Не на своём месте, или Целитель в академии тёмных

— Я подумаю над твоим предложением, девочка. Беги домой, уже очень поздно.

— До свидания, магистр, — снова улыбнулась ему и, быстро сбежав по ступенькам, направилась обратно домой.

Глава 5

Магистр Нортон не мог найти себе места от предвкушения: он такое — такое! — придумал для адептов, что на секунду ему даже захотелось вернуться в молодость и поучаствовать в этом сумасшествии. Мужчина строил планы и выдумывал теории о том, как же молодые некроманты справятся с его заданием, в голове роилось как минимум двести вариантов исхода, большая часть из которых не сулила группе боевых некромантов ничего хорошо.

Именно в состоянии радостного предвкушения его и застали адепты: по очереди заходя в аудиторию, они с подозрением смотрели на своего преподавателя, с лица которого не сходила коварная усмешка.

— Что ж, начнём! — Нортон хлопнул по коленям и встал. — Надеюсь, у вас достаточно сил, потому что сейчас вас ожидает настоящий марафон смерти!

По аудитории разнёсся на удивление слаженный нерадостный вздох. Сил у некромантов не было: сейчас начиналась уже третья пара, а до этого они две пары занимались призывами на «Демонологии».

— Вижу, развлечёмся мы сегодня знатно, — как-то невесело улыбнулся Тай, и кузен поддержал его кивком.

Ненавистная среда и пять пар! И если в том году после практики по боёвке можно было просто лечь и умереть, то теперь нужно было переться на целительство. И главное, Нортону всё равно, что адепты банально не справятся с такой нагрузкой! Кто вообще так делает? Перенести лекцию и устроить две практики подряд…

Изверг!

— Не надо смотреть на меня такими влюблёнными глазами! Быстро все поскидывали лишние вещи и на полигон! — и парни направились на полигон, всеми клеточками ощущая идущего позади преподавателя. — Эй, Ченоль, сюда иди!

— Да, магистр, — аспирант, отлипнув от решетки, поплёлся к своему начальнику.

— Морда похмельная, и где только надрался так?

— Да вчера пошли в «Орчанку» праздновать первый рабочий день нашей новенькой… — Эррон навострил уши, заинтересовавшись разговором, но быстро вернулся к своему делу — как только он вступил на территорию полигона, активировалось сразу несколько заклинаний, и зевать не было времени.

Лорд Дайлали хмыкнул — действительно ничего хорошего от новой целительницы не жди.

— Так взял бы у нее опохмелина какого, она же целительница, — мужчина глянул одним глазом на носящихся по полигону подопечных и остался доволен: скачут аки козлы горные.

— А ведь точно! После пар загляну. Так что вы хотели?

— Всё по моей схеме сделал? Точно правильно?

— А вы что, не проверили? — ужаснулся аспирант и оглянулся на сражающихся сейчас адептов.

— Нет…

— В це-элом, вчера мне помогал Рэндольф со Стивеном, они бы заметили, если что прям совсем опасное было…

— Будем надеяться, — хмыкнул Нортон. — Ну, придётся все три часа, пока они там скачут, нам с тобой страховать.

Тяжело вздохнув, Ченоль кивнул.

Ровно через три часа все ловушки были дезактивированы, сумевшие выжить (если так можно сказать) умертвия попадали, на ногах остались только тяжело дышащие адепты, и то не все.

— Сработали на четвёрочку с натяжечкой, — изрёк декан факультета боевой некромантии.

— Магистр Нортон, а можно без натяжечки? — простонал Джей, только сейчас развеивая заранее сплетённые атакующие заклинания.

— Без натяжечки, адепт, вы бы были уже мертвы. Давайте, в аудиторию все.

Эррон, прокрутив меч, убрал его в подпространсвенный карман, за ним последовали и остальные.

Еле передвигая ноги, парни зашли в аудиторию, и сейчас перед ними стоял нелёгкий выбор.

— В орочью задницу это целительство! — озвучил общее решение Сэм.

— Подписываюсь под каждым словом, — Джей уткнулся лицом в сложенные на парте руки, оттого его голос звучал приглушённо.

— Мы не можем просто не пойти, — заметил Тимерс с сомнением.

— Если пойдём отпрашиваться, она не отпустит, та ещё зануда.

— Тем более, что она точно обижена за тот поджог…

— Ну, она ничем это не показала, — Тайларион поднял с пола свою сумку. — Я не иду, и всем советую. Ко всему прочему, она ещё должна нам за ту ночь…

— Светлая найдёт, чем заняться… — протянул Эррон вспомная, как вчера заходил к Нортону.

Ночка получилась та ещё: сначала он увидел, как кто-то в дождь пользуется порталом, потом — куда-то бегущую целительницу, а когда уже возвращался — всю ту же целительницу, увлечённо болтающую с обнаженным по пояс деканом стихийников на пороге его дома. А до этого она ещё с ним в портал уходила… Да уж, быстро магистр нашла себе «друзей», даже слишком быстро.

И что-то внутри убеждало некроманта остаться и понаблюдать, но он осознавал — это не его дело. Быстрым шагом адепт направился к общежитиям.

Когда дождь хлынул с новой силой, парень на секунду остановился, обернулся, прийдя к выводу, что теперь-то куратор точно останется у стихийника. А он ведь не всё спросил у Нортона! Надо возвращаться!

Впрочем, здравый смысл взял верх, и Эррон вернулся к себе.

— Эй, Эррон, о чём задумался? — вернул его в реальность голос кронпринца.

— Да так…

Да какое мне вообще дело до этой светлой?

— Как по мне, так он всегда такой, — хмыкнул Джей. — Ладно, раз мы решили не идти, то не идём. Все слышали? Кто пойдёт сейчас на целительство, лично упокою, потом подниму и снова упокою!

Парни понятливо закивали. Сейчас никто не был в состоянии просиживать ещё одну практику, ко всему прочему у большей части адептов резерв на нуле. Собрав свои вещи, убитые, они разошлись по своим комнатам.

Дорианна

Я сидела в аудитории, в очередной раз прокручивая в голове грядущую пару. Должно было получиться что-нибудь интересное, я даже подготовила карточки-ассоциации с тёмными заклинаниями и их аналогами в целительстве.

Посмотрела на время.

Опаздывают уже минут на десять! И где все?

— Дорочка, миленькая, — раздалось страдальческое от двери. — Помоги другу…

— Ченоль, — закатила глаза, наблюдая, как некромант по стеночке подпирается к моему столу. — Хватит притворяться, я же вижу, что тебе не так уж и плохо!

— Мне? Да мне невероятнейше плохо! Просто ужаснейше! Я на грани того, чтобы оголить пред честным народом все свои внутренности! Да я!..

— Всё-всё, я поняла, — заткнула парня. — А что такое-то? Должно же было пройти всё…

— Пил на пустой резерв и желудок, и сегодня еще выложился, — Чен блаженно улыбнулся и закрыл глаза, когда мои пальцы коснулись его висков.

— Как практика прошла?

— Сложно, — улыбка всё не сходила с его лица. — Нортон заранее не проверил полигон, пришлось страховать всё время.

— Я проверила, всё в порядке было.

— Не перестаёшь удивлять…

Глянув на дверь в желании увидеть хоть кого-нибудь из адептов, с подозрением спросила:

— А у вас там, случаем, не мои некроманты были?

— Они самые… Кстати, — он резко открыл глаза, — пара же уже началась.

— Вот именно, — прекратив лечение, убрала руки.

— Видимо, ещё не дошли…

— Или даже не собираются.

— Ты только не злись на них, а? Они реально на нуле, точно не выдержат ещё пару. Может, отпустишь их?

— Да без проблем, — сказала честно. — Если они там вдруг запланируют прийти, ты передай, что не надо.

— Ага… Ты что, мне резерв пополнила? — прислушавшись к себе, вдруг спросил Чен.

— Иначе бы тебе не стало лучше, — пожала плечами. — Что ж, раз они не планируют приходить, пускай. Ты обедал?

— Не-а, без перерыва же работали. А ты чего?

— Готовилась к паре, — хмыкнула, собирая все бумаги в сумку. — Не понадобилось.

— Они не хотели тебя обидеть. Видимо, мозг от усталости отключился…

— Будем придерживаться версии, что ты героически отпросил их после изнурительной тренировки.

— А я и отпросил! Всё, пошли питаться, я сейчас чувств лишусь.

— Не надо тут, твоё состояние на десять из десяти, ты только что прошёл лечение у целителя!

— Ну я же образно, — он забавно крутанул рукой, будто вкручивая что-то, и мы направились в столовую.

— О, здесь Стиви! Эу, Стив, как ты? — Ченоль хлопнул по спине стихийника, стоящего у прилавка и выбирающего еду.

— Нормально, — грустно ответил Стивен и снова уставился на еду.

— Да боги, — закатив глаза, дотронулась до висков парня, и бледность тут же сошла с его лица.

— Ого!

— А меня ты дольше лечила…

— У тебя ещё и резерв пустой был, у Стивена таких проблем нет, — пояснила. — Мне, пожалуйста, пюре с курицей под сыром, — улыбнулась поварихе.

— А мне мясо по-гельсски и овощи, вон тот салат, суп, чай и две булочки с капустой.

— Мне то же самое, только вторую булочку с вишней.

Довольные, мы пошли к преподавательскому столу.

— Такое ощущение, что вы вчера и после нашей гулянки пили.

— Ну не то, что бы пили… — парни переглянулись.

— Просто у меня завалялась бутылочка хорошего виски, мы её и опробовали. Но, в целом, учитывая выпитое до неё, она вообще никак не отразилась на состоянии.

— Уходили вы относительно трезвыми.

— Смотря с чем сравнивать… В любом случае, я вообще тогда не подумал, — вздохнул Чен. — Кстати, что там с Филом? Пообщались?

— Да, часик посидели, потом разошлись.

— А ты как давно телепортируешь? — прочавкал Чен, а я задумалась о его происхождении. Если насчёт Стива я точно знала — лорд, то Чен представился очень просто.

— Давно… — с трёх лет? Или отсчитывать от полного овладения этим видом перемешения? Тогда с десяти? И если я скажу что-то вроде «лет двадцать назад — впервые», это откинет возможные подозрения о моём возрасте?

Прийдя к выводу, что Стивен, как и другие преподаватели, вполне может узнать о моём двадцати четырёхлетнем возрасте и мои «лет двадцать назад» будут выглядеть ещё подозрительнее, решила не уточнять.

— Чен, извини за вопрос, но из какого ты рода? — спросила прямо, отчего парень даже замер.

— Он Дайлали, — хмыкнул стихийник и продолжил есть.

— Что?! Родственник Нортона?

— Ну, — нехотя начал парень, — он предложил мою кандидатуру для включения в род, теперь мы, можно сказать, двоюродные братья.

— То есть тебя ещё и усыновили?

— Да. Нортон нашёл меня, когда мне было пятнадцать. Там, конечно, нехорошая такая история, но меня буквально забрали из лап служителей порядка. Увидев во мне потенциал, Норт предложил своему дяде, главе рода, включить меня в род, а тот ещё и усыновил побродяжку.

— Ого… а он не такая сволочь, каким показался мне в начале, — протянула в задумчивости.

— Да сволочь, как не посмотри, — не отрываясь от еды, сказал Стив.

— Да, непростой, — кивнул Чен.

— Ладно, прости, что отвлекла от еды.

— Ничего.

Дома пришла к выводу, что пора осваивать местные лаборатории, набрала нужных материалов и направилась в учебный корпус.

— Извините, — заглянула в окошко к вахтёру, — сейчас есть свободные лаборатории?

— Только 12А.

Судя по схеме, предоставленной мне ректором (кстати, что-то не видела его давно), это лаборатория находилась в одной из запримеченных мною ранее башен.

— Хорошо, спасибо, — я вышла на улицу и нашла взглядом нужную.

Чтобы телепортироваться, надо соблюсти некоторые условия. Их несколько, можно учитывать что-то одно, если ты хороший маг, или всё вместе, если слабый. Первое — в точке «б» ты уже бывал, а значит, телепортироваться можешь по памяти, второе — есть точные координаты нужного места, третье — есть маяк или что-то, на что можно сориентироваться для переноса, четвёртое, более сложное — точка «б» находится в поле зрения, пятое, тоже непростое — ты можешь сориентироваться по схеме или примерным представлениям.

В данный момент я собиралась объединить последние два пункта и споро рассчитывала координаты портала, надеясь выйти не в открытом небе.

Обошлось. Дым расступился и я почувствовала под ногами твёрдый пол. Впрочем, даже если бы меня выкинуло где-то в воздухе, я бы смогла слевитировать, но этот вариант, как ни посмотри, не особо надёжен.

По задумке нужно сварить несколько зелий, одно из которых должно пополнить резерв (по ведьминскому рецепту, между прочим). Конечно, можно восстанавливать силы ребят просто поделившись из своего резерва, но это не особо сподручно и несколько странно. Если следовать стандартной схеме, целитель просто улучшает общее состояние пациента, что приводит к более ускоренному восстановлению магии. Я же действовала иначе, просто вливая энергию.

Вообще, каждый маг рождается с определённой базой, резервом, который на протяжении жизни (и при определённой нагрузке) растёт и развивается. Резерв накапливает магию, впитывая её из вне, а после отдаёт её вместе с заклинаниями. Магия как таковая — это переработанные жизненные силы: природы, животных, свои собственные. Потому можно неплохо зарядиться от воды, солнца или луны, а на Парьяльских полях даже стоят мельницы, которые поглощают энергию ветра, вырабатывая магическую. Правда вся территория вокруг них примерно на тысячу гектар закрыта для посещения, иначе бы точно нашлись желающие поселиться возле источника готовой силы.

Закончила глубокой ночью (зельеварение дело не быстрое), но спать не хотелось совершенно. Что мы там ещё не наградили своим вниманием? Правильно, библиотеку!

Собрала все готовые бутыльки в ящик и убрала в сумку. Где находится библиотека я знала хорошо, поэтому просто телепортировалась к двери и сразу же направилась изучать книжные полки, очень этим делом увлёкшись.

— Ты вообще адекватен? — услышала я из-за угла. — Бабу, да ещё и целителя, в преподы? Чему она их научит? Как ноги раздвигать или мозги выжирать? Ты чем, мать твою, думал вообще?

