Особенные. Закрытый факультет (СИ)

Глава 15

После откровенного разговора с Артуром прошла неделя. Руководство академии все же соизволило сообщить студентам о реальной угрозе. Старшие курсы приняли это сообщение со спокойствием, а некоторые и вовсе с азартом, а вот мы, те, кто не был готов к встрече с подселенцами в реальных условиях, не на шутку напугались. Особенно сильный всплеск эмоций наблюдался после того, как Владимир Сергеевич сказал о том, что покинуть академию до поимки носителя не сможет никто: ни преподаватели, ни студенты, ни остальной персонал. Также, нам сообщили о вводе комендантского часа. Только в первые же дни стало понятно, что эта мера мало повлияла на поведение студентов. Наказывать студентов десятками было нецелесообразно, поэтому спустя пару дней нам сообщили об отмене комендантского часа и вводе дежурных патрулей в общежитии. Двери учебного корпуса закрывались после восьми вечера. В общежитии входные двери тоже блокировались, чтобы студенты не устраивали прогулок под луной, но в пределах жилого корпуса мы могли свободно передвигаться круглыми сутками. Теперь в ночное и вечернее время нередко встречались патрули, чьими отличительными знаками были мерцающая маленькая копия эмблемы академии на груди. В состав патрулей входило два преподавателя, один человек из маг.правопорядка и пара-тройка добровольцев из числа студентов последних курсов. Но и эти меры не гарантировали абсолютной безопасности, академию штормило.

В академии продолжались допросы. Меня вызвали буквально через пару дней, и я впервые оказалась под сильным воздействием гипнотизера. Ощущение странное. Я все понимала и осознавала, но не имела власти над собой. Видела и слышала только того, кто проводил сеанс, но даже пальцем не могла пошевелить без его приказа, зато слова лились рекой вне зависимости от того, хочу я говорить или нет. Уже позже Артур мне сказал, что носители чувствуют себя аналогично, когда их душу теснит тень. Они все видят, осознают, чувствуют, но ничего поделать не могут. Это такой извращенный способ постоянно держать жертву в стрессе. Ведь носители видят не только то, как тень дурит его близких, но и как убивает безвинных. Душа человека при этом испытывает невиданные муки.

Скрыть волнение и страх из-за событий в академии удавалось не всем студентам, а некоторые представительницы слабого пола и вовсе беззастенчиво пользовались сложившейся ситуацией. И я, в общем-то, была среди них. Хотя Артур и сам настоял на том, чтобы встречать и провожать меня по мере возможности.

– Я тебя убедительно прошу, постарайся не ходить одна. В конце концов, где твоя соседка, которая должна тебе помогать и по мере возможности оберегать, – в очередной раз встретив меня вечером в коридоре, сетовал Артур.

– Артур, – мило улыбалась довольная такой заботой, – она ведь мне не нянька. У нее тоже учеба, а еще и личной жизни время хочется уделить.

Славки снова не было на своем месте. Что за дурная девчонка?! И ведь человеческим языком ей сказала, не гуляй ночами, опасно, но она все равно бралась за свое. Мне и без беспокойства за соседку хватало волнений и не хватало сна, а теперь уж и точно оставалось только на безлунное небо смотреть из окна. У Славки кто-то был, но отношения эти она не афишировала. Я давно подозревала это. Ее регулярные отлучки ночами уже стало слишком сложно списывать на огромную загруженность по учебе. Особенно, когда академию стали закрывать. На прямой вопрос о том, где же она все-таки пропадает, Славка подтвердила, что есть какой-то молодой человек, но большего не сказала. Но это хотя бы немного успокоило. Она не одна, значит, в безопасности. Зато Артур беззастенчиво пользовался отсутствием моей соседки, нередко задерживаясь у меня до поздней ночи. Мы много разговаривали, он рассказывал истории из своей студенческой жизни до гибели Юли, я рассказывала о том, какие планы строила на будущее, пока думала, что моя жизнь зависит только от моих решений. Нередко Артур помогал мне с домашними заданиями, давал очень полезные и ценные советы. Вынужденное ограничение в передвижениях после восьми вечера довольно сильно сблизило нас. Зачастую даже своими преподавательскими делами он занимался со мной. Мне нравилось украдкой наблюдать за тем, как он сосредоточенно что-то читает, что-то пишет и полушепотом проговаривает. И меня совершенно не смущало, когда он ловил меня за подглядыванием и хитро улыбался. Мне казалось, что так было всегда. Словно, он уже очень давно появился в моей жизни. Но он почему-то не торопился выходить на следующую ступень отношений. Наверное, опасался. А я боялась торопить. Тот мимолетный поцелуй был единственным, но я надеялась, что не последним. И мои надежды вскоре оправдались.

