Одержимость. Заставлю тебя

Глава 17

Соня уставилась в зеркало ванной комнаты, судорожно сжимая одеяло, в которое свернулась каким-то неимоверным способом на несколько оборотов. Прислушалась к невнятной речи парней за дверью. Сколько времени находился Илья в комнате? Что он слышал? А главное, что видел? Её настолько разморило под утро, что оставалось надеяться, всё было прикрыто одеялом надлежащим образом. Хотя по-другому быть не могло. Артём не дал бы возможности её никому рассматривать. От воспоминаний о парне внизу живота скрутило лёгким приятным спазмом, откатывая флешбэком ко всему произошедшему за ночь. Хотя начиналось всё не так уж и радужно.

Рука парня скользнула ей между ног ещё в кафе. Соне было так стыдно, неудобно и, казалось, все это видят, отчего боялась оторвать взгляд от тарелки, еду в которой бессмысленно ковыряла вилкой. Но к собственному стыду, почти сразу почувствовала, как тело отзывается на ленивую ласку парня. Он сам спокойно ел, не глядя в её сторону, и, можно было подумать, его рука живёт собственной жизнью. По сути, Артём ничего такого не делал. Он просто проехался ладонью вверх по бедру, чуть его сжав. Только вместо боли действие принесло предвкушение. А потом вжал шов джинсов в промежность Сони, вытаскивая из неё потайные стыдливые желания.

Но позориться долго не пришлось. За несколько минут парень закончил ужин и потащил Соню на выход. Она растерянно успела поймать очередной непонятный взгляд Ильи.

Дальше был лифт, где её тут же припечатало телом Артёма к стене. Недвусмысленно упирающийся ей в живот сквозь одежду член показал, что безразличие парня напускное.

⁃ Хочу тебя пиздец как, — объявил он, стоило только дверям закрыться, оставляя их в замкнутом пространстве вдвоём. Легко дёрнул пуговицу джинсов, всовывая внутрь руку, отчего замок разъехался в разные стороны.

⁃ Кто-нибудь зайдёт, — запаниковала Соня, стараясь отодвинуться. Но Артём прижал сильнее:

⁃ Как зайдёт, так и выйдет.

Толкнулся рукой ниже, легко накрыл нежные складки и удовлетворённо растёкся улыбкой оттого, что почувствовал её желание. Только внезапно его самодовольство перестало волновать Соню, потому что тело действительно хотело его прикосновений и всего остального, каким бы неправильным это ни казалось.

— Блять, почему ты не в юбке? — простонал ей в рот, обхватывая верхнюю губу своими, а следом проталкивая внутрь язык. Соня послушно впустила его в каком-то отдалённом бреду, будто бы отвечая. Экран на заднем плане мигал 3…4… так медленно, словно каждый этаж был высотой в дом. Джинсы на ней сползали все ниже от поступательных движений руки парня, обнажая верх ягодиц. Глаза Сони закатывались от удовольствия, но она то и дело себя одёргивала, боясь, пропустить момент, когда лифт остановится. Будь она в юбке, кажется, Артём действительно взял бы её прямо здесь. Ей оставалось лишь радоваться своему наряду, ведь на цифре шесть кабина зависла, и звуковой сигнал объявил о прибытии. Двери спустя несколько секунд раскрылись. Артём, сдерживая дыхание, закрыл от глаз вошедших Соню собой и вытащил руку. Её слегка потряхивало от возбуждения и стыда, поэтому никак не получалось застегнуть обратно замок, зажевавший кусочек ткани, пока Артём сам не дёрнул собачку вверх, приложив чуть больше усилий, чем требовалось. Джинсы подтянулись, и шов впечатался в промежность Сони. Она не сдержала взволнованный вздох. Видела из-за плеча парня, как вошедшие покосились, а Артём на это в полутон засмеялся.

Выходя на нужном этаже, Соня вцепилась в руку парня, отворачивая лицо в сторону. И хотя это были незнакомые люди, которых она видит в первый и последний раз, она будто вживую слышала их мерзкие мысли о себе.