— Нортон, держи себя в руках, — холодные знакомые ректорские интонации не возымели успеха, и говоривший продолжил:

— Чему некромантов научит девка? Как убежать? Поплакаться?

Этого я уже проигнорировать не смогла и медленно, словно и не слыша их разговора и просто выбирая книгу, вышла из-за стеллажа.

— Как не умереть, например. Ну или удержать жизнь, пока не подоспеет помощь. Исцелиться может даже, — сказала книгам.

— Что?

— Магистр Дорианна, что вы здесь делаете? — после слов ректора со стороны второго мужчины раздался какой-то удивлённый бульк.

— Изучаю учебный материал.

— В час ночи? И этот отдел посвящён некромантии.

— А что не так? — состроила невинность и прижала к себе выбранную книгу.

— У вас в руках «Соединение мёртвых тканей», — продолжил очевидное Эдвард.

— Я не спрашиваю про ваши методы обучения, и вы про мои не спрашивайте, — пожала плечами и вытащила фолиант «Изменённая нежить. Принципы и устройство соединений».

— Девочка, ты хоть что-нибудь из этого поймёшь? — спросили меня, и я, наконец, обратила внимание на декана Дайлали, тщательно до этого игнорируемого.

— Вы поняли? — спросила просто.

— Что?

— Я спрашиваю: вы поняли написанное? — кажется, в моём голосе скользнуло раздражение.

— Естественно! — а это звучало самодовольно.

— Тогда и я пойму, — хмыкнула. — Если вы сказанное мной не с первого раза понимаете, то понятый вами материал не должен быть особо сложным.

Мужчины напряжённо замолчали, а я, не отрываясь, смотрела в серые глаза напротив.

— Что же, дар речи потеряли? А, когда обсуждали меня с лордом ректором, вы были очень красноречивы…

Маг зарычал, действительно зарычал, отчего я даже опешила. Это что ещё такое?

— Магистр Дайлали, не стоит показывать своё бессилие таким образом, — почему-то не успокаивалась я, наблюдая за тем, как его глаза застилает тьма. — Будьте в следующий раз сдержаннее. Мне, в общем-то, всё равно, но для мужчины стыдно обсуждать кого-то за его спиной.

— Приму к сведению, — вдруг успокоился некромант и даже улыбнулся, показавшись мне вполне человечным.

— Что с волосами, Дорианна? — спросил вдруг ректор.

— Решила сменить причёску…

— Вас топором обстригали?

— Ножом. Новое веяние! — не сдалась я.

— Я вижу стихийный след, — заметил декан, а я улыбнулась:

— Способ избавиться от посечённых кончиков! Очень советую.

— Воздержусь…

— Лорды, не буду вас отвлекать, — слегка кивнула и, обогнув мужчин, направилась к выходу из библиотеки.

— Вот это норов!

— Нортон, ты говоришь о девушке…

— О норовистой девушке!

— Боги, Нортон, из какой пещеры ты вообще вылез с такими манерами? — сокрушался ректор.

— Моя мама женщина, кончено, не простая, но «пещера»?.. — декан факультета боевой некромантии рассмеялся, а я влетела в быстро созданный портал.

Вот это у него шутки, конечно! И это потомственный лорд!

Хотя, приставка «некромант» всё объясняет, конечно, с такой профессией едва ли сохранишь здравый рассудок.

А вот ректор сохранил…

Улыбнулась, вспоминая его взволнованный взгляд. Всё же замечательный он мужчина!

*****

Эррон открыл глаза и уставился в потолок. Очередной вызов в ректорский кабинет — кто бы мог подумать? Нетопырь выхаживал с той стороны подоконника, выстукивая замысловатый ритм в окно и покрикивая:

— К ректору! Живо к ректору!

Когда-нибудь я упокою эту крысу летучую!

Парень вскочил с кровати и направился в душ. Общежитие ВАМИТа было слишком большим для количества обучающихся, поэтому с шестого курса адептам выделялась собственная комната, да ещё и с санузлом.

— К ректору, хватит марафетиться! К ректору! К ректору!

Простонав, Эррон активировал полог тишины, и отвратительные вопли прекратились.

— Так-то лучше, — сказал парень своему отражению.

Чувствовал он себя всё ещё не очень, вчера он выложил сил даже больше, чем нужно, максимально страхуя и себя, и кронпринца. В зеркале отражалась более старая версия некроманта — бледная и с щетиной.

Впрочем, от щетины он избавился уже через десять минут, а бледность сошла после горячего душа. Ненадолго.

В восемь тридцать утра юный лорд Маккини уже стоял под дверями кабинета ректора.

— Входи, — послышалось приглушённое, и некромант предстал пред очи главного лица академии.

Кто бы сомневался, что эта светлая нас сдаст!

— Ну и что ты мне расскажешь? — ректор откинулся на спинку своего кресла.

— У нас была уважительная причина, чтобы пропустить занятие, — сказал уверено парень и встал по стойке смирно.

— Что? — не понял Гринн и даже слегка подался вперед. — Я не о том.

— Что? — Эррон был удивлён не меньше. — А о чём тогда?

— Так-так-та-ак, — заинтересованно протянул мужчина. — То есть вы пропустили занятие? По какому предмету? А, нет, стой, сам угадаю… целительство?

Адепт сжал кулаки. Неужели она их не сдала? Получается, он сам всех и сдал?

— Всей группой?

— Она правда нас не сдала?

— Ни словом не обмолвилась, — кивнул. — Магистр Дорианна на редкость добрая магиана. Одним словом — светлая, хотя я встречал парочку, и они те ещё козлы… Ты же в курсе, что в случае подобного инцидента пишется докладная на всю группу в министерство магии?

— Но почему она не рассказала?

— Она, в целом, вообще на вас не жалуется. Уверен, вы знатно ей нервы уже потрепали, но ни одной жалобы.

— А случай с ночной вылазкой?

— Я бы не рассказывал, но мне хочется посмотреть на твоё лицо, когда ты узнаешь, насколько вы все несправедливы к девушке… — Эррон напрягся. — Я встретил её, невероятно весёлую, на подходе к преподавательскому дворику. Спросив, отчего же она так весела, узнал, что магистр встретила «на редкость занимательных адептов». Сложить два и два и вычислить вас не составило труда, а потом вы сами же себя и сдали. Никто на вас не доносил, детки, тем более, магистр Дорианна даже не знала про запрет.

— Незнание не освобождает от ответственности… — попытался реабилитировать себя маг.

— Ну тогда всей группе стоит устроить тебе тёмную за то, что ты их сдал, Эррон.

— Какие будут последствия? У группы.

— Никаких, — озвучил Эдвард очевидное. — Жалобы от преподавателя не было, следовательно, не было и проблемы.

— Я понял, магистр, — кузен принца кивнул. — Для чего вы меня вызывали?

— Хотел попросить быть поспокойнее с новым преподавателем, но, думаю, ты уже и сам всё понял. Подожгли девушке волосы, это же надо! Причём она не рассказала мне ничего об этом, и кто нападал — тоже не сказала…

— С виновными мы уже провели беседу, — Эррон кивнул, вспоминая, как лично, на пару с Бертли, отчитывал Вирджинию. — Почему вы с этим вопросом ко мне обратились?

— С этим, как и со всеми предыдущими. Всем известно, кто главный авторитет академии, даже принца обскакал.

— Принц не особо участвует в деятельности академии, он просто учится и наслаждается студенческой жизнью.

— Я заметил… Недавно поступил очередной запрос от его величества, угадаешь, что в нём было? — Эррон не рискнул. — «Оградите Тайлариона от девушек».

— Знаете, задание невыполнимое. Каждая в будущем хочет стать императрицей… Я могу идти?

— Иди, и потрудись, чтобы все узнали правду об истории с «доносом».

— Не сомневайтесь.

Эррон поклонился и покинул кабинет ректора. Внутри него бушевали странные эмоции: стыд, гнев, обида и какая-то непонятная радость.

— Что надо было ректору? — широко зевнув, Тайларион отпил кофе.

— Я хотел бы всем сразу сообщить, — некромант оглядел приступающих за их столом адептов, глянул в сторону стола преподавателей и, не найдя там целительницу, продолжил: — Думаю, нам нужно будет извиняться перед магистром Дорианной.

— Что? — кронпринц даже подавился. — А не слишком ли много чести этой?!..

— Тай, — перебил его кузен, — мы многого не знаем. Для начала, сегодня утром я совершенно случайно сдал ректору наш вчерашний прогул, — все перестали есть, в шоке уставившись на говорившего. — Без паники, никаких последствий не будет, ведь — внимание — никакой жалобы на нас не поступало.

— Ну я же говорил, что она не посмеет.

— Нет, Тай, она вполне могла посметь. Все вы знаете про случай с ночной вылазкой и про то, что эти выходные несколько выпускников проведут в академии, отбывая наказание. И все помнят, на кого мы тогда подумали.

— Ну и? — поторопил парня Джей.

— Магистр ничего не рассказывала ректору. Более того, она понятия не имела насчёт запрета.

— Как-то не сходится… Почему тогда не объяснила тебе?

— Видимо, считает себя действительно виноватой. Как сказал Эдвард, она обмолвилась о встреченных ею студентах, не более, а дальше ректор сам всё разнюхал.

— Гринн да, Гринн может, — покивал Айрон.

— Про случай с поджогом она также ничего не сказала.

— Ну, может она просто терпило? — спросил Гарри, кареглазый брюнет из компании «любителей девочек».

— Не думаю. Ко всему прочему ректор о ней очень лестно отзывался, а мы все знаем, какой Гринн привередливый.

— Говорят, что это он за ней на месяц из академии отлучался. Чтобы привести её сюда и сделать преподавателем, — доверительно сообщил Тимерс.

— Звучит это всё не как очко в её пользу, — хмыкнул принц. — Видимо, с ректором она близка, и что?

— Об этом я не знаю и судить не буду, но что я точно знаю — нам нужно извиниться.

— Ну и извиняйся, — Тай наколол на вилку кусочек салата.

— Без проблем, просто не возникай, в случае чего, — сквозь сжатые зубы прошипел Эррон.

— Тут обещать не буду… — нагло ответил кронпринц, так и не посмотрев на кузена, отчего глаза последнего загорелись.

— Эй, ребят, потише. Будет вам ещё из-за преподши ссориться, — попытался успокоить из Сэм.

— Мы не ссоримся, просто наш кронпринц совсем забыл, что такое уважение, — желтоглазый вернулся к своему завтраку. — Я вас всех предупредил.

— Мы поняли, — ответили ему и продолжили есть, несмотря на витавшее в воздухе напряжение.

Глава 6

Дорианна

Просыпалась с трудом, и потому, пропустив завтрак, я влетела в аудиторию за пять минут до начала пары.

Присутствовали все, абсолютно. Пятнадцать адептов молча ждали меня, сидя за партами.

Что это? Мне кажется, или виноватые взгляды?

— Мы ещё кого-то ждём? — повесила плащ на крючок у доски. — Если нет, предлагаю начинать пару.

— Магистр Дорианна, — вдруг встал желтоглазый. — Прежде, чем вы начнёте пару, я, от лица всей группы, должен принести извинения.

— За что вы извиняетесь, адепт Эррон? — состроила дурочку я и уставилась на парня, в ожидании продолжения.

— За то, что мы всем составом отсутствовали на вчерашней паре, — выдохнул он.

— О чём вы? Вчера аспирант Ченоль пришёл ко мне и предупредил, что вас не будет, — улыбнулась.

— Но он покинул полигон ещё позже нас…

— Что вы хотите от меня услышать, адепт Эррон? — посмотрела в его искрящиеся глаза. — Ругань? Нравоучения? Слёзы?

— Нет… — он задумался.

— Давайте просто сделаем вид, что вы не прогуляли моё занятие, а я милосердно отпустила вас по просьбе аспиранта.

— Спасибо, магистр Дорианна, — сказал вдруг Джей.

— Да, спасибо большое, что отпустили нас, — поддержал его Вильсэм.

— Если бы не ваша доброта — мы бы точно загнулись!

— Спасибо, магистр!

— Магистр Дорианна, вы замечательная!

Я рассмеялась. Какие милые дети! Не дети… Господи, за два дня превратилась в курочку-наседку, забавные метаморфозы.

— Не за что, дорогие адепты, — кивнула Эррону, чтобы он, наконец, сел. — Однако, пропустив занятие, вы пропустили и много всего интересного. Сегодня будем нагонять.

— С удовольствием!

— И ещё, — я медленно осмотрела каждого, следя за параметрами их здоровья. — Вы всё ещё не полностью восстановились, — из сумки вылетел сундучок и аккуратно встал на стол. — Впредь, когда вы сильно переусердствуете на занятиях, приходите ко мне, — я открыла крышку и достала восстанавливающее зелье. — Это «элексир силы», или «магичка», как его называют ведьмы, — пройдя по аудитории, вручила каждому адепту по пузырьку. — Догадываетесь, для чего оно?

— От усталости? — предположил один из парней, просматривая пузырёк на свет.

— От перенапряжения?

— Тоже думаю, что от перенапряжения.

— Ох йо-й! — громко выдохнул Джей, которому я буквально только что вручила зелье. — Вот это забористая штука!

— Адепт Джей, — посмотрела на него укоризненно, — в будущем не стоит так неосмотрительно глотать всё, что вам дают.

— Ну это же вы дали, — обезоруживающе улыбнулся он.

— Резонно, — хмыкнула. — Но и я команды «пить» не давала. Как ощущения?

Мы все уставились на парня с интересом, а он, прислушавшись к себе, шокировано изрёк:

— Да не может быть!

— Джей, что там? Не томи! — Сэм задёргал его за плечо, даже кронпринц, сидевший до этого напыжившись, в ожидании смотрел на одногруппника.

— Да не-э, — продолжал своё некромант.

— Джей, твою налево!

— Магистр Дорианна? — он посмотрел на меня с сомнением, на что я только кивнула. — Мой резерв… полон.

Секундное молчание, а после шокированный вздох.

— Именно так, — вернулась к своему столу, — «магичка» — особый рецепт лесных ведьм, призванный восполнить магические силы. Пейте, чтобы не быть сегодня никчёмными магами.

Села на стол и начала наблюдать, как один за другим адепты выпивают сваренное мной зелье, как сходит с их лиц бледность, загораются глаза.