Только прежде чем это случилось, академию всколыхнула новость о новой жертве иномирной твари.

Руководство еще не успело официально оповестить студентов о случившемся, а по академии уже ползли слухи одни страшнее других. Кто-то говорил об изуродованном теле девушки на последнем этаже одной из башен, другие рассказывали жуткие истории о трупе за общежитием, третьи – о парне, найденном в собственной комнате. Откуда взялась информация, никто не говорил, сложилось впечатление, что все эти версии витали в воздухе, а напряженные студенты всего лишь подхватили их, как повод для обсуждения. Сейчас академия напоминала даже не растревоженный улей, а огромный переполненный кипящий котел, который грозил выплеснуться, и чем это грозит, не знал никто. Наслушавшись ужасов, вернулась в свою комнату, где сидела спокойная Славка. Я решила не травмировать себе психику и дождаться объявления от руководства, а Славка лишь пожала плечами.

– Всегда найдется идиот, который насочиняет с три короба, чтобы насладиться паникой и испугом остальных. Я вообще думаю, что это все вранье. Не мог носитель укокошить сразу троих, да еще и незаметно для других. Особенно тогда, когда по общежитию гуляет столько дежурных.

Я не успела даже ответить соседке, как дверь в наши комнаты распахнулась, и на пороге появился взъерошенный запыхавшийся Артур. Глаза его лихорадочно блестели и напоминали огромные блюдца. Он за пару шагов преодолел расстояние между нами и сжал в крепких объятиях. Я смогла только возмущенно запищать, чтобы он ослабил хватку. Он отстранился, обхватил лицо ладонями, протяжно выдохнул и улыбнулся какой

то дурной улыбкой.

– Живая! – никого, кроме меня, не замечая, сказал он и поцеловал.

Едва уловимое прикосновение мгновенно сменилось напористым поцелуем. В нем было невероятно много потаенной страсти, обволакивающей нежности и нескрываемого страха. У меня от волны эмоций, которая исходила от Артура, голова пошла кругом. Но это было приятное головокружение, которое не хотелось прекращать. Я с удовольствием отвечала на поцелуй, ловила каждое прикосновение, которое отпечатывалось на сердце. Наверное, я должна была чувствовать стыд, потому что в момент, когда в академии происходили жуткие вещи, я радовалась и была счастлива. Но я не желала думать о плохом, когда лучик счастья согревал своим теплом мою дрожащую от бесконечных страхов и потрясений душу. И я беззастенчиво растворялась в нахлынувших чувствах, стоя в объятиях преподавателя среди комнаты и наслаждаясь каждым мгновением в его сильных руках.

– Кхе-кхе, – прокашлялась Славка, напоминая о себе и разрушая нашу идиллию.

Я даже не смогла сдержать негодующего взгляда, который бросила на вероломную соседку, когда Артур отстранился от меня. Она лишь улыбнулась и пожала плечами.

– Простите, я понимаю, что лишняя и не вовремя, но ваши, хм-м, проявления чувств слишком затянулись, а мне бы хотелось узнать, что происходит у Артура Алексеевича, и кто все-таки погиб? Ведь кто-то погиб, раз вы оказались здесь взволнованный состоянием Лерки.

Артур продолжал обнимать меня и не сразу вник в суть вопроса. Его глаза все еще были затуманены из-за поцелуя. Впрочем, я и сама едва могла стоять на дрожащих ногах, да и соображала плохо.

– Э-э, – многозначительно протянул Артур, – Слава! – констатировал он¸– да. Да, к сожалению, – он встряхнул головой, подвел меня к стулу и усадил, – можно воды?

Когда Артур сумел взять себя в руки, он рассказал, что академия неспроста наполнилась слухами. Тот, кто был виновен в их возникновении, оказался хитер, умен и умел. Он создал несколько иллюзий, которых оказалось достаточно, чтобы переполошить всех и отвлечь внимание от основного действа. Жертвой оказалась Алиска, девушка из моей группы. И как только Артур в числе патрулирующих, которые изучали место нахождения одной из иллюзий, узнал о смерти первокурсницы из моей группы, он бросился в наши комнаты. Но страх за меня оказался настолько силен, что Артур не сумел сдержать эмоций. Я понимала, чем обусловлен такой дичайший, просто парализующий разум страх – он уже однажды потерял близкого человека, и повторения не желала. Я вообще сомневалась в том, сможет ли он снова пережить смерть того, кто имел для него значение, но глупо было бы отрицать, что его беспокойство обо мне доставило мне еще немного радости. А уж поведение показало, насколько я небезразлична ему. Он и во время рассказа продолжал сжимать мою ладонь и смотреть расширившимися глазами на наши сцепленные руки. Мне казалось, что я даже слышала, как быстро и громко бьется его сердце.

