Наследник для хозяина стаи

Глава 34

Давид не обманул — вернулся уже через день с несколькими чемоданами. Аврора кусала губы, наблюдая, как альфа вытаскивает свои вещи и раскладывает по полкам. Нет, они не обсуждали это, Давид вообще не любил делиться эмоциями, но Аврору просто распирало от восторга. Хотелось скакать до потолка! Однако вместо этого она организовала вкусный ужин. И горячий секс.

Аврора до боли прикусила губу, открывая очередную вкладку распиаренного маркетплейса. Хотела ведь немного поработать. Куча дел требовали решения еще вчера, но Аврора уже час выбирала белье.

Вот этот голубенький комплектик очень даже ничего. Нежное кружево бюстика походило на хрупкую изморозь, трусики — целомудренное безобразие из лоскутков шелка. Оу, тут еще и корсет… Аврора вздохнула и положила руку на выпирающий живот. Нет, пока этот предмет одежды ей не подходит.

Но можно оставить на потом!

Давиду понравится… Аврора незамедлительно отправила комплект в корзину. Но, приглядевшись к цифрам над кнопкой, ужаснулась.

Пятнадцать товаров?!

Нет, невозможно! Она не может! Нужно убрать до трех! Или вообще одного! Но именно в это время альфе вздумалось заглянуть в комнату.

— Так-так, — засмеялся он, пока Аврора судорожно закрывала вкладки. — Кто-то говорил, что хочет поработать…

— Я… Хм… всего на минутку! Ой! — вскрикнула, цепляясь за оборотня.

Давид перенес ее на кровать и навис сверху, прожигая таким взглядом, от которого в голове мгновенно образовался розовый туман.

— Но я правда хотела работать, — шепнула Аврора, беспомощно наблюдая, как Давид развязывает поясок домашнего платья.

— Верю… Теперь у тебя перерыв.

И положил ладонь на ее живот.

Сын тут же ответил пинком. Давид переместил руку ниже, и малыш последовал за отцом.

На губах альфы расцвела улыбка. Чуть заметная, она смягчила и согрела его лицо. Аврора чуть не замурчала от захлестнувшей ее нежности. Повинуясь желанию, положила свою руку на мужскую, и ребенок ответил каскадом сильных и частых толчков. Живот так и затанцевал.

Давид рвано выдохнул.

— Кажется, ему по вкусу внимание обоих родителей, — заметил, переплетая их пальцы.

А у нее сердце замерло. Это что… намек? Или ей просто мерещится? Было ужасно страшно, но Аврора заставила себя слегка повернуть голову и взглянуть на альфу. О, какие глаза! Настоящее пламя! И она уже давно сгорела в нем.

— Я думаю, что так и есть… Давид, — прошептала заплетавшимся языком.

— Я тоже, Ави.

И оборотень поцеловал ее. Долго-долго и так сладко, что горечь тревоги исчезла быстрее тумана на солнце.

Ее мужчина не станет давать пустых надежд. И тем более лгать. Аврора в это верила! А нежная поначалу ласка очень быстро сменилась нетерпеливой страстью. Оборотень добрался ее груди и, выпустив когти, легко порвал ткань между чашечек лифчика.

Кажется, ей действительно придется заказать несколько комплектов. Или просто ходить голой.

А Давид мягко сжал располневшую на целый размер грудь и вдруг отстранился. Шумно потянул носом.

— Охренеть… — зарычал, глядя на бесстыдно торчавшие вершинки. — Ты пахнешь, Ави… Пахнешь молоком.

И снова сжал чувствительную бусинку. На одной из которых вдруг проступила маленькая полупрозрачная капля.

Которую Давид тут же попробовал на вкус.

Аврора чуть слышно застонала и выгнулась, предлагая попробовать вторую грудь. А потом всю себя. Ее желаниям не отказали. Дегустация прошла в нескольких позах. Максимально бережно и чувственно. До обжигающих слез.

Аврора никак не могла остаться неблагодарной к такому вниманию и сказала «спасибо», стоя на коленях.

Давиду очень нравились оральные ласки, но он никогда не заставлял, предоставив право решать исключительно ей.

Аврора счастливо вздохнула, потираясь носом о мужское плечо.

— Ну вот, опять мы в постели…

Давид хмыкнул.

— Не поверишь, я действительно заходил просто проведать, как ты.

Но все закончилось сексом. Как и многие дни до этого. Честно говоря, Аврора уже не могла представить, что когда-то пыталась сопротивляться собственным желаниям. Гораздо приятней было их удовлетворять.