— Это же просто драгоценность! — пришёл к выводу Тимерс.

— Буквально, — хмыкнула. — Состав я разглашать не в праве, но вполне могу снабжать вас зельем после тяжёлых тренировок. Правда, для начала нужно будет проверить, не навредит ли оно вам в конкретный момент.

— А вы не думали открыть торговлю? — заинтересовался Джей.

— Что-то настолько светлое не должно быть использовано ради денег, — пожала плечами.

— Но у вас с ними проблема, я прав? — бесстыже спросил Тай, за что получил тычок от кузена.

— Не может быть проблем с тем, чего нет, — поболтала ногами.

— И вы всё равно не хотите продавать элексир? Это бы принесло вам огромные деньги…

— Не в деньгах счастье, вам ли не знать, адепт Тайларион? — этой фразой я задела его за живое. — Ко всему прочему у меня немало того, что можно продать, но я предпочту скорее обмен. Например сейчас я обмениваю элексир на ваше здоровье. Заплатила им за то, что вы, полные сил, отлично проведёте этой день и даже пару последующих, — снова улыбнулась. — Мир стал чуточку светлее, не правда ли? — наклонила голову и посмотрела на завороженных ребят.

— Как бы не ослепнуть… — будто только губами пошевелил, произнёс Эррон, но я расслышала.

— Что же, начнём занятие! Сейчас мы будем заниматься плетениями, внимательно следите за доской…

— Все на месте? — посмотрела в список, где уже отметились адепты. — Ага-а… Тех, кто не пришёл, мы не ждём?

— Моих нет, — ответил Берт. Сёрф поддержал кивнул.

— Хорошо-о, тогда начнём, — встала со стула и повернулась к доске. — Наша тема — целительские заклинания десятого порядка. Для некромантов я подготовила карточки-ассоциации, со стихийниками сложнее, но в ближайшее время обещаю что-то придумать. — Прошлась по аудитории и раздала всем по стопке карточек. — Не растеряйте, я их две ночи составляла.

— И что нам с ними делать?

— Настоятельно советую разобрать и изучить. Существуют определённые принципы, на которые опирается целительство: этические, структурные, генетические, магические, физиологические. Ничего не напоминает? — вернулась к столу и запрыгнула на него. Интересно, насколько нормально, что преподаватель сидит на столе?.. — Замечаете сходства? Кто скажет мне основные принципы стихийной магии?

— Этические, структурные, магические, биологические, физиологические.

— А некромантии?

— Все эти принципы вместе, отличия только в факторах.

— Именно! И, помимо общих принципов, все они также сходятся по одному, самому важному для нас в данный момент. Физиологический принцип. Любая магия учитывает физиологические особенности мага, в том числе и целительская. Тем не менее заклинания десятого порядка может сотворить любой маг, если правильно всё сделает. Записываем: «заклинания десятого порядка, уровень мага — любой, сложность — наивысшая».

— Что? — удивился Бертли. — Наивысшая?

— Именно так. В заклинаниях именно этого порядка строения и плетения выглядят достаточно просто, поэтому его не разделить на составляющие, но именно на этом этапе целитель сталкивается с теми самыми «резервуарами», про которые я говорила на прошлом занятии. Следовательно, от начинающего мага требуется огромное количество концентрации, чтобы влить в простое заклинание именно то количество магии, которое требуется. Вопрос к судебникам и стихийникам, что вы делаете на практиках?

— То же, что и некроманты до вашего прихода — в основном варим зелья.

— О-о… — я на секунду подвисла. — Почему-то я не подумала об этом варианте обучения… Действительно, гораздо быстрее и проще не терять времени на все эти заклинания и просто выучить и научиться готовить базовые целительские рецепты.

— А вы чем занимаетесь?

— Да ничем особенным… Да уж, несостыковочки у нас вышли. Ладно, продолжим. Раз вы зельеварите на своих практиках, то заклинания будете учить на лекциях. Изучать зелья, уж извините, вам придётся самостоятельно — это всё есть в книгах и не должно вызвать труда после курса по «Ядам». Итак, кто мне скажет, что самое важное для начинающего целителя. С чего нужно начинать?

— С концентрации и контроля, — ответил Эррон.

— Верно. Какие способы повышения концентрации вы знаете?

— Медитации!

— Именно! Медитации и, естественно, здоровый сон. Знаю, каждый из вас учился медитировать ещё в самом начале становления магом, но сейчас я попрошу вас снова вернуться к медитациям. Десять минут утром и десять минут перед сном — это ваше домашнее задание. И не смотрите на меня так, — хмыкнула. — Это правда важно. Группа судебников, также попрошу вас заучить и научиться плести все заклинания из карточек, стихийники — вам выдаю просто список и схемы, без аналогов.

Раздавая карточки стихийникам, снова зависла. Стихийники… стихийники… стихийники. Стихийные маги. Маги стихий…

— Магистр Дорианна? — спросил кто-то взволнованно, но я лишь, вытянув руку и показав указательный палец, попросила:

— Тш-ш-ш…

В голове одна за другой возникали схемы целительских заклинаний, а рядом — стихийные, я рассматривала плетения, видные только мне.

Вот! Вот тут!

В момент заряда, наполнения заклинания магией, стихийники также контролируют поток, как и целители. Большой огонь, маленький, сильный толчок, слабый, ветерок, ураган…

— Адепт Сёрф, можно вас на секунду? — вернулась в реальность.

— Да?

— Подойдите сюда, — парень встал, удивлённо переглядываясь с Эрроном, и медленно вышел к доске.

— Сейчас я попрошу вас создать заклинание ну… допустим, ветерка. Я хочу, чтобы Ветер пошевелил листья вон того фикуса, — указала на окно. — Создавайте плетение медленно, поэтапно. Понимаю, будет сложновато, ведь всё давно выведено до автоматизма, но постарайтесь.

— Хорошо, магистр, — стихийник медленно развёл руки, формируя плетение, постепенно начал вливать магию, и каждая нить уплотнилась, насыщаясь.

— Достаточно, — кивнула. — Ваш профиль — воздух, или вы универсал?

— До универсала не дотягиваю, — он хмыкнул. — Но стихии освоил практически в равной степени.

— Тогда… — глянула на остальных адептов. — Вы же тоже сейчас следили, так ведь? Видели, как в заклинание вливалась магия? Запомнили? — они закивали. — Теперь, адепт Сёрф — вы только не удивляйтесь — я попрошу вас хорошенько вдарить… допустим, огнём. Сможете организовать фаер порядка так пятого?

— Магистр Дорианна, не думаю, что…

— Стоит, стоит. Все внимательно следить за плетением. Так как здесь нет поверхности, которая сможет выдержать удар, цельтесь в меня.

— Но магистр!

— Магистр Дорианна, давайте лучше я вместо вас встану? — подал голос Эррон.

— Не нужно, всё в порядке. Внимательно следите за плетением, особенно стихийники, потом скажете, почему мы отвлеклись на это.

— Магистр, но тут защита… — заметил Сёрф, а Эррон облегчённо выдохнул, но после моих слов вновь напрягся:

— Я только что отключила.

— Но как?

— Со свойственным мне энтузиазмом. Начнём адепт, сейчас я сформирую поглощающий щит первого порядка, поэтому не волнуйтесь!

— Да ну!

— Магистр, что, правда?

— Вот это да…

— Отставить разговоры! — посмотрела на Сёрфа. — Давай!

Парень начал формировать фаербол, постепенно добавляя мощности.

— Сейчас полетит, — предупредил он меня.

Огненный шар ударился о мой щит, сначала задержавшись, а потом полностью в нём растворившись, и я с умилением заметила, что была не только под своей под защитой. Посмотрела на адептов и поймала внимательный напряжённый взгляд жёлтых глаз, улыбнулась с благодарностью.

— Все видели? Не особо хороший пример с разными стихиями, но пускать торнадо по аудитории ещё более опасно, а «искра» — слишком мелкое заклинание, в котором ничего не рассмотреть.

— То есть нам нужно вливать энергию в целительские заклинания по тому же принципу, что и в стихийные? — спросил один из одногруппников Сёрфа.

— Именно так. В этом плане вам проще, чем некромантом, таким образом, силы уравновесились. Сейчас группы стихийников и судебников будут создавать плетения из выданного им списка, остальные — возьмите у однокурсников конспекты и изучайте записи с практических. Адепт Бертли, вы же записываете на них?

— Да, пишем рецепты, особенности ингредиентов и приготовления.

— Отлично, у кого хорошие записи, поделитесь с некромантами, пожалуйста, и приступайте к выполнению моего задания. Будут вопросы или трудности — зовите, а мне нужно восстановить защиту аудитории, пока столь вероломное вмешательство не заметил лорд ректор…

Раздав задания, я снова села на стол и сосредоточилась на защитном плетении. Конечно, чинить сложнее, чем разрушать, поэтому и времени мне понадобилось не пять секунд. Когда закончила, удовлетворённо осмотрела дело рук своих и пришла к выводу, что, кажется, сделала что-то не то.

Открыла глаза и вздрогнула — прямо передо мной стоял кузен кронпринца и заинтересованно наблюдал за работой.

— Адепт Эррон?..

— Магистр, вы всё больше меня поражаете. Вот только в паре мест плетения ошиблись, но можно списать на то, что вы решили слегка усилить его для проведения небольшого эксперимента.

— Всё же надеюсь, что никто не обратит внимания, — улыбнулась и задумчиво посмотрела на парня.

Он смотрел в потолок, изучая плетения с открытыми глазами, и с моего ракурса открывался вид на чёткий, где-то даже угловатый, мужской профиль.

Сильный, очень сильный маг, раз так спокойно концентрируется на плетении, не выключая зрительный анализатор. Не могу судить насчёт резерва, но этот парень точно сильнее меня, сильнее всех, кого я встречала. Возможно, ему ещё не хватает знаний, но в будущем… Он будет способен покорить мир. Не удивительно, что такой сильный род отказался от престолонаследия, буквально убрав для себя рамки.

Гении, они точно гении…

— Магистр, вы так смотрите на меня, что мне даже неловко стало, — он вдруг повернулся ко мне лицом, а я улыбнулась.

— Я залюбовалась, — хмыкнула, но осознав, что сказала что-то не то, поспешила исправиться: — Вы очень талантливый маг, адепт Эррон, у вас большое будущее.

— Спасибо, магистр. С вами моё будущее, до этого несколько туманное, начало проясняться, — сказав это, он направился в конец аудитории.

И что бы значили его слова? Вот же!.. Просто сказал и ушёл, оставив меня переваривать неожиданно волнующую фразу.

И правда, со мной его будущее, да и будущее всей моей группы, немного прояснилось — теперь они точно освоят целительство.

Глава 7

Дни летели незаметно. Сначала прошла неделя, потом — месяц, результаты вверенных мне групп были на высоте — теперь я почти не боялась отпускать их куда-либо. В академию пришли первокурсники, первые два месяца проходящие обучение в отдельном корпусе в черте города, и встречали их ярко.

Из большого стационарного портала строевым шагом выходили молодые адепты в парадной форме, сначала вышли стихийники, потом — судебники, и самыми последними были боевые некроманты. Академия, украшенная по такому случаю, сверкала, перестав быть просто серой, адепты последних двух курсов по группам стояли у самого входа, весь старший преподавательский состав — рядом на возвышении.

Я всматривалась в одухотворённые лица, напуганные и в то же время счастливые. Все эти люди прошли второй этап отбора, не вылетев из академии в самом начале обучения, они — лучшие из поступивших, будущие лорды и леди, в чьих руках будет вся сила государства.

Пройдя вслед за своими кураторами, каждая группа выстроилась в три ряда к нам лицом. Сейчас они должны были по одному выходить вперёд, чтобы принести клятву и пройти посвящение.

Посмотрела на своих некромантов и поймала несколько взглядов, захотелось помахать им, но это бы разбило всю торжественность момента.

За этот месяц меня успели сделать заведующей кафедры целителей (они сделали кафедру целителей!), дали мне свободу действий в плане учебной программы (вспоминать тот скандал со змеёй Мэй лучше не стоит), полноправно закрепили за мной мою аудиторию и одну из лабораторий, в которой раз в неделю мы с ребятами химичили и кашеварили. На носу была первая выездная практика в качестве целителей, а ещё позже — в качестве некромантов, и если первая представлялась мне вполне чётко (парни под моим присмотром будут собирать в различных лесах мира травушки да лечить зверюшек (доверять живых людей адептам-недоучкам как минимум не гуманно)), то со второй, по моему мнению, было всё сложнее, уже как минимум потому, что выпускники на этой практике будут вверены сами себе — ни меня, ни Нортона, ни Эдварда или каких-либо других преподавателей с ними не будет.

— Я, Джеккели Аддерли, младший лорд Аддерли, приношу присягу верности великой Эльской Империи!

На секунду мир пошатнулся. Господи, что?

Затравленно посмотрев вперёд, увидела своего младшего брата, стоящего сейчас перед ректором с опущенной головой и прижатой к груди рукой.

Да этого не может быть… Какого чёрта он вообще в военной академии забыл?

Он же ещё, наверное, обижен на меня жутко, я ведь в последнее своё появление дома встретила только отца и Тома…

Брат поднял голову, и мне бы отвернуться, отвести взгляд, но я жадно впитывала знакомые черты, с каким-то больным нетерпением ожидая, что сейчас он увидит меня, узнает.

И он узнал. Сначала случайно поймал мой взгляд, рассматривая преподавателей, потом резко повернул голову в мою сторону, проморгался, и снова на меня посмотрел. Даже на таком расстоянии я могла видеть, насколько голубые у него глаза, совсем как у мамы.

Развернувшись на сто восемьдесят градусов, Джеки вернулся в строй, и уже оттуда наблюдал за мной.

«В 00:00 я приду к тебе», — как можно незаметнее, не поднимая рук, сказала я брату на нашем детском жестовом языке. Он медленно моргнул, соглашаясь.

Джек, мой маленький братишка Джек…

Ох, надеюсь, он будет держать язык за зубами!

Постаралась вновь привлечь его внимание, чтобы передать — отцу ни слова, но младший Аддерли словно специально меня игнорировал, рассматривая замок, небо, незнакомых ему людей.

