Огонь любви. Туман нашей памяти

Глава 30 Василиса

— Алена, прошу! Я не хочу к этому мужчине — лучше убей меня, чем отправь к нему. Пожалуйста!

— Ха-ха, — меня еще ни разу не просили, чтобы я кого-то убивала. Наоборот, люди упрашивали, чтобы я этого не делала. Но ты сама выбрала эту дорогу. Поэтому замолкни и слушай меня — ты будешь страдать. Я долго ждала этого дня, и он настал. Поэтому только попробуй что-то сказать — получишь сполна.

Она уходит, а я падаю. Меня продают. Как вещь. Я бессильна. Ничего не могу с этим сделать. Моя судьба в руках Алены. Мне ничего не остается, как подчиняться ей и надеяться на чудо. Хотя... Я уже не верю в чудеса. Я чувствую, как теряю себя. Мысленно прощаюсь с Алисой, с мамой, с папой. Хоть он мне и не родной, но в моем сердце он всегда будет отцом номер два. Он смог меня полюбить, и я тоже.

Я их всех любила и буду любить.

Как она и сказала, пришли люди. Начали собирать. После двух часов подготовки я взглянула на себя в зеркало и лучше бы не делала этого. Этот макияж совсем мне не идет. И этот костюм тоже. Он почти ничего не прикрывает. Я выгляжу очень вульгарно и дешево.

Приходят люди и ведут меня куда-то. Какое же невероятное желание убежать из этого места. Но тут нигде нет выхода. Они все продумали.

Меня останавливают в незнакомом месте. Здесь плохо видно, а все потому, что ужасная освещенность. Неизвестность пугает.

— Готова? Вот и хорошо. Твое задание — понравиться ему. Не отказывать, а наоборот, выполнять все его приказания. Будешь вести себя хорошо — получишь поблажку. А если плохо — значит, страдать. Думаю, ты меня поняла. Ну все, иди.

Дверь открывается. Меня проталкивают в помещение. Я не хочу поднимать глаз. Но мое первое указание — смотреть вверх. Поднимаю голову и вижу пожилого мужчину. Боже! У меня начинается паника. Я не смогу! Нет! Он же мне в дедушки годится. Меня невероятно трясет.

— Эй, возьми бокал шампанского. Станет легче.

Он протягивает руку с бокалом. Я беру и залпом пью. Мне нужно как-то унять эту дрожь. Я боюсь. Сильно боюсь. И если этот мужчина попытается что-то сделать, я буду бороться за свою честь. Это противно и ужасно. Я никогда не думала, что в моей жизни это произойдет. Видела столько раз по телевизору, читала книги. Конечно, сожалела, но не особо заостряла внимание на этом. И теперь то же самое происходит со мной. Что мне делать?

Я расслабилась. Настолько сильно, что ноги стали подкашиваться. Становится сложно устоять.

— Ляг на кровать.

Я делаю, что мне говорят. Он встает с кресла и подходит ко мне. Я хочу ударить, но ничего не выходит. Руки не слушаются. Я не могу попасть по нему. Перед своим лицом я вижу лицо этого пожилого мужчины. И дальше темнота.

Когда я очнулась, я оказалась в своей старой комнате. Тут же вспомнила все, кроме момента с дедушкой. Словно провал в памяти. Как я оказалась тут? Неужели все произошло? Божечки…

Дверь открывается. Заходит Алена.

— О, очнулась наша главная работница. Могу поздравить. Ты выполнила наш договор. Ему понравилось. Да и тебе, в принципе тоже. Можно было понять по тому, как ты громко стонала. Не думала, что тебе нравятся пожилые мужчины. Ну это еще лучше. Не будет никаких проблем. Можешь готовиться. На завтра нашелся еще один.

Паника захлестывает меня. От осознания, от случившегося. Меня отымел дед. За деньги. Моим телом воспользовались, пока я спала.

Мерзко, противно. Подкрадывается тошнота.

— НЕТ! ХВАТИТ! Я НЕ ПОДСТИЛКА! — громко верещу, хватаясь за волосы.

— Ха, ты уже ею стала. Еще вчера. Поэтому не выебывайся, а готовься к завтрашнему дню.

Она уходит.

— А-а-а!

Я кричу. Как же больно. Мне очень больно. Я не вынесу этого. За что? За что мне такое мучение?

Неужели из-за неразделенной любви некоторое женщины готовы на такое? Где их сочувствие, понимание? В какие моменты они потеряли себя? В каком направлении исчезли все человеческие качества? Как они спят, зная, что заставили мучаться своих соперниц только из-за того, что когда их мужчина выбрал тех самых соперниц вместо них.

Они хуже животных. Они хуже мужчин.

Уродливые души, где под огромной коркой ненависти сидят маленькие обиженные девочки, которых когда-то изуродовали. И теперь они уродуют других, вымещая всю свою накопленную обиду.

На следующий день пришли те же люди. Они собрали меня и повели в ту же комнату. На этот раз я выглядела лучше благодаря макияжу и костюму, но в целом я осунулась и сильно похудела. Щеки пропали, под глазами и на теле появились синяки. Я уже ни о чем не думаю и ни на что не надеюсь. Мне кажется, что мне не помогут, и остается только соглашаться на все.

Открывают дверь, меня заталкивают внутрь и уходят. Я стою, не двигаясь.

— Подойди.

Я испугалась. Он сказал это слишком громко, его голос звучит грубо и властно. Страх охватывает меня, и в этот раз он сильнее, потому что, когда я подняла голову, увидела мужчину в маске. Я иду к нему медленно, быстро не получается. Он не торопит, просто ждет, пристально смотрит из-под маски, и я чувствую, как его взгляд проникает в меня.

Становлюсь недалеко от него. Сердце бьется быстро, сильно ударяясь в ребра. Мгновенно выделяется пот, волосы на затылке становятся дыбом, мышцы дрожат, дыхание учащается. Я боюсь этого мужчину. Он встает и подходит ко мне, а я готовлюсь к худшему. Опустив голову, смотрю на ноги, не желая поднимать взгляд. От него веет страхом и жестокостью.

Его рука оказывается на моем подбородке, и он резко поднимает его.