Особенные. Закрытый факультет (СИ)

Глава 5

Глава 5

В лицо ударил влажный теплый воздух. Глаза резанул яркий свет, и только спустя несколько секунд, когда я проморгалась, и легкое головокружение от путешествия между мирами улеглось, сумела рассмотреть, куда меня нелегкая занесла.

Лайсон оказался волшебным миром. Именно таким в детстве представлялся мир, где происходят чудеса. Вдали виднелся огромный водопад, шум обрушающейся воды был слышен даже на месте переноса. Под ногами звенел хрусталь, который отражал солнечные лучи и наполнял воздух яркими красками. Это был мир радуг. Воздушный, легкий, сверкающий и слепящий. Хрустальные мостики переплетались в огромный лабиринт с островками зданий, с вьющимися растениями, исполинскими деревьями и невероятным количеством ручейков, которые, словно серебристые змейки разбегались, как я предполагала, от водопада.

Мимо пронеслась фея. Я с открытым ртом смотрела ей в след, пытаясь уловить движение крыльев. Мимо пронеслась еще парочка фей с громким не то жужжанием, не то стрекотом. Их крылья, которые двигались с невероятной скоростью и издавали странный звук: что-то между жужжанием пчелы и трескотней саранчи. На край площадки, на который нас вынесло порталом, опустилось милейшее создание и я, наконец, смогла тщательно рассмотреть настоящую фею. Маленького роста, не выше метра, она казалась ожившей куколкой. Аккуратное личико и ясные бирюзовые глаза, обрамленные длинными угольно-черными ресницами, она казалась фарфоровой. Ее хрупкий стан был затянут во множество слоев легкой полупрозрачной ткани голубого цвета. Ноги прикрывали штаны на манер шаровар, голову украшала крохотная диадема. Маленькая арабская принцесса. Только у этой принцессы, помимо россыпи мелких камешков, которые сверкали на ткани, словно капли росы, главным украшением были крылья. Две пары прозрачных крыльев с разноцветными прожилками напоминали витражную мозаику из тонкого стекла. В руках у нее оказалась палочка. Крохотная, словно сплетенная из двух стеклянных лент она дополняла волшебный образ маленького создания.

Фея с красивым именем Лилиана была той, кто обещал помочь нам с нарядом на ежегодный бал в академии. Нас повели по лабиринтам местных дорог, параллельно рассказывая об услугах, которые их дом красоты мог предоставить «двум юным гостьям из человеческого мира». Я слушала нашу проводницу в пол уха, разглядывая мир и пролетающих мимо феек и…феев? В общем, фей мужского пола. Дорогу даже не пыталась найти, потому что, даже не страдая топографическим кретинизмом, я бы заблудилась тут, как пьяный в трех соснах.

Дом красоты в мире Лайсон уж слишком сильно отличался от земных SPA-салонов и ателье. Летящие ткани отделяли одну комнату от другой. В центре комнаты находилась лестница, которая, извиваясь по спирали, убегала вверх. Вокруг нее, как круги на воде, стояли невысокие столики с разбросанными вокруг подушками. Нас заставили снять обувь на входе и провели в соседнюю комнату. Комната оказалась не меньше предыдущей, но явно рассчитана на меньшее количество гостей. Четыре столика по периметру, рядом с ними столько же ширм, а вдоль стен стояли полки с тканями, нитками, бисером в прозрачных баночках, стразами и прочей сверкающей мелочью. Кончики различных ленточек свисали с потолка, создавая впечатление, что он бесконечно высокий. Нас усадили за стол, предложили чай, местные сладости и вручили толстые журналы, чтобы мы могли определиться с тем, чего хотим.

Через час в нашу маленькую компанию добавились еще три пары студенток во главе с феями. Мы в этот момент уже обговаривали последние детали и готовились начать самую важную часть работы – пошив платья. Я уже поняла, что в этом деле без магии не обойдется. Слава уступила мне первенство, а сама устроилась среди подушек, вооружилась чаем и приготовилась оценить работу Лилианы.

Я зашла за ширму, сбросила одежду, оставшись в нижнем белье, и позвала свою мастерицу. Фея вошла, медленно оглядела меня с ног до головы и улыбнулась.

– Совсем как мы, хрустальная. Готова?