— Ты какая-то дёрганная, — послышалось из-за спины.

— Всё хорошо, — ответила Стивену сквозь зубы.

За этот месяц с куратором, да и с аспирантом, я общалась часто, постоянные пересечения на работе послужили хорошей почвой для нашей дружбы. А вот с седым боевиком встретиться было труднее, он, как и ректор, часто отлучался по каким-то важным делам с другими деканами. Впрочем, насколько я поняла, сейчас у «важных дел» перерыв, поэтому верхушка пока остаётся в академии.

— Твой там всё глаз от нас оторвать не может, — шепнул Стив.

«Мой» — это Эррон, чаще всего мелькавший рядом в последнее время. Он задавал вопросы, по теме и не только, предлагал какие-то идеи и в целом был довольно-таки любознательным студентом, хоть и молчаливым. За его постоянное присутствие рядом парни и прозвали его «моим», поначалу даже находясь в шоке от такого хорошего его ко мне отношения.

И сейчас он почти всем корпусом повернулся к нам, игнорируя построение. Да, он точно заметил, как меня шатнуло при виде Джеккели…

Махнула головой, словно прося его встать прямо, снова улыбнулась. Он кивнул, повернулся, но периодически проверял — в порядке ли я.

Как я уже успела понять, Эррон — это наглый, хамоватый, дерзкий наследник рода, но стоит узнать его ближе, как он открывается со стороны лидера: заботливого, терпеливого, умного и рассудительного. Простыми словами, наверное, не объяснить… даже по их отношениям с принцем можно сказать, что первое мнение о кузене наследника ошибочное. Тайларион, не признающий никакого авторитета, прислушивается к Эррону, хоть и старается избавиться от его влияния, желая независимости. Не думаю, что с таким отношением к жизни принц справится без своего кузена. Принято считать, что Тай — власть, а Эррон — исполнение, но все понимают, что за громким титулом «наследный принц» скрывается мальчишка, избалованный, не терпящий отказа, не умеющий сдерживать свой дурной нрав и привыкший к безнаказанности.

Хотя я уверена, что и в принце есть искра здравомыслия, и эта искра, вкупе с годами и помощью Эррона, вполне могут привести его к трону как достойнейшего из правителей.

Принц умён: не так талантлив, как Эррон, не имеет такого резерва, далеко не усерден, но умён. Просто он обижен на отца, за загубленное детство, за нелюбовь, за предвзятое отношение. Я тоже была обижена, но мне попался человек, помогший мне пересмотреть своё понимание жизни, а Таю… Таю, видимо, ещё не попался.

Жизнь наследника очень сложная, особенно когда мать умирает при твоих родах, а отец женится во второй раз, словно забывая своего первенца и заводя новую семью. Помню, родители обсуждали это, поражались такому отношению императора.

Но Тайларион всё равно остаётся наследником, первенцем, будущим Империи. И плевать, что нынешний глава государства со всё большим интересом смотрит на своих младших сыновей, трон по праву будет принадлежать Таю.

— Ритуал принесения присяги окончен! — раздалось по громкоговорителю. — Первокурсники, войдите же в замок как адепты Военной Академии Магии имени Императора Тайрона Третьего!

Да уж, сколько пафоса. Со скепсисом наблюдала за строем местного «молодняка», гордо вступающих на путь адептов ВАМИТа. Что же, надеюсь, они с той же гордостью смогут выйти из этих дверей через восемь лет.

*****

Люди плотным медленным потоком входили в академию. Издалека заприметив своего куратора и ловко лавируя сквозь толпу, лорд Маккини догнал её и невежливо втащил в ближайшую аудиторию.

Он долго всматривался в зелёные глаза, пытаясь обнаружить там причину переживаний, и не находил.

— Магистр, с вами всё в порядке? — сердце некроманта стучало сильнее обычного, и он не знал: из-за пробежки ли это или же от охватившего вдруг волнения. Всё тело адепта напряглось, когда женская ладонь коснулась его груди, а сердце словно остановилось.

— Шаг назад, адепт, — неловко попросила девушка. — Что-то мне это напоминает…

Осознав происходящее, Эррон отскочил, как ошпаренный. Что он вообще творит? Опять прижал её к стене, схватил за руку…

— Простите!..

— Всё хорошо, Эррон, не волнуйся.

— Я заметил, что вам стало плохо во время присяги…

— Не надо так за меня переживать, я взрослый человек и сама могу о себе позаботиться, — напомнила Дорианна, но Маккини, сделав широкий шаг вперёд, вдруг коснулся её щеки:

— Простите… Простите, магистр, но я не могу за вас не переживать! Идёмте к целителю, вы слишком бледны для здорового человека.

— Адепт Эррон, напомню, что я и есть целитель, — почему-то она не отпрянула, и они продолжили стоять непозволительно близко друг к другу.

— Вы говорили, что не можете лечить себя, поэтому…

— Со мной. Всё. В порядке, — раздельно проговорила Дорианна и убрала мужскую руку от своего лица. — Спасибо за беспокойство, адепт Эррон, но мне пора.

Развернувшись, она вылетела из аудитории, оставив запутавшегося мужчину наедине с собой и своими мыслями.

Что я творю?..

Рука непроизвольно легла туда, где безудержно колотилось сердце.

Я сошёл с ума? Что со мной происходит?

Удар, и ни в чём не повинная деревянная парта трескается.

Выкинь, выкинь это из головы… она ничем не заслужила такого отношения.

Она не виновата, что так одуряюще притягательна…

Эррон посмотрел на дверь, за которой скрылась девушка, неожиданно завладевшая всем его вниманием. Сейчас он чётко осознал: это не интерес к предмету, не восхищение к её силе, это интерес и восхищение к самой целительнице. Чувства, которые он не должен себе позволять, чувства, которые заставляют усомниться в собственном здравомыслии.

*****

Дорианна

Услышав грохот, захотела вернуться, но вовремя одёрнула себя. Он должен остыть. Или я?

Что этот некромант вообще творит? Зачем так заботится, зачем привязывает к себе? Через год мы навсегда расстанемся! Демоны…

Щека, к которой недавно прикоснулись горячие шершавые пальцы, начала нестерпимо жечь. Срочно нужно в уборную… в уборную.

В зеркале отразилась я, но с совершенно незнакомым доселе выражением лица. И так зелёные глаза стали словно ярче, зрачок пульсировал в такт дыханию, грудь вздымалась, щёки были красные, будто покусанные морозом.

Ужаснувшись своему виду, включила ледяную воду и подставила под струю лицо, игнорируя намокающие волосы и стекающие по шее ручейки, скрывшиеся где-то за воротником.

Когда кожа начала неметь, я, наконец, выключила воду и снова посмотрела на своё отражение. Мокрая курица. Всё такая же красная, со странными глазами, мокрая курица. Ладно, не время об этом думать! Сейчас должен был начинаться банкет (балом его не назвать из-за слишком маленького количества девушек) по случаю появления новых адептов, и я должна была там присутствовать. Правда, нужно переодеться…

Телепортировалась прямо в свою спальню — нельзя засветиться в столь неподобающем виде — и приступила к подготовке.

Когда восемь лет назад я сбегала из дома, я не брала с собой много вещей, только то, что вместилось в маленький рюкзак, и в основном это были близкие сердцу штучки типа ритуального ножа. Я не взяла с собой даже документов, только пихнула маленький кошель с деньгами и парочкой драгоценностей.

Деньги закончились быстро, новых вещей не появлялось, никаких излишеств. Благо, что Институт кормил своих студентов, предоставлял форму и жильё, да ещё и подработать получилось…

Единственное имеющееся у меня нарядное платье, неизменно чёрное, было пошито Ялой, ведьмой, в чьём домике я жила во времена изучения их магии, культуры и быта. Плотный шёлк нижнего платья без бретелей приятно облегал фигуру, мягкими складками рассыпаясь к полу, а тончайшее кружево прикрывало руки и спину, в остальном полностью дублируя нижнее платье.

Такое простое, но оно мне очень нравилось, гораздо больше тех забавных нарядов, в которые когда-то одевала меня мама. Чёрный резко контрастировал с бледной кожей, квадратный вырез подчёркивал длинную шею, как и короткая стрижка. Сейчас даже розовые щёки не портили общего впечатления — я красавица, что не удивительно, учитывая величину моего дара.

Вспомнилась мама, чья фигура мне и досталась (лицо же я унаследовала от папиной бабушки). Её дар не был столь невероятен, сколько невероятной была её неземная красота. Женщина-вамп, играючи завоевавшая сердце лучшего некроманта империи, она отличалась невероятной грацией, тонкостью кости и плавностью в движениях. Когда она шла, даже густые волнистые волосы не колыхались, она словно плыла на волшебном плоту. Невозможно было проследить за её движениями, и от этого мамочка становилась ещё опаснее: лёгким взмахом руки она была способна вырезать человеку сердце. Легендарная женщина, взявшая всё самое лучшее от вампиров и того второго, неизвестного, народа.

В сравнении с ней я была такой неуклюжей… в сравнении с ней даже пантера бы выглядела неуклюжей, но пантера не была её родной дочерью, а я была, и от того ещё стыднее. Унаследовав от родителей, природы и магии красоту, я совсем не научилась ей пользоваться. Впрочем, сейчас меня это печалило меньше всего, а вот ужасные зелёные глаза, словно пламя смертельного проклятия светящиеся в темноте — это да, это обидно.

«Редикюль» за невозможностью превратиться во что-то подходящее образу остался в комнате, а я почувствовала себя совсем незащищённой. Сейчас было бы так кстати родовое кольцо Аддерли, или может артефакт Лойка, который мог превратиться в меч или кинжал при желании, но все они остались в прошлом.

С другой стороны, что за паранойя, я в академии! Да, непривычно без сумки, но на крайний случай — я вообще-то маг! И иду не в мёртвый лес, а всего лишь на банкет по случаю принесения присяги новыми адептами!

Лучше бы в мёртвый лес шла, честное слово…

Банкет или нет, но по изменённой до неузнаваемости столовой уже кружили пары, сразу меня напугав. Ну да — ну да, первокурсницы — свежая кровь…

— Магистр Дорриана! — я вздрогнула и резко обернулась. — Вы сегодня невероятно привлекательны!

— Боги, Джей, если ещё раз так подкрадёшься, я поседею…

— Что-то вы какая-то дёрганная, вам нужно расслабиться! Потанцуете со мной?

— Эй, ну ты и!.. — к нам подошёл Вильсэм. — Магистр даже в зал войти не успела, а ты её уже в оборот взял!

— Не завидуй! — брюнет махнул рукой. — Так что, магистр, потанцуем?

— Прости, но если я соглашусь, мне придётся станцевать с каждым из вас, а я такого не выдержу, — виновато улыбнулось. Было приятно общаться с парнями в неформальной обстановке, не использую дурацкое «вы» или «адепт».

— Вы не любите танцы? — Сэм, с зачёсанными назад светлыми волосами выглядел очень солидно, даже расстёгнутый пиджак и ослабленный галстук не разбивали образа великосветского джентельмена.

— Очень не люблю. И не понимаю…

— Вам, видимо, не попадались подходящие партнёры, — со знанием дела покивал Джей.

— Вполне может быть…

Да, танцевала я только с отцом, дядей и братьями в рамках изучения придворного этикета. Интересно, почему же мне не нравятся танцы?..

— Дора… — услышала за спиной и обернулась, уставившись на брата. Оба некроманта тоже с интересом посмотрели на первокурсника, а я сделала страшные глаза, намекая Джеку помалкивать.

— Парень, ты говоришь с магистром, — решил напомнить Сэм, на что брат несказанно удивился. Видимо, ему не пришло в голову, что я преподаватель, раз стою на преподавательском парапете… Да уж, что-то в жизни остаётся неизменным, например, недогадливость моего младшего брата.

— Ничего страшного, он младший брат моего старого знакомого, с которым мы когда-то работали…

— Вы работали с Томасом Аддерли? — удивились парни, а я прикусила язык. Вот это да, они знают моих братьев в лицо…

— О-о, с кем только не работала магистр Дорианна, — ехидно протянул Джек. — Не потанцуете со мной? Я соскучился по вашим неуклюжим поворотам!

Я очень люблю своего брата, очень по нему скучала, но руки сами потянулись к его шее. Придушу засранца!

— О, вот и один из «неподходящих партнёров», — хохотнул Джей, а брат с непониманием на него посмотрел.

— Прости, Джеккели, но я не могу танцевать с адептами…

— Кстати, магистр Мэй не разделяет ваши взгляды, — лорд Бисли махнул головой куда-то в сторону.

Проректор по учебной работе, широко и совсем не по-змеиному улыбаясь, кружила с каким-то парнем, периодически смеясь над его шутками.

— Что-то я не хочу знать подробности…

— Знаете, а ведь правилами академии не запрещены отношения между адептами и преподавателями, — я резко повернулась к Джею, смирив его уничижительным взглядом. — Ну ладно-ладно, магистр, не буду больше об этом…

Меня передёрнуло.

— Ладно, мальчики, идите ловить девушек посговорчивее, вам точно не откажут, — хмыкнула, придирчиво их осмотрев. Оба в чёрных жилетках на белоснежную рубашку, в брюках со стрелочкой и лакированных туфлях — как с картинки из девчачьего журнала про моду!

— Ну раз магистр так говорит, — выпускники переглянулись.

— Приятного вам вечера, — поклонился, убрав левую руку за спину Сэм. Джей последовал его примеру, и оба ушли «покорять дамские сердца».

— Джек, сегодня не получится встретиться, переносим на… не знаю, на когда, — тяжело вздохнула. — Впрочем, я хотела сказать тебе кое-что. Скажу сейчас: отцу ни слова!

— Понял, не дурак, — брат хмыкнул. — Ладно, пойду я, а то что-то не нравится мне взгляд Маккини.

— В высшем свете все друг друга знают? — спросила в пустоту.

— Конечно! Особенно если ты приближён ко двору, как мы или вон, Маккини. Тебе, конечно, не понять, всё время дома просиживала…

— Не вспоминай, это было ужасное время.

— Знаешь, отец прав в какой-то степени с этой своей заботой. Смотри, вылетела из семейного гнёздышка, и всякие некроманты уже считают тебя своей…

— О чём ты? — посмотрела на Джека с непониманием, но он лишь загадочно улыбнулся:

— Да так… Не думай об этом, сестрёнка, рано ещё, — и он весёлым шагом ушагал прочь.

