Одержимость. Заставлю тебя

Глава 6

— Привет! — ещё не заходя в здание колледжа, Соня встретила Андрея.

— Привет… — ответила и даже изобразила жалкую улыбку.

— Ты вчера себя плохо чувствовала? Почему-то ушла с занятий, — продолжил он, чем немало удивил девушку, столько слов за раз Соня от него редко когда слышала.

— Я… да, мне… — хотела подтвердить его предположение, но тут на глаза попался Артём. Как и вчера, на нём была надета тёмная толстовка, а на голову накинут капюшон. Он стоял рядом с входной дверью, привалившись спиной к стене, и разговаривал с Ильёй и ещё одним незнакомым ей парнем. К Артёму и раньше заходили сомнительные личности. То, что он общался не с самыми хорошими людьми, не было секретом. Впрочем, сегодня это волновало меньше всего, ведь, встретившись с ним глазами, поняла, что её появление не осталось незамеченным.

Замедлила шаг. Андрей, идущий рядом, оказался чуть впереди, но не сразу обратил на это внимание. Зато Артём наблюдал за ней предельно сосредоточенно. И стоило Соне полностью остановиться и запаниковать окончательно, сразу же оттолкнулся от стены с явным намерением отправиться навстречу. Она мгновенно пересмотрела свои утренние мысли и поняла, что переоценила себя. Зря пришла. Единственным спасением показалось тут же бежать на работу к бабушке. Туда ведь он не посмеет сунуться? Артём будто чувствуя её мысли, заметно ускорил шаг, стремительно приближаясь.

— Сонь, ты чего встала? — так не вовремя отвлёк Андрей, перетягивая фокус зрения на себя буквально на мгновение, которого Артёму хватило с лихвой дойти до них и бесцеремонно схватить её за руку. Его пальцы сомкнулись, словно браслет наручника на запястье. Соня с силой дёрнула руку, выворачивая и чудом освобождаясь, одновременно делая спасительный шаг назад. Артём, впрочем, тут же двинулся на неё. Лицо парня исказила едва сдерживаемая злость.

— В чём дело? — спросил сквозь стиснутые зубы, снова хватая за руку, в этот раз грубее, а сжал так сильно, что стало больно и точно не оставил вариантов освободиться. — Мы, кажется, вчера обо всём договорились!

Соня ответить не успела, потому что рядом вдруг раздался голос Андрея:

— Кажется, она не хочет, чтобы ты её трогал.

Он был выше Артёма почти на голову, но в нём не чувствовалось никакой силы, и оттого дикий взгляд, что успела поймать Соня в глазах держащего её парня, испугал предсказуемым сценарием. Артём даже ничего не произнёс, просто отпустил женскую руку, размахнулся и сразу ударил одногруппника в лицо, сложив пальцы в кулак. Кто-то рядом вскрикнул, когда Андрей не удержался на ногах и упал коленями на асфальт, хватаясь руками за нос. Красные струи хлынули сквозь пальцы. Артём, возвышаясь над ним, посмотрел на это с отвращением, а когда Андрей необдуманно поднял на него лицо, ударил ещё раз в то же место. После чего развернулся к шокированной Соне и практически рыча спросил:

— Ещё защитники есть? — не отводя от неё взгляд, встряхнул кистью, разминая пальцы и небрежно сбросил надетый на голову капюшон, тем самым размазывая кровь Андрея по своему лбу, даже этого не замечая. — Могу со всеми разобраться. Разом!

Соня отшатнулась, но он вновь схватил её за руку и уже сам быстро отвёл в сторону, не обращая внимание ни на Андрея, ни на людей, что окружили потерпевшего. Оказавшись в относительном одиночестве, резко развернулся к ней лицом.

— Всё ему выложила? Думаешь, спасёт, что ли? Никто тебе не поможет!

Соня, забывая даже, как дышать, ошарашенно смотрела на кровь, размазанную по лбу, припухлые губы, изломанные гримасой, и бешеные глаза.

