Фотограф прислал мне свежие снимки, — Галя улыбалась, словно между нами всё было в порядке, и я решил воспользоваться ситуацией.

— Очень красивая фотосессия, — похвалил, заглянув в экран её ноутбука, присел рядом и поцеловал её в щёку.

— И не говори! Я сама в восторге! Я просто звезда глянца! Я довольная такая…

Галя начала рассказывать о том, как ей делали причёску и макияж одновременно, потому что у фотографа вдруг нашлось свободное окошко на один час. Я слушал её, откинувшись на спинку дивана, держал за руку и понимал, что это искусственные отношения… Жена говорила, я кивал и делал вид, будто бы заинтересован, а на деле хотел послать всё к чёртовой матери и поехать к Ольге, пусть она и не нуждалась во мне.

— Галь, скажи, а ты меня любишь? — спросил я, и жена зависла на пару секунд.

— Это ты сейчас к чему? — задала она встречный вопрос, хлопая глазами.

— Разве нужно обязательно к чему-то? Ты любишь меня или нет? — повторил я, слушая равномерные удары собственного сердца.

— Ну конечно! Как ты мог о таком спрашивать?! Я же вышла за тебя! И теперь вот ребёночка ждём.

Меня передёрнуло. Хотелось бы положить ей руку на живот или голову на колени и пообщаться с нашим малышом, чтобы привыкал потихонечку к голосам мамы и папы…

— Галь, а как мы будем справляться с ребёнком? — вдруг спросил я.

— Как? Наймём ему няню! Ты ведь не думал, что я наплюю на свою внешность, брошу йогу и спа?

Почему-то я и не ожидал другого ответа. Вот только зачем тогда Галя так сильно захотела ребёнка, если не была готова стать ему матерью. Или я просто преувеличивал? В любом случае я смотрел на Олю и Витю и понимал, что именно такими вижу отношения матери со своим ребёнком.

— Мурзик, ты куда? — спросила Галя, едва я поднялся на ноги.

— Устал, а мне ещё нужно поработать…

— Но ты не все фотографии посмотрел! Тут ещё есть в разных позах…

— Прости, но я устал, не смогу посмотреть их все… Как-нибудь в другой раз, ладно?

Я не дал ей договорить, ушёл в свой кабинет. Я понимал, какую громадную ошибку совершил. Я так сильно хотел ребёнка, что не разглядел в жене женщину, которая не готова становиться настоящей матерью.

Зайдя в кабинет, я решил позвонить родителям в Скайпе, потому что давно не разговаривал с ними. Набрал маму, и она ответила через пару секунд. Мы говорили о погоде на побережье, и я рассказал о том, что решился пойти на суррогатное материнство.

— И правильно сделал! Вот только Галя твоя стать настоящей матерью никогда не сможет! Лучше найди ребёнку профессиональную няню или привози нам с отцом! — сказала мама на прощание, и я долго обдумывал её слова, время от времени вспоминая Ольгу с Витей.

Идеальные мама и сын.

Когда желание услышать её голос снова стало нестерпимым, я набрал её номер, позвонил, но телефон оказался выключен. Ольга не хотела общаться. Она отдалялась от меня всё сильнее…