И чувствовала она себя как никогда прекрасно. Почти… Извернувшись в горячих объятиях, она подтянулась выше, чтобы прижаться губами к мужской шее. М-м-м, как вкусно…

— Иногда мне кажется, что я сплю, — призналась тихонько.

И ойкнула — Давид ущипнул ее за попу! И раскатисто хохотнул:

— А так? Все еще спишь?

И снова щипнул.

Аврора в шутку стукнула кулачком по мужскому плечу. Завязалась шуточная потасовка. Альфа играючи катал ее по постели, при этом ни на секунду не забывая об осторожности. Аврора пыталась хотя бы немного отмахнуться, но куда ей против оборотня?

Вдоволь позабавившись, Давид скрутил ее и уложил на постель. Но вместо того, чтобы взять по праву сильного, начал целовать.

Сопротивляться такой нежности Аврора просто не могла. Да и не хотела. И закончиться бы их ласкам очередной близостью, но идиотский телефон испортил момент.

— Отключу нахрен! — прорычал Давид.

Но схватил гаджет. А как иначе? Альфа на то и альфа, чтобы руководить. Она начала привыкать к этому.

— Слушаю! — гаркнул так, что она рефлекторно сжалась.

И скрипнула зубами, услышав на другом конце провода милое девичье щебетание.

— Добрый день, господин Сабуров. Ваша дуэль назначена на завтрашнее число, ровно в полдень.

— Спасибо, Линда.

То есть они еще и знакомы?!

Аврора что есть сил вцепилась в покрывало. Пусть только закончат… А потом Сабурову придется объяснять, что это за сладкоголосая сирена воркует с ним по телефону!

А оборотень круто развернулся к ней:

— Вот уж не думал, что ты такая собственница, Ави.

Она так и подпрыгнула.

— А если бы мне позвонил незнакомый мужик?! Ой! — закрыла ладошками рот.

Что она себе позволяет? Но в груди как будто раскаленных углей насыпали. И никак их не потушить. Ну… разве что поцелуем… немножко… Оу! И лаской… И… всем альфой…

В себя Аврора пришла, лежа на мужском плече. Голая, затисканная и ужасно довольная.

— Э-т-то нечестно, — шепнула, облизывая зацелованные губы.

— Зато действенно… А Линда — это всего лишь секретарша из комитета. Ей пятьдесят девять.

Аврора почувствовала, что краснеет. Да уж, ревновать к такой глупо.

— Она говорила про дуэль, — попыталась перевести тему.

— Верно, дуэль с щенком Вольского.

Щелк — и последние крохи недовольства испарились, как роса на солнце. Аврора крепче прижалась к своему мужчине.

— Спасибо, Давид. Только… не убивай его. Не надо мараться.

Ответом ей стало ворчливое:

— Все-таки ты слишком добра.

А потом они вернулись к работе. Наконец-то.

(вечером следующего дня)

Скулеж светло-серого волка и рычание угольно-черного ликана разносились на весь кабинет. Царев облизнул проступившие клыки. Он бы тоже не отказался от хорошей драки! Оставить от соперника груду истекающего кровью мяса — что может быть прекраснее? Но приходилось наблюдать со стороны.

Сабуров рвал мальчишку без жалости. И каждый его укус, каждый удар наносили увечья, но не становились смертельными.

А все потому, что она попросила.

Царев чуть слышно ругнулся и остановил видео.

Мальчишка еще не знает, как сильно он вляпался. Омеги — они как трясина: кажется, можешь в один прыжок перескочить, но только лапу поставил — сразу увяз.

Об этом помнили немногие.

К сожалению, оборотни жили лишь чуть дольше людей, и сотни лет достаточно, чтобы стереть память о том, как двуликие чуть не превратились в почитателей шлюх. Немногие сохранили память о тех смутных временах. Царев был одним из них.

Поэтому и не брал омег в стаю. Эта зараза должна быть уничтожена!

А тот, кто ею заболел, жестоко наказан — в назидание остальным. Царев сделал знак, и один из стоявших у двери охранников приблизился.

— Готов служить, альфа, — склонил голову.

— Разослать приглашения оборотням из Совета старейшин.

— Будет сделано.

И охранник удалился.

А Царев снова включил запись. Ликан праздновал победу воем. Ничего, пусть порадуется. Напоследок.

Давид

После успешного наказания Леонида Вольского Давид рванул в Северное логово. Плевать, что у него прибавилось врагов, главное — Аврора будет довольна. Ее просьба насчет выбитых зубов была исполнена в лучшем виде. А бонусом Давид сломал недоумку челюсть — заодно к десятку костей.