— Эй, я вообще-то старшая! — прошипела ему в след, собираясь догнать и вызнать, что он там скрывает, но была остановлена непонятно откуда взявшимся Рэндольфом.

— Дора, ты просто умопомрачительна!

Да это всего лишь платье, ничего не изменилось!

— Здравствуй, — улыбнулась. — Давно не виделись.

— Да уж, — он хмыкнул, — и раз уж такое дело, приглашаю тебя на танец. — И прежде, чем я успела что-то ответить, сказал: — Отказ не принимается!

Ну да, конечно, кому какое дело до моего мнения? Нерадостная какая-то тенденция.

Седой маг поклонился и протянул мне руку, а я со вздохом вложила свою ладошку. Рэндольф вёл уверенно и заинтересованно, если так можно сказать. Он что-то шутил, вёл светскую беседу, а я лишь отсчитывала «раз-два-три, раз-два-три». Когда музыка закончилась, я смогла вздохнуть с облегчением. Наверное, со стихийником даже приятно танцевать, но всё впечатление портила боязнь упасть в грязь лицом. Или в пол, что было бы точнее…

— Ты прекрасно танцуешь, — похвалил меня маг, а я еле сдержала усмешку. Может, и прекрасно, но «совсем без вдохновения», как говорила мама. Чувствовала себя деревянной куклой с заданной магом программой — в голове только правильные движения, расчёт, анализ.

— Спасибо, лорд Перри. Вы не в пример лучше…

— Фу, как высокопарно, — он закатил глаза. — Дора, расслабься!

— Вы не первый человек, который говорит мне об этом…

— Значит, правильно говорю!

— Дора! — к нам подлетел Стивен. — Этот танец за мной!

И, схватив меня за руку, он увёл меня в центр зала.

— Стиве-эн, — простонала страдальчески. — Не хочу я танцева-ать, — и всё же я танцевала, на этот раз даже не считая шаги.

— То есть с Рэном ты станцевала, а со мной не хочешь?

— Я и с ним не хотела… — пробурчала, кружась.

— Но всё же станцевала.

— Да меня никто не спрашивал! — снова взялись за руки.

— Так и сейчас не спрашивают, — друг рассмеялся.

— Какой ужас…

— Да ладно тебе, расслабься!

— Следующему, кто это скажет, я дам в морду…

— О-о, я бы на это посмотрел!

Танец закончился, и Стив повёл меня к столам с закусками, где мы пересеклись с Гринном.

— Лорд Рич, магистр Дорианна, — ректор кивнул нам, и, задержавшись на мне взглядом, добавил: — магистр Дорианна, вы несколько напряжены, вам стоит…

Стивен заржал, аки конь на зелёной лужайке, и умолкший Гринн посмотрел на него с непониманием.

— Ничего-ничего, лорд ректор, вы продолжайте, — и он снова захохотал.

— Что с ним? — спросил меня Эдвард, а я только пожала плечами.

— Ребята-а! — сзади подскочил Ченоль, приобняв нас за плечи. — Эдвард, прекрасный вечер, — он кивнул ректору, а я с удивлением уставилась на аспиранта. — Не смотри на меня так, мы не на работе и не на светском приёме, можем общаться, как захотим!

— Да, но…

— Ченоль прав… Дорианна, — ректор улыбнулся. — Называйте меня Эдвардом в неформальной обстановке. У нас это давно вошло в норму.

Прокрутив в голове столь панибратское обращения, замотала головой, что вызвало смех со стороны мужчин и хоровое:

— Светлая!

— Да причём здесь моя магическая принадлежность? — обиделась. — Просто неловко как-то обращаться к взрослому человеку, начальнику, ко всему прочему сильному магу по имени. Как-то неуважительно…

— Ваше «взрослый человек» прозвучало как «старый человек», Дорианна, я могу и обидеться. Понимаю, для вас, не разменявшей и трёх десятков мой стопятидесятилетний возраст может быть и внушительным, но для мага…

— Что-о?! — хором возопили друзья, а я только поджала губы и посмотрела в потолок. Лорд ректор, что же вы такой болтливый?

— Тебе сколько лет, мелюзга? — первым отошёл от шока Стивен, а я обиделась.

— Во-первых, потише; во-вторых, какая разница?

— Ой-ой-ой, как мы заговори-или! — протянул Ченоль и, наклонившись, заглянул мне в лицо. — И тридцати нет, говорите, лорд ректор?

— Я молчу, — невозмутимо ответил начальник и отпил из своего бокала.

— Давай колись, Дорочка, иначе я сейчас пойду по всем углам разносить новую сенсационную сплетню! — пригрозил аспирант, за что я с силой щипнула его за бок.

— Только попробуй, и больше никакого опохмелина! — я тоже умею угрожать!

— А магистру Дорианне!.. — начал громко Стив. В панике я подскочила к нему и зажала болтливый рот двумя руками, со стыдом оглядываясь на повернувшихся к нам людей.

— Он уже успел напиться, вот и буянит, — виновато улыбнулась и уже шёпотом добавила: — двадцать четыре мне. Довольны?

— Вот это поворот! Вот это сенсация, — восхитился Ченоль.

— Я бы посоветовал вам не распространяться о полученной информации, чтобы не усложнять жизнь вашей подруги, — невозмутимо сказал ректор, а я зло на него глянула. Ну да, давайте, стройте из себя невинность! И отчего мужики такие болтливые?

— Да ладно-ладно, конечно не скажем никому, — хмыкнул Стив.

— Что не скажете? — присоединился к нашему разговору пятый участник.

— Что Дора не умеет танцевать, — выкрутился Ченоль, и я была очень благодарна ему за это.

— Очень даже умеет, — не согласился Рэндольф, — а с твоей стороны, Стивен, было очень грубо уводить даму прямо из-под моего носа!

— Прости, но по твоему взгляду было видно, что ты не скоро ещё отпустишь беднягу.

— Тогда, возможно, и мне стоит проверить танцевальные способности госпожи Дорианны? — ректор лукаво улыбнулся, поставил на стол бокал и протянул мне руку. — Не откажете в такой чести?

— Не смею, — присел в реверансе и приняла предложение. Уводя меня от спорящих мужчин, ректор заметил:

— Интересная ситуация.

— Спасибо, что избавили меня от надобности что-то объяснять магистру Перри, — улыбнулась. — Он бы пригласил меня на второй танец, а это уже на грани приличий…

— Вы хорошо осведомлены, — хмыкнул ректор и повёл меня в танце.

— В жизни приходится со всяким столкнуться… — ответила я пространно и мысленно отругала себя: да, самое время мне, предположительно безродной сироте, сверкать знаниями о придворном этикете.

Заиграла музыка, и я начала свой третий за этот вечер танец. А планировала вообще тихонько в уголочке отсидеться!

— Вы всё же не внемли моему предупреждению, — сказал вдруг мой партнёр, а я в удивлении уставилась на него. — Я про иллюзии. Вы до сих пор их используете.

— И как только заметили?.. В данный момент она неактивна, — пояснила, — следовательно, и правил академии не нарушает.

— Дело тут даже не в правилах, а в том, что защита разрушает всякий морок, — мотнул головой ректор. — Видите этот зал? Лучшие маги Академии Искусств преображали его, готовили декорации в течение месяца, а потом всю ночь потратили на то, чтобы их установить, потому что просто иллюзией в нашем случае было не отделаться.

— Вы проделали невероятную работу, — похвалила, снова осматриваясь.

Столовая сегодня была действительно сказочной: потолок превратился в звёздное небо, а по стенам разросся плющ и цветущие лианы, в крупных соцветиях спали светлячки, отчего и стены становились похожими на небо.

Пол, до этого просто паркетный, сейчас был цельным куском чёрного стекла, и создавалось ощущение, что мы плывём по воде, а не ступаем как обычные люди.

— Как и вы, — он намекнул на результаты последней проверочной работы. — Знаете, вы удивительная девушка, магиана, и я бесконечно рад, что судьба привела вас в академию.

— Здесь я как будто нашла своё место, — улыбнулась.

— Это замечательно, значит, есть вероятность, что вы останетесь с нами и по истечению срока контракта, — в ответ я промолчала. — Ваша иллюзия не то, чтобы неактивна, она ведь работает, просто в пассивном режиме?

— Да, так и есть. Из-за такой схемы академия и не дизактивирует её.

— Всегда удивляюсь способности людей находить обходные пути, — он хмыкнул. — Иллюзия на глазах?

— Да. Она лёгкая, просто приглушение и всё.

— Эдвард, — неожиданно рядом с нами оказалась пара магистра Мэй и адепта. — У нас ЧП, нужен ты, и целители, — проговорила она сквозь зубы.

— И что же случилось?

— Разберётесь, надеюсь, — она пожала плечами и широкими шагами утанцевала в другую сторону.

— Ну, если Бертис так спокойна, то и мы можем закончить танец, а после незаметно уйти, — я в шоке глянула в тёмные глаза. В смысле «закончить танец»? Разве там не ЧП?..

— Мы? — зацепилась я за слово.

— Мы, — ректор кивнул. — Когда Мэй говорила «целители», она имела ввиду именно вас, иначе бы вы и не услышали нашего разговора.

— Замечательно, она всё ещё не научилась уважать окружающих, — фыркнула.

— Некромантки — женщины сложные, а если они ещё и ядологи…

— Можете не продолжать, — фыркнула. — Спасибо за танец, лорд ректор. Думаю, есть смысл мне первой выйти, чтобы никто не решил взять меня в обиход…

— Да, хорошо. Подождите меня у выхода, а я пока ещё раз проверю защиту.

Кивнула с улыбкой. Эдвард тоже тот ещё параноик и наседка…

Я стояла над сжавшейся в комочек Вирджинией Клей и старалась подавить смех. Вот это да, здравый смысл отсутсвует напрочь…

— Магистр Дорианна, так что с ней? Симптомы какие-то непонятные… — подала голос дежурная целительница.

— Да ничего особенного, обычный откат от несанкционированного заклинания, завязанного на мозг. Через недельку полностью оклемается, я сделала всё нужное. Можно было бы поставить её на ноги прямо сейчас, но…

— В следующий раз не будет глупостей делать, — закивала целительница, и мы понимающе переглянулись.

— Как девушка? — сразу, как я вышла из медкабинета, взволнованно спросил Гринн. То, что он действительно переживал за своих адептов, очень к нему располагало.

— Находится в состоянии крайнего беспамятства.

— То есть она не очнулась?

— Когда я говорю «беспамятства», я именно беспамятство и имею ввиду. У неё повреждено множество нейронных связей, судя по моим наблюдениям — перед нами новорожденный в теле взрослой девушки.

— Это вообще как?

— А вот так. Нечего пользоваться «звезделками», они на то и «звезделки», что об их свойствах откровенно звездят, — я снова испытала ту же злость, что и в первый момент, увидев так называемо «ЧП». — Насколько нужно быть глупой, чтобы использовать незарегистрированное заклинание с прямым воздействием на мозг? Хотела знаниями блистать, вот теперь точно поблистает…

— У неё есть шанс восстановиться?

— Да. Стопроцентный.

— Правда? — ректор воодушевился.

— Правда. Проживёт ещё свои двадцать с лишним, заново всему научится…

— Оу, — воодушевление куда-то пропало. — А другие варианты?

— Ну, можно вызвать специалиста по этим делам, он рассчитает вероятность распада действия заклинания, длительность этого самого действия, последствия и нейтрализацию, — сказала серьёзно.

В коридоре раздался грустный выдох, а я постаралась сдержать усмешку.

— И поверьте мне, будет невероятным чудом, если заклинание получится обратить.

Лорд Гринн, заметив смешинки в моих глазах, насторожился, потом глянул мне за спину, а я моргнула: да-да, дело в них.

В коридоре кучкой ожидали адептки, держась за руки и взволнованно за нами наблюдая. Сейчас они перепугаются и пойдут разносить ужасные вести об ужасных последствиях ужасной неосмотрительности, и, возможно, другие студенты поостерегутся в следующий раз, прежде чем использовать сомнительные заклинания.

Педагогично? Педагогично!

— Прискорбно слышать, магистр Дорианна, адепт обучалась на последнем курсе, так многое потеряет… Что же, у меня есть знакомый специалист «по этим делам», я попрошу его навестить нас после.

— Остаётся уповать на чудо, лорд ректор! — вздохнула патетично.

— Надеюсь, оно внемлет нашим просьбам! — поддержал меня ректор и, поклонившись, ушёл, а я включила очень грустное лицо и пошла к себе.

Проходя мимо подслушивающей тусовки, я молчаливо на них посмотрела, тяжело вздохнула и печально покачала головой. Ещё раз вздохнув, я продолжила свой путь.

И надо же было ей так вляпаться?.. Ну, то есть, все результаты прошлой аттестации для неё аннулируются, ведь она использовала заклинание памяти, придётся пересдавать. А я так удивилась, когда постоянно отсутствующая Вирджиния вдруг написала мой тест на «отлично», приятно удивилась. Подумала ещё, что для неё не всё потеряно, а оно вот как вышло. И забавно так, что откат пошёл только через несколько дней после написания ежемесячных контрольных, то есть она ещё что-то намешала, всё могло и обойтись.

На улице уже светало. М-да, пока я «заращивала» мозг этой неадекватной, немало времени прошло… хорошо хоть завтра пары не с самого утра, высплюсь.

Глава 8

Эррон не мог найти себе места, метался по кровати в поисках удобной позы для сна. В конечном итоге одеяло сползло куда-то в ноги и мужчина развалился в позе звезды, уставившись в потолок. Ему не давали покоя испытываемые им чувства, и он всё прокручивал и прокручивал в голове случившееся в аудитории и на банкете.

Когда у него последний раз была девушка? Недели две назад? Может всё поэтому?

А почему вообще у него не было девушки целых две недели? Ни одной!

Да потому что он и думать о них забыл, полностью увлёкшись целительницей! Идиот, упустил свои чувства, не обратил внимания, не придал значения… Теперь расхлёбывать.

Внутри неприятно сжалось, и Эррону подумалось, что, возможно, сейчас он испытывает те самые «любовные муки», о которых рассказывал довольно-таки влюбчивый кронпринц.