Очутившись в номере, Артём уже не сдерживался, мгновенно стянул кофту заодно с футболкой, оставаясь обнажённым по пояс, и взялся за ремень джинсов. Только Соня, напуганная его напором, собственным безнравственным поведением и чувством мерзкого отвращения к себе, хотела теперь одного — снова сбежать. Поэтому, когда парень сделал один-единственный шаг на неё, расстегнув пряжку ремня и взявшись за собачку ширинки, выставила резко вперёд руку со словами:

⁃ Стой… подожди… — непонятно на что надеялась и скорее действовала на инстинктах. У Артёма на это возник закономерный вопрос:

⁃ Опять?

Соня запаниковала, живо вспоминая сцену в туалете. Резко опустила руку и сцепила пальцы в замок, поняв всю нелепость своего движения и того, что может последовать. Спас безвыходное положение, как ни странно, снова Илья. На два стука в дверь и пиликанье карты-ключа Артём среагировал коротко:

⁃ Блять!

Взгляд в сторону входа, во время которого Соня предприняла бессмысленную попытку сбежать в ванную комнату. На что Артём ловким движением ухватил её за запястье и дёрнул следом за собой к открывающейся двери, одновременно перегораживая собой проход.

Соня с громко бьющимся сердцем стояла, прижавшись спиной к стене, пока Артём быстро выпроводил друга. Захлопнул дверь, после чего бросил карту на стоящую рядом тумбу и завис, продолжая при этом держать её за запястье. Он не оборачивался, а просто стоял молча. От этого пугал ещё сильнее. Соня замерла также, как и он. Складывалось впечатление, что воздух трещит невидимыми электропроводами. Почти успела нафантазировать страшное, когда парень, наконец, обернулся и выпустил руку из захвата. Выглядел он неправдоподобно спокойным, и несколько глубоких вдохов и выдохов это подтвердили, а потом Артём заговорил. Тихо и мягко.

— Ты же понимаешь, что я в любом случае буду трахать тебя всю ночь? — шаг к ней. — Только… — пауза, — я могу делать это по-разному. Ну, знаешь… — ещё шаг. — Так, как в первый… — оказался достаточно близко, чтобы нависнуть перед тем, как продолжить, — или… — окинул голодным взглядом, — я могу постараться, как в прошлый.

Он смотрел на её губы, но пока не наклонялся, вместо этого заговорил ещё тише, так, будто их объединяла общая тайна:

— Помнишь, как было в прошлый раз? — теперь взгляд Сони уткнулся в его рот, который он приоткрыл и будто в замедленной съёмке облизал вначале верхнюю губу, а затем нижнюю, красочно выгибая язык. — Хочешь, я сделаю это снова? — произнёс, встав настолько близко, что при дыхании, которое она чувствовала на своих губах, на долю секунды их тела соприкасались. — Хочешь кончить сегодня? — мазнул влажной нижней чуть задевая её верхнюю будто желая поцеловать, но снова отстранился. ⁃ Тебе понравилось кончать подо мной, Соня?

Собственное имя впервые вызвало в ней такой ураган эмоций, и она напряжённо сглотнула слюну в ответ на провокацию Артёма. Только он не закончил. Его рука легла на талию и, очертив округлость ягодиц, поплыла вниз, а сам парень склонился к её рту, приоткрывая свой, в этот раз определённо собираясь поцеловать. Сонины губы сделали тоже самое в ответ, зеркаля действие, но лишь коснувшись на мгновение — отчего Соня практически закатила глаза — Артём снова отстранился. Поманил на себя шагом назад, подталкивая придерживающей рукой:

⁃ Это ведь совсем не так, когда сама, да?