Кивнула, улыбнулась и приготовилась ощутить на себе волшебство местных жителей. Фея взмахнула палочкой и вокруг меня закружились ткани. Через несколько секунд, когда я сумела освоиться в этом мягком вихре, заметила, что в такт движению тканей, в моей голове играет музыка. Мягкие полотна аккуратно обнимали мою фигуру, отсекая все лишнее. По мановению палочки Лили собирались в ровные сборки, струились к полу, подхватывали грудь, стягивали талию. Кажется, я даже дышать перестала, лишь наблюдала за тем, как коктейль из разных материй превращается в хорошенькое вечернее платье. Хотя, нет. Оно было шикарное. Шелк ртутного цвета с легким зеленым отливом обтекал фигуру, подчеркивал тонкую талию, визуально увеличивал грудь и бедра благодаря едва заметным сборкам. Он словно перетекал по фигуре при каждом шаге. В зеркале, за спиной, я видела, как вдоль позвоночника образовывается тонкая дорожка из серебристых капелек, которые, как я позже поняла, играли роль пуговиц. Только одно это платье окупало весь бред с поступлением. И я была готова простить всех в момент, когда работа была закончена.

– Ба-а, – протянула Славка, когда я выплыла из-за ширмы и не могла сдержать широкой довольной улыбки, – звезда моя, вот это кру-уть! Слушай, ну, уйти с бала незамеченной тебе точно не удастся. Давай, – махнула она рукой, когда перестала кружить вокруг меня орлом, – стаскивай эту прелесть и освобождай мне место, иначе я сейчас сдохну от ожидания и зависти!

У Славки платье тоже получилось потрясным. Насыщенного зеленого оттенка из велюра оно отлично подходило огненноволосой соседке. Дразнящий вырез и вызывающе высокий разрез отлично дополняли образ роковой красавицы. Но я держала в руках свой сверток, который казался мне наивысшей драгоценностью.

Вернувшись в общежитие, долго наводили марафет, и пока я «рисовала» себе лицо, предвкушая неплохую вечеринку, в измученную сюрпризами душу закрались противные песчинки сомнений.

– Сла-ав, а на балу точно никаких неприятных сюрпризов не будет?

– Точно, – откуда-то из глубин шкафа донесся голос соседки, – только приятные. Танцы, демонстрация магии в некоторых ее проявлениях, показательные выступления, так сказать, поздравления вас с поступлением, нас – с очередным шагом на пути к овладению магии, немного алкоголя на официальной части, и, скорее всего, много на неофициальной.

– В смысле? – оторвалась я от зеркала и развернулась к шкафу, откуда вынырнула Слава. – Я думала, будет безалкогольная вечеринка. Все же академия.

– А мы-то тут не маленькие дети. Или ты думаешь, что тут и секса нет, как в советском союзе?

– Вот о сексе я думаю в самую последнюю очередь, – улыбнулась и снова вернулась к своему занятию.

– Это ненадолго, – протянула Слава, оглядывая бардак в поисках чего-то одной ей известного. Я так и замерла с кисточкой навесу, а Слава продолжала все тем же отстраненным тоном, – поживешь, освоишься, мужиков у нас море, все молодые, кровь бурлит, они-то и за тебя, и за меня о сексе подумают. А мысли, – она подняла свои джинсы, – материальны. – О, нашла, – воскликнула и схватила небольшой клатч, из которого тут же извлекла коробочку с изумрудными серьгами, и только потом повернулась ко мне, – Так что, рано или поздно, и ты о нем задумаешься. Или ты пять лет целибат блюсти собралась? Вот и я о том же, – подвела она итог, даже не дожидаясь моего ответа. А я так и сидела с кисточкой у лица и размышляла о ее словах. Славка о сексе говорила, как о неизбежном зле. Это было и забавно и немного пугающе. Мало ли какие еще тайны хранили эти стены.

Заасфальтированная дорожка уводила нас в сторону от академии и общежития. Я могла поклясться, что раньше этой дорожки не было, и мои подозрения подтвердила Слава. Оказывается, что бал проводился под открытым небом. И вся подготовка занимала не так уж и много времени. С магией вообще все делалось быстрее и проще. Не составило труда и стадион с трибунами превратить в огромную танцплощадку, где вместо трибун стояли белоснежные беседки с купольными крышами, увитые белыми цветами. Песок под ногами сменился белым мрамором с размытым черным рисунком, длинные столы с двух сторон были уставлены бокалами и закусками, вдалеке виднелся небольшой подиум, на котором стоял отдельный стол, очевидно, преподавательский. Ко всему этому великолепию вела широкая белоснежная лестница. А над головой прямо в воздухе плавали яркие огни, которые отлично освещали все пространство. Музыка играла тихо, но опознать ее источник я так и не смогла.