Что он там говорил? Голову будто сносит, руки всё к ней тянутся, глаза её ищут, мысли только о ней… Ещё он говорил, что достаточно просто переспать с предметом воздыханий, чтобы избавиться от этих неприятных ощущений.

Неприятных ли?

Эррон даже сейчас помнил, как нежна её кожа под его пальцами, и представил, что рука скользнула ниже, к тонкой шее, ещё ниже, к ключицам, так вероломно открытым на демоновом банкете, как рука скользит по груди к животу, как он приобнимает её за талию, прижимает к себе, вдыхает нежный аромат неизвестных цветов, касается кубами её губ…

Возникшие внутри ощущения были ужасными. Какая-то дикая потребность, невыносимое желание срочно увидеть эти зелёные глаза, коснуться шёлковой кожи, зарыться в блестящие чёрные волосы…

Зачем я об этом думаю?!

Застонав, он буквально слетел с кровати и, не раздеваясь, встал под струи холодно душа.

Да! Вымораживайся, придурок! Может, хоть вода вымоет из твоей головы эти мысли…

Он вспомнил тот момент, когда он только зашла в зал, как его взгляд сразу прилип к ней, впитывая каждую чёрточку нового образа. Тонкое кружево платья сводило с ума, оно так игриво прикрывало светлую кожу плеч, рук, но совсем обделило своим вниманием острые ключицы. Лучше бы не обделяло…

Захотелось снять пиджак и в срочном порядке прикрыть её, скрыть от всех этих жадных взглядов вокруг. «Свежее мясо», — читалось на лицах адептов и преподавателей. Может даже они сами не осознавали, как преследуют её взглядом, голодным, заинтересованным, но Эррон со стороны прекрасно всё видел и закипал.

Сердце слегка успокоилось, когда она начала отказывать всем в танце, но тут появился этот Перри, в своё время перепробовавший весь женский контингент академии. Да, седой маг пользовался популярностью, и оттого ещё внимательнее Маккини следил за каждым его движением. Вот пусть только перейдёт черту, даже посмотрит как-то не так…

А следом целительницу закрутил Стивен, чья репутация тоже особо не радовала. Эррон уже напрягся, что следующим будет Ченоль, бывший «возлюбленный» магистра Мэй, но инициативу проявил лорд ректор.

Хотя бы с ним ей ничего не угрожает…

Или угрожает? Демоны, что вообще творится в его [Эррона] голове?! Он сам не понимает, чего хочет!

А ночевала он не у себя… Эррон прождал до самого рассвета и ушёл только тогда, когда вдалеке показался женский силуэт. Парень был подавленным, злым и пытавшимся убедить себя в собственном безразличии.

Где она была? С кем? Чем занималась? Почему так поздно?..

Очередной поток ледяной воды помог прийти в чувства. Да-а, если всё так будет продолжаться, что-то грянет…

*****

Тайларион наблюдал за братом, и творящееся с ним ему очень не нравилось. Всегда холодный, отстранённый, молчаливый Эррон сейчас всё чаще проявлял внимание к окружающим, и к одной конкретной особе в частности.

С самого детства у кронпринца был только один настоящий родственник — кузен, который в любой ситуации всегда был на его стороне, никогда не обижался на него, помогал, заботился даже наверное, а сейчас… Тай чувствовал, что сейчас для брата на первом месте вовсе не он, и не понимал, как женщина может разрушить их отношения.

Сейчас всё чаще от кузена можно было услышать «не делай то», «не говори это», «будь уважительнее», «думай головой», и принца это бесило. Бесило настолько, что хотелось вести себя ещё хуже обычного.

Едкие комментарии, ехидные замечания, неуважение — он ежедневно закидывал ими новую целительницу, но та с неизменной улыбкой отвечала ему, часто не менее ехидно и едко.

Умна. С этим Тайларион не мог не согласиться. И терпеливее даже Эррона, а самоконтроль у неё…

Тем интереснее были попытки вывести её из себя.

— Тайларион, — прошипел Эррон, как только они покинули аудиторию. — Я ведь предупреждал тебя, прекрати это ребячество!

— А что? Что будет? Ты никогда не возражал против моих издёвок, что в этот раз изменилось? Что особенного в этой светлой, что ты даже защищаешь её от меня.

— Она ни в чём не провинилась, твоё к ней отношение как минимум неразумно…

— Твоё к ней отношение неразумно! Может, мне переспать с ней, чтобы ты, наконец, понял — она такая же, как и все?!

— Не смей, — Эррон прижал кузена к стене, — даже не думай об этом. Не думай о ней, не смотри на неё своим пошлым взглядом, даже не дыши в её сторону, — жёлтые глаза испугали бы кого угодно, но не кронпринца.

— Тебе можно, а мне — нет? — он оттолкнул брата. — Раньше у нас не было проблем с дележом подстилок…

— Заткнись, — Эррон сам не заметил, как взметнулась его рука и завязалась драка, а опомнился только тогда, когда их начали разнимать.

— Вот же придурочные! — возмутился Ченоль. — По правилам академии вы сейчас же идёте к своему куратору за наказанием. А, так как я тоже к ней собирался, я с вами.

Оба принца переглянулись. Кажется, встретиться сейчас с объектом спора — не лучшая для них идея, но избежать этого не получится.

Эррон вдруг рассмеялся. Последний раз они дрались лет десять назад, если не раньше. После желтоглазый научился терпеть все выходки брата, но сейчас… Сейчас годами отлаженная система дала сбой.

— Эрри, тебе не больно смеяться? Видимо, мало я тебе врезал!

— А ты ещё способен говорить, Тай? Я думал, что сломал тебе челюсть.

— Вы оба сказочные дебилы, — изрёк аспирант и втолкнул адептов в аудиторию. — Дора, принимай провинившихся.

Девушка медленно подняла глаза от книги и уставилась на вошедших.

— Что произошло? Вы только что выходили из аудитории вполне целые… — она подошла к ним и осмотрела разбитые лица. — Вот же… Детский сад!

— Давай, придумывай им наказание, и пусть сваливают, а мы с тобой пойдём гулять!

Братья снова переглянулись. Гулять? Куда это они собрались?..

— Аспирант Ченоль, вы же совсем недавно расстались с магистром Мэй, куда вам новые отношения? — прошипел Тай, с интересом следя за реакцией целительницы.

И реакция не заставила себя ждать: девушка вытаращилась на приёмного Дайлали в священном ужасе.

— Серьёзно? Со змеёй?

— Что ты на меня так смотришь? — мужчина пожал плечами. — В постели она тоже змея — такая же гибкая и грациозная.

— Избавь меня от этой информации, — Дорианна содрогнулась. — А с вами что, дорогие мои? Неужели с друг другом подрались?

— Какая разница?.. — буркнул Эррон.

— Чен, выйди.

— И оставить тебя наедине с этими малохольными? Нет уж, я лучше тут постою!

— Чен! — более настойчиво произнесла целительница, и аспирант со вздохом покинул аудиторию. — Ну, рассказывайте.

— Нечего.

— Нечего, так нечего, — неожиданно согласилась преподаватель и указала парням сесть. — Будем лечить вас, чтобы ни у кого не возникло лишних вопросов. Ченоля я попрошу помалкивать, не волнуйтесь.

И ты ещё спрашиваешь, что в ней особенного? — посмотрел на кузена Эррон, сел и подставил лицо для лечения.

Тайларион задумался о своих чувствах. На что он был зол?

На то, что его единственный друг, его брат, променял его на какую-то девку, или же была другая причина?

Принц в задумчивости следил, как целительница нежно касается лица Эррона, заживляя полученные в перебранке синяки, и пытался определиться, разобраться в собственных чувствах.

Раздражение. Внутри пульсирующим комом сжалось раздражение, и оно не отпускало, пока светлая не переключила своё внимание с кузена на него.

Да, так правильно. Теперь всё хорошо. А тонкие пальцы на его щеке — ещё правильнее.

Вот бы она подольше лечила его…

Тайларион закрыл глаза, наслаждаясь прикосновениями и прохладой целительских заклинаний.

Сейчас не было злости, обиды, только осознание, что она с ним.

Резко опомнившись, кронпринц уставился в зелёные глаза напротив.

Нет! Что за глупые мысли?! Простая светлячка, ничего особенного! Будто бы в его жизни не было таких красавиц!

Не было.

Таких, как она, не было. И не будет никогда…

Она точно демон! Демон, присланный из Провала, чтобы уничтожить их всех.

Эррон с грустью наблюдал за метаморфозами брата. Ревнует, Тай ревнует, сам того не понимая. И желтоглазый некромант не мог его за это винить, сам такой же. Что это за особая магия, притягивать взгляды, привязывать к себе?

Целительница играючи завоёвывала сердца, располагала к себе даже самых отстранённых и незаинтересованных, собирая вокруг себя плотных кокон из верных ей людей.

Магия, не иначе.

— Ну что же, братцы, не деритесь больше, — она потрепала принцев по волосам, — иначе действительно накажу, и простой отработкой в выходные вы точно не отделаетесь.

Некроманты смотрели на Дору с пугающей задумчивостью, и в какой-то момент у обоих появились мысли об этом самом «наказании», и когда в глазах Тая мелькнул огонёк заинтересованности, Эррон вытолкал его из аудитории, крикнув напоследок:

— До свидания, магистр Дорианна. Спасибо за помощь!

— Хватит пихаться, я понял, что мне нельзя на неё так смотреть, — прошипел кронпринц и поймал взгляд Ченоля.

— Да у вас тут страсти, я смотрю… Что же, не моё дело, конечно, но Дора девочка хорошая, воспитанная.

— Светлая, — продолжил Тай с усмешкой. — Шёл бы ты, Чен, пока и с тобой не решили разобраться.

— Ваше высочество, вы так милосердны, — аспирант хмыкнул и, пританцовывая, вошёл в аудиторию целительницы.

Глава 9

Дорианна

— Ты меня-а не заста-авишь, — пропела категорично.

— А я и не заста-авля-аю-у, — передразнил Чен, — я умоля-аю.

— Не похоже, — почти обиделась я.

— А я думаю, что очень даже, — он хмыкнул и сел на мой стол. — Ну неужели ты откажется от такой авантюры?

— Да.

— Да в смысле?

— Вы собираетесь проникнуть в подземелья, чтобы отыскать несуществующий неактивный портал в другой мир, и для этого дела вам как раз не хватает одного светлого мага? Ах да, ещё это всё нужно провернуть через три дня, в полнолуние. Ты смеёшься надо мной?

— Я абсолютно серьёзен! Мечтал его отыскать ещё когда адептом был, но сама понимаешь, светлого мага тут найти непросто…

— Это не причина, — заметила строго. — И как Стивен-то на это согласился?

— Это и его мечта юности. Да все об этом мечтают!

— Мечты на то и мечты, чтобы не сбываться.

— Ты ужасная зануда!

— Не зануда, а занятой человек.

— Ну? И какие же у тебя неотложные дела?

— Тебе всё перечислить? — хмыкнула. — Ну начнём с того, что нужно пополнить запас зелий, утвердить новую программу для шестого курса, составить план выездной практики для седьмого, договориться с одним светлым магистром о проведении лекции для моих адептов, договориться с ректором…

— Зануда! Дора, ну я же по глазам вижу, что тебе не терпится ввязаться в какое-нибудь дельце!

— О, а я думала, что в моих глазах отражается только смертельная усталость, — глянула на парня скептически.

— Тем более тебе надо отдохнуть, развеяться…

— В подвалах академии, я поняла, — призадумалась. — Знаешь, если дашь мне всю информацию по этому делу, я подумаю. Но сразу скажу: ты правда полагаешь, что никто не пробовал отыскать этот ваш портал? Не приводил светлых магов?

— Во-первых, мы не никто, а во-вторых, об этом знает только очень узкий круг людей, своеобразный клуб искателей. В него входит часть преподавателей, выпускников, даже ректор.

— И ректор? — я удивилась, ведь лорд Гринн на редкость рассудительный мужчина.

— Раз даже Гринн верит в то, что портал существует, не думаешь, что дело любопытное?

— Думаю, что и лорд Гринн когда-то был юным мечтателем.

— Так ты согласна? — нагло спросил некромант, на что я закатила глаза.

— Предоставь мне всю имеющуюся информацию, и мы посмотрим.

— Ну, там не так много, только дневник одного мага… Правда, достать его будет сложновато, но я постараюсь.

— Постарайся, — кивнула. — А теперь оставь меня, пожалуйста, наедине с моими «занудными» делами.

— В этих стенах твой характер становится всё более скверным, — со смехом сказал Чен и вылетел из аудитории.

— А кто виноват? — спросила патетично и уставилась в бумаги.

Да, конечно, весёлые преподавательские будни, постоянные приключения, жизнь в своё удовольствие…

Если хоть кто-то скажет, что преподаватели легко живут, ударю. Честное слово. Может, просто вести пары и передавать знания адептам и весело, но все те кипы бумаг, которые приходится заполнять — это просто ужас. Один только учебный план, оформленный по всем стандартам, чего стоит.

Официально — я ненавижу бюрократию.

Вечером, когда я увлечённо читала новый талмуд из преподавательской части библиотеки, из-под кровати выкатился домовой.

— А вот и я! — он расставил руки и ноги, чтобы я могла рассмотреть его во всей красе. Улыбнулась Гошию, которого уже давно не видела.

— Где пропадал?

— С жинкой к её родичам ездили да подзадержались, — он покачал головой. — Я гостинцев тебе принёс.

— Не стоило… — с интересом наблюдала, как из-под бороды домового вытаскивались свёртки. Первый, второй, третий… У него что там, пространсвенный карман?

— Тут коренья да соленья, всякое, что и желудку пригодиться, и для дел твоих магических.

— Правда? — спустилась на пол и приняла свёртки. Действительно, и коренья, и соленья. Маринованные помидоры поехали под кровать, в темноту, а вот корешки решила рассмотреть поподробнее.

— Свекровь моя передала, сказала, что чудится ей, будто близки вы были когда-то, али с предками твоими. Говорит, редкость всё, ей не нужно, да тебе точно пригодится…

Действительно редкость: тысячелетний женьшень и молодой лотос. Да их можно даже не использовать никуда, просто гордиться, что имеется такое сокровище! Мои запасы «редкостных редкостей» пополнились на целых две позиции!

