Новый Год с тобой

Глава пятая

— Прости меня, Ватка, прости, — не дав мне опомниться и как-то ответить на выпад, прошептала Маша. — Я такая дура.

Слезы крупными каплями стекали по ее щекам.

— Я сама во всем виновата, слышишь? Только сама… и моя злость направлена на саму себя. Я не должна была так говорить, прости меня, Ваточка, прошу, прости.

— Тише, — обняла подругу и посильнее прижала. Я пока еще не до конца поняла, что случилось с подружкой, но готова и простить за злые слова, и помочь всем, чем смогу.

— Он приехал весь такой красивый, как с картинки. Приехал, сказал, у тебя свидание с Разумом. Мол, не ждите Ваткину домой. А ты ведь не такая! Я не поверила. Позвонила… — Всхлипывала Машка на моем плече. — Ты не ответила, потом и вовсе телефон выключила. А он, говорит, поехали на вечеринку. Дура я, Ватка, я решила, что и ты в клубе будешь, а потом и вовсе о тебе забыла! И как в его квартиру после танцев шла — как в тумане. А ночь… Ваточка, я ведь сама этого хотела! Грезила о близости с ним, но…

Машин голос сорвался на хрип. Она задрожала и судорожно сглотнула.

— Не ждала я продолжения, Инна. Такие как Маг, не заводят серьезных отношений. Совсем не ждала, но вот так, как с проституткой какой-то…

Я только сейчас заметила мятую купюру в руке Маши. Она стискивала ее со всей силы.

— Не было свидания, Маш. — Тихо произнесла я. — И близости у меня с Разумом не было.

Я знала одно — Машу надо отвлечь от ее горя. Отвлечь и говорить, говорить. Чтобы успокоилась, чтобы перестала так судорожно цепляться и рыдать. А позже, позже мы все раны излечим. Отольются кошке мышкины слезки. Обязательно.

Я рассказывала обо всем, что случилось со мной за последние часы. Вплоть до завтрака, и принесенного для меня халата. Я знала, как бы больно не было Маше, она не позавидует. Маша хорошая девушка, в ней просто горечь выхода искала. Не хотела она меня обидеть. Совершенно. Иначе бы не стала извиняться.

— Правда? — в который раз шепчет Маша и улыбается. — Вау! Инна, он точно запал на тебя!

— Не верю, — покачала головой. — Ты же знаешь, КСК, они как звезды, которые сияют всем.

— Дура! — Машка аж купюру из руки выпустила. — Дурочка ты, Ватка! Да хоть меня и себя сравни! Я кроме похоти во взгляде Толи ничего и не видела. Я знала на что шла, знала, Ватка. И плакала, и злилась лишь из-за того, что меня за продажную девку признали. Хотя сама хороша! Девчонка, что в кровать по первому зову прыгает и есть шлюха.

— Не говори так, пожалуйста.

— Почему, Инн? Потому что ты меня такую дуру любишь? Но ведь я тоже отличилась одним местом. Сказки захотелось, дотронуться до своей мечты… Дотронулась. Но не жалею, веришь? Ни капли не жалею.

— Маш…

— У вас иначе все! У вас даже началось все совсем иначе! Он тебя не на тусовку потащил, где делал вполне прозрачные намеки. Он позаботился о том, чтобы твои соседки не волновались о тебе. И пальцем тебя не тронул, прямо заявив, что ты не девчонка на одну ночь.

— Мало ли что он говорит! Что ж он раньше никуда не приглашал? Стоило лишь полапать его в столовой и…

— А этого иногда и достаточно! Ты же ведь тоже, Инна, ведь тоже влюблена? Наверняка с первого взгляда свое сердечко и отдала!

— Это другое…

— Почему же?

— Потому что он меня восхитил не своей красотой! Я увидела, как он бабушку, чужую, через дорогу переводит, а потом и вовсе в свою машину сажает, чтобы отвезти по ее делам. Понимаешь?

— Ты никогда об этом не говорила.

— А что говорить? — горько усмехнулась я. — Я только приехала в общежитие устраиваться, а тут он, весь такой красивый и бабушке незнакомой помогает. Потом же узнала, что этот парень один из местных красавцев — Бронислав Разумовский.

— Ваточка, я знаю, что поверить тяжело. И может я рано делаю выводы, но что-то мне подсказывает, что он от тебя не только секса хочет. Точнее совсем не его…

— Ты его еще целомудренным назови, — хихикнула я. — Тебя послушать, так они домой к себе не в кровать зовут, а замуж.

Сказала и осеклась, виновато посмотрев на подругу. Но та, как будто и не заметила.