Теперь щенок долго будет ссать под себя. Конечно, разумней было бы свернуть ему шею… Но зверь протестующе зарычал. Его самке это не понравится. Нельзя тревожить! И Давид уступил своему второму «я».

Нет, так нет. Он и сам не хотел мараться. Об эту мелочь — так точно. Если получится, то его ждет рыбка крупнее. Вольский наверняка вынашивает план мести. Надо будет держать ухо востро.

Ветер швырнул в морду горсть колких снежинок.

И зверь громко взвыл. Потому что среди остроты морозов, льда и снега чувствовал нежные клубничные нотки. Его Аврора близко. Она на улице!

Но радость тут же сменилась тревогой. Почему она гуляет? Еще не время! И ликан припустил во всю прыть.

Деревья замелькали, как спицы. Он перемахивал через буреломы и овражки гигантскими прыжками, торопясь скорее добраться до логова. А что, если Авроре плохо? Вдруг она ищет помощи?!

Шерсть на загривке встала дыбом, и зверь снова завыл. И ответом ему стало протяжное:

— Давид!

В тонком девичьем крике не было слышно боли. Только нетерпеливое ожидание. Давид рвано выдохнул.

Сегодня у него кто-то получит по заднице! Жаль, через колено пока не перегнешь — придётся искать альтернативу. Во рту тут же скопилась слюна. Он уже сгорал от нетерпения приступить к исполнению наказания.

Зверь выскочил на узкую тропку, и за первым же поворотом ему навстречу вышла Аврора. Почти выбежала. И бросилась на шею.

Ликан играючи подхватил ее на руки и облизал румяное личико. А по хребту словно теплая волна пошла гулять. До чего сладенькая! Всю бы испробовал. И между стройных ножек тоже… Непонятные фантазии! Он ни с кем не позволял себе такого!

Не хотел ни зверь, ни человек. А тут как накрыло… Зверь еще раз умыл бархатные щечки, ткнулся носом в нежный изгиб шеи и, усадив довольную самочку на сгиб одной лапы, другой потрогал живот.

Детеныш тут же ответил.

Аврора ойкнула, а зверь довольно зарычал — маленький альфа чувствовал отца! Хорошо! Ликан снова огладил вздувшийся живот самки. Глубоко вздохнул напитанный клубничной сладостью аромат и понес избранную обратно в логово, чтобы там в тишине и спокойствии, насладиться обществом его маленькой стаи.

— Я соскучилась, — тихонько вздохнула самочка, когда он укладывал ее на постель.

Зверь ответил ласковым рычанием. И, облизав круглый животик, уступил место человеку.

Потому что тот мог сказать все то, что хотелось им обоим.

— Я тоже скучал, Ави.

И Давид закончил их встречу самым приятным и чувственным способом. А потом еще раз. Потому что в его словах не было ни крупицы лжи. Аврора чувствовала это. И отвечала так жарко, как могла.

— Хорошая моя девочка, — прохрипел Давид, вытирая раскрасневшиеся губки.

Ави стыдливо опустила ресницы. И облизнулась.

— Тебе… нравится?

Нравится ли ему?! Да он в восторге! Настолько, что любое сравнение — просто жалкое подобие облечь распиравшие изнутри чувства в слова.

Поэтому Давид ответил так, как умел лучше всего — действием. Они целовались долго, до боли в губах. А потом просто лежали на развороченной кровати и болтали, как ни странно, о работе.

Аврора рассказывала о том, что успела сделать. Волновалась, понравится ли заказчику сочетание нежно-мятного и светло-сиреневого — все таки он серьезный мужчина. Но это помещение прямо просило оформления в мягких тонах. Оно ведь такое… воздушное. Солнечное. Кстати, неплохо было бы добавить витражи. То есть она их уже добавила. Просто так, на всякий случай. Уж больно интересный эскиз.

Давид слушал очень внимательно. А зверь тихо скулил от восторга: вот какая у него самка! Не только красива, но и умна! Разве можно представить лучше? И Давид не мог с этим не согласиться.

Аврора идеальна. Вся, от внешности до характера. Странно, что он не заметил этого раньше. Придумывал себе какую-то херню вместо того, чтобы наслаждаться обществом сладкой омеги.

Но идиллия длилась недолго.

Уже на следующий день позвонил Беркутов.

— Совет Старейшин прислал запрос на встречу, — сообщил озабоченным тоном. — Похоже, они готовы озвучить свое решение по поводу Романова.

И что-то Давиду подсказало, что ответ стариков ему не понравится.