— Как-то неловко даже такие подарки принимать, — вздохнула. — А как она поняла, что знает меня? Не виделись же.

— Домовым не надо смотреть глазами, чтобы видеть, девочка, — загадочно сказал бородач. — Есть в тебе что-то, этому месту принадлежащее. Далёкое, еле слышное, но нам, домовым, близкое.

— Знать бы ещё, что… — подозвала сумку, и достала из неё сундук с корешками, куда и убрала обновки. — Не хочешь печенья?

— Я б с охотой, но перед едой нельзя, жинка не терпит!

— Пригласил бы ты её сюда, познакомились хоть.

— Да в делах она вся, в делах! Как время будет, заглянем конечно, чаю попьём, поболтаете о своём, о девичьем, — он потёр ладони. — Пора мне! А ты это, ужин-то не пропускай да спать вовремя ложись, а то ишь бледная какая, всего-то и не было меня, что три недели…

— Хорошо, дядя Гоший, обязательно поем, — пообещала, и домовой скрылся под кроватью.

Снилось мне какое-то мракобесие. Сначала всё выглядело вполне неплохо: я читала лекцию, ходила по аудитории, а потом вдруг подняла глаза, а все адепты — умертвия разной степени разложения, и слушают так внимательно, кивают, будто понимают меня. Потом один, с жёлтыми огоньками в пустых глазницах, начал мне что-то на пальцах разъяснять, мол «почему без шапки, на улице не лето». Я ему: «В окно посмотри, на улице лето в самом разгаре», а он мне: «Сама смотри».

Я и посмотрела, а там действительна зима. Причём не привычный вид на соседние корпуса, площадь и деревья, а пустота снежная, только человек стоит, магичит.

Присмотрелась, а это Рэндольф вызывает кого-то. И меня вовсе не поразило то, что стихийник пользуется некромантскими чарами, совсем нет, но всё же что-то жуткое творилась среди вьюги.

Вдруг Рэндольф (кстати говоря, рыжий, а не седой) посмотрел прямо на меня, и глаза у него были абсолютно белые, а рот улыбался безумно. Он протянул руку в мою сторону, и в этот момент я проснулась, задыхаясь от испуга.

И что это было? Мне не то, что кошмары, мне сны уже лет пять не снятся, а тут… Видимо, усталость и смена обстановки так сказываются. На часах было семь, и я порадовалась, что проснулась не сильно раньше будильника.

Неприятный осадок преследовал меня всё утро. Я позавтракала, порадовавшись, что никого пока нет, прогулялась по коридорам академии и пришла к своей аудитории.

Адепты заходили группами, здоровались со мной, а я выдавливала улыбку. Впрочем, как только пара началась, я забыла о том жутком сне и полностью погрузилась в работу, рассказывая парням об особенностях обеззараживающих плетений.

Я не сразу заметила, как в аудитории вдруг стало темнее, а услышав неожиданный удар, сильно перепугалась.

Ещё удар, и ещё два. С ужасом наблюдала, как чёрные птицы бьются о стёкла, оставляя на них кровавые следы. В какой-то момент птиц стало настолько много, что я всерьёз испугалась за целостность академии, но защита работала исправно, и бедняги просто травмировали себя.

Перевела взгляд на вскочивших адептов: они напряжённо наблюдали за буйством пернатых. Эррон медленно спустился ко мне и прикрыл, за его примером последовали и остальные.

Всё утихло также неожиданно, как и началось. Обойдя широкие спины своих защитников, с ужасом посмотрела на грязные окна и постаралась успокоиться.

— Что же, неожиданный практический материал, — с трудом улыбнулась. — Сейчас будем тренироваться на бедных воронах. Берите свои вещи, и пойдёмте на улицу.

— Магистр, вы знаете, что это значит? — имея ввиду массовый птичий суицид, спросил Эррон.

— Это значит, что судьба послала нам неожиданный подарок, — тонко улыбнулась и пошла к выходу из аудитории.

Я была напугана и скрывала это за спокойствием.

И птицы, чёрные как смоль,

Рассудок защитить не смогут,

Забудут всё: и страх, и боль,

Они себя убьют, не дрогнув.

Они — знамение злого рока,

Посланцы древних мёртвых душ,

Чьё отношение жестоко,

И светлый мир теперь им чужд.

Строки, навсегда застывшие в моей памяти. Строки, услышанные в древнем склепе, когда призрак, став вдруг материальным, схватил меня за руки до боли и отметин, затряс как тряпичную куклу и обдал холодным дыханием.

Строки, означающие только одно — что-то чёрное набирает силу. Что-то настолько сильное и страшное, что может утянуть за собой и уничтожить целый мир…

— Магистр… — меня тронули за плечо, и я посмотрела на Эррона, совсем забыв скрыть свои истинные эмоции. — Магистр, с вами всё хорошо? Это зрелище…

— Всё нормально… Птичек жалко, — вздохнула грустно и отвела глаза.

— Ну мы их сейчас быстро вылечим! — весело оповестил меня Джей. — А кого не вылечим — поднимем!

— Вы только не переживайте, магистр Дорианна!

Улыбнулась им, прекрасна понимая, что парни напуганы не меньше моего.

Почему птицы так целенаправленно бились в нашу аудиторию? Что послужило толчком для этого сумасшествия? Что катализатор? Или кто?..

Из другого прохода к нам завернул ректор, и, увидев нас, сразу же уточнил:

— Пострадавших нет? Защита никого не пропустила?

— Всё хорошо, лорд ректор, — кивнула ему.

— Магистр, может, вам стоит зайти к лекарю? Столь яркое потрясение…

— Всё в порядке, лорд ректор. Сейчас гораздо важнее выяснить причину и найти источник, — сказала без уточнений, но мы прекрасно друг друга поняли.

— Кто-то колдовал, да? — вступил в наш разговор Эррон, и я уже хотела попросить его не вмешиваться в это, как Гринн выложил все карты:

— Да, запрещённая магия. Нужно изучить территорию и усилить защиту академии.

— Может, это кто-то из мёртвого леса? — предположила с надеждой, прекрасно понимая, что вероятность подобного слишком мала.

— Очень вряд ли. Вы сейчас куда-то идёте?

— Лечить птичек, — хмыкнул Эррон, а на удивлённый взгляд ректора я потупила взгляд:

— Ну не пропадать же материалу…

— Что же, удачи, а я в вашу аудиторию. Нужно найти причину, почему вороны рвались именно к вам.

— Сообщите, как будут новости, — попросила его.

— Всенепременно.

Под окнами аудитории метров на пять всё было устлано еле живыми телами. Они шевелились, пытались встать, что выглядело очень пугающе, вызывая внутри меня бурю эмоций: от жалости до первобытной ярости и гнева.

— Не подходить, пока я не разрешу, — предупредила парней и сделала пару шагов вперёд, но тут же была схвачена за руку и утянута назад.

— Магистр, это может быть опасно. Вы светлый маг, а подобное может быть только следствием тёмных заклинаний…

Я посмотрела в жёлтые глаза, пытаясь понять степень осведомлённости адепта. Судя по короткому разговору с ректором, Эррон был максимально введён в курс дела. Он знал и насчёт чёрной магии, и насчёт запрещённых заклинаний, и насчёт другой, закрытой для простых обывателей информации.

Посмотрела за его спину, оценивая остальных: видимо, все «ночные гуляки» были в курсе реального положения дел.

— Чёрное заклинание, адепт Эррон, чёрное, — показала ему свою осведомленность и вырвала из захвата руку. — Всем стоять на местах, даже если вам кажется, что опасность миновала, пока я не разрешу, к птицам не подходить.

Стараясь не обращать внимания на Маккини, смотрящего на меня с укоризной, расставила руки и раскинула сеть. Теперь, если птицы до сих пор находятся под влиянием, я смогу их удержать. Неизвестно, кто из находящихся в тот момент в аудитории был их целью.

Результаты чёрной магии всегда стремятся к чему-то, что нужно уничтожить. Это может быть самый сильный источник магии, или же самый слабый, это может быть обладатель редких генов, силы, особенностей. Да кто угодно!

Присела на колени у самой кромки этого перьевого поля и дотронулась до ближайшей птицы. Мертва. Следующая была со множественными переломами и внутренним кровотечением, и жизнь покинула её буквально в тот момент, когда я обратила на неё внимание.

Слёзы подступили к глазам. Почему из-за человеческой алчности, порочности, страдают невинные души? Каждая птица, каждый зверь или насекомое, да даже растения — это частица когда-то целой души, разделившейся после смерти своего носителя и передавшей свою энергию следующим поколениям.

На плечо легла рука, и я без труда догадалась, кто это.

— Эррон, я же просила на подходить близко, — сказала тихо.

— Не волнуйтесь, я смогу защитить и себя, и вас. Судя по всему, наваждение с них спало, они не представляют никакой опасности.

— Так и есть, — встала с колен, придерживаемая заботливым некромантом. — Приступайте к лечению. Тех, что уже мертвы, не трогайте, после мы проведём ритуал освобождения души.

— Птицам? — с сомнением спросил Сёрф, а я грустно улыбнулась.

— Да, птицам. Вам не дают этого знания, но ведьмам и другим магическим народам давно известно: абсолютно всё обладает душой, возможно не целостной, а только её частицей, но когда-то эта частица принадлежала человеку или другой высокоорганизованной материи, обладающей психикой, чувствующей, думающей, — адепты слушали меня, как завороженные. — И в каждой частице души есть крупицы памяти, которые тянут разрозненные части друг к другу. Возможно, хоть вероятность и очень мала, через сотни лет частицы, наконец, снова соберутся в единую душу, а ритуал «подъёма» сокращает эту возможность в три, а то и в четыре раза.

— Это и есть реинкарнации? — спросила Тай.

— Да, именно они. Понимаю, в этой версии много дыр, но только представьте, что такое действительно возможно?

— Это работает только в случае массового скопления смерти? — уточнил Сёрф.

— У птиц частицы души крохотные, поэтому да. Вы же знаете про драконов?

— Древнейших?

— Да, про них. Существуют легенды, что их души были целостными, они были полностью разумными — народом, а не животными.

— Они вымерли.

— Или ушли в другой мир из-за отношения местного населения, — пожала плечами. — Давайте, приступайте, а то скоро лечить будет некого.

Через полчаса три группы вверенных мне выпускников увлечённо залечивали уже не первых пернатых, отпуская их в полёт с такими радостными лицами, словно исполнили свою самую большую мечту.

Внутри меня затопила благодарность к этим тёмным. Они показали мне, что для мира ещё не всё потеряно, что, возможно, обладатели этих светлых улыбок искоренят зло, начнут новую эру…

— Вы очень красивая, — поймав мой взгляд, улыбнулся Тимерс. — Как будто светитесь сейчас.

— Спасибо, — щёки опалило румянцем. — Вы сейчас тоже красивые. Одухотворённые.

— У нас ведь получается, — хмыкнул Джей.

— И я невероятно вами горда. Вами всеми, — осмотрела вверенных мне магов. — Я думала, что будут трудности, но даже стихийники достигли невероятных результатов!

— А вы в нас сомневались? — возмутился Берт, на что я только улыбнулась виновато и пояснила:

— Не в вас, в себе…

— Никогда нельзя в себе сомневаться, — сказал Тайларион неожиданно разумное, вызвав у меня очередную улыбку.

— Тай, да ты философ, — Эррон положил руку брату на плечи, приобняв.

— Вспоминая твои недавние высказывания…

— Молчи.

Стало интересно, что за высказывания, но я поборола любопытство и осмотрела место действий.

— Остальных уже не спасти, — подытожила. — Впрочем, могло быть и хуже. Попрошу всех встать немного в сторону, чтобы я могла отпустить их души.

*****

Магия, самая настоящая целительская магия струилась из неопытных рук молодых магов, и каждое вылеченное существо придавало им всё больше и больше сил. Если задуматься, это была их первая практика как целителей, практика, в которой они применили свои знания при лечении, и это было невероятно. Настолько, что когда преподаватель сказала заканчивать, адепты заметно расстроились.

— Прошу всех встать немного в сторону, чтобы я могла отпустить их души, — целительница потрясла руками, разгоняя кровь, и подняла их вверх, согнув в локтях и расставив пальцы так, будто держала два невидимых шара.

Эррон на секунду подумал, что самая открытая одежда, виденная им на девушке, было то платье с кружевными рукавами, уплотняющимися к запястьям. И сейчас, казалось бы, девушка привычно закатает узкие рукава, оголив предплечья, как это обычно делали маги перед колдовством, но не целительница.

— В образовательных целях, — произнесла вдруг она, — можете внимательно следить за моими действиями. Во избежание недопонимания — привычное вам заклинание упокоения также позволяет душе в будущем переродиться, потому оно обязательно в прочтении при работе с умертвиями.

Руки Дорианны засветились, световые змейки побежали между её расставленными пальцами, появляясь и растворяясь в самом центре ладоней. Появившийся от скопления энергии лёгкий ветерок всё усиливался, играя с чёрными прядями и бросая их на сосредоточенное лицо.

— Дай шано, наи тар — олие тар, дай шине. Дай шано, наи тар… — её голос постепенно усиливался, становясь громче. Сейчас светились не только запястья, змейки перебежали и на предплечья, кружась и вспыхивая то голубым, то белым. В какой-то момент вспыхнул зелёный, но больше не появлялся, и Эррон решил, что ему показалось. Такой зелёный свет может быть только у некромантов, никак не у целителей.

Перестав кружить у рук Дорианны, потоки энергии метнулись к мёртвым телам, смешиваясь в один комок и распространяясь по всей территории туманом.

Когда магия рассеялась, поляна была абсолютно чиста: ни мёртвых птиц, ни перьев, ни следов крови.

— «Смерть пришла, нет жизни — вечная жизнь, смерть ушла», — повторила преподаватель для адептов. — Тройной поток и троекратное повторение. Три, как известно, число магическое, и часто используется в заклинаниях подобного типа. Хотя, я бы назвала это действие обрядом…

Эррон никогда не представлял, в какой момент его будущая жена будет чаще ему представляться. Для каждого мужчины этот образ разный: кто-то представляет женщину на кухне, кто-то — босой и беременной, а кто-то — на пике невероятной страсти и наслаждения.