— Я знаю, как страшно бывает любить, а потом падать, и разбиваться на миллион осколочков. Но я не была девственницей, когда к Толе шла. Моя первая близость была в шестнадцать, Инна.

— Знаю, как и то, что за эти два года у тебя никого не было. Ты тоже не такая, чтобы вешаться на первого встречного, Маша. Не наговаривай на себя, пожалуйста.

— Послушай, Инна.

Голос подруги стал глухим, тяжелым и таким далеким, что я не на шутку встревожилась.

— Маша…

— То была страшная-страшная ночь, оставившая шрамы в моей душе. Сегодня я излечилась. Даже не так, я излечилась однажды увидев Анатолия. Мне нужна была эта ночь, понимаешь, Инн? Чтобы узнать, как это бывает, когда любишь, когда хочешь до боли в пальцах, до крика и судорожных вдохов. — Лихорадочно блестящие глаза подруги напугали меня. Я лишь кивнула, хотя не до конца ее понимала. Точнее просто не успела ее понять. — Сегодняшняя близость с Толей стерла прошлые следы, не оставив и намека на боль и страх. Я больше не боюсь. И могу сказать спасибо своей мечте, к которой сегодня прикоснулась. Однако больше я с ним не буду. И встреч искать не стану. Мне больно от такой концовки, но это мой не-хэппи-энд, а твой будет иным. Дай Брониславу шанс показать себя и свои намерения. Не беги от него. Мне хочется верить, что твоя сказка будет по-настоящему счастливой.

— Маша…

— Пообещай не закрываться. Пообещай не отталкивать. Так бывает, что мужчина влюбляется не в красоту женщины, а в ее прикосновение, запах или улыбку. Мы никогда не узнаем, что же их на самом деле привлекает так сильно, что они готовы на безумные поступки.

— Но…

— Пообещай, Инна, — Маша сжала мои ладони. — Пообещай.

— Хорошо, — сдалась я и выдохнула, когда Цветкова отпустила мои руки. — Что мы скажем Яре?

— Тебе решать, что ты скажешь о себе. Я про себя врать ей не стану, я доверяю ей не меньше, чем тебе.

— Спасибо, — растрогано прошептала я и обняла подругу. Я спрашивала, не желая обидеть Машу или случайно выболтать ее секрет. А оказалось, что я зря плохо думала. — Извини, но я должна была спросить.

— Конечно, — Маша улыбнулась. — А вот и твой кавалер идет. Ох, он и правда несет круассаны!

— И кофе, — обернувшись к окну, произнесла я.

В руках приблизившегося к машине Бронислава был бумажный пакет с эмблемой известной на весь город кондитерской, а также бумажные стаканчики.

— Полцарства за кофе! — выдохнула Маша, а парень открыл дверцу.

— Не стоит, — улыбнулся он, — вам кофе достанется совершенно бесплатно.

— Благодарю, — Маша вполне искренне улыбнулась и приняла подношение. — Ватка, бери скорее, а то я уроню.

— Я успею подхватить стаканчик, чтобы его содержимое не расплескалось по Инне, — подмигнул Бронислав. — В общежитие?

— Да, — хором ответили мы с Машей и рассмеялись.

— Спасибо, Бронислав, — сжимая ладонями стаканчик, улыбнулась я. — Ты явно наш герой.

— Твой, — поправила меня Маша, — я бесстыже пользуюсь чужими дарами, но обещаю не крошить в салоне.

Маша широко улыбнулась и отсалютовала парню стаканчиком.

— А если серьезно, то правда, большое спасибо. Вы оба меня спасли.

— Друзья Инны — мои друзья, — произнес Бронислав и наконец сел за руль.

А я вздрогнула и отчаянно покраснела. Вот ведь… незадача!

— Они восхитительные, Инна, смотри, твои любимые, с малиной! — Подруга даром времени не теряла и не дала мне краснеть слишком долго, взяв огонь на себя.

— Там еще со сгущенным молоком есть, — подмигнул в зеркало Бронислав.

— Чур сгущенка моя! — тут же заявила Маша и вручила мне с малиной.

— Какой аромат!

— Божественный, — согласилась подруга и мы замолчали до самого общежития. Слишком увлеклись поеданием круассанов.

— Бронислав, спасибо тебе огромное! Выручил! — широко улыбаясь, заявила Маша, когда мы припарковались у здания общежития. — Вы тут прощайтесь, я Ватку на вахте подожду.

— Но… — попыталась я как-то притормозить подругу, да куда там!

— И не спорь, — фыркнула подружка, ловко отобрала у меня пустой стаканчик и выскочила на улицу. — Пока, Бронислав!

