Плен

Темная магия. Часть 41

Наверное все началось со сна.

Вечером, пока я ожидала Хафсаяра и читала книгу, пытаясь разобраться в основах Темной магии, пошел дождь.

Я уже привыкла к отсутствию солнца, к мягкому сумраку неба, который сменился особенно густой темнотой сегодня вечером, даже к большой круглой луне, которая иногда в виде месяца заглядывала в мое окно.

Но сегодня мягкие капли дождя постукивали по толстому стеклу. Я отодвинула задвижку и толкнула раму.

Дождь и ветер ворвались ко мне. Я не могла выйти к ним, мешала ажурная решетка.

Но я радовалась, вдруг ощутив их свободу. Нет, я не пленница больше. Теоретически я могу выйти.

Но меня не поймут — почему я рискую ребенком, когда у него так много врагов. Я же знаю, что в библиотеку и оружейную Хафсаяр никого не пускает. Даже его друг и дети заходят за книгами ночью.

Я отложила книгу и наслаждалась свежим воздухом, радостью дождя — некоторые капли попадали ко мне на руки и я их слизывала. Меня звала природа. Я хотела бежать и танцевать там, во тьме.

— Подожди еще немного,— попросил Хафсаяр, обнимая меня сзади и зарываясь лицом в мои волосы, вдыхая запах.

И меня опять ждал ужин с любимым и вечер, полный нежности и ласки.

Нет, я не жалела о заточении. И засыпала как всегда на груди большого демона, а окно мы на ночь закрыли.

И все-таки этот сон:

Будто лежу я там же, на озерном камне. Озеро неспокойно. Гладь воды покрылась густой рябью, а ночь темна, как и эта. Снова браслеты Тьмы на руках и ногах, и шее черными лентами привязаны к этому камню, лежат свободно, а словно тянут мои жилы. Хотят моей крови? Не дам! Она принадлежит сейчас сыну. Хотят мое тело? Не отдам! Оно принадлежит мужу. Я плачу и зову его.

— Хафсаяр... иди ко мне! Хафсаяр!!!

Путы ослабевают и я просыпаюсь. Нежно осторожно меня целует муж. Он услышал мой зов через сон? Я дома и так же осторожны его ласки, что успокаивают меня. И я получаю то, большее, чего хочу.

А потом засыпаю и сон продолжается. Как и тогда Тьма впитывается в мое тело. Но ее так много! Так много, будто я нахожусь на самом дне и мне не выбраться. Так много, что я падаю, но хочу увидеть тот цветок. Руками хватаюсь за камень, а белого цветка нет.

Я почему-то знаю, без него не выбраться. Я обнимаю этот камень и плачу. Кто мог сорвать этот цветок? Хафсаяр его берег. Провожу рукой по месту где он рос. Что-то кольнуло мой палец и капля крови падает в лунку.

И я слышу мелодию, что мне так нравится. И не сразу понимаю, откуда. Поет мой маленький сын. И свет в глубине меня. Кажется рвется наружу и я начинаю светиться, но так как ириллис, как-то иначе. А в центре камня поднимает голову росток.

Цветок моего сына. Я заливаюсь слезами. А как же муж???

" Лепестки разлетелись, будущее туманно, успей, просто успей..." — разбираю слова прекрасной песни, которую потом не могу вспомнить, но знаю, что она есть.

Мои вены наполняет магия. Все что помню — я должна успеть.

Просыпаюсь. Рассвет. Небо сереет, сумерки отступают, прячась по углам.

Хафсаяр уже встал, выходит из душа, склоняется надо мной, целует завалившись на кровать. Но тут же уходит, накидывая рубашку.

Я смотрю ему в спину пока дверь не закрылась за ним.

И меня накрывает паника. Я точно знаю, что пока его больше не увижу. Только бы успеть!!!

Вскакиваю, купаюсь в душе, бегом заправляю постель и замечаю, как увеличился животик. Впервые шевелится мой сын!!!

ОН ПРОСНУЛСЯ! ОН СПАЛ!!! ОН... СЕГОДНЯ ПЕЛ!!! Возможно не в голос, но пела его душа.

Насколько реальным был мой сон? Как мы должны успеть? Куда?

Такой животик мне точно не скрыть никаким платьем.

Тьма ложится на мое тело куском материи. Больше похожа не походное одеяние, вот и капюшон имеется!

Я выпиваю кровь и иду.

— Рано еще, — ворчит Дозор, но шагает рядом.

Я иду в оружейную. Даллин уже там, читает книгу. При виде меня встает.

Но сегодня я не хочу ее крови. Вижу по ее изумленному лицу, догадалась о моем состоянии.

Я иду дальше в оружейную, нагиня и две гончие за мной. Дозору просто любопытно, ведь сегодня нарушаю режим.

Подхожу к одному понравившемуся, но слишком гордому клинку.

Его сталь блестит, как солнце, но может сиять. Его эфес украшен камнями, но может расплавиться воедино. Но не это в нем ценное. Его непокорная душа принадлежит огню. Теперь мы узнали друг друга. Он готов служить мне, но мне не надо.

— Не захотел служить МНЕ, — я смотрю гордо на то, как печально тускнеет его сталь. Как грустно блестят его камни.

— Тогда служи моему сыну!!!

Я словно слышу песню, которую поет сын. Огонь зарождается во мне и в нем и струится где-то в глубине руки.

И тут же засиял Наахкант. Эти двое услышали друг друга. Клинок стал легким и исчез в подпространстве моей ауры.

Но я иду дальше. Распахивается следующая дверь — вторая в оружейной, дальняя. Недовольно соскакивает с нее пес.

— Ты охраняй тут, — говорю третьей гончей, та покорно наклоняет голову.

Прохожу коридор, даже не освещенный ничем и распахивается вторая, более крепкая дверь.

Свобода. Ветер кидается навстречу, путаясь в темной ткани. Сумерки еще не прогнало посветлевшее наполовину утро. Темные травы стелются вокруг утоптанной дорожки внутреннего двора.

Но не это моя дорога. Образуется нечто. Тоннель от ближайших кустов в темноту, я иду туда, мои псы и Даллин тоже. Ветки деревьев образуют свод, стены и пол тоннеля, расступаются передо мной и смыкаются за моей свитой.

Мы шли и шли по дороге пока ветви не расступились и мы оказались на берегу озера.

Множество огромных белых лилий цветет на нем. Сейчас они ковром устилают всю водную поверхность. Густой аромат наполняет воздух.

Я нагибаюсь к воде. Она чиста и прозрачна. Пью ее, сладковатую, наполненную ароматом цветов и энергией.

Гончие склоняют головы и лакают тоже, глубоко вдыхая воздух.

— Пей, шепчу Даллин,— нагиня наклоняется и пьет.

А потом мы идем вдоль песчаного берега. Вокруг озера очень густая растительность. Травы, кустарник, деревья переплетают ветви не допуская незваных гостей.

На одном участке к озеру подступают горы. Туда я и иду. Пробираюсь сквозь пригибающиеся ветви кустов и попадаю в скрытую ото всех пещеру.

И только теперь ощущаю как я устала, как мне тяжело. Опускаюсь на ворох пожухлых листьев, налетевших от входа в угол пещеры и засыпаю.

Гончие и Даллин остаются со мной. Они не пропадут, они охотники. А я хочу спать...