— Я… — слово вырвалось вместе с воздухом, — …я никому ничего не говорила, — чуть не плача, собрала членораздельное предложение, — …я не знаю, зачем он полез…

Артём впился в неё яростным взглядом, будто вычисляя, говорит ли правду. Страх настолько сковал тело, что боялась отвести глаза, утопая в бесконечной черноте его зрачков, растёкшихся практически на всю радужку. Её цвет был почти незаметен в этот момент, и выделялся лишь тонкой полоской колкого голубого льда вокруг мрака. Артём дышал через приоткрытый рот, из захвата не выпускал, молчал, но видела, что постепенно успокаивался.

— Чтобы больше ни одного ублюдка рядом с тобой не было, поняла? — уже не рычал, но говорил всё ещё с нажимом. Закивала сразу же. И только тогда разжал пальцы, убирая руку с её запястья, на котором остались разводы крови.

— Блять! — уставился парень вначале на её руку, а затем на свою, по всей видимости, только сейчас понимая, что запачкался. Следом осмотрел кофту на себе, на которую тоже попали капли, хоть и не в таком большом количестве. Поморщился.

— Пойдём, — снова схватил за запястье и потащил за собой. Соня не сразу поняла, что сворачивать в колледж не собирается. Он прошёл мимо, наступив на капли крови на асфальте, дорожкой удаляющиеся в противоположную от здания сторону. Соня дёрнулась, но Артём мрачно глянул и коротко пояснил:

— Проблемы будут, если в таком виде прийти.

Она боялась перечить, потрясённая всем этим и запаниковала по-настоящему, очнувшись от шока, только когда стали всё дальше и дальше отходить от колледжа. Снова попыталась вытащить руку, но Артём на это сжал её сильнее, и, развернувшись, сверкнул раздражением:

— Хватит. Дёргаться.

Понимала, что стоило кричать на всю улицу, звать на помощь, но слова застряли в горле, а перед глазами всё ещё стояла картина, как Артём избивал парня, и никто ему не мешал, никто даже ничего не сказал. А ведь с утра была уверена, что среди людей ей ничего не угрожает, а сейчас помнила только его фразу:

«Никто тебе не поможет!»

Когда оказались в подъезде, у двери квартиры, и он вытянул из кармана ключи, слёзы уже текли по щекам беззвучным потоком. Догадалась, что привёл к себе домой. Металась взглядом по сторонам, но теперь просить помощи было не у кого, потому попыталась достучаться до него:

— Артём, можно я пойду обратно?

Но и тут он осадил:

— Сейчас смою кровь, переоденусь, и вернёмся.

А после, подозрительно глянув, притянул и поставил перед собой, обхватывая левой рукой за талию, а правой занявшись замком.

Оказавшись внутри квартиры, завёл в комнату, но не набросился, а, оставив одну, ушёл в ванную. Соня замерла на входе. Это была его спальня. Кровать с утра осталась не заправлена, а на стуле, перед столом и на полу валялись вещи. Оглянулась. В конце длинного коридора манил выход, но между ними зияла открытая дверь в ванную, откуда раздавались звуки льющейся воды. Не рискнула, убеждая себя, что Артём обещал только переодеться. Как вчера. Просто поцелуй. И всё. Он ведь сдержал слово.

Вернулся парень обнажённый по пояс, по шее на торс скатывались одинокие капельки воды. Отвела взгляд. От вида рельефа его тела было не по себе. Артём вызывал страх, несмотря на приятный, по общим стандартам, внешний вид. Сам он на неё особо не обращал внимание, а достав полотенце, вначале размашисто потёр им голову, а после провёл рукой по коротким тёмным волосам, словно укладывая их в причёску, хотя длина не предполагала даже использование расчёски. Дальше отбросил полотенце в сторону и достал чёрную футболку, сразу натягивая её через голову, после чего повернулся к Соне.