— Пока, — в ответ махнул рукой парень.

А я лишь растерянно хлопала ресницами.

Блин, Ватка, и чего ты краснеешь? Скажи спасибо, махни ручкой и бегом в общагу! К Яре за порцией нотаций!

— Инна, это конечно не мое дело… — Бронислав повернулся ко мне. Я бы сказала чуть ли не вывернулся, чтобы видеть мое лицо. — А твоя подруга…

Парень осекся, я проследила за его взглядом и мысленно чертыхнулась. Злополучная тысяча так и осталась в салоне. И честно говоря, подбирать ее мне не хотелось.

— Ты обронила? Или Маша?

— Никто, — выпалила я прежде, чем подумать.

— Как это?

Я вздохнула.

— Выкини, — посоветовала я, сжимая ладони в кулаки. Попадись мне этот Маг сейчас, я бы ему эту бумажку в рот затолкала! — Нам чужого не надо.

— Поясни, пожалуйста.

— Извини, не моя тайна, — я наконец подняла глаза на Бронислава. — Правда не моя. Но выкинь.

— Ответь на один вопрос, можешь без подробностей. Это дал Маше Толя?

И таким тоном парень это произнес, что я кивнула. А ведь не хотела отвечать.

— Мне жаль, — выдохнул Разум. — Твоя подруга хорошая девушка.

— Мои подруги — все хорошие, — невольно улыбнулась я.

— Познакомишь? — Улыбаясь уголками губ, спросил он.

— А надо? — шепотом просила я.

— Конечно, и я позже познакомлю тебе со своими друзьями.

Я не заметила, когда Бронислав протянул ко мне руку и осторожно коснулся моей ладони.

Меня словно молния надвое прошила. Я было дернулась, чтобы убрать ладонь, но Бронислав не дал.

— Ты сегодня работаешь? — большим пальцем осторожно поглаживая кожу на моем запястье, спросил он.

— Нет, смена послезавтра.

— Может, погуляем вечером?

— Извини, я буду готовиться к сессии.

— Я могу помочь.

— Не стоит, мы с девочками справимся. К тому же, у тебя факультет другой и курс. — Я смотрела в темные глаза парня и видела, как с каждым моим словом блеск в них пропадает. А потому поспешно добавила, желая как-то сгладить свои отказы. — Ты не спал толком. Лучше хорошенько выспись.

— Хорошо, — улыбнулся он, — ты меня уговорила. Так и быть, я высплюсь днем, а вечером приду под твои окна петь серенады, на пару с Котей.

— Что?! Какие серенады?

— О любви, конечно же. Ватка, ты такая пугливая. Я похож на серого волка?

— Ты похож на змея искусителя, — брякнула я. — Ой, прости.

— Не прощу, — хмыкнул Бронислав. — Ни за что… Если только…

— Если только что?

— Если ты меня не поцелуешь.

— Договорились, — улыбнулась я. — Я тебя не поцелую.

— Я не это имел ввиду.

— Бронислав, — выдохнула я и осторожно отняла свою ладонь из его руки. — Не люблю шантажистов.

— Разве это шантаж? — вскинул брови парень. — Это просьба страждущего.

— Кого? — неподдельно удивилась я.

— Страждущего, — послушно повторил он. А затем хрипло и чарующе протянул. — Ватка, не упрямься, я ведь заслужил поцелуй. Один-единственный?

С подобным мне еще сталкиваться не приходилось. С попрошайничеством, и чего? Моего поцелуя!

У меня и так щеки непрерывно пылали, а сейчас я и вовсе вся в факел обратилась. Поцеловать? Или все же нет? Боже, ну что за ситуация! Вечно я попадаю впросак!

Пока раздумывала, невольно подалась вперед, непозволительно близко приблизила свое лицо к его, а потом… Звонко чмокнула парня в щеку. О том, каким именно должен быть поцелуй речи не шло!

— Все, мне пора! — я буквально молнией вылетела из машины. — Пока!

Разум

— Пока! — выпалила Инна и стремглав умчалась в общежитие, не дав мне опомниться.

Щека горела огнем от ее поцелуя. Несмелого и нежного.

Я запрокинул голову и рассмеялся. Глупенькая. От меня уже не сбежишь, не получится. Я по уши вляпался в… Ватку!

Я задумался над тем, как же ей подходит ее прозвище. Характер Инны был таким же воздушным, мягким…

Мой взгляд упал вниз, туда, где валялась купюра. Смеяться расхотелось. Я нахмурился и подобрал тысячу.

Завел мотор и выехал со двора. Мой путь лежал по известному маршруту. К одному человеку, который явно пренебрег моим предупреждением и который жил со мной по соседству.

