— Я привезла тебя к себе, чтобы помочь… Но для этого нужно войти в дом! — объяснила мужчине, потому что видела что он находился в неком замешательстве и ничего не понимал. — Давай… Нужно шевелится… Боюсь ты и так потерял слишком много крови, — тороплю его, взяв за руку и потянув на себя.
— Мой кейс, — тут же вспомнил он о своем чемодане, который находился рядом с ним.
— Да здесь твой кейс… Здесь! — бросила устало, взяв кейс и первым отнеся его в дом.
Раз уж он так за него переживает… Может там что-то ценное. Так и быть, позабочусь и о нем!
После чего я вернулась к мужчине и снова взяла его под руку, помогая покинуть тележку.
Мужчина с горем пополам поднимается на ноги, а затем я быстро ныряю ему под руку, чтобы он мог опереться об меня.
— Держись за меня и пробуй идти… Только сознание не теряй… Я не дотащу тебя сама в дом, — говорю, обхватывая его крепкий торс. Моя рука тут же нащупывает мокрое пятно на водолазке незнакомца. Это была кровь. — Черт… Ты весь в крови…
— Не смертельно. Раны поверхностные…
— Откуда ты знаешь?
— Чувствую по себе. Еще не сдыхаю, есть силы… Значит дело будет, — говорит он, усмехнувшись.
— Тебе ещё и весело! — фыркаю. — А я вот думаю, что мне с тобой делать, если ты всё же «ласты склеишь»… Я же тебя потом из дома не вытяну!
Мужчина начинает еле слышно смеяться. А затем прикладывает руку к животу, не сдерживая болезненный стон.
— И кто из нас ещё веселится…, - бросает он с упреком, делая первые шаги в дом.
— Я не веселюсь, а говорю вполне серьёзно, — отвечаю сдавленно, поскольку мужчина слишком сильно навалился на меня. — Ты, блин, сколько-то весишь?.. А рост у тебя наверно метров два?.., - спросила как бы, между прочим, взглянув на него снизу вверх. Он был выше меня, примерно на две головы…
— Вешу не много… Чуть больше ста килограммов. И да, рост у меня чуть выше двух метров, — подтверждает.
— Отлично… Тогда тебе лучше не умирать… Иначе, я действительно не знаю что с тобой делать, — бросаю, протискиваясь с мужчиной, сквозь входную дверь дома.
— На куски разрежешь и вынесешь понемногу, — бросает он, заставив меня резко остановиться. Он сказал это настолько серьёзно, что я даже испугалась… Шутки шутками, а ведь действительно… Он может быть каким-то маньяком или убийцей. — Да шучу я… Шучу! — тут же бросил мужчина, щелкнув меня по носу, как ребенка. — Куда дальше-то? — спрашивает, не ориентируясь в темноте.
— На право, — шепчу. — И тише… В соседней комнате у меня бабушка спит. Я не собираюсь ей говорить о тебе…
— А она сама разве не увидит, потом? — задает он вполне логический вопрос.
— Нет… Потому что последние несколько дней она не поднимается с кровати. Заболела. А я надеюсь, что до того как она поправиться… Ты тоже окрепнешь и уйдёшь.
— Или вынесешь ты, кусочками, — продолжает он шутить.
— Не заставляй меня усомниться в правильности своего решения — помочь тебе! — угрожаю. — Я ещё могу передумать… Или же привязать тебя к кровати! — предупреждаю, проходя с ним мимо кухни, а затем и прихожей, в свою комнату.
Лишь только когда за нами закрывается дверь, я решаю включить свет. Уже не так опасно.
После чего веду незнакомца к своей кровати и помогаю ему сесть на край.
А дальше быстро бегу к окнам и зашториваю их. Чтобы нас не было видно с улицы.
Когда заканчиваю с окнами, поворачиваюсь к мужчине и застаю его на разглядывании… На слишком откровенном и наглом разглядывании.
Я тоже невольно рассматриваю его…
Красивый… даже очень.
И глаза у него не карие… А зеркально серые… Такие что насквозь пробивали…
— Что ты там говорила на счёт привязывания к кровати? — вдруг говорит он, улыбнувшись мне так, что сердце сильнее застучало в груди. Я смотрю на него непонимающим, растерянным взглядом. — Знаешь, теперь я буду не против этого варианта…