Не красавица и Чудовище

Глава 16 - Аморальные поступки

Мой спортивный костюм остался наверху. Рядом с опасным Чудовищем. Переодеться я могу только в пижаму.

Когда бежала из дома, взяла лишь рюкзак. Туда практически ничего не влезло.

И наверх я сейчас ни ногой! Потому что второй раз точно не вырвусь. И совсем не потому, что он будет крепче держать.

Ужас-ужас...

Ну вот нафантазирует он себе твое лицо. А завтра ты снимешь эти бинты и... серьёзно думаешь, что после того, как его снесло стеклами, можно сделать что-то привлекательное? Нет, Белка, нет. Линар сделал тебе все, чтобы тебя не пугались люди, а не любовались тобой. Как ты потом переживёшь разочарование чудовища?

Никак.

Я не переживу.

Это окончательно грохнет во мне остатки женского достоинства. А там остатки, да...

Это Костя готов принимать моё уродство. Потому что вроде как сжились. Говорят, через несколько лет внешность перестаёт иметь особое значение. Это так... Вот когда-то Костя мне казался небывалым красавцем, каноническим, как актёр-любовник. А сейчас что? А сейчас я и не смотрю на его лицо. Мало того, меня даже раздражают его пухлые губы. Вот и его, наверное, также - мало интересует моё лицо. Сексом мы все равно занимаемся не часто, перед сном в темноте. Скорее, разрядка, чем секс. И при чем там лицо?

Это раз.

Пребывание в заточении Чудовища история конечная... А я как-то слышала в лекции известного антрополога, что мужчины, в отличие от женщин, не придумывают себе идеал женщины и не ищут его. Им нравятся те, которые есть. Они выбирают красивую из тех, что в доступе, и прямо сейчас перед ним. А здесь в доступе только я. Значит, я и красивая! И это единственная причина его интереса. А когда он отсюда выйдет, в доступе будет орда красавиц. Взять, хотя бы туже его...

Вспоминаю, как он назвал ту блондинку в чёрном пальто, которой я передавала флешку. И не могу вспомнить. Вот ее хотя бы взять. Чем не вариант? Умная, красивая, уверенная в себе! В отличие, Белка, от тебя. Просто пока что не в доступе. Но будет...

И что мне ему после секса ноги переломать и в плену держать, как долбанутая фанатка в ужастике Кинга?

Остервенело луплю молотком по отбивным.

Мне бы его, честно говоря, и без ног хватило. Но намеренное членовредительство - нет! Чудовище слишком хорош в своей уверенной мужской походке.

Это - два, короче.

А есть еще и три. У него там в голове есть с чем сравнивать, это сто процентов. И я по всем статьям проиграю.

Короче, Белка, твой вариант теперь - подслеповатый девственник без ног! Можно регистрироваться на сайте знакомств! Или... известное зло - Костя. Как то же прожила ты с ним эти годы. Он не пьёт, не бьет, не гуляет...Да, душный. Да, давящий. Да, жадный. И холодный... Но он же заботится о тебе!

Вот, последний пункт и держал меня, честно признаться. А после отказа оплатить мне операцию, я усомнилась в заботе.

Но он говорит, не отказывал...

Костя готов с тобой быть с любой, вообще-то. Разве это не ценно? Какой бы он ни был.

А ты тут на Полковника слюни пускаешь. Разве Чудовище идеален? Нет. У всех свои недостатки. Просто Костю ты знаешь условно восемь лет, а Чудовище восемь дней. Вспомни какой был вначале Костя...

Грущу, украшая камин и прислушиваясь к звукам наверху, чтобы сбежать, если он вдруг решит спуститься.

Часы показывают половину двенадцатого. И я быстро сервирую стол. Возможно, сервирую неправильно. Так как азами праздничной сервировки я не владею, интернета подсмотреть - нет.

Пусть свита строго меня не судит, я старалась.

Достаю из холодильника спиртное покрепче, а из подвала две пыльные бутылки вина, вытащенные из стеллажа вслепую.

Подвал в самом дальнем углу и выходит за пределы дома в цоколе. Браслет Чудовища туда не дотягивает. Может, он и не знает, что там полно винишка...

Единственное, что я знаю о хорошем вине, это то, что оно должно подышать. Что за этим "подышать" стоит - неизвестно. Открываю их...

- Дышите! - властно приказываю им.

Без пяти двенадцать!

Меня ждут уже?!

Несусь, запрыгивая в свои зимние высокие кроссы прямо в платье.

Я не могу опаздывать. Это вписано на подкорку с детства. Стоило опоздать на пять минут, и тебя встречали дома чувство вины за ипохондрический "инфаркт" матери и унижения, как они есть! Ооо... чего только я не выслушивала на этот счёт!

И вот до сих пор как ребёнок считаю секунды, когда опаздываю куда-то. Автоматом чувствуя вину и ничтожность. Глупо? Безусловно. Но попробуйте это победить!

- Марк! - кричу ему, делая круг возле лестницы. - Ваши гости...

- Иду.

Запахиваю куртку.

Бегу встречать гостей на улицу, прихватив фонарь на батарейках. Лестница в окно и длинное платье - это вообще глупая идея была, Белка. Платье задирается, бедра замерзают...

Ну ее успела бы я переодеться! Люди могут вполне подождать десять минут. Когда уже ты это усвоишь?