Как я и предполагал Маг дрых без задних ног и открыл мне спустя двадцать минут настойчивого трезвона звонка.

— Разум, какого черта? — сонно спросил Толя и тут же получил кулаком в челюсть.

От моего удара парень влетел в гардероб.

— Ты спятил?!

— Это ты мне ответь, — заходя в прихожую, спросил я. — Что не ясного было в моих словах, Толя? Вот это — что такое?

Скомканная купюра полетела точно в лицо друга.

— Деньги, — рыкнул Толя. — И что?

— Правда? А с каких пор ты считаешь всех девушек шлюхами, что суешь им бумажки после проведенной ночи?

— Что? Ты о Маше что ли?

Друг быстро соображал.

— Да на такси я ей дал! Ты же знаешь, что я не люблю спать с девками после секса, вот и выпроводил, но ей до общаги свет не ближний, на такси и сунул купюру.

Второй удар пришелся ровно в скулу и сбил с ног Мага.

Я присел на корточки.

— Это тебе за то, что наплевал на мое предупреждение. Я тебе сразу сказал, подруг Инны не трогать.

— Да она сама на мне висла, как кошка озабоченная.

— А вот это ты зря! Это тебе не Аллочка с Риткой, которые с кем угодно и где угодно готовы. У Маши были чувства, и ты их хорошо рассмотрел, иначе бы не полез. — Третий удар в грудную клетку. Бил так, чтобы оклемался быстро, но неприятных минут я ему точно добавил. — На будущее, Толя, девушек не вышвыривают из квартиры сразу после секса, да еще в незнакомом районе. Ты должен был сам вызвать такси, и сам посадить девушку в машину. Чтобы убедиться в том, что она не попадет в передрягу, что не станет стоять, глотая слезы на автобусной остановке. Это твоя вина, и тебе же ее исправлять.

Я поднялся и брезгливо отряхнулся. То, что Маг бабник каких еще поискать, я хорошо знал. Именно поэтому и предупредил, чтобы даже не думал тянуть свои загребущие руки в сторону подруг Ватки. Мне казалось, что он меня услышал. Оказывается нет. Очень жаль.

— Но если я еще раз услышу, что ты потащил в клуб кого-то из подруг Инны, ноги я тебе вырву лично, понял?

— Разум, ты с ума сошел? Из-за какой-то девки?

— Еще в морду захотел? А давно ли ты друг, наплевательски относишься к просьбам своих друзей? Или я не ясно выражался?

— Прости.

— Не у меня, Маг. Маша Цветкова. Ты оскорбил девочку и ее чувства, вот у нее прощения и проси.

— С ума сошел? Она хотела секса…

— Ты меня услышал. До тех пор ко мне можешь не подходить. Друзья, которые наплевательски относятся к просьбам друзей, мне не нужны.

— Бронислав…

Я решительно вышел их квартиры Толи.

Проблема даже не в том, что Маг некрасиво повел себя в ситуации с Марией. Проблема в том, что он не понял моих мотивов в отношении Инны, и я насквозь видел его желания. Мысли, в которых он отчетливо имел мою девочку. Маг — спортсмен, та самая порода коллекционеров, которые собирают не трофеи в виде кубков и медалей, а девичьи сердца и ночи, проведенные с девушками. Особенно с чужими. Он как гончая учуял след.

Я сжал саднящие кулаки. Если раньше меня не беспокоило его поведение, то сейчас, раз он отнесся к моей просьбе так, словно ее и не было, в том, что произойдет дальше будет виноват лишь сам.

Однако я не смог не заметить того, что Маг в ответ не бил. И не пытался уйти от удара. Если первый удар стал для него неожиданностью, то вторые два он, как минимум, мог парировать. И ударить в ответ. Может, в тот момент он все-таки понял, насколько важной была моя просьба? Хорошо, если так, если нет, то…

В машине трезвонил мобильник, но взять трубку я не успел. Семь пропущенных от отца.

Перезванивать желания не было. И так знаю, что он от меня хотел. В очередной раз Арина выставила меня негодяем.

— Черт, — выругался я и резко нажал на тормоза и круто развернул машину.

Совсем забыл о том, что мачеха могла и о невесте рассказать. А вот это уже проблема.

Еще не хватало, чтобы Разумовский старший лез к Инне. А он может, еще как может. Поэтому я должен сразу расставить все точки над «i».

Я сменил курс, выезжая на главную дорогу. Вместо теплой постели меня ждет огромный, холодный дом отца. И наглая стерва, которая не постесняется и там попытаться залезть в мои трусы.