Чуть позже нас собрали, чтобы рассказать о случившемся. И только тогда я осознала, что разговорчивая одногруппница, которая с азартом бросалась в омут новых знаний, с удовольствием включалась в обсуждения, старательно училась и много улыбалась, больше никогда не вернется в учебную аудиторию и не займет свое место позади меня. Успокаивали меня долго. Вертос, который даже не обратил внимания на близость ненавидящего его Артура, пытался сначала поговорить, а потом плюнул на это бесполезное дело и сходил в медпункт, откуда вернулся с дозой сильного успокоительного. Им меня и напоили, а потом и спать уложили. Уже уплывая в темноту сна, подумала, что не хотела бы, чтобы эти двое парней устроили разборки, пока я сплю. Надеялась, что Славка им не позволит.

Утро встретило меня гудящей головой и припухшим лицом. Славка мирно спала на соседней койке, за окном еще только занимался рассвет. Когда пелена сна окончательно рассеялась, перед глазами вновь поплыли воспоминания, связанные с Алиской, а их, несмотря на короткое знакомство, оказалось достаточно для того, чтобы я почувствовала боль утраты. О родителях и близких Алиски даже думать не хотелось, от одной мысли, что им предстояло пережить после получения новостей о случившейся трагедии, становилось холодно.

Постаралась взять себя в руки и не скатиться снова в истерику. Предыдущие смерти не влияли на меня так сильно. Наверное, потому что погибшие люди были мне незнакомы, и я старалась о них не думать, чтобы не нагонять ужаса, но теперь все изменилось. Теперь, как никогда, я чувствовала опасность, нависшую над любым из нас. Еще какое-то время провела в постели, но когда поняла, что сон больше не придет, поднялась и тихо вышла из комнаты. И вскоре, чтобы отвлечься от печальных мыслей, выходила из наших комнат. Решила потратить утро на тренировку. Странно, но я совсем не чувствовала страха, когда в одиночестве покидала комнату. Я, словно погрузилась в оцепенение после осознания смерти Алисы. Или лошадиная доза успокоительного до сих пор действовала.

Звук моих шагов разносился по пустующим коридорам. Я лишь однажды встретила парня, когда выходила к лестнице со своего этажа. Наверное, такая тишина тоже спровоцирована печальными событиями, которые предшествовали этому утру.

Спустилась по лестнице и свернула в коридор, который вел к тренажерному залу. Замерла посреди коридора, когда услышала странное цоканье. Дыхание сперло, тело мгновенно покрыл холодный пот. Цоканье становилось все ближе, я начала пятиться назад. Уже через секунду поняла, что звук, который я слышала – это цоканье когтей об каменный пол. И мои догадки почти сразу подтвердились, когда из-за поворота ко мне вышел волк.

В приглушенном свете настенных бра его светящиеся глаза выглядели просто ужасающе. Он остановился, и обвел меня взглядом. Впервые за время обучения увидела оборотня в животной ипостаси, но к своему стыду никогда не интересовалась, насколько меняется сознание человека в зверином теле. Вполне возможно, что не только облик меняется, но и разум уступает животным инстинктам. И теперь я просто не знала, как вести себя. Нащупала стену и медленно, не отрывая взгляда от животного начала отходить назад. Волк оскалился и зарычал. У меня поджилки затряслись от этого звука, который отразился от стен, скользнул под потолок и понесся дальше по коридору. Молила, чтобы хоть кто-нибудь выглянул из комнаты. Сердце колотилось где-то в горле. Ноги не слушались, но я упорно продолжала увеличивать расстояние между собой и животным. Острые клыки, которые волк демонстрировал, казались мне такими длинными, что напоминали сабли. Я, как завороженная, не могла оторвать взгляд от горящих глаз животного, мыслей в голове не осталось совсем. Единственное, что я понимала – нельзя бежать. Сзади послышался шорох, и именно он все решил. Рефлекторно обернулась. Я с трудом поняла, что произошло. В ту же секунду заметила яркую вспышку за своей спиной, которая осветила темный бесформенный силуэт человека. Что-то, что напоминало шаровую молнию, мчалось в мою сторону. Повернулась к волку и увидела, как туша летит на меня. Животное сшибло меня с ног и накрыло своим телом. Я успела только вскрикнуть. Но в тишине коридора мой крик был сравним со звоном огромного колокола. Запахло паленым. Я ударилась затылком о пол, ушибла локти и, похоже, повредила ногу. Искры из глаз сыпались очень долго. Вдохнуть не получалось. Казалось, я задохнусь, то ли от той тяжести, которая давила сверху, то ли от того, что сильно ударилась спиной. Легкие огнем горели. Судорожно хватала воздух ртом, но каждый вдох будто в тиски сжимал грудь, вынуждая выдохнуть не получив достаточную порцию кислорода. Перед глазами плыли красно-черные круги, но даже это все не могло отвлечь меня от ожидания чего-то ужасного. Будто вот сейчас, пройдет еще секунда, и я почувствую, как острые зубы вонзятся в шею. В затуманенный от боли разум не приходили мысли о том, что волк спас меня от летящего заклинания. По вискам катились горячие слезы, но я безмолвно лежала под пушистым спасителем, который все еще казался мне угрозой. Сквозь шум крови в ушах услышала звук удаляющихся шагов. Напавший на меня бежал. И бежал он от нас.