Но я мужественно преодолеваю препятствия, словно кто-то мне даст за это медаль. Или хотя бы подумает, что я молодец. Вылетаю на дорогу с фонарём, всматриваясь вдаль.

Можно подумать, что там стоит толпа и следит за секундной стрелкой.

Толпа не стоит. Идет. Вижу их силуэты издали, за пеленой снега. Да и вовсе не толпа. Всего-то три человека. Люди в чёрном.

Та самая блондинка в чёрном. Молодой мужчина в чёрном. И мужчина постарше.

- Здравствуйте! - неловко здороваюсь я, чувствуя себя максимально нелепо в платье, кроссах, пуховике и заклеенным лицом. - Сюда, пожалуйста.

Завожу их проторенной дорогой, показываю на окно. Мужчины спрыгивают первыми. Молодой протягивает руку женщине, подхватывая ее за талию.

Сажусь на подоконник последней, замечая, что у заднего входа уже курит Марк. Молодой тянет руку и мне.

- Ой, что вы! - машу рукой. - Я сама привыкла.

- Давайте-давайте...

Подаю руку. И отталкиваясь прыгаю. Платье цепляется за что-то.

С тихим писком лечу вниз, чувствуя, как оно задирается до самой талии.

Вот тебе и медаль, Белка! Сейчас все точно скажут, что ты молодец!

Благо мужчина реагирует молниеносно, тут же запахивая на мне куртку. Остальные делают вид, что не заметили. Он дотягивается до кирпичного подоконника и быстро отцепляет мое платье. Без единого комментария.

Прекрасные-прекрасные люди в свите Воланда!

Господи, хорошо, что лицо мое заклеено. И никто никогда не узнает, кто под этими белыми пластырями!

- Доброй ночи, полковник, - идет первая дама в чёрном.

- Приветствую отдел профилирования, - выкидывает сигарету Марк, пожимая руку блондинке. - Аккуратнее, Василиса, здесь порожек.

Потом мужчине постарше. Потом тому, что ловил меня. Они по очереди входят в дом. Он держит дверь.

- Прямо и налево. В гостиную. Света не будет. Окна без портьер.

Да! Я сняла их вчера утром, чтобы постирать. Я не подумала...

Мы остаёмся с ним один на один.

Сжигает меня взглядом.

- Трусы, я так понимаю, слетели, пока бежала от меня с лестницы? - поднимает бровь.

- Они просто бежевые! - шепчу я возмущенно.

Издали, в свете фонаря, наверное, выглядело, что я без них. Ка-пец...

- Пойдем расскажем об этом остальным? -

- Эм... в смысле расскажем?! Издеваетесь?

- Да. Иди... отморозишь свое... светилище.

Это от слова "светить"?

- Перестаньте, мне и так неловко.

- Куплю тебе красные панталоны.

Давит мне на спину, заставляя зайти.

- Зачем?

- И тепло, и красиво. И сразу видно, дама не флиртует.

- Боже... Да я сейчас переоденусь.

- Нет уж, сейчас оставь как есть.

- Зачем? Неужели думаете, что я выйду к вашим гостям после вот этого?! - киваю на злополучный оконный проем.

- Они все взрослые люди. Трусами их не смутить. Даже бежевыми.

- При чем тут они? Подумайте хоть минуту обо мне. Мне элементарно стыдно.

- Стыдно должно быть за намеренно совершенные аморальные поступки. Ты намеренно задрала платье, пытаясь устроить оргию?

- Чего?!

- Оргия, кстати, тоже не аморально, если все участники совершеннолетние, согласны на нее и оговорили правила. Это только их дело.

- Вы на что намекаете?!

- Не на это.

Провожаю его до столовой, отдаю фонарь.

- Я все накрыла. Вино открыто, виски остужен. Хорошо вам... мм... посидеть. Я - спать.

- В смысле ты накрыла? - светит в столовую.

- Ну... бал.

- Ты с ума сошла? Мы работать будем.

- Эх...

- Свари нам кофе, будь любезна.

Варю... куда деваться? И сейчас понесу подавать. От чувства стыда ком где-то в солнечном сплетении. Но я не намеренно, да. А они все взрослые люди.

Расставляю красивые чашечки на поднос. Режу торт, раскладывая по блюдцам. Что ж его теперь выкинуть? А люди может быть любят торт.

Заставляя себя, иду в гостиную.

Стараясь, не привлекать внимания, ставлю на край стола с их "пасьянсами" поднос.

- Насчёт вашего персонажа на флешке, Марк Сергеевич, мы, честно говоря, не сообразили, какое он отношение имеет к делу, - отчитывается Василиса. - Но все что смогли про него вытащили. Не много.

Демонстрирует распечатки, несколько страниц.

- Что там?

Полковник в белой рубашке и брюках. Очень строгий и сосредоточенный.

Слушаю вполуха о чем они говорят.

- Константин Павлович... Тридцать лет. Закончил мед. Приводов не было. Женат на Изабелле...

А?! - замираю я, расплескивая кофе.

- Какой еще Константин? Я просил Наталью.

- Ой... - шепчу я испуганно.

Вытягиваю у Василисы из рук листы.

- Это кажется, моё.

- Изабелла? - цедит Марк.

- Я, кажется, флешки перепутала… Это… ненамеренно совершенный аморальный поступок!