Соня, к своему стыду, громко перевела дыхание, вспоминая о том, как целовал её там внизу и как ласкал рукой, когда заставил переночевать у себя и сегодня. Воспоминания загорались в голове фейерверками, стягивая грозовые тучи со вспышками пылающих молний внизу живота. Артём так и не поцеловал, отходя и выманивая дальше, хотя Соня отчётливо понимала, что хочет, чтобы сделал это. Но только сам. А он продолжал издеваться, будто читая её мысли. Провёл кончиком носа по щеке к уху и, касаясь губами кожи, спросил:

— Ты же потекла ещё в лифте… в чём проблема? — и не дожидаясь ответ, сам констатировал факт. — Ты же хочешь! Хочешь меня!

Номер вдруг показался таким маленьким, потому что Соня с удивлением уставилась на оказавшуюся рядом кровать. Не заметила, как Артём подвёл к ней. Упираясь коленом в матрас, он обвил её рукой и начал заваливать на постель, забираясь следом. Обрывки его фраз сочетались с точными движениями рук:

⁃ Я хочу, чтобы тебе нравилось… — она оказалась в расстёгнутой кофте. ⁃ Когда тебе хорошо, мне тоже хорошо… — ширинка джинсов и рывок их вниз одновременно с бельём. Соня сжала ноги, пока он отбрасывал всё это на пол, но Артём тут же врезался коленом между, размечая освоенные территории:

— Хочу, чтобы приятно было… — развёл ноги сильнее в стороны. — Расслабься… — потянул кофточку за рукав, стягивая и отправляя вслед за джинсами. — Всё хорошо… — застёжка лифчика и бельё отправилось по уже известному маршруту, — так и должно быть… — его рука, согнутая в локте, упёрлась рядом с Сониной головой, второй он быстро снимал оставшуюся одежду с себя, не прерывая зрительный контакт. — Ты должна разрешать мне всё… — вводил в гипноз.

Соня послушно смотрела на него, не отрываясь, будто и правда погружаясь в транс от слов. Он чуть дёрнулся, и его джинсы свалились вниз:

— Тебе понравится… — наклонился к лицу и нетерпеливо коснулся губ, но поцелуй не углублял, а на заднем плане послышался уже привычный шелест упаковки от презерватива. — Я сделаю так, что тебе будет хорошо… — слегка отстраняясь от неё, приподнялся на секунду, чтобы натянуть защиту, продолжал убеждать.

Несмотря на поплывшее сознание, Соня понимала, что это все не предложения, и скажи она "нет", он бы навряд ли остановился. Артём упрямо шёл к своей цели:

⁃ Хочешь, мы представим будто у нас первый раз, а до этого ничего не было? — подхватил под коленку ладонью, отводя ногу сильнее в сторону, опускаясь на Соню. — Я осторожно… — и плавно, как и сказал, не торопясь стал входить.

Несмотря на то, что боли не было, Соня вдруг дёрнулась от него, соскальзывая, на что Артём резко схватил её другой рукой под шею и вернул вниз, накрыл губы поцелуем, вторгаясь в рот языком и снова начал входить, только теперь сонины движения полностью были ограничены, и это странным образом успокаивало. Действовал аккуратно, и лишь в самом конце рывком вошёл до основания, придавливая к кровати.

⁃ Я сдерживаюсь для тебя, — выдохнул в губы. — Не сопротивляйся!

Соня и не хотела. Она должна была признать и принять, что сдаться приятнее. И что сопротивляясь, делает хуже только себе. Ей нравится то, что он вытворяет с ней. Она этого хочет.

— Вот и умничка! — произнёс Артём, будто услышав её немой диалог и ослабив захват, начал двигаться в ней.

Секс был другим. Обычно парень не медлил, впечатывая себя в женское тело, как будто шёл на рекорд, усиливая темп до финальной точки, не оставляя шанса выбраться. В этот же раз каждое движение было будто вымерено и до последнего штриха продумано. Он то до головокружения медленно и размеренно, даже не опускаясь на неё полностью, двигался, погружаясь на всю длину, то резко менял темп, вбиваясь короткими штрихами, вырывая изо рта Сони один за одним стоны, после чего снова останавливался и специально замедлялся так, что хотелось выть. Особенно от того, как нежно целовал в этот момент шею, опускаясь к груди, катая на языке по очереди острые соски. Контраст каждой сменой темпа откидывал назад, но и в то же время всё больше возрастал. Чем дальше, тем нежных движений становилось меньше, а усиливающийся контраст уносил выше. Уцепившись за лёгкий намёк надвигающегося оргазма, Соня пересохшими губами простонала:

⁃ Ну, пожалуйста… — лишь бы он не остановился снова, и её практически сразу накрыло взрывом собственного тела. Уже расплавляясь в ощущении полной невесомости, Соня ощутила тяжесть веса парня, который накрыл её своим телом, объявив где-то в пространстве рядом:

⁃ Ахуеть!