В какой-то момент, когда по ощущениям прошла целая вечность, а на самом деле не прошло и минуты, я подумала, что волк мертв, но он все-таки поднялся на лапы, а я пыталась заново научиться дышать.

Послышался топот, чьи-то голоса. Но я даже не пыталась встать. Да и не смогла бы, наверное. Главное, что воздух, наконец, начал поступать в легкие, и я пыталась надышаться.

– Ежики пушистые, – шепотом выдохнула я, – идиотка, – вынесла вердикт себе и попыталась перевернуться.

В затылке пульсировала кровь, перед глазами все еще плясали черные мушки. Но сквозь них я увидела, как моя спаситель, хромая уходил вдаль. Он протискивался мимо набежавших свидетелей, а на его шкуре виднелось темное подпаленное пятно. А ведь я даже не могла представить, кем был мой спаситель. Толпа вокруг разрасталась с невероятной скоростью. Где были все эти люди, когда неизвестный свободно гулял по академии?! Зато теперь они все глазели на меня, как на обезьянку в бесплатном цирке, и даже не скрывали любопытства. Это злило и даже немного привело в чувство.

– Лера! – знакомый голос вызвал вздох облегчения. Но вместе с ним пришло чувство стыда. Артур опустился на колени рядом со мной, но не притрагивался. – Тише, лежи не двигайся, сейчас тебе помогут.

Следом появились другие преподаватели, а потом и декан подоспел.

Толпу разогнали, пока меня осматривал врач. Голова кружилась, ударилась я не слабо. Рядом сидел мрачный, как грозовая туча Артур, который сверлил меня недобрым взглядом. Я уже представляла масштаб выволочки, который ждал меня, когда мы окажемся наедине, поэтому, я старалась выглядеть максимально больной и напуганной. Хотя особенно и претворяться не приходилось.

– Валерия, вы говорить можете? – передо мной опустился декан.

– Могу, – кивнула я и зашипела. Резкое движение отдалось сильной болью в голове, зажмурилась, а когда открыла глаза, покосилась на Артура. Он напоминал статую.

– Вас сейчас перенесут в медпункт. Там решат, что с вами делать, но в любом случае, думаю, вы понимаете, что вам снова предстоит допрос. А до тех пор вы не должны ни с кем разговаривать. Вообще, – он метнул взгляд на Артура, который лишь немного склонил голову в знак того, что услышал и понял, на что намекал декан. – Сеанс гипноза проведут после того, как ваше состояние полностью нормализуется. Придется немного подождать сотрудников маг.правопорядка, они покинули академию, оставив лишь одного связного, никто не мог предположить, что подселенец так рьяно возьмется за охоту, – он скривился, – видимо, его голод оказался сильнее чувства самосохранения, это увеличивает риски, но несколько упрощает ситуацию, – задумчиво проговорил он, глядя в пустоту, но тут же взял себя в руки и вернулся к моей немного покалеченной персоне. – Так, так что тут случилось в двух словах?

Рассказала о произошедшем и обрадовалась, когда появились люди в светло-зеленой форме, они бережно уложили меня на носилки и унесли от негодующего Артура и дотошного декана. Мне была крайне необходима передышка перед марафоном допросов. И все же, кто был тем волком, которому я обязана жизнью? Этот вопрос меня интересовал слишком сильно. Надеялась, что его личность раскроют, и я смогу его отблагодарить.