— Пойдём, — потянул за руку, и она почти выдохнула с облегчением, что они возвращаются в колледж, но около ванной комнаты Артём остановился и обернулся. А когда Соня застыла на месте, не понимая, что от неё хочет, кивнул на открытую дверь. — Я тебя испачкал, у тебя тоже кровь.

Флешбек откинул назад:

«У неё кровь на ноге».

«Вытрись… там».

Сжалась, но, бросив настороженный взгляд на его фигуру, что перегородила собой коридор, послушно прошла к раковине. Успела только закатать рукав кофты выше локтя, как почувствовала его присутствие. Слишком близкое. Сглотнула, не выдавая, панику. Потянулась к крану, но руки Артёма очутились на талии быстрее, отчего замерла. Помещение вдруг оказалось слишком маленьким для них двоих.

Но он только развернул её к себе лицом и усадил на бортик ванной, после чего взял лейку душа, направил на испачканную руку и опустился рядом.

— Я сама могу, — попробовала перехватить, но парень эти слова проигнорировал. Включил воду и стал водить пальцами по коже. Соня затихла. Помнила вчерашнюю угрозу. Розовые струйки растекались по запястью, скатываясь вниз. И хотя с каждым разом испачканная площадь становилась всё меньше, амплитуда движений парня, напротив, увеличивалась, выходя за её пределы. И даже, когда крови не осталось совсем, он продолжал, ничего не замечая вокруг, словно в трансе зависая на своих действиях.

— Уже всё, — попыталась Соня вытянуть руку, когда уровень нервозности превысил и без того максимальную отметку, но добилась противоположного. Артём резко обхватил запястье и дёрнулся, будто очнувшись, одновременно поднимая лейку душа прямо на неё.

Соня подскочила. Вода брызнула в лицо, но больше досталось кофте, которая сразу же впитала в себя влагу мокрыми пятнами.

— Я случайно, — на лице была настоящая озабоченность. Передал полотенце. Вытерлась и хотела пойти на выход, когда Артём произнёс пугающие слова:

— Сними, — а когда, она не пошевелилась, добавил. — Ты же мокрая. Сними. Быстрее высохнет, — и будто успокаивая. — Я футболку дам, — после чего и правда вышел.

Соня осторожно выглянула в коридор. Бросила взгляд на закрытую входную дверь, и почти рискнула направиться к ней, когда парень появился на пороге своей комнаты с зажатой в руке одеждой. Поймала напряжённый взгляд с себя на дверь. Догадался? Направилась к нему. Всё равно не даст уйти, если не захочет.

— На… — протянул белую футболку, — переодевайся…

— Да кофта не сильно промокла, — не взяла, но Артём будто не услышав или, напротив, как раз поэтому, шагнул ближе, отбросив предварительно одежду, что держал в руках, на кровать и ухватился за низ кофты. Соня прижала руки к телу, выставляя немой протест. Не понимала, как безопасно выпутаться из этой сети и с ужасом осознавала, что через несколько секунд ничего, кроме лифчика не будет её защищать выше пояса.

— Артём… — бессмысленно произнесла его имя, перебирая в голове слова в надежде убедить оставить её в покое.

— Да я не буду, — так он сказал, перед тем как с силой потянуть кофту наверх. Её убогое сопротивление не заметил, казалось, быстрее порвал бы, чем остановился. Отбросил в сторону. Кажется, цели высушить вещь уже не стояло.

— Я не буду, — повторил, наступая на неё, ведя в сторону кровати. — Не буду, — повторил, начиная целовать, убеждая, что якобы на этом остановится, но всё же заваливая на постель и прижимая своим телом. Футболка осталась лежать где-то рядом, больше не предлагал её надеть. Соня с тупой неизбежностью отворачивалась от губ, бормотала, что-то несвязное, боясь в открытую сопротивляться, понимая, что ничего, кроме ярости не вызовет и в то же время, осознавая, к чему всё идёт.

