Опасная находка (СИ)

Глава 14

Рус послушался меня. Он ушел в мою комнату и лег в кровать, а у меня появилась возможность вновь заняться завтраком.

Затем я покормила бабушку и помогла ей выйти на улицу, в беседку, которую делал дедушка своими руками. Бабушка любила в ней находиться, смотреть на сад и дышать свежим утренним воздухом.

— Я пойду к себе… Немного уберу в комнате, — придумала повод и оставив бабушку, отправилась к другому пациенту.

Рус сидел на моей кровати, а рядом с ним находился приоткрытый кейс, в руках он держал стопку каких-то бумаг, которые он сосредоточенно просматривал. Но стоило мне войти к нему, как он тут же спрятал эти бумаги обратно в кейс и закрыл его.

— Ну наконец-то, — сказал Рус. — Я хотел снова выйти к тебе, но увидел что ты с бабушкой…

— Она на улице, поэтому пока лучше не высовывайся, — попросила.

— Что с ней? — поинтересовался Рус.

Я приблизилась к нему с подносом в руках, на котором находилось картофельное пюре с мясом и салатом. Всё по-домашнему.

Оставив поднос около мужчины, я отошла к стулу и разместилась на край.

— У нее был инсульт. Но ей всё же удалось подняться на ноги. Две недели назад она заболела гриппом. Была небольшая температура… Бабушка снова слегла, и очень сильно ослабла. На этот раз ей труднее восстановиться… Возраст берет свое, — ответила.

— Почему она не в больнице? — продолжает расспрашивать он, приступив есть мою еду.

— Мы были… Три дня в стационаре, а потом нам сказали что находиться в больнице нет нужды, — ответила.

На самом деле, проблема была не только в том, что сказал доктор. Я бы настояла на её стационарном лечении, если бы у нас было больше денег. В районной больнице никогда не держали больных и дня лишнего, если в этом нет действительно серьёзной причины. А перевести бабушку в город и устроить в свою больницу, в которой я работала — слишком дорогостояща процедура.

Я работаю в частной клинике, и лечение там не всем по карману. А поскольку я была простой медсестрой, к тому же работала там совсем недавно, пристроить свою бабушку по блату, не могла. Мне нужно было как и всем, оплачивать лекарства и место за койку… А это было не дешево. Я не могла себе позволить даже недели пребывания бабушки в больнице, где работала.

К тому же и сама бабушка не хотела никуда ехать, а просила привести её домой.

«Умру в родных стенах», — говорила она якобы шутя, но я понимала, что это была не совсем шутка. Бабушка готовила меня к реальности мира сего… Или она просто чувствовала что ей осталось совсем мало.

Я не соглашалась с ней, всегда сердилась на слова подобного рода, но не шла против её воли. Желание больного — закон. А порадовать мою бабушку, было для меня в дважды важнее. Я же понимала, что в этом доме она прожила почти всю жизнь… Говорят: родные стены лечат. Поэтому сдалась и уступила. Мы лечимся дома.

— Я вижу, как сильно ты любишь её и очень переживаешь за нее, — подметил Рус.

— У меня кроме нее никого и не осталось…, - сказала, прежде чем подумала.

— А твои родители?..

— Они умерли… А вместе с ними и мой еще не родившийся братик. Они попали в аварию, когда ехали отдыхать…

— Сочувствую, — мягко сказал Рус.

— Спасибо…

— И на кого ты похожа? На папу или на маму? — вдруг спрашивает. Я пожимаю плечами.

— Не знаю. Бабушка говорила что и на папу и на маму… Взяла от них всё лучшее. Мне было пять, когда это произошло, — ответила. Почему-то говорить с ним о своей боли, было так легко и просто… Хотя я не любили обсуждать свою жизнь с посторонними людьми.

— Ты их не помнишь?

— Нет… К сожалению. Но я видела их на фото…

— Можно и мне посмотреть? — спрашивает, и я согласно киваю. После чего подымаюсь на ноги и направляюсь к гардеробу, откуда достаю большой старый альбом для фотографий.

Рус как раз заканчивает есть и отставляет поднос в сторону, после чего забирает у меня альбом и кивком головы указывает мне садится рядом. Я машинально опускаюсь рядом с ним, прижимаясь к его плечу. Сама давно не видела старых фото. В этом альбоме были не только мои родители, бабушка и дедушка… Здесь находились и мои фото с самого рождения и до выпускного. Не много, но посмотреть было на что. И Рус смотрел… очень внимательно. Будто действительно его интересовало моё прошлое… Я!

— Ты и в детстве очень миленькой была… Ангелочком, — сказал он, просматривая фото. — На маму похожая…

— А ты каким был… В детстве? — спрашиваю, пользуясь моментом. — Кто твои родители?

— Мои родители были алкоголиками. Отец умер от цирроза печени, мать… даже не знаю, что с ней стряслось. Я потерял с ними связь в десять лет. Меня воспитывала улица… не они.

— О… Как ты выжил… Сам? — спросила растерянно.

— Я был не сам, а с братом. Он старше меня на два года. Хотя… Тоже был ещё совсем ребенком, когда нам пришлось жить самостоятельно.

— Трудно вам пришлось…, - сказала я с грустью. Было жалко парней.

— Нормально, — безразлично бросил Рус. — Иногда подобного рода испытания учат намного большему, нежели обычная жизнь. Мои же испытания сделали меня сильнее и я считаю что… Каждому свое, — с этими слова Рус захлопнул альбом и отбросил его в сторону.

Наш момент откровений закончился… Но именно этот незначимый разговор, ещё ближе расположил меня к мужчине.

Он взял меня за руку, и я не стала рассоединять наше прикосновение. Мне нравилось когда Рус прикасался ко мне. Тем более он не переходил границ, а просто находился рядом, позволял мне привыкнуть к его близости и присутствию. Не напирал.

Так мы просидели около минуты, и внутри у меня начали зарождаться странные ощущения. Я немного испугалась их… Потому что понимала что слишком остро реагирую даже на дыхание Руса…

— Нужно поменять повязки и сделать укол, — вспомнила, чтобы разорвать неловкий момент. — Бинтов осталось мало... Но я написала их в список необходимого, поэтому Игорь скоро привезет ещё, — сообщила как бы между прочим, отодвинувшись от Руса. Он отпустил мою руку, но продолжал держать своим взглядом и легонько улыбаться. Будто видел насквозь. Или точнее, видел моё отношение к нему.

Всё очень стремительно зарождалось между нами… И это явно было взаимно.