– Почему бал? – все же спросила я, аккуратно преодолевая ступеньку за ступенькой и оглядываясь вокруг. – Почему не вечеринка?

– Настрой иной. Скажи нам, что будет вечеринка, и мы уйдем в отрыв, а так… Не знаю, Лерка, вечеринкой это трудно назвать.

Мы взяли по бокалу шампанского и отошли в сторону, чтобы рассмотреть всех гостей и дождаться начала.

Великолепие нарядов у девчонок поражало. Впрочем, парни, хоть и не могли похвастаться таким разнообразием, но выглядели в костюмах просто обалденно. Похоже, академия то место, где не только парни провожают взглядами девчонок и подбирают слюни, но и девушки начинают прекрасно их понимать.

– У вас тут при академии клиника пластической хирургии есть?

– Нет, нас всех природа любит. Мы особенные, нам от природы досталось чуть больше, чем простым людям, в том числе и в плане гармоничной внешности. Ты со временем привыкнешь и перестанешь это замечать. Или выберешь себе один объект для воздыханий. И тогда будешь либо сильно счастлива, либо очень несчастна.

Посмотрела на равнодушное лицо рыжей красавицы. Уж слишком отстраненно она говорила об этом, как-то искусственно, словно было в ее словах то, чего она боялась или…чем она болела.

– Я не совсем понимаю, – осторожно попыталась добиться подробностей.

– А что тут непонятного, – она криво улыбнулась и сделала глоток золотистого шампанского, – ты либо влюбишься взаимно и будешь радоваться, либо ежедневно будешь наблюдать за тем, как тот, к кому ты испытываешь чувства, радуется с другой.

Я замолчала и вновь перевела взгляд на студентов. Спрашивать Славу о том, почему она говорит об этом с нотками печали, которые пытается скрыть за полотном равнодушия, не стала, все и так понятно – ей не повезло.

Я только собралась сделать глоток игристого, такого прохладного и желанного в теплый вечер, когда один негодяй подкрался сзади и подхватил нас со Славой за талии. Вскрикнула и обернулась. Естественно, этим наглецом, который в очередной раз чуть до инфаркта меня не довел, стал Вертос.

– А-а, Тос… – Славка замолчала под его угрожающим взглядом, а я опять усмехнулась.

– Щепка, Славка, на этот вечер я весь ваш, – торжественно провозгласил он, пока я думала, как избавиться от его загребущей лапы, но при этом не разлить шампанское.

– Совсем? – невинно спросила я.

– Абсолютно, – интимным голосом подтвердил он и прижал меня к себе крепче.

– Тосик, – столь же интимно прошептала, поднимаясь на носочки, чтобы оказаться, хоть немного ближе к его лицу, – мне мама с детства говорила, к незнакомым собакам не подходить. Блохи там, бешенство… Мало ли. Так что, отпусти и прекрати называть меня Щепкой, милый.

– Девочка моя, – расплылся он в улыбке, которая была больше похожа на оскал, – ты мне еще за прошлый раз должна, а сейчас ты свое положение только ухудшаешь. Я за грязные намеки оплату беру только натурой.

– Все, что я тебе была должна, я тебе давно простила. Руки убери и оставь меня в покое.

– Да ладно тебе, Щепка, не злись, – он ослабил хватку, я тут же отошла от него подальше и поставила бокал на стол, чтобы не поддаться огромной желанию выплеснуть содержимое на Тосика. – Чего ты такая серьезная и колючая, расслабься. Давай будем дружить!

– Будешь моим Дружком? – оборотень, ничего не подозревая, уверенно кивнул. – Ок, Дружок, будь хорошим мальчиком, повиляй хвостиком в другом месте, – осклабилась я. Теперь-то знала, что этот амбал меня не тронет, но и палку перегибать не собиралась.

– Покусаю за все мягкие места, – он ухмыльнулся, обвел меня взглядом и добавил: – если такие найду.

– Тьфу на вас, – влезла в диалог Славка, – заканчивайте, сейчас наш Владимир Сергеевич речь толкать будет. Пошли ближе, там потом показательные выступления будут. Тебе интересно должно быть, – потянула меня за руку и потащила вперед. Вертос остался на месте.

– Чего он такой приставучий?

– Да ладно тебе, по-моему, вы оба получаете удовольствие от того, что подкусываете друг друга.