Для некроманта, сейчас он это ясно понял, этот образ был другим. Женщина, в момент творения магии, она ведь так прекрасна… Сосредоточена, напряжена, словно весь мир сейчас для неё не существует, словно она сама — весь мир.

— Слюни подотри, — разбил задумчивость брата Тай. — Ты мужик или где? Давай ещё язык высуни и к ногам её присядь…

— Заткнись…

— Нечего сказать, да?

— Есть чего, но, боюсь, это будет смертельно наказуемым оскорблением члена императорской семьи, — Эррон криво улыбнулся.

— Ой как мы заговорили! — Тай хмыкнул. — Знаешь, я разделяю твои чувства. Она шикарна.

— Не разделяй, — рыкнул желтоглазы маг и пихнул брата локтем под рёбра, отчего тот сморщился.

— Итак! — Дорианна хлопнула в ладони: — Внеплановая выездная-выходная практика прошла более, чем успешно, и я с гордостью могу поставить всем вам заслуженное «отлично». Кто-то блеснул больше, кто-то меньше, но даже самый низкий результат среди вас — настоящий прорыв, подъём. Мне не описать испытываемые чувства достаточно полно, я бы, наверное, заобнимала вас всех, вы такие умнички!.. — девушка говорила, задыхаясь, глаза её блестели, и она бурно жестикулировала.

Недолго думая, несколько мужчин расставили руки для объятий, с улыбкой ожидая реакции преподавателя.

— Боюсь, если мы устроим большую обнимательную кучу посреди академического двора, нас по головке не погладят, — она помотала этой самой головкой, ничуть не смутившись. — Обнимемся, когда вы с гордостью окончите академию и встанете на путь высококвалифицированных магов!

— Заметано! — хмыкнул Сёрф, но как-то стушевался под злым прищуром Маккини.

— Сейчас все возвращаемся в аудиторию, записываем на отдельный лист используемые вами заклинания, сдаём мне и расходимся.

Окна в аудитории были уже чистыми, и Дорианна вздохнула с облегчением.

— Спасибо, ректор Гринн, — подошла она к мужчине.

— Спасибо вам, что сохраняли спокойствие, да ещё и избавили меня от пернатого кладбища, — он шептал, боясь потревожить увлечённых студентов.

— Адепты прекрасно справились с поставленной задачей… — когда ректор уже собирался уходить, Дорианна задержала его лёгким касанием руки. — Я бы хотела спросить у вас дозволения…

— Вам что-то нужно?

— Да, я бы хотела вывести своих адептов на лекцию в Институт Светлой Магии. С магистром Франком я уже обо всём договорилась, остались только вы.

— Конечно, это ваш предмет и ваши подопечные. Вы планируете выйти со всеми группами?

— Хотелось бы, но сами понимаете… Я не буду никого насильно тянуть, предложу, а остальное за ними.

— Зная магистр Франка… Что насчёт цены?

— Это на мне, — девушка улыбнулась.

— При всём уважении…

— Вы же знаете, светлым не так интересны деньги, они предпочитают обмен.

— И что же запросил величайший маг?

— Ну-у… — Дорианна не была уверена в том, стоит ли рассказывать, но и врать ректору было чревато: — Молодые побеги дориатуса.

— Не говорите только, что того, который «дориатус вечносухой игольчатый», — хмыкнул Гринн, но, поймав странный взгляд девушки, в шоке сказал: — Действительно его? Побеги дориатуса стоят примерно как поместье в черте столицы, вы что…

— Равносильный обмен, учитывая знания, который целитель может передать адептам.

— Я не могу позволить вам… — Эдвард был в сомнениях.

— Можете. Магистр бы не попросил у меня того, чего бы я не могла ему предоставить, поверьте мне. И не волнуйтесь. То есть, разрешение на выезд студентов я получила?

— Получили, — мужчина тяжело вздохнул. — Знаете, вы поразительная девушка, магистр Дорианна, и я не устаю это повторять. Какая вам с этого выгода?

— Их успех — моя выгода, — она улыбнулась. — Помочь кому-то устроить будущее — это ли не награда? Когда все они, — магиана глянула на занятых адептов, — станут великими магами, выживут, несмотря не на что, наделают детей, а их дети внуков — тогда я пойму, что действительно живу не зря.

— А вы?

— Что я?

— Кто устроит вашу жизнь? Идейные соображения — это, конечно, хорошо, но… Ваш альтруизм пугает.

— Кто сказал, что это альтруизм? — тихий смешок и такое же тихое: — У меня в этом тоже свой интерес, и я его озвучила, а вам не обязательно быть со мной согласным. Ко всему прочему успехи мальчиков тешат моё самолюбие…

— «Мальчиков», — ректор фыркнул. — Эти «мальчики» ваши ров…

— Я вас поняла, можете не продолжать, — девушка вытаращилась на начальника. Они же могут услышать!

- Не волнуйтесь, я всегла ставлю полог. Он совершенно базовый и почти не видный, но хоть какая-то защита от лишнего любопытства.

— Вы их недооцениваете, — Дорианна улыбнулась уголком губ. — Что же, лорд ректор, я очень благодарна вам за участие.

— Не стоит.

— И всё же спасибо, — девушка кивнула, отдавая дань уважения.

— Отдохните сегодня, — Эдвард кивнул в ответ и пошёл к выходу из аудитории, а Дора подумала, что сегодня ей предстоит изучить обещанный Ченом дневник, а никак не отдыхать.

Глава 10

Дорианна

Группа, желавшая посетить лекцию знаменитого магистра, была небольшой (относительно всего курса выпускников). Сорок шесть человек, включая мою группу (за исключением кронпринца, «невероятно занятого» в этот день) и несколько уже хорошо знакомых мне стихийников и судебников. Присутствовать на лекции пожелали и преподаватели: Стивен («а почему бы и нет? Тем более, что моя группа частично тоже идёт, за ними нужен присмотр»), несколько преподавателей по целительству и лекари из местных.

— Через пятнадцать минут выдвигаемся, — сказала громко, усиливая голос магией, — проверьте пропуска, что я вам дала, очень важно их не забыть.

Парни и пара тройка девушек стояли толпой, шумно обсуждая что-то своё, а я прокручивала в голове план действий. Как бы не натворили ничего ни светлые, ни тёмные, в порыве невероятнейшей любви друг к другу.

— Напоминаю, портал приведёт нас прямо на главную площадь Института Светлой Магии. Условие нашего там пребывания — неиспользование магии. В случае нападения вы вправе только обороняться…

— Но это нечестно!

— Конечно нечестно, а что вы хотели? — и, гаденько улыбнувшись, добавила: — Не волнуйтесь, на мне подобных запретов нет, так что…

— Кажется, мы её испортили, — заметил Джей шёпотом, но я расслышала и поспешила уверить парня в его неправоте:

— Вы не поверите, но гадкий характер был со мной ещё до вступления на должность преподавателя академии. Тем более, я знаю светлых, знаю внутреннюю кухню и знаю, что студентам института также запретили хоть какие-то неправомерные действия в вашу сторону. Просто на всякий случай и вы знайте, что, если что, я за вас отомщу, — широко улыбнулась и увидела такие же улыбки в ответ.

— Хотелось бы мне сказать, что ваши опасения беспочвенны, — вступил в разговор магистр Тилл, — но, вспоминая своё студенчество… Да, стоит опасаться изобретательности светлых. Кстати, а когда выпускались вы? Уверен, что я ваш старший соученик, но никак не припомню таких ярких магов…

— Мы с вами не пересеклись, магистр. Я выпустилась три года назад…

— Ох, да вы совсем ещё жизни не видели, — не пытаясь меня оскорбить, скорее даже восхищаясь, сказал Тилл. — И такие достижения!

— Магистр Дорианна! — я повернулась к академии и увидела спешащего к нам кронпринца.

— Мои важные дела отменились, так что я с вами! — он встал рядом с братом и обменялся с ним какими-то странными взглядами. — У вас найдётся и для меня местечко?

Улыбнулась. Что-то подсказывало мне, что Тай всё же присоединится к нам, и потому попросила сделать разовый пропуск и для него. Магический жетон я и протянула принцу, наблюдая за его удивлением.

Да-да, парень, я раскусила тебя давно.

— Спасибо…

— Попрошу всех встать в колонну по одному человеку! — вдалеке показался портальщик. — Когда проход откроют, каждый по одному пройдёт в него, обязательно сохраняя дистанцию…

— Магистр, мы не первый раз телепортируемся, — хмыкнул Сэм, а я одёрнула себя. Действительно, что это я сними как с маленькими?

В открывшийся портал я вошла первой, а вышла уже в родной Альма-Матерь.

— Дорочка! — меня встретила тётя Лилия, помощник по немагическим делам. — Как ты?

— Всё хорошо, а вы как? — отойдя в сторону от прохода, улыбнулась женщине и краем глаза наблюдала за пребывающими адептами. Первый пошёл, второй, третий…

— Да что ж со мной будет? Всё по-старому! Хожу по коридорам, неприкаянная, разгоняю прогульщиков.

— Не преуменьшайте свою значимость, — пожурила её. — На вас почти весь институт держится!

— Ой, скажешь тоже… — она смущённо махнула рукой. — А это что же, твои хлопцы?

Парни становились в ряд, как я их и просила, и сейчас выглядели очень величественно в своих форменных мантиях и с высоко поднятыми головами.

— Мои, — гордо сказала.

— Джозеф мне уже дал все указания, и рассказал цель визита, — женщина закивала. — И что же, правда целительство учат?

— И при этом невероятно преуспевают, — кивнула.

Осмотрела женщину, которую так давно не видела. Могло показаться, что тётя Лилия дородная невысокая женщина, полная, как и все добрые тётушки, но нет, она была высокой и очень, даже слишком худой. Выражение её лица всегда было таким, будто она съела лимон, что не располагало к ней людей. Однако Лилия была очень доброй женщиной, и, к счастью, я смогла это разглядеть, увидев её и даже поначалу испугавшись.

— Все в сборе?

— Все, Дора, — Стивен ещё раз пересчитал пришедших. — Пойдём?

— Идёмте.

Парни, не сговариваясь, встали по четвёркам, создав живые прямоугольники и гордо помаршировали за за мной.

Наша процессия выглядела очень необычно уже только потому, что все были одеты в чёрный и его оттенки, а слаженный строй адептов только прибавлял величественности.

Хмыкнула. Умеют же вамитовцы себя показать. Вон как местные пялятся, оторвать глаз не могут. И это при том, что сейчас был короткий перерыв, и все спешили попасть в нужную аудиторию до начала пары.

— Старшая соученица! — раздалось где-то сбоку, а меня вдруг подхватили на руки и закружили. — Вы выросли!

Вытаращилась на старого знакомого, боясь повернуться к своим адептам. М-да, ситуация…

— Грант, поставь меня на пол, пожалуйста, — сделала страшные глаза и указала на стоящих рядом адептов.

— О-о… — выпускник института аккуратно вернул моё тело на положенное ему место, а я с опаской подняла глаза на адептов ВАМИТа: подобрались, смотрят смуро, явно готовые к атаке.

— Адепты, это Гарри Грант, мой подопечный во времена ученичества. Сейчас он на выпускном курсе, обучается также на целителя, — представила мужчину. — Кстати, а как диплом?

— Ваши молитвами, старшая соученица, — он хмыкнул.

— Гарри, а это мои ученики в ВАМИТ, где я являюсь преподавателем.

— Так ты же мелк!.. — он заткнулся. Совершенно случайно. Когда мой локоть ударил его прямо в почку, да. В ИСМе все прекрасно знали, сколько мне лет: сначала было не скрыть, всё-таки шестнадцать и двадцать один — разница существенная, а после эта информация, словно местная байка, передавалась каждому следующему первокурснику.

— И много у вас таких… друзей? — с трудом спросил Эррон, на что Гарри ответил:

— Нет, только я. Просто магистр Франк и меня под своё крыло взял, вот и вышло, что сблизились.

— И насколько же сблизились?

От такого вопроса целитель опешил, потому ответа и не последовало, а я поспешила завершить этот неудобный разговор:

— Так-с, что-то мы подзадержались, магистр, наверное, уже ждёт нас…

— Я с вами, — Гарри закинул руку мне на плечи, а я почувствовала дикую неловкость, взгляды жгли спину.

— Кстати, напиши мне потом, встретимся в городе…

— Не стоит, — мы оба с удивлением повернулись к Тайлариону. — В смысле, не стоит в городе встречаться, приходите сразу в академию. Магистр, мы вашего друга со всеми почестями… встретим.

— Слушай, — Грант наклонился к моему уху, — а это, случаем, не наш наследник? — в ответ я только кивнула. — Наследник Тайларион, очень рад знакомству, — извернувшись и не отпуская меня, целитель протянул руку для рукопожатия, но был прогнозирован. Впрочем, это его никак не расстроило, и он продолжил: — Может, вы знаете моего отца? Придворный целитель Осман Грант, он выгорел, когда исполнял свой долг перед короной.

Тай, как и Эррон, напряглись, и уже несколько другими взглядами посмотрели на целителя.

— Соболезную вашей утрате, — хрипло сказал кронпринц.

— Да что вы, отец умер лет пятнадцать назад. Сейчас, смотря на вас и понимая, что выгорел он не зря, я очень рад. Надеюсь, наша империя расцветёт, когда вы возьмёте власть в свои руки.

Тай кивнул, а я улыбнулась. Он был смущён: ситуацией, похвалой, своим поведением. Конечно, ведь перед ним стоял человек, сын того целителя, что буквально отдал свою жизнь в обмен на жизнь наследника.

Чтобы младенец родился живым, Осману пришлось очень постараться, и он отдал на это весь свой резерв. Я поражаюсь силе этого человека, ведь он не распрощался с жизнью сразу: он дождался рождения сына, вырастил его, передал ему часть своих знаний, и только потом смог уйти за грань.

Подойдя к нужной аудитории и испытывая давно забытую робость, постучала.

— Входите, — адепты ровным строем вошли вслед за мной. — Вот это да! А я думал, ты всё же шутишь, девочка моя!

Молчаливо рассматривала своего наставника. Высокий, как и все маги, он отличался очень светлыми волосами и глазами, и в целом выглядел очень молодо, примерно как ровесник ректора, хоть и был старше его чуть ли не в три раза.