В один момент Артём обхватил её лицо руками и разом прекратил все трепыхания, затыкая рот языком. При этом иногда он, всё же отрываясь, просил:

— Ответь…

Соня не хотела. Но это его не останавливало, а может даже распалило сильнее, потому что дальше Артём расстегнул джинсы на ней, продолжая приговаривать:

— Я просто…

Просто что? Просто расстегну и ничего не сделаю, до последнего убеждала себя Соня. И может быть, так изначально и было, но в какой-то момент он поднялся с неё, опираясь о кровать коленями. Секунда призрачной надежды, что всё, перед тем, как рука парня вытряхнула на кровать содержимое кармана: мелочь, ключи и пачку презервативов. Его интересовало последнее. Быстро раскрыл коробку, и, оторвав один квадратик, отбросил упаковку в сторону. Соня заёрзала, пытаясь выбраться, но он с лёгкостью перевернул её на живот, будто плюшевую игрушку, и дёрнул джинсы вместе с трусами вниз до самых колен. Это он уже не оправдывал, просто сказал:

— Не зажимайся.

И игнорируя попытки отползти, быстро надев презерватив, стал входить. Медленно, но настойчиво, удерживая за бёдра. Соня закусила губу, ожидая боли. Зажмурила, что было сил глаза и уткнулась лицом в подушку. Замерла. Затихла под ним. Будто ширму выстроила вокруг себя, чтобы ничего не чувствовать, ведь избежать в действительности этого не могла.

Артём не мучал. Кончил быстро. Когда ушёл, как решила Соня, выбросить использованную защиту, сразу же натянула на себя джинсы и кинулась к двери, одновременно влезая во все еще влажную кофту. Уже не задумываясь, а больше на инстинкте. Замков было два, не разобралась, какие открыты, какие закрыты.

Когда услышала, как Артём появился в коридоре, сжалась, с силой ухватившись за ручку, но парень внезапно помог справиться с замком. Только когда потянула дверь на себя, чтобы выйти, надавил на неё ладонью, захлопывая перед носом.

— Я правда не собирался, — почти извинился, — но я твой парень, мне так можно, — установил свои правила. — Ты же понимаешь это?

— Да, я поняла, — ответила, когда так и не убрал руку с входной двери.

— И давай… это… ну, реально, завязывай строить из себя недотрогу. Я хочу с тобой встречаться, в тысячный раз повторяю. Хочу, чтобы все знали, что мы вместе, что мы пара. А не то, что я деру тебя по углам, — он чуть помедлил, а потом добавил уже не так дружелюбно, — потому что, если ты думаешь, что я откажусь быть твоим парнем и перестану тебя трахать, ты очень ошибаешься. Даже если надумаешь перестать в шараге появляться, отчислишься или типа того, имей в виду, я знаю, где ты живёшь. А за то, что не захотела по-хорошему, на весь район шлюхой прогремишь. Я устрою, не сомневайся. Есть к кому обратиться. Клиенты в очередь будут у двери выстраиваться. Буду им носы разбивать, как Андрюшке твоему, а потом, как победитель приходить и иметь тебя во всех возможных позах. Но… — сделал театральную паузу, хотя едва ли бывал в театре хоть раз, — я хочу… ради тебя же в первую очередь и хочу, чтобы всё было по-нормальному. Так что, давай-ка, тоже прояви какой-то энтузиазм, что ли.

Слова ударили. Последняя надежда разбилась вдребезги. Почему-то именно так Соня и думала, будто если она сумеет объяснить, что не хочет встречаться с ним, что не готова к отношениям, он оставит её в покое, но упустила из вида главное — на самом-то деле ему не нужны были отношения, что он следом и подтвердил:

— Просто потрахаемся какое-то время, а потом разбежимся… Не делай из этого трагедию, договорились?

Не договорились, потому что это был не договор, но как бы не противилась, выдавила из себя обещание:

— Хорошо, я постараюсь...

— Очень на это надеюсь, — тут же подхватил Артём и, наконец, позволил открыть дверь.