Из воспоминаний о том, что произошло этой ночью, Соню вырвала резко распахнувшаяся дверь ванной. Она по привычке вздрогнула.

⁃ Илья ушёл? — спросила шёпотом, настороженно поведя взглядом за спину парня.

⁃ Тебя Илья интересует? — слишком безэмоционально спросил Артём, становясь за спину Сони и забрасывая в раковину серебряный квадрат с контрацепцией. Следующим действием схватился за края её спасательного кокона и нетерпеливо раскрыл одеяло, словно распаковывал долгожданную игрушку из детского мира.

⁃ Нет! — Соня больше не шелохнулась, но дыхание тут же участилось. Илья быстро вылетел из головы, потому что Артём поднырнул пальцами под края трусов и практически стряхнул деталь белья вниз на ступни девушки. Она тут же перешагнула через них и расставила ноги шире. За доли секунды с появления парня в ванной Соня уже пылала, а ведь он к ней даже толком не прикоснулся. Артём тоже не медлил. Скинул боксеры также вниз, следом надавливая Соне на спину, чтобы выгнулась, оттопырив задницу.

Как она скатилась так быстро в это дно? Ответить себе не успела, Артём, решив поиграть с ней, приставил член к пылающему входу. Управляя рукой, водил головкой, размазывая влагу по раскрывшимся складкам. Иногда издеваясь, погружал внутрь, но лишь на несколько сантиметров, сводя с ума этим. Хотелось захныкать от пытки. Но он и сам не остался безучастным:

⁃ Мне бошку сносит от того, какая ты тесная, — его голос был хриплым, а дыхание тяжёлым. — А ещё больше от того, как течёшь от меня… для меня… только со мной...

Соня уже совсем не соображала, что он говорил. Все мысли сконцентрировались вокруг пожара соприкосновения их тел. Приподнимаясь на цыпочках, не думая, как выглядит, старалась закончить свои мучения и ощутить его в себе. Пыталась соскользнуть по члену дальше сама, даже забыв, что он ещё не надел презерватив, на что Артём хрипло засмеялся и, напротив, выйдя полностью чуть отодвинулся, вызвав разочарованный женский выдох. Продолжая забавляться, скользнул членом между ног на всю длину вперёд, будто промазал. Но тут же запуская руку спереди и прижимая горячую плоть к пылающему клитору, прокатывая горошину поперёк ствола, однозначно демонстрируя, что это было не случайно. Соня выгнулась сильнее, заглатывая воздух.

⁃ Станешь ещё сопротивляться? — нагнулся к ней, прижимаясь торсом к спине и накрывая второй рукой грудь, легко её сминая. Соня мгновенно замахала головой из стороны в сторону. Готова была сказать всё, что захочет. Но он, будто из мести, добавил:

⁃ Я буду делать с тобой всё, что захочу.

Мозг кричал в немой истерике, что парень говорит ужасные вещи, но тело возбуждалось только сильнее, пока в красках представляла всё, что обещал. Ее молчаливое согласие в объяснении не нуждалось. Она громко дышала, бесстыдно вжимаясь в него ягодицами. Видимо, такой ответ его, наконец, устроил, и Артём, чуть отстранившись, быстро подхватил защиту из раковины, в секунду вскрывая и натягивая на себя, чтобы уже в следующую толкнулся в неё, резко входя до упора яркой вспышкой раздирающей пространство громким стоном. Кажется её собственным стоном.