В этот момент между нами нагло влез какой-то бугай. Он словно никого не замечал, а уж две девчонки на его пути оказались просто пылью под ногами. Пошатнулась на каблуках, попыталась ухватиться за наглеца, но он уже был вне зоны досягаемости, а я в элегантном платье совсем неграциозно полетела носом вперед. Но успела ухватиться за чей-то рукав. Реакция у парня оказалась хорошей – я была перехвачена его второй рукой, а рукав на первой остался цел. Вскинула глаза и без стеснения застонала вслух. Опять он.

– Здравствуй, Лера, ты меня преследуешь или как это называется? – усмехнулся он, помогая мне встать на ноги.

– Это злой рок, – пробурчала я, – который за какие-то грехи выбрал именно меня своей любимицей. Извините, – усмехнулась я, – похоже, скоро я это слово буду говорить вам вместо приветствия.

Сказать, что было стыдно – ничего не сказать. В который раз выставила себя неуклюжей клушей в глазах молодого и симпатичного парня. И опять не по своей вине. Ну что за жизнь?!

– Что на этот раз? – он продолжал держать меня под локоть, видимо, во избежание нового казуса.

– Толкнули, – печально вздохнула и передернула плечами, – молодые люди у вас тут, прямо скажем, не самые воспитанные. Вы тут в порядке исключения, видимо, чтобы совсем не разочароваться в местных. Спасибо за очередное спасение, – сделала паузу, – э-э, я в прошлый раз даже имени у вас не узнала.

– Артур.

– Приятно познакомиться. Спасибо еще раз. Надеюсь, не каждая наша встреча будет начинаться с падения.

– Очень на это рассчитываю, иначе, рано или поздно это закончится плохо.

– Это точно. Мне пора, там где-то моя подруга тоже пострадала, до встречи, – подарила улыбку новому знакомому и пошла в ту сторону, куда отлетела Славка.

Ей повезло меньше, героя-спасителя на нее не нашлось, но она все же сумела удержаться на ногах. Только несколько капель шампанского из бокала попали на платье, что не добавило девушке настроения. Я сумела ее немного утешить лишь тем, что на ее платье эти пятна почти незаметны, и если она перестанет так на них пялиться, то и вовсе никто не обратит внимания. Но Славка была похожа на злобную фурию и бесконечно шипела, прерываясь на такие замысловатые ругательства, что я позавидовала ее фантазии.

– Урод плешивый, – выплюнула она и взглянула на меня, – наша местная звезда, – пояснила мне, – Арго Ригенс, оборотень на пятом курсе учится. Скотина последняя. Высокомерный, заносчивый, самовлюбленный. Умный, красивый, лучший на курсе, но никого кроме себя любимого не замечает. Конченный эгоист и нарцисс. Ему плевать, девушка перед ним или парень. Говорят, у него папаша там где-то в верхах обитает, поэтому, плевать он хотел на честь и достоинство, там папочка, если что, все решит.

– Плюнь и разотри, уродов везде хватает, не может быть, чтобы все вокруг были хорошие и жили по правилам, – пойдем, декан уже речь начал, – подхватила ее под руку и повела вперед.

Декан стоял на возвышении и воодушевленно вещал о том, как рад всех нас видеть, какую важную роль мы, особенные, одаренные, играем в жизни всего мира. Говорил о том, как повезло нам познать мир более яркий, более гибкий. Поздравлял всех с началом нового учебного года, отдельно приветствовал первокурсников и наших гостей из других миров. Что странно, фей среди них я не заметила. Славка пояснила позже, что они используют магию только во благо. Им претило использование атакующих заклинаний, которые в разнообразных вариациях изучались в нашей академии.

Когда речь декана была завершена, зазвенели бокалы, послышались многоголосые поздравления с началом нового учебного года, и громко зазвучала музыка.

Как только на горизонте появилась самодовольная моська Вертоса, я была готова взвыть. Славка с сочувствием смотрела на меня. А я с нарастающим беспокойством оглядывала толпу в поисках путей отступления. Хоть в подполье уходи от этого назойливого оборотня. И ведь, он не отстанет, услышав простое «нет». И тут мой взгляд выудил всего в нескольких метрах моего бессменного спасителя. Он стоял у стола и по счастливой случайности смотрел в нашу сторону и сразу заметил мое повышенное внимание. Улыбнулся, приподнял бокал и даже не подозревал, что для меня его жест, как для быка красная тряпка в руках матадора, уж очень привлек внимание.

– В конце концов, – нервно хмыкнула, – некоторые девушки и предложения своим мужикам делают, время такое, а я всего лишь сбегу пообщаться, – подхватила бокал, оглянулась на Тосика, который стремительно приближался, лавируя в толпе танцующих пар, и быстро проговорила, – Славка, извини, но я его сама покусаю, если не сбегу. А тут и повод есть, нормально поговорить со своим спасителем.

Славка понимающе кивнула. Я уже юркнула в толпу, когда сзади послышалось сразу два возгласа.

– Лерка, стой! – воскликнула Слава.

– Щепка, ты куда? – где-то совсем рядом раздался голос Тосика.

Я зашипела и сжала ножку бокала от злости. Но шаг прибавила, попутно извиняясь, когда приходилось протискиваться между разговаривающими парами и компаниями.

– Опять спасаешься бегством? – усмехнулся Артур.

– Честно говоря, да, – не стала лукавить, – но и повод был, чтобы подойти и еще раз извиниться за те два раза. Особенно за первый, – поморщилась я, вспоминая наше шикарное знакомство. – Мне немного неловко, как-то не привыкла я оказываться в таких дурацких ситуациях.

Он кивнул, принимая мои извинения, приподнял бокал, коснулся краем моего бокала и сделал небольшой глоток. Я тоже пригубила, но, как и он, продолжала наблюдать за собеседником.

– Щепка, – проговорил он и широко улыбнулся, демонстрируя милые ямочки на щеках, – забавное прозвище. Вертос придумал?

Закатила глаза и фыркнула.

– Тосик, гад, еще поплатится за это!

Артур поперхнулся, прокашлялся, склонил голову к плечу и, едва сдерживая смех, переспросил:

– Кто?

– Тосик, – невинно улыбнулась. – И он меня сожрет, если узнает, что я тебе рассказала об этом. Если не полностью, то мозг выгрызет точно.

– Это из-за этого он устроил тебе забег по общежитию? – спросил Артур, я кивнула и пожала плечами.

– Я же не думала, что у него шкурка такая нежная. Чуть против шерсти погладила, а ему не понравилось. Ну да ладно, слишком много чести для простого Тосика. Со мной все понятно, я первокурсница, еще ничего не понимаю, а ты о себе не расскажешь?

– Да что тут рассказывать? – пожал он плечами, мы тут почти все примерно с одинаковой историей. Планы строили после школы, а оказались здесь. Как и все, учусь, – он сделал глоток, отставил бокал и протянул ладонь, – надеюсь, танец с тобой не так опасен, как неожиданная встреча!

– Я надеюсь, что хотя бы не смертельно опасен, – вложила свою руку в его и позволила увести в толпу таких же медленно двигающихся в такт музыки.

Вечер получился отличным. Артур, слава Богу, не умер от танца со мной. К тому же оказался веселым и очень приятным собеседником. Познакомил со своими друзьями и с удовольствием рассказал о том, как проходит обучение. Но я, все же, будучи девушкой скромной, вскоре поблагодарила его за очередное спасение из лап Вертоса и распрощалась.

Славку нашла с трудом, уже ближе к полуночи. Вскоре свет приглушили и на возвышение поднялись те, кто приготовил представление для нас. Яркие иллюзии, которые я сначала приняла за реальность. В небо взмывали пылающие фениксы, которые целой стаей поднимались все выше и выше пока не рассыпались, застыв на темном полотне мелкими звездами, словно и вовсе не было никаких птиц. Молниеносные атаки встречали сверкающими щитами, которые вздрагивали каждый раз, когда принимали на себя всю сил удара. Яркие шары, словно огоньки новогодних гирлянд цепочкой устремлялись в условного противника, который прикрывался щитом. В конце студентов сменил декан, за работой которого я наблюдала с восхищением. Он резкими отточенными движениями выплетал какое-то изящное украшение, которое казалось лунной дорожкой на водной глади, которую мужчина скручивал по своему усмотрению. Это плетение разрасталось с каждой секундой, наливалось светом и казалось просто великолепным. До тех пор, пока со взмахом руки Владимира Сергеевича, оно не взмыло в воздух и не обрушилось на всех нас. Дружный вздох и редкие крики, наполненные не то восхищением, не то ужасом, сменились гробовой тишиной, когда мелкая сеточка коснулась всех присутствующих. Я почувствовала прохладное прикосновение металла, который растворился в воздухе, наполнив его легким цветочным ароматом. Это был завершающий аккорд, который вызвал